Под чёрным флагом

      «Странно», — подумал Луффи, стоило им сойти на берег.       Он чувствовал себя чужаком, который ступил на совершенно незнакомую землю. И это было не потому, что город изменился, нет. Всё было прежним: таким, каким было до его отъезда. Просто это Луффи стал другим.       Теперь он понимал, что всё вокруг сплошная ложь. Эти люди были рады своему статусу и считали себя счастливыми. Но на самом же деле они сидели в позолоченной клетке и не знали, что за её пределами скрывается настоящий мир. Они легко верили в эту ложную свободу. Луффи знал о чем говорит: всё-таки он сам испытал полное крушение своих убеждений. Его приключение длилось всего каких-то несколько месяцев, но он увидел больше, чем за всю свою жизнь.       Юноша сжал кулаки и посмотрел на своих спутников: Робин и Эйс были совершенно спокойны, доверяя ему указывать дорогу. Чувство гордости проснулось где-то в груди, ведь сейчас товарищи на него полагались. Конечно, они могли изучить план города по тому же туристическому буклету: их в Гоа достать мог каждый. Но эту часть плана доверили Луффи, и мальчик до сих пор не мог унять чувство безграничной благодарности судьбе.       Команда. Это была его команда! Люди, которые доверяли ему свои жизни. Они находились в самом сердце территории врага, и Луффи не мог их подвести! Ни за что.       От мысли, что вот ещё совсем немного и он спасёт Сабо, мальчик чуть было не срывался на бег.       Вдруг увидев в окне лавки своё отражение, Д. замер. Да, его причесали и переодели, чтобы на Гоа никто не узнал главного нарушителя правил, но… Луффи будто повзрослел на пару лет: на него в ответ смотрел не мальчишка, а совсем другой юноша, уверенный в себе, с необыкновенной решимостью во взгляде. Сердце зашлось в трепетном ритме, когда рядом оказался его капитан. Эйс так же мельком посмотрел на отражение и наклонился к парню. — Всё в порядке?       Горячее дыхание обожгло чувствительную кожу на шее, от чего парень поёжился и повёл плечом. Совсем не к месту Луффи подумал, что Эйс сделал это специально. Хотелось сбросить морок, который внезапно овладел им. Юный Д. был очарован тем, как они смотрелись вместе. Было приятно видеть себя рядом с Эйсом. Он выглядел не так нелепо, как представлял себя в своих мыслях. Даже как-то подходил капитану? Хотелось глупо улыбаться и танцевать, но это было непозволительно сейчас. — Быстрее, пошли дворами: там можно бежать. — Покачал головой Луффи. — У меня чувство, что…       Он не договорил, закрывая глаза и выдыхая воздух сквозь зубы. Чувство чего-то неизбежного и ужасного обрушилось на него совершенно внезапно. Чувство, что они уже опоздали. Будто кто-то засел у него в голове и без конца тихо шептал: «Беги».       Возможно, он выглядел не таким непоколебимым, как ему казалось, потому что Эйс вдруг окликнул проходящую мимо девушку и спросил, вежливо улыбаясь: — Добрый день, милая леди. Вы, случайно, не видели жениха?       Девушка не растерялась и мигом ответила, будто не в первый раз за сегодняшний день. — Конечно же! Издалека, но он такой… Прекрасный! Сияющие волосы, улыбка, глаза, одежда… Приехал из-за границы, привёз кольцо для принцессы. Какая счастливица, я так рада за неё! Вы не представляете, какое счастье для королевства…  — А как его зовут? Знаете, я тут недавно и… — Эйс был вежлив и улыбчив; Луффи не мог перестать удивляться такому контрасту с его обычным поведением.  — Ах, — девушка смущенно улыбнулась и отвела взгляд. — Сабо… Лорд Сильвер Сабо. Он… очень добр к людям.       Луффи не дыша смотрел на то, как Эйс вернулся обратно. Зачем он это сделал? Парень, внутренне сгорая от стыда, подумал о том, что Эйс о нём заботится? Мужчина же спросил без насмешки, серьёзно смотря на товарища: — Он? — Да, — кивнул парень. Но это его нисколько не успокоило.       Эйс больше ничего не сказал, и пираты молча свернули с широкой улицы, чтобы пройти к темницам менее многолюдными путями. Они были уверены, что Сабо там: по прибытии пираты допросили нескольких стражей и дозорных.       