Тебе не избежать правды

      Большие птицы — вороны, пролетали по яркой глади неба, рассекая своими крыльями воздушные потоки, тем самым подчиняясь их направлению. На фоне голубого неба они особенно выделялись, подчеркивая свою абсолютную черноту.         В стародавние времена говорилось, что вороны — это вестники тьмы, ступающие за своей жертвой по пятам, следущие за ней везде, куда бы она не пошла, а после, когда настигали, насылали на неё кромешную тьму, сводя её с ума и отдавая на милость древним существам.         Один такой ворон сел на ближайшую ветку рядом с окном. Та, из-за внезапно появившегося веса, прогнулась и слегка отпружинила. Птица направила свой длинный клюв и свои маленькие глаза бусинки, в сторону окна, обращая на него всё своё внимание. Перья её отливали различными красками: черными, синими, зелеными, даже красными.         Этот танец из оттенков просто не мог не привлечь внимание подростка, сидевшего по другую сторону тонкого слоя стекла. Билл заворожено следил за тем, как ворон подлетел ближе и приземлился на деревянный подоконник, проходясь своим клювом по стеклу, оставляя на нём неглубокую царапину.         Ворон обратил всё своё внимание на подростка, видя, как тот тихо охнул и начал тянуть руку в его сторону, чтобы прикоснуться, ощутить мягкость темных перьев, окунуться во тьму бездонных глаз, и плевать на то, что там стоит стекло. Из-за этого опьянения, он не сразу заметил, что его окликнули.   — Билл Денбро, будьте так добры, отвлекитесь от считания ворон и обратите внимание на свой учебник! — строго сказал учитель математики и продолжил рассказывать новую тему классу.         Но Билл не стал слушаться и продолжил смотреть на птицу, черную, как сама ночь. В один миг она моргнула, и цвет её глаз изменился. Он возымел золотой оттенок, переливающийся медью. Билл узнал эти глаза. После того, что с ним произошло, он так просто не забудет это существо. Подросток застыл от страха, но завороженно продолжил следить за тем, что Оно сделает дальше.         Ворон расправил крылья и закаркал, созывая своих собратьев. Птицы начали слетаться: они садились на деревья, землю и другие подоконники, заполняя пространство, образуя черную накидку, укрывающую собой всё, что только можно.         Билл уже в открытую начал волноваться — их было слишком много. Но почему другие никак не обращали на это внимания? Юноша дёрнул за рукав своего соседа по парте.   — С-стэн, ты это видишь? Окно… Их с-слишком много, — пытался сказать он, как можно меньше заикаясь.         Парень отвлекся от записывания материала и посмотрел на улицу.   — Кого «их», Билл? Там никого нет, — растерянно сказал Стэн.   — Т-там вороны и их очень много. Разве т-ты это н-не видишь? Они оч-чень…   — Билл, — перебил его Стэн, — ты, наверное, совсем мало спишь в последнее время. И выглядишь очень уставшим. Но, надеюсь, что ты развеешься и хоть немного отдохнёшь на карьере.         Билл выглянул в окно. Там и вправду никого не было.   — Д-да, наверное ты п-прав. Воз-зможно, что это всё из-за м-моего недосыпа. Из-звини, что отвлек т-тебя.   — Не волнуйся, Билл, — улыбнулся ему Стэн — Осталось совсем немного…         После этих слов что-то поменялось в его тоне. Он стал каким-то вязким, гулким и низким. Билл поднял взгляд на друга и вздрогнул от холодного ужаса, проходящего по его спине тысячью мурашек. Из глаз и рта Стэна вытекала черная субстанция, булькая и очень сильно смердя.         Подросток старался не кричать, не подавать особого вида, чтобы на него не обращали внимание, не считали странным. Но то, что он сейчас видел — нормальным уж точно не назовешь.   — Но что же ты так разнервничался, Билли? Ты что, не узнаешь меня? Я же Стэн — твой лучший друг, — сказало Оно и начало дико смеяться, разбрызгивая свои сгустки жижи на пол и одежду подростка.         Парень скривился в отвращении, не удерживаясь на своём стуле и вставая, тем самым привлекая внимание класса.   — Да, Денбро, Вы что-то снова хотели? — несдержанно уточнил учитель.   — Эм, м-можно мне выйти, пожалуйста? — спросил Билл, после чего сразу посмотрел на уже нормального Стэна.         Он удивленно изогнул бровь, тем самым спрашивая, что случилось. Билл на это нервно помотал головой, показывая отрицание, пытаясь доказать, что нет, всё нормально, и он в порядке, несмотря на бешено колотящееся сердце и дергающиеся бледные пальцы.   — Да, только прошу Вас, недолго, — сказал мужчина, после чего продолжил проверять решенные у доски примеры.         Билл быстро вышел из класса и направился в уборную, не желая больше привлекать к себе внимание. Зайдя в школьный туалет, он сразу подошел к зеркалу, ища черные сгустки непонятной жижи. Но их не было.         Коленки сильно задрожали, а ноги стали ватными, из-за чего Билл рухнул на пол. Он отполз в самый конец комнаты, туда, где уже не было света, и забился в угол, сворачиваясь в комочек.         Слёзы начали давить на горло, а глаза щипать. Почему всё это происходит с ним? С его братом? Джорджи… Он снова вспомнил его и теперь не сможет так просто успокоиться. Солёные капли продолжали течь по щекам, а из горла начинали вырываться всхлипы и рыдания. Если всё так и продолжится, то у Билла начнется истерика.  

