Star Warriors: Inside the Black Hole

−Вот, так правильно. А теперь замах! Бен улыбнулся, глядя на старательно пыхтевшего Люка, и тут же вернулся к поддержанию Тени. Близнецы в свои восемь уже неплохо умели маскироваться, но если концентрировались на чем-то еще, то могли и уронить щиты. Дей же и вовсе пока слабо давался экран. Для тренировки на световых мечах Леона выбрала дальний закоулок просторного сада загородного поместья Бейла. Сейчас оно пустовало, и вице-король скрепя сердце разрешил Солано занять его на пару недель. Над этой широтой Альдераана властвовала поздняя весна. Деревья шелестели под мягким теплым ветерком. Бен подставил лицо солнечному лучу. Он чувствовал себя разбитым и усталым. Восемь лет длилось их изгнанничество, которому не предвиделось конца. Пару раз в Альдеру прилетали имперцы, но одаренных среди них не было, а на неодаренных лучше Силы действовали выправленные с помощью Бейла документы. −Разворот, замах, укол! – командовала Леона, проделывая связку как можно медленнее и понятнее. Люк старательно копировал движения приемной матери, но пока не преуспевал. Мальчику явно не хватало концентрации. Промежутки все еще были слишком длинными. Сидевшая рядом с Беном Лея закатила глаза и поднялась, активируя свой ученический клинок. −Смотри, как надо. – фыркнула она в сторону брата, легко проделывая злополучную связку и тыкая мечом в сделанное из старых одежд чучело. Запахло паленой тканью. Леона заправила за ухо выбившуюся из косы русую прядь и одобрительно кивнула. −Умница, дочка. Люк, не отчаивайся. Лучше пробуй снова. Мальчик, покрасневший до ушей под победным взглядом сестры, вскинул меч. Сила плеснула злостью. Бен едва успел погасить эту вспышку. На миг в небесно-голубых глазах приемного сына сверкнуло такое знакомое темное упрямство. Люк крутанулся вокруг себя, взмахнул клинком так стремительно, что лезвие превратилось в размазанную синюю полосу, и одним движением развалил бедное чучело надвое. Дей оторвалась от попыток леветировать упавшую ветку и захлопала в ладоши. Сын тяжело дышал и переводил взгляд то на отца, то на мать. Бен с тревогой ощутил смятение жены. Леона тоже это увидела. Синие глаза словно покрылись ледяной коркой. И тут же оттаяли. Женщина тепло улыбнулась и потрепала Люка по светлым волосам. −Ты молодец. Предлагаю передохнуть. Бен позволил себе чуть ослабить щит и открыл корзинку с припасами. Довольный Люк плюхнулся на плед рядом с отцом и потянулся к булочке с корицей. Лея приземлилась по другую сторону от Бена, шлепнула брата по руке и первая захватила еду. Люк насупился, но смолчал и взял себе пирожок. −Дейна! – окликнул мальчик младшенькую. – Будешь? Дей Силой закинула ветку в кусты и переползла поближе к съестному. Бен пристально наблюдал за дочерью. Семилетняя Дей казалась слишком серьезной для своего возраста. Она плохо сходилась со сверстниками, предпочитая компанию близнецов, стеснялась взрослых и на любое обращенное к ней слово отвечала таким пристальным взглядом синих глаз, что становилось не по себе. Вот и сейчас она молча выбрала себе большое печенье с шоколадной крошкой, леветировала стакан чая и принялась медленно есть, разглядывая бегущие по небу легкие облака. Бен обменялся взглядом с Леоной. Жена сидела чуть в стороне, прислонившись спиной к дереву, и с улыбкой смотрела на всю компанию на пледе. Прошедшие года ничуть не состарили ее. А Бен постепенно привык и к русым волосам, и к вечным платьям и даже к изменившемуся поведению. Прежняя Лаик Джин с лихвой оправдывала свое прозвище Генерала-Молнии. Она была везде и всюду, не лезла за словом в карман, почем зря рисковала жизнью и ничего не боялась. Материнство изменило ее. Леона Солано стала сдержанной и немногословной при чужих. Возилась с малышами и никогда не повышала голоса. Генерал-Молния же могла орать на провинившихся бойцов такими выражениями, что услышавшего ее один раз Винду едва удар не хватил. И никогда не бросала свой легион в самоубийственные атаки. Лея хмуро оглядела свою наполовину съеденную булочку, подумала о чем-то – в Силе пронеслась ее нерешительность – и протянула брату. −Хочешь попробовать? Люк удивленно хлопнул глазами, но уловил чувства сестры и ответил мягкой улыбкой. −Кушай, я не хочу. Девочка пожала плечами и все-таки доела. Дей отставила пустой стакан и прижалась к боку отца. Бен обнял ее одной рукой. Под вторую тут же подлез Люк. Лея изучила вцепившуюся в локоть отца Дейну, перелезла через ноги Оби-Вана, подвинула Люка и тоже устроилась под теплым боком. −Папа у нас наседка. – хихикнула Леона. −Мам. – тихонько позвала Дейна. – Иди к нам. −Иду, золотце. Женщина подошла, взяла дочь на руки и тоже нырнула под широкий рукав Бена. −Теперь хорошо? – с улыбкой спросила она Дейну. −Да. – кивнула малышка. – Теперь вы целые. Бен украдкой вздохнул и аккуратно стер в Силе привычное саднящее чувство. Дей переняла от матери дар менталиста и воспринимала людей через эмоции. Вот только управлять этим умела не всегда. Люк и Лея валялись в обнимку, переплетясь руками и ногами так крепко, что не поймешь, где кто. Близнецы год от года становились все менее похожими друг на друга. В белокуром и голубоглазом Люке ярче проступали черты его родного отца. А в темноволосой и темноглазой Лее – матери. Менялись и характеры детей. Бену иногда казалось, что он снова на Татуине и снова видит перед собой маленьких раба и королеву. Совсем другой была Дейна. Бен не мог даже толком понять, на кого она больше похожа. Внешне дочка больше взяла от него – тонкие черты лица, золотисто-рыжие волосы. Лишь синева глаз досталась от матери. Но вот характер... Бен помнил маленькую Лаик, ставившую на уши весь Храм. Помнил себя в юнлингах. Дей ни капли не походила на родителей. От прижавшейся к его плечу Леоны повеяло такой знакомой теплотой. Бен зажмурился, отдаваясь невидимым, но вполне осязаемым прикосновениям. Они с женой никогда не говорили о чувствах. Раньше было не до того. А сейчас и незачем. Все, что надо, говорила за них Сила. −Я люблю тебя, папа. – ни с того ни с сего сказала Дейна, серьезно глядя на него синими глазами. −И я! – подключилась Лея. −Я тоже люблю! – поддержал сестер Люк. Леона не сказала ничего, но Сила вокруг нее искрилась и пела, охватывая детей и мужа. −И я люблю вас, мои дорогие. – улыбнулся Бен, притягивая к себе всех четверых. Свою семью. Настоящую семью.