Парень вдруг задумался, а что он знал о Пиковых пиратах? На самом деле у него было смутное представление о других членах команды. Вместе с доверием к Эйсу, пришло и внезапное принятие пиратов, как своих друзей. Семьи. Он понял, что ему не нужны доказательства их верности. Была вера и большего не было нужно. Забавно, не правда ли?       Что касается девушки, юный пират не был уверен в своих чувствах. До сих пор по спине пробегал табун мурашек, стоило Робин опять улыбнуться своей загадочно-зловещей улыбкой. Она была самым умным человеком, которого встречал Луффи. Это многого стоит, ведь его брат — Сабо! В её бездонных чёрных глазах, казалось, поселилась вся история мира. Кроме этого, она была сильным фруктовиком, но совершенно не пользовалась этим. Робин за всё плавание и пальцем не пошевелила ради того, чтобы помочь пиратам. Даже в шторм она пила чай в своей каюте… И все же Луффи безгранично уважал девушку, которая была столь умна и красива, что вызывала в нём незнакомое чувство восторга; и столь же ужасна и беспощадна, что заставляла быть настороже каждую секунду, когда она была рядом.       На миссию они пошли лишь втроём. Марко должен был остаться на корабле: нельзя лишать команду и капитана, и его заместителя. А Тич был слишком заметным, его никакой грим не спасёт. Так и рассудили, что хватит такой маленькой группы. Эйс утверждал, что хватит и двоих: Эйс — грубая сила, а Луффи — проводник. Но команда решила, что их взрывной дуэт и камня на камне не оставит на острове Рассвета.       Пираты шли совсем заброшенными путями, где нет лишних глаз. Поэтому, проходя мимо более оживленной улицы, они терялись от обилия красок и скорости пробегающих людей. И только Луффи сразу привык к ритму города: стремительному, несущемуся, слишком уж быстрому для аристократов, но такому знакомому. — Мальчик, — едва слышно обратилась Робин. — На Гоа есть библиотека? — С улыбкой спросила она; увидев непонимающий взгляд, вздохнула. — Место, где хранят книги. — Я знаю, что такое библиотека, — насупился парень. — Есть. — Неужели, — хмыкнула брюнетка. — И книги читаешь? — Читаю! — прогудел он и видя, что девушка снова собирается задать вопрос, опередил её. — Сабо заставлял, понятно?       Ему не хотелось говорить, что читал только сказки о героях, чудовищах и очень давно — пиратах. Главное — читал. — Неужели сказки? — Со стороны охарянки послышался смех, и парень почувствовал, как горят его щеки. Она читала его мысли? Слышал ли Эйс их разговор? Ошеломленный Луффи не сразу понял, что молчит, ведь давно пора возразить. — Какие ещё сказки? Я не маленький!       Спутники тихо засмеялись. Хотелось провалиться сквозь землю в тот же самый момент: было ужасно стыдно. Но все мысли выбило из его головы в следующую секунду. Эйс приобнял его одной рукой за плечи и с усмешкой сказал, — всё нормально. Я вот тоже люблю разные сказки…       Ох, ну, просто прекрасно, черт возьми!       Почему-то казалось, что Эйс говорит вовсе не о сказках. Луффи с гневом скинул его руку с плеча и, хмуро смотря на того, прошипел. — Хватит, мы пришли!       «—Беги», — раздалось у него в голове; придя в себя, Луффи понял. Морские короли. Они снова взялись направлять его, и мальчик почему-то был уверен в их желании спасти Сабо, потому сразу же сорвался на бег, никого не предупреждая.       Старания Робин успокоить парнишку пошли насмарку: он снова был ужасно напуган. Всё было, как в тумане. Коридоры, темницы, тупики… Его захлестнуло отчаяние. Сколько? Сколько ещё он будет бессмысленно выбивать двери? — Где Сабо? — Юноша схватил за грудки охранника, с силой ударяя его о стену. — Где Лорд?       Казалось, ещё мгновение, и он сгорит от отвратного чувства, которое затопило его сердце. Чёрная, гнилая ярость разливалась по венам, словно яд. Хотелось кричать и крушить всё, что попадётся под руку.       Он добежал до последней тяжелой двери: единственной, что не свалилась от его первого удара. Не думая ни секунды, он выхватил ключи из рук дрожащего мужчины. За спиной кричали голоса, которые пытались до него достучаться… Луффи слишком устал и уже не различал крики друзей и морских королей. Всё одно. Все твердят одно и то же.       