* * *

        Дверь в туалет открылась и хлопнула. В помещение кто-то зашел. Билл не хотел, чтобы его видели, тем более в таком виде. Над ним снова начнут издеваться, называть нытиком и избивать, ведь он не может сдерживать свои эмоции. Конечно, ведь они не знают… Какого это потерять самого близкого человека…         Он закрыл рот руками, закусывая костяшку, пытаясь тем самым прийти в норму, не зарыдать на всю комнату, и забился ещё сильнее в угол, практически врастая в кирпичную стену. Шаги незнакомца остановились в нескольких метрах от него.         Билл ещё сильнее вдавился в неё, но наткнулся на железку, упершуюся в его спину. Сильно поцарапавшись об неё, парень не смог сдержать сорвавшегося тихого вскрика, от чего зашедший мужчина резко начал озираться по сторонам.   — Здесь кто-нибудь есть? — раздался приятный тембр, от которого Билл невольно всхлипнул. — Постой, ты плачешь? Тебя кто-то обидел? Как тебя зовут?         Билл молчал. Он явно не хотел, чтобы его видели.   — Где ты? — мужчина огляделся по сторонам, но ничего и никого особенного не заметил. Только всхлипы и рыдания раздавались словно отовсюду. Да уж – не просто.         Незнакомец посмотрел в тёмный угол комнаты и обнаружил там плачущего и сжатого в комок подростка. Парень был похож на оголенные провода — дотронься до них, и тебя словно ударит сильнейшим разрядом тока. Мужчина не стал рисковать, просто продолжая стоять рядом и смотреть.         Билл чувствовал, как его прожигает чей-то взгляд. Это неприятно будоражило всё его нутро, заставляя покрыться липкой испариной.   — П-пров-валивай, — голос чертовски дрожал и не мог зло отчеканить эти слова, как обычно делал его отец. Хмуро и твердо, можно сказать, властно.         Мужчина нахмурился, пытаясь понять смысл слова, медленно доходящего до него. Он знал, что подростки бывают вспыльчивы и иногда предпочитают решать проблемы в одиночку, хоть это у них и не получается. Незнакомец пытался совладать с собой и сказать что-нибудь, что сможет успокоить плачущего парня.   — Не нужно волноваться. Если ты скажешь, что произошло, то я смогу тебе помочь, — лучше прибегнуть к простым утешающим выражениям, например, «Не волнуйся» и «Все будет хорошо».         Билл почувствовал, ощутил, как этот человек присел рядом с ним и начал тянуть руку, но остановился в паре сантиметрах, и, похоже, убрал ее назад. Подросток вздрогнул от мимолетного, еле ощутимого тепла не прикоснувшихся пальцев. Если бы мужчина всё же дотронулся, то он не знал, как бы отреагировал на это.   Не сейчас. Нужно выждать момент.   «Я не могу об этом так просто сказать. Он может принять меня за умалишенного…» — подумал Билл и встрепенулся. Его слишком нервировала эта ситуация. Она будто была разыграна дешевыми актерами и составлена неопытными сценаристами. Слишком… Неправдоподобно. С чего бы какой-то незнакомец начал его успокаивать и помогать ему?   — М-меня зов-вут Билл, — наконец произнес он, желая поскорее избавиться от этого человека и выйти из щекотливой ситуации. Незнакомец на это только облегченно вздохнул. Хоть что-то он теперь знал. Осталось за малым.   — Хорошо, не волнуйся, – незнакомец тяжело выдохнул. – Так что произошло, Билл? Тебя кто-то обидел или с тобой что-то случилось? — мужчина пытался подбирать правильные вопросы, но всё возвращалось к истокам.   «Просто нужно что-нибудь сказать. Все что угодно, лишь бы он поскорее отвязался.»         Мыслил он рационально, но, увы, почему-то всё же не спешил отвечать на простой вопрос.   — Я-я, — обдумывая все последующие слова, произнес он. — Я… Ох, ч-чёрт, прост-сто оставь меня од-дного, п-пожалуйста. Я сам с эт-тим справлюсь, — через всхлипы произнес Денбро.         Мужчина резко схватил острое колено Билла, слегка сжимая его. Подросток вздрогнул и заерзал на холодной плитке в темном углу. Все тело прошибло крупной дрожью, из-за чего он начал подрагивать то ли от прикосновений через тонкую джинсу шорт, то ли от слёз.   — Билл, ты не обязан говорить, что с тобой произошло, — медленными круговыми движениями он начал очерчивать большим пальцем костлявое колено, продолжая его сдавливать. — Просто… Позволь мне помочь тебе.   А ты все же не смог сдержаться.         Он не знал, что нужно ответить. С одной стороны, ему все это уже надоело, а с другой…  Подросток явно нуждался в чьей-то помощи. Он не мог нормально ничего сообразить. Почему простые движения от незнакомца могли быть такими… Такими приятными и успокаивающими?         Чтобы это ни было, но Билл начал чувствовать, как приходит в норму. Дрожь во всем теле поутихла, а пальцы разжали смертельную хватку в волосах, голос перестал так сильно заикаться, и он смог нормально разговаривать. Общение ему явно пошло на пользу, как и эти… Движения. Они были очень приятны. Настолько, что Биллу становилось от этого страшно.   — Я-я просто, — за эти несколько минут тишины Билл наконец заговорил.         Движения пальцев резко прекратились и парень не знал, как на это реагировать: с одной стороны, он перестал так странно себя чувствовать, но с другой эти движения были слишком приятными и успокаивающими. Потому, он всё же разочарованно дёрнул коленом, намекая, чтобы мужчина возобновил свои действия. Тот лишь на это хмыкнул, но продолжил растирать нежную кожу под джинсами.   — В пос-следнее время я оч-чень ред-дко м-могу позволить с-себе отдохнуть, – парень набрал побольше воздуха в лёгкие. – Пос-стоянный стр-ресс в учебе, в об-бщении и в л-личном. В-все это св-валилось на м-меня. Я п-просто х-хочу с-спок-койно жить и ни о чем не бес-спок-коиться.         Последние слова дались Биллу особенно тяжело. Он сам не мог понять, почему стал так откровенен с незнакомым ему человеком. Это было так на него непохоже. Ощущение, словно его дергали за невидимые ниточки, привязанные за руки, ноги и голову.   Ты не управлял собой.         Он прикрыл глаза, и так спрятанные в худых руках, наслаждаясь прикосновениями. Билл действительно испытывал волнение и чувство, неведомое ему ранее. Этот страх, вперемешку с мягким удовольствием, с тем, что он хотел получить ранее, чего даже и не подозревал. Юноша просто не мог сравнить это с чем-либо.         Молчание длилось слишком долго, казалось, вечность. Мужчина не хотел разрушать эту маленькую идиллию, пусть и в нервной обстановке.   Ведь ты так долго этого ждал.         Но нельзя просто сидеть и молчать. Это может показаться странным. Хотя, разве действующую обстановку можно посчитать нормальной?   — Я понимаю, Билл. У всех нас бывают черные полосы в жизни. Все люди по-разному на это реагируют. Да, у каждого и проблемы-то разные, — мужчина резко наклонился, приободряюще обняв его. Билл на это действие только тихо охнул и сладко задрожал всем телом. — Я знаю, что тебе очень сложно. Но единственное, что я могу сделать, так это помочь словом. Мне действительно жаль, что это происходит с тобой, Билл.         Парень не мог понять свои ощущения. С одной стороны, он частично благодарен, что его не проигнорировали и даже помогли ему справиться с наступающей истерикой. А с другой, он хотел провести это время наедине. Может быть, подросток сам смог бы с этим разобраться?         Резкий громкий звон по ушам заставил вернуться в реальность. Мужчина нехотя поднялся на ноги, разрывая теплые, нужные и полные поддержки объятья.   — Тебе тоже следует идти, Билл, — он подал ему руку, чтобы помочь подняться.         Парень встретил косые глаза и их мягкий взгляд — теплый, с зелеными оттенками глубокого моря. Такой притягательный и при этом стойкий, что у парня невольно подкосились коленки.   — Тебе следует идти в свой класс, Билл, — произнес мужчина перед тем, как выйти из туалета и оставить подростка с озадаченный видом и чуть алеющими щеками.  