Камера была пуста. Но выглядела так, словно здесь была битва. Казалось, темницу пытались разорвать изнутри… Но парень будто этого не замечал, в отличии от своих спутников: Робин побледнела, а Эйс нахмурился. И старшие вдруг переглянулись; из их мыслей никак не хотела уходить картинка почти разрушенной темницы. Кто был в этой камере? Кто мог сотворить такое с темницей из кайросеки?       Луффи готов был заплакать. Его грудь раздирало от боли.       «—Ты опоздал… ты опоздал… ты опоздал». — Заткнись! — заорал Луффи на перепуганного стража, тело которого била крупная дрожь. — П-прошу… у меня дети… — начал он, поскуливая от боли: пират слишком сильно сжимал его плечи. — Где Сабо? — Его больше нет… тут нет… — Где он? — Я не скажу…       Что-то надорвалось внутри него. Юный Д. скинул чью-то руку со своего плеча. Почему все пытаются его остановить?       Мысли будто заволокло туманной дымкой, на глаза наворачивались слёзы, а в горле выросли иглы, которые не давали произнести и слова. Луффи понимал, что стражник ничего не скажет. Он бы не сказал? Не важно. Пока его не боятся — он ничего не узнает. Если бы он мог гореть, внушая лишь своим видом ужас, то всё бы получилось. Если бы он только мог причинять нестерпимую боль. — Если ты не хочешь говорить… — Да очнись ты, глупый ребёнок! — в чувство его привёл жар пощечины. Луффи посмотрел в разгневанные чёрные омуты и с опозданием подумал, что Робин оказывается очень красива, даже когда злится. — Что теперь делать?.. — спросил он, пытаясь собраться. — Подумай головой, — раздраженно бросила брюнетка. Луффи уставился на неё, пытаясь понять, что же она ему говорит. Он думал. Слишком много думал, слишком много решений пытался придумать в одночасье.— Его тут нет, потому что его готовят к церемонии. Его не повели бы к алтарю прямо из темницы! — Значит Сабо жив? — потерянно спросил юноша, вдруг поворачиваясь к Эйсу, смотря на того с какой-то болезненной мольбой. Странно, ведь он совсем забыл про других, пока несся раскаленной пулей по коридорам, а сейчас так легко нашел мужчину взглядом. Эйс же смотрел на него странным долгим взглядом и кивнул. — С чего ему быть мёртвым? Свадьба — это не смерть, — вздохнул мужчина, делая шаг к мальчишке. Эйс поднял руку, и Луффи еле удержался от того чтобы зажмуриться: он помнил болезненные подзатыльники Сабо… Однако мужчина слишком нежно провёл рукой ему по волосам, зарываясь в них пальцами, взъерошивая. По телу прошла волна тока от прикосновения кончиков пальцев к коже головы. — Всё идёт по плану. Всё будет хорошо. — Обещаешь? — спокойно спросил парень, медленно приходя в себя. Эйс кивнул, и он совсем расслабился. — Морские короли… мне кажется они опять? — Мы с этим разберёмся. А сейчас пошли: пока ты мучил охранника, мы допросили остальных. Сабо во дворце. Церемония должна состояться только на закате… — Почему его забрали так рано? — спросил Лу, вновь смотря на стража. — Его п-приводят в чувство, п-парень был совсем п-плох… — опасливо проговорил измученный мужчина, заикаясь. — Что вы с ним сделали? — Луффи и сам удивился тому, как странно звучит его голос: пусто и жестоко. Неудивительно, что ему никто не ответил. Интересно, он выглядел так же, как представляет себя? С горящим яростным взглядом, страшным оскалом, подавляя лишь своим присутствием? Что-то внутри — тёмное и злое — вновь поднималось из бездны и просилось наружу. Что-то, что не имело голоса или осязаемого облика, но способное кричать внутри него.       Грудь обожгло так, словно он прижался к раскаленной печке. Луффи резко выдохнул, удивленно поднимая взгляд на старшего. Объятья сейчас были слишком неожиданными. — Приди в себя, — прошипел Эйс, встряхнув того за плечи. — Что с тобой?       Луффи молча помотал головой, крепко сжимая зубы. Так сложно сдержаться… — Твой брат не умрёт, — вдруг заговорила Робин. — Сегодня ему благоволят звёзды.       Луффи кивнул и попытался улыбнуться, но вышла лишь кривая усмешка. Несмотря на слова товарищей, ему не переставало казаться, что они без смысла бегают от одного места к другому. Но ему хотелось верить им. Очень хотелось. И юноша задушил этот противный голос внутри себя, который истерично кричал о том, что они опоздали.  — Я просто хочу спасти своего брата. — Его голос разнесся по коридору, словно обвинение — жёстко и нетерпеливо, но он побежал следом за друзьями.