* * *

        Слабый ветерок раскачивал высокие кроны деревьев, делая их подобием морских волн. Жаркое солнце раскаляло асфальт и желтоватый песок с очень маленькими камушками и ракушками, которые, если встать на них, впивались в грубую кожу ног, обжигая при этом.         Шум колёс доносился всё отчётливее, с каждой секундой становясь всё ближе и ближе. Группа подростков направлялась на карьер. По середине дороги ехал Сильвер, чья скорость стремительно и резко разрезала воздух.         Прошло всего лишь несколько часов после того разговора, который Билл, казалось, не сможет забыть ещё очень долгое время. Он вспоминал этот глубокий, пронзительный взгляд и его обладателя из-за чего по спине невольно пробежала стая мурашек. Черт, он даже не успел узнать его имя. Мужчина слишком быстро растворился в толпе школьников.         Билл ненадолго прикрыл глаза. Легкий ветер окутывал его тело, худое и стройное, пальцы слегка подрагивали, сжимая резиновые ручки руля. Велосипед покачнулся, наехав на неглубокую кочку. Решив, что больше не следует испытывать судьбу, он открыл глаза, смотря вперед неопределённым взглядом.         Проехав последний поворот, они оказались у маленького подъема, возле которого решили оставить свои велосипеды. Дальше шло маленькое подобие лесенки: её выступы были сделаны в земле, а по краям отделаны полосами досок. Поднявшись по очереди, они вышли на просторную площадку.         С этого места хоть и не был самый лучший вид, но дух всё же захватывало. Душа Билла слегка затрепетала, оживая совсем немного, но этого хватило, чтобы его глаза заблестели и вернули ту часть искр, которая раньше всегда была с ним. Другие члены клуба это заметили, облегчённо выдыхая.  