***

 — Ты думаешь всё это — странно? — Робин как обычно улыбалась, но Эйс знал, что скрывается за её улыбкой. Тем временем она продолжила: — Мальчик, говорящий с королями, последний найденный понеглиф и всё это на пороге войны? Будто ход истории ускорил свой бег.  — К чему ты говоришь об этом сейчас? — вздохнул Гол Д., неотрывно смотря на людей внизу. — Я говорю о том, что безумно интригует. Знаешь, война…       Луффи осмотрелся вокруг, не стараясь больше вникать в разговор старших: опять планы, тайны и заговоры. Сейчас его волновал лишь его брат. Остальное было не важно.       Пираты стояли в ложе для знатных гостей на втором этаже, каким-то чудом уцепившись за компанию молодых и благородных лордов. Было бы даже смешно то, что их приняли, как своих, если бы Луффи не знал в чем причина этого. Он точно видел, как в бокалах господ на секунду выросли чьи-то пальчики и высыпали туда щепотку какого-то белого порошка. После этого благородные вдруг посчитали их своими лучшими друзьями. Пираты в свою очередь сделали всё, чтобы не вызывать подозрения у других своим видом.       Робин была в облегающем платье цвета сирени. Хоть она и ловила на себе заинтересованные взгляды, все равно разбивала все надежды холодным безразличием к комплиментам. Эйс завязал волосы в небрежный хвост шелковой лентой и облачился в традиционный костюм: тёмные штаны, рубашка с широкими манжетами, а вот белый пиджак небрежно висел на плече. Его легко могли упрекнуть за плебейские повадки, если бы он не кружил голову одним своим видом. А уверенность в себе, достойная королей, выбивала все едкие слова из мыслей тех, кто устоял перед его шармом.       Луффи на фоне такой внушительной пары походил на их ребёнка или младшего брата. Взгляды гостей лишь слегка останавливались на нём, прежде чем полностью сосредоточиться на его спутниках. Конечно, это было им только на руку: не хотелось, чтобы в юноше узнали личного слугу небезызвестного лорда… Но Луффи такой расклад дел не устраивал: даже сейчас он хотел, чтобы его считали, если не сильнее, то хотя бы равным Эйсу.       Парень так далеко ушёл в свои мысли, что не сразу услышал о чем говорят его спутники. Те стояли рядом с ним, но шептались, осторожно поглядывая на толпу. Про него те вовсе забыли, даже не смотря в его сторону. Луффи нахмурился и подошёл ближе, но никого не окликнул. —…и как далеко ты собираешься зайти? — Робин, которая и раньше была загадочной, сейчас была сравнима разве что со змеем искусителем. Её голос спокойный и пьянящий, как хорошее вино, ласкал слух.  — Ты и так знаешь, что я собираюсь делать. Скоро Совет пиратов, я связался с Йонко — пора бы и им что-то сделать для своих, и…  — Нет, Эйс, — улыбнулась охарянка, — я не об этом. Как далеко ты готов зайти с парнишкой?       Луффи, который собирался вмешаться в разговор, замер. Он чувствовал себя неловко, ведь никогда не думал, что будет кого-то подслушивать!  — Это так заметно? — улыбнулся капитан.  — Ты с него пылинки сдуваешь.       Юноше хотелось возразить: когда это? Издевательства, подначки — были, а вот никаких пылинок он не помнил. Луффи даже забыл подумать о том, что ему стыдно из-за того, что кто-то узнал об этой их ситуации. Было слишком интересно, что же ответит Эйс.  — Всё твои шуточки, — вздохнул мужчина, слегка ухмыляясь.  — Разве шуточки? — съязвила девушка. — Ты такой живой рядом с ним. Все бывшие проходили одним мгновением — тяжело удержаться рядом с принцем, — она поиграла бровями так забавно, что вмиг помолодела на несколько лет.  — Робин…  — Действительно; я думала: в чём проблема? А оказывается, что нужны были не женщина или мужчина, а несносный мальчик.  — Робин, черт тебя дери, не делай из меня изверга! Я всего на года три старше.       Охарянка усмехнулась и мягко засмеялась, чуть запрокинув голову. — Это в физическом плане, в психологическом — вы одногодки.  — Тем более… — прошипел Эйс и вдруг осёкся. — Подожди. Что?  — Идеальная любовь.  — Прошу. Заткнись.       Луффи отступил от товарищей на пару шагов, ошеломленный стуком своего сердца. Казалось, оно стучало у него в ушах. Щеки же горели адским пламенем — хотелось содрать их с лица, чтобы те не выдали его позор.       Эйс ничего не отрицал.       Он признал при своём давнем товарище, что его влечёт к нему?       Парнишка осоловело осмотрелся, пытаясь найти то, на что он мог бы сейчас отвлечься и прийти в себя. Люди, люди, люди… Сотни одинаковых людей, которые смеялись в такт друг другу. Однако, будто бы придя к нему на спасение, заиграла музыка.       Луффи не без труда узнал гимн Гоа, который звучал в этой стране не так часто, как должен был. Руку покалывало, словно та желала лечь на сердце, как у всех собравшихся. Но парень лишь сжал кулаки, отгоняя странные мысли. Он уже давно не питал тёплых чувств к родине. Когда же музыка стихла и можно было двигаться без угрозы порицания со стороны, он приблизился к перилам. Внизу была толпа гостей: более шумная, чем в их ложе.       