* * *

        Они постоянно любили приезжать в это тихое и красивое местечко, где можно было хорошо отдохнуть и поплескаться в тёплых водах реки Дерри. Им нравилась спокойная атмосфера и вид, открывающийся с резкого, будто специально ровно скошенного обрыва.         Деревья, старые, высокие и зелёные, чьи кроны делали удобные тени, в которых можно было прятаться в особенно жаркие деньки, птицы, чьё пение приносило спокойствие и умиротворение, и река, течение которой столь теплое и медленное, будто ты окунаешься в расслабляющую ванную — всё в этом месте было похоже на маленький оазис, который просто назывался карьер. Ничего замудренного.         Ребята уже около получаса резвились и играли в воде. Поначалу было немного не по себе: прыгать с такого большого обрыва сперва решались не многие, конечно, пока не нашелся храбрец, решивший первым опробовать эту высоту.         Как не странно, им оказался Ричи, с большого разбега прыгнувший в пропасть, крикнув во все горло: «Джеро-о-онимо!». После него последовал Эдди, а потом и Стэн, от души смеясь над своим другом. Настала очередь Билла.         Он стоял наверху, смотря на то, как поочерёдно ребята выныривали, стряхивая с волос зеленоватого оттенка воду. Недолго думая, он тоже решился. Разбежавшись с нескольких метров, он прыгнул «бомбочкой», обхватывая свои худые колени и плюхаясь в воду, чуть ли не доставая до самого дна реки. Он вылез из-под толщи теплой жидкости, убирая её с глаз и ушей, растирая ноющие виски.         Они нечасто могли выбираться в это место. Не позволяли время и постоянные занятия. Но до конца учебного года осталось всего лишь две недели, да и первая уже подходила к концу, так что можно было немного расслабиться после целого напряжённого года.         Каждый ученик по-своему воспринимал предоставленное время. Некоторые пытались изо всех сил исправить свои оценки, другие просто не волновались о них ещё с самого начала.         А Билл просто существовал. Он не хотел находиться ни в школе, ни дома. Только со своими друзьями, такими же «Лузерами», он мог нормально жить. В компании глупо шутящего Ричи, обеспокоенного и заботящегося Эдди и серьезного Стэна юноша чувствовал себя живым. Это именно те люди, которых Билл мог назвать… Семьёй? Он не хотел об этом задумываться. Просто хорошо. Ему было с ними хорошо.         Он вновь потер слегка давящие на череп глухой пульсацией виски. Что-то в этом месте изменилось, определённо. Но он пока не мог понять, что же именно вызывало в нем чувство тревоги. Может, это опять чертова паранойя?  

* * *

        Они просто вновь играли в игру на подобии «Марко-Поло», как вдруг Ричи на что-то наступил. Это не было похоже на простой камень или комок водорослей.         Подросток нырнул в воду, путаясь в тускло-зеленых листьях, но все же достал свою находку, сразу созывая других и показывая ее им.   — И что, Ричи? — Стэн согнул бровь, показывая свое недоумение. — Это простая старая туфля какой-то девочки. Чего здесь необычного? — спросил он, вертя в руках и осматривая вещь, позже передавая её Эдди.   — Я не знаю… Просто, у меня странное ощущение. Здесь явно что-то не так… — ответил он поджимая нижнюю губу.   — Я т-тоже так д-думаю, С-стэн, — подтвердил обеспокоенность друга Билл.         Эдди все это время просто стоял и осматривал обувь. Она явно находилась здесь не так долго, потому что не успела слишком сильно размякнуть от теплой воды. Что еще следовало отметить, так это то, что она была женской. Впрочем, логично, но и парни тоже иногда носят туфли. Заглянув внутрь неё, Эдди обомлел. Нет, не может быть… Это просто невозможно, ведь так?   — Ребят, это обувь той девочки! — его голос слишком сильно дрожал. Эдди действительно боялся. — Она… Она ведь пропала еще несколько недель назад. И точно была в этой обуви в последние школьные дни. Я это помню! — он закрутился на месте, то и дело постоянно вздрагивая. Это чертовски нервировало.   — Эт-то была Бетти Р-рипсом, Эд-д. Я тоже ее п-помню, — Билл так и знал, что с ее историей что-то не так, но проверить свои догадки до этого не мог.   — С чего вы решили, что это именно её обувь? — Стэна уже начинала раздражать эта история его друзей.   — Она п-подписывает свою об-бувь. В-всегда, — сердце парня громко стучало, ударяясь о грудную клетку, а руки и голос сильно дрожали.         Билл вновь передал туфлю Стэну, показывая ровную подпись бывшей владелицы. Он удивленными глазами смотрел на то, как некогда красивое имя было размыто пресной водой, на то, как ровно было выведено: «Бетти Р.». Он чувствовал, как уже холодная вода стекала по его пальцам, подобно липкому страху, медленно ползущему по его телу, окутывая коконом паники.   — Ох черт… Неужели это правда? — на лбу выступила холодная испарина, и Стэн начал замерзать, впрочем, как и все, кто стоял в этой реке.         Находится в воде стало противно. Она уже не приносила былой радости и спокойствия, а только страх и глухую панику. Даже Ричи замолчал и не пытался как всегда вставить какую-нибудь шутку.         Билл был в стороне и просто не мог понять, что за хрень творится в этом городе. Неужели, пропал очередной ребенок? Как долго это будет продолжаться? Нет, Билл не мог все это просто так оставить.         Взрослые почему-то перестали обращать внимание на ранее пропавших, особенно после новых случаев. Они просто продолжали наклеивать листовки с просьбой помочь найти их детей поверх старых, будто все было в порядке. И никто, попросту никто, не собирался что-либо делать.         Денбро чувствовал… Нет, он давно себе пообещал, что найдет Джорджи и отомстит за пропажи других ребят. Чего бы ему этого ни стоило, он сделает все что угодно, лишь бы добиться своего.  

* * *

        Билл уже сидел дома, в своей как всегда холодной и одинокой постели, что ещё больше нагоняло тоски и уныния. Но сегодня он не мог позволить себе впадать в отчаянье.         Он встал с постели и подошел к столу, беря стеклянную упаковку с налепленным на нее стикером. Буквы на ней, слегка наклоненные вбок, гласили: «Успокоительное». Высыпав пару таблеток, он запил их стаканом воды. Теперь просто осталось подождать, и все будет хорошо. Правда, на время, но это сможет уберечь юношу от накатывающей паники.         Там, на карьере, подросток старался вести себя спокойно и стойко. Он не хотел выглядеть в глазах ребят слишком забитым.         Хоть он и был таким снаружи, внутри у него всё сжалось. Лучше бы пропал Бауэрс со своей шайкой, чем маленькие и безобидные дети. Так он думал там. Здесь его мнение не изменилось.         Прошло немного времени после приема таблеток, около получаса, но Билл уже ощущал, как начинал расслабляться, и глухая тревога уходила, оставляя его со слегка помутневшим и опустошенным разумом.         Подросток решил не делать домашнее задание из-за слишком сильной усталости. Лучше просто лечь пораньше, а сделать его он может и утром.         Переодевшись в свою ночную рубашку и штаны, почистив зубы и умывшись, юноша лег на кровать, укутываясь холодным одеялом. Усталость еще сильнее накатила на больную голову, сильно гудя и мешая думать о чём-либо.         Все те дети, пропавшие в дождливые дни… Он не мог так просто это оставить. Билл чувствовал сквозь затуманенный разум, как свирепеет его натура. Он, Билл Денбро, клянется себе, что найдёт похитителя Дерри, который украл их. Который украл его.