Само помещение представляло собой огромный зал, словно для оперных выступлений. Высокие стены, величественный потолок, десятки ходов вдоль стен, которые вели к ложам с лучшим обзором на церемонию. Они находились в одной из таких и могли наблюдать за всем залом одновременно. Потому Луффи первым заметил странную процессию, которая распугала толпу. — Это тенрьюбито, — голос Эйса прозвучал слишком близко; повернувшись на его звук, Луффи чуть было не стукнулся с мужчиной лбами. — Да? — как-то нерешительно спросил парень, не в силах перестать смотреть в бездонные серые глаза. Эйс же кивнул, вновь отводя взгляд.       Луффи легко смог заметить, что спутник напряжен: он сжимал кулаки, неотрывно смотрел на процессию стеклянным взглядом и не улыбался. Это было странно! Даже в схватке с противником он улыбался, ну, или насмехался над противниками. — Что-то не так? — осторожно спросил юноша и сам не осознавая того, коснулся плеча старшего.       Капитан вмиг растерял всю серьезность и усмехнулся: — Волнуешься обо мне? — Ещё чего, — смущенно пробормотал Луффи.       Смотреть на то, как напыщенная знать трясется от страха оказалось веселее, чем он думал. Луффи заметил некоторых тех, кто унижал его брата, считая слишком слабым. Сейчас они пытались слиться с толпой, дабы на них не упал взгляд тенрьюбито. И мальчик гордо улыбнулся — его брат никогда не боялся небесных драконов. — Это он — Сабо? — спросила Робин, вставшая с другой стороны от него. Луффи обернулся к ней, сначала удивлённо смотря на её лицо в поисках намёка на шутку и не найдя его, опустил взгляд вниз на толпу. — Луффи, вау. Он такой красивый, что захватывает дух.       Бум.       Сердце, словно резко рухнуло вниз, а потом взлетело и замерло где-то в горле — поэтому он не мог дышать? Он судорожно смотрел на две фигуры, которые двигались в людском коридоре, точнее на одну из них. Вокруг был лишь шёпот восхищения и аплодисменты. Неужели они не видели? — Что они с ним сделали? — из его уст вырвался жалкий скулёж.       Он сжимал и разжимал кулаки, даже не заметив, как перешёл на второй гир. Но Эйс схватил его за руку в ту же секунду, удерживая на месте. Луффи посмотрел на него с такой беспомощностью, что старший мигом помрачнел и дал какой-то сигнал Робин. — Мы должны его спасти! — прохрипел мальчик, всё еще стараясь держать себя в руках и не привлекать внимания. — Рано, — только и сказал пират. — Посмотрите на него. Он же едва жив… — Я вижу. Но мы дождёмся коронации.       Луффи вспыхнул уже не пытаясь подавить в себе гнев, — о чём ты, черт возьми? Он мой брат, а не игрушка! Нужно спасти его! Какая разница: король он или нет… — юноша чуть было не вскрикнул — из его плеча вдруг выросла рука, которая зажала ему рот. Он метнул быстрый, раздражённый взгляд на Робин и попытался вложить в него всю свою злость, но та лишь усмехнулась. — Он должен стать им. — Терпеливо заговорил Эйс. — Он должен заполучить право власти, чтобы спасти народ Гоа.       Луффи хотел возразить, закричать: не плевать ли тому на народ Гоа, но не мог. Во-первых, его всё ещё держала Робин. Во-вторых, Сабо было бы не плевать. — Вижу, понимаешь. — Продолжил мужчина. — Революционеры добыли информацию, что нынешние правители планировали отдать весь народ в рабство тенрьюбито. Именно поэтому и выбрали Сабо королём: он бы ничего не смог сделать, находясь здесь. Драконы проделали такое уже с несколькими странами. Многие из моих товарищей — спасённые рабы, чуть было не замученные до смерти. Я знаю, тебе плевать на знать — мне тоже. Но на этом острове есть тысячи других людей. Ты хочешь для них участи, которая хуже смерти?       Луффи подумал: хочет ли он этого? Да даже для знати? Ответ пришёл незамедлительно: ни за что. Ни для обычных людей, ни для знати, ни для дозорных. Тот, кто желает свободы, не имеет права отнимать её у других.       Рука зажимающая его рот исчезла также внезапно, как и появилась. Но Луффи больше не собирался кричать. — Мальчик, верь своему капитану. Так надо. Вспомни своё детство, всю боль, которую вы пережили? Готов ли ты ради своего эгоизма обречь тысячи других детей на ещё бо́льшие муки? — вкрадчиво проговорила охарянка. Её слова перевернули всё внутри него, окончательно задушив все намерения спорить. — Как только он им станет — мы спасём его! — не спрашивая, а приказывая, сказал юный пират. Спутники кивнули: им нечего было возразить, ведь таков был план.       Церемония венчания тем временем подошла к концу. Луффи теперь неотрывно следил за своим братом, готовый в любую секунду рвануть к нему на помощь. — Что мне делать? — вдруг спросил он. Ведь парень сейчас понял: он ни черта не знает об их «плане». — Просто наблюдай. Когда я скажу, то сразу беги не раздумывая. — А Сабо? — Всё будет. Верь мне. — Жёстко ответил Эйс. Луффи не к месту подумал, что капитана задевают его сомнения? Ох, ну, конечно. В нём великом сомневаются.       Он усмехнулся, чуть успокаиваясь. Если Эйс был так уверен в своём плане, стоило немного расслабиться. Всё-таки пират не просто так никогда не проигрывал.       Старший ответил такой же усмешкой. Робин благоговейно вздохнула: — Теперь я вижу, что всё в любовных романах — чистая правда! — Заткнись, Робин. — О чём ты? — смущённо выдал Луффи. — Ни о чем, — подмигнула ему девушка. — Следи за залом.       Парень послушался. Впервые в жизни он чувствовал себя так. Но наблюдение за церемонией быстро сменила смущение гневом и болью: было нестерпимо смотреть на то, как брат падает на колени с таким лицом, словно больше никогда не сможет подняться. — Нарекаю тебя, Сильвер Аутлук Д. Сабо, сына Аутлука Третьего, правнука пятьдесят шестого Короля Аутлука Первого, потомка изначальной семьи, Семидесятым Королём и Защитником Королевства Гоа… — заговорил священник и Луффи увидел, как все вокруг всполошились. Даже Робин и Эйс напряглись и встряхнули его: — Он Д.? — спросили они. — Что? — вопросом ответил парень, не понимая, чего от него хотят. — Плохо, — прошипел Эйс, сжимая кулак, который секунду спустя едва засветился зелёным светом. — Что ты делаешь? — завороженно спросил Луффи, наблюдая за едва видимым светлячком, который взмыл ввысь и в следующий миг появился рядом с Сабо. — Ему нужна помощь, — только и сказал Эйс. — Ты не говорил, что он Д.       Они снова начали следить за, теперь уже Королём, который поднялся с колен и будто растерял всю ту смертельную усталость, что так испугала Луффи. — Я, Сильвер… Аутлук Д. Сабо, Семидесятый Король и Защитник Королевства Гоа, находясь в здравом уме, выступаю перед своим народом впервые… — Заговорил он, внимательно осматривая людей вокруг. Луффи потерял дар речи: они встретились взглядами, но брат его не узнал. — Наше Королевство — это земля благородных и благочестивых людей. Людей, которые давно не видели остального мира, скрываясь за стенами. Мы не интересуемся жизнью других стран, мы затворники, которые принимают только знакомых гостей. И это когда-нибудь сыграет с нами злую шутку. Я прошу вас вспомнить изначальную историю нашей страны: давным давно мы вырвали себе право свободно дышать из рук Мирового Правительства и Семьи Д.; сплотясь вместе, как один, отстояли право голоса. Но мы забыли… Мы забыли, что имеем право говорить, что имеем место в Совете Королей. Всё это время мы отдавали свои голоса не раздумывая, не имея собственных мнения и желаний… — Ой, дурак… — промычал Луффи, закрывая себе рот, чтобы не прокричать это. Кто в здравом уме скажет такое, когда у него за спиной тенрьюбито? — Нет, он просто лучший. — Удивлённо выдохнул Эйс, готовый в любой момент сорваться на помощь этому невероятно смелому человеку. —… Мы больше не будем слепо следовать воле небесных драконов. Люди не боги — мы держим ответ лишь перед своей совестью. Король служит лишь своему народу… И я объявляю, что Гоа больше не признает своего подданства перед Мариджоа. Мы останемся членами Мирового правительства и сохраним свои места в Совете королей, но становимся Независимым Королевством. Мы вновь будем Единым Народом, который контактирует с остальным миром. С сей минуты, сказанное Священным Словом Короля, вступает в силу. — Великолепно, — прошептала охарянка. — Я влюбилась.       Парень, словно зачарованный, всё это время наблюдал за Сабо, но сейчас просто не мог не оглянуться на девушку — таким восхищённым был её голос, что он сначала опешил. А потом понял. Луффи действительно гордился братом и сейчас не мог осуждать чувства Робин: лишь немногие девушки не были очарованы им. — Пора, — внезапно скомандовал Эйс. — Бегите.       Юноша удивлённо вскрикнул, когда его рванули за руку к выходу. Но было поздно. Внезапно раздался оглушительный звук выстрела.       Луффи наблюдал за всем, будто время остановилось для него одного: он видел, как небесный дракон поднялся со своего места и небрежно вскинул руку с пистолетом, который был направлен на Сабо. На его брата. Он хотел сорваться и спасти его, но пуля уже летела. И он не мог успеть. Не тогда, когда его сжимают руки Робин, выросшие отовсюду.       Он никогда не думал, что будет смотреть на смерть брата. Никогда не думал, что увидит столько его крови. И всё, что мог сделать Луффи — это задушенно закричать, сердцем умирая вместе с ним.       Нет.       Пожалуйста, нет. — Беги! — Эйс больно ударил его в грудь, словно стараясь так привести в себя. — Он в порядке. Я вытащу его! — властно сказал он, но затем понял, что слова никак не влияют на подчиненного — он начал ещё яростнее вырываться из рук. Эйс опять забыл про то, каким упрямым мог быть Луффи. — Робин, уведи его!       Всё расплывалось. Картинка перед глазами стала мутной и дрожащей, словно он на грани сна и реальности.       Лишь чудом мальчик увидел, как кругом кричат люди, а посреди алтаря раздаётся взрыв.       Его мутит так, что он даже начинает думать о смерти — так сильно Робин держала его. Неужели она снова хотела его задушить? Юноша чувствовал жар, будто вокруг лишь нескончаемое пламя, а ещё горячие слёзы на своих щеках. Последнее, что видел Луффи — это бездыханное тело брата на руках своего капитана.

***

      Серый терминал, который нагнетал ужас на всех лишь своим названием, на самом деле был не так плох. На его территории было даже цветочное поле и лес, где любили веселиться дети.       Сабо бегал по зарослям густой травы с младшими детишками из терминала, пока в какой-то момент не упал, заливисто смеясь, и утонул в зелёном море. Дети попрыгали в то же место и оттуда послышалось ворчание.       Луффи не смог сдержать улыбки, наблюдая за дурачеством обычно серьёзного брата. Наконец-то они были в безопасности.       Но что-то тянуло его от этой спокойной картины, далеко за пределы цветочного рая. Будто не по своей воле парень поднимается и идёт туда, где возвышаются огромные деревья. Не к месту Луффи показалось, будто бы всё вокруг горит: будто картинка на секунду сменилась, показывая то, что происходило на самом деле.       Но сейчас то самое неведомое, тянуло его в лес, отвлекая. В самую глушь, где солнечный свет не касался дороги. Кругом лишь он и непроглядная тьма, которая на удивление не пугала его. Наоборот, он чувствовал спокойствие: никто здесь не навредит ему.       Вдруг где-то со стороны он заметил странное шевеление темноты. Он не знал точно, но чувствовал, что это что-то важное. Что-то, что может читать его мысли и передавать свои, и может говорить с ним не размыкая уст…       А. Опять морские короли, да? Мальчишка усмехнулся, махнув рукой. Ладно. Не страшно. Они не те, к кому он идёт.       Луффи даже не останавливается, чтобы почтить чудовищ. Их сотни вокруг: те плывут по воздуху, будто по морю. Огромные глаза следят за каждым его шагом, но ничего не говорят. Лишь молча просят идти за ними. Луффи и сам не мог понять, как он слышит их мысли. Нет. Даже не мысли, а желания. Они хотели, чтобы он шёл вперёд.       Он не видит дороги. Земля впереди освещается лишь перед каждым его шагом, поэтому Д. не знает, что ждёт его впереди. Возможно, лишь тьма? Не страшно. Он знал, что выберется отсюда. А Сабо в безопасности — большего ему не надо.       Спустя несколько часов этого, казалось бесконечного пути, он упирается в стену. Красную высокую стену, испещренную незнакомыми ему символами.       «Смерть».       Не слова — ощущения, вытекали из понеглифа. «Коснись — и ты умрёшь», — будто говорил злой камень.       Все чувства, до этого чем-то задушенные внутри, взорвались фейерверком. Страшно. Любому будет страшно, когда он окажется с существом, которое так сильно желает его смерти! Стоп. Существом?       Луффи удивленно воззрился на куб, будто пытаясь найти в нём признаки жизни. Лишь в последнюю секунду он успевает отскочить от него: вместе с волной злобы из того вырвалась костлявая длинная рука, когти которой вспороли воздух там, где он стоял. Раздался душераздирающий вой неизвестного существа, полный ярости и отчаяния.       «— Ловушка».       «— Клетка».       «— Нельзя выпускать».       «— Дай умереть».       «— Беги».       «— Сабо знает… спроси…»       Луффи даже усмехнулся, пока корчился на земле от боли. Вот почему морские короли молчали всю дорогу: ждали своего часа, негодники. И не прекращали теперь. Они кричали на него, будто мальчик мог услышать все их голоса! Так больно... Неужели они не понимают, что всё бессмысленно? Почему не может говорить лишь один, чтобы его голову не разбивали криками, будто отбойным молотком?       «— Дай ему умереть»: — раздалось у него в голове намного громче других голосов, и Луффи смог отчетливо увидеть тело на земле. Всё в крови…       Он больше не мог думать о том, что же хотели сказать ему морские твари. Он не хотел думать о том, что у умирающего тёмные волосы и совсем другие черты лица, что  — это был не его брат. Луффи лишь видел перед собой, как Сабо застрелили, и, как он сгорает в неистовом пламени. Поэтому он без труда вышвырнул чудовищ из своих снов, просыпаясь, отчаянно крича одно лишь имя: — Сабо!

***

      Долгие минуты уходят на то, чтобы понять: он в своей каюте. Страх, отчаяние и ярость — все ранее одолевающие его эмоции, — пропали. На душе было спокойно, словно штиль сменил ранее бушующий шторм. Первыми его мыслями было кричащее от радости осознание: «Это был сон». Но стоило вспомнить всю ту кошмарную миссию спасения, которая сейчас казалась до невозможности нелепой, он еле устоял на ногах. Не сон, не кошмар, а реальность. Жестокая, граничащая с абсурдом, реальность.       Каждый шаг даётся с трудом, будто ноги облили расплавленным свинцом. Чёрт морской, дай ему сил сдержаться, дай сил выслушать и не разнести всё на своём пути… Луффи хотел верить в то, что опять ошибся. Что на самом деле всё хорошо и сейчас, там наверху, его брат знакомится с его командой: улыбается так тепло, как всегда; допрашивает Эйса; уже подружился с Робин и Марко, которые рассказали ему о всех приключениях Луффи. Это же возможно? Ведь Сабо и так слишком много страдал, он заслужил счастья?       Морской воздух заполнивший собой каждую клеточку его тела, даже заставив встать дыбом волоски на руках и пробежать стаю мурашек по спине, не принёс ожидаемой радости. Не важно как тело реагировало — на душе скреблись разъяренные черти.       Луффи осмотрелся и потерял дар речи: вокруг все веселились, танцевали и пили. Солнце светило в зените, значит был уже новый день. Парень начал искать взглядом светлую макушку, с трепетом удерживая надежду, которая исцеляла разбитое сердце юноши. — А где Сабо? — спросил он, подойдя к Марко, который не заметил его. Мужчина обернулся и растерялся, смотря на парня долгим тяжёлым взглядом. — А…       Он резко обернулся на хриплый смех своего капитана, и потеряв весь интерес к фениксу, пошел к Эйсу. — Луффи, эй! — вдогонку крикнул ему феникс и попытался схватить мальчишку за локоть, но он сразу вырвался. — Какого черта! — набрав воздуха, он заорал прямо в лицо Гол Д. — Какого чёрта? Ты мне обещал! — Луффи, ты не так понял… — устало сказал Марко, пытаясь встать на защиту своего капитана, но парень будто бы его и не видел. — Сабо умер! Мой брат умер, а ты просто смотрел! Ты даже не дал мне его спасти! — Он не умер, Лу… — Всё сказал? — раздражённо спросил Эйс, также, как и Луффи не обращая внимания на Марко. — Ты же обещал, Эйс! Как я мог тебе поверить?! — последний раз закричав, Луффи опустился на пол. Весь запал и желание махать кулаками ушли. Пришло полное безразличие. Если Сабо больше нет, а Луффи... так предали, то, что ему теперь делать? Что ему делать?       Грудь сдавил приступ боли.       Сабо больше нет?       Он пытался вдохнуть воздух, снова закричать, ударить, уничтожить, вернуться на Гоа и разнести там всё, но мог лишь бессильно смотреть на свои дрожащие руки. Сабо больше нет. Весь мир странно накренился. Больше не было смысла. Ничего. Ничего уже не вернёт Сабо. А он… он потерял надежду, команду и то, в чём не мог себе признаться. Друга, товарища, капитана… Эйса. Он потерял Эйса. — Посмотри на меня.       Зов моря слышался отчётливо громко. Если сейчас он прыгнет, то всё закончится? Вся эта война и боль оставят его. Юноша уставился на морскую глубину без страха, наоборот, с отчаянной жаждой. — Посмотри на меня, твою мать! — раздалось слишком громко. Он поднял взгляд, но ничего перед собой не увидел. Внезапно у него перехватило дыхание, словно весь воздух выбило из лёгких… поцелуем? Грубым, сжигающим дотла, поцелуем; горячими объятиями сердцем к сердцу; туманным желанным взглядом, который так точно повторял его собственный.       Луффи испуганно уставился на Эйса, который отстранился, но всё ещё до боли сжимал его плечи. Слова никак не хотели ложиться на язык. Он даже не сразу заметил, что феникс сейчас согревал его своим мифическим пламенем. Марко тоже видел, да? Они все видели. — Сколько раз повторять: Сабо жив! Он на корабле! Мы спасли его! — проорал Эйс ему прямо в лицо с таким гневом, что Луффи невольно от него отпрянул. Он оглянулся: пираты наблюдали за ним с неподдельным волнением. — Правда? — разом забыв все те ужасные мысли, будто их и не было, спросил парень. — Я же обещал! — отчаянно воскликнул мужчина.       Луффи, делая жадный вдох спасительного воздуха, кинулся прямо на Эйса. Ему было плевать, что за ним наблюдает вся команда. Совершенно. Он был уверен, что их поймут.       Он сдавил капитана в медвежьих объятьях, чувствуя внутри себя ослепительные взрывы эйфории. Эйс его не предал. Сабо жив. Сабо рядом, живой, живой, живой! Сабо, Сабо, Сабо! Мысли бились друг с другом за главенство в его голове, от чего Луффи не мог совладать с собой: хотелось всего и сразу. И увидеть Сабо, и обнять Марко, и покружить на руках Робин, и кричать от счастья, извиниться и ещё раз поцеловать Эйса, быть рядом с ним, смотреть на него и понимать, как же он стал ему дорог. Нет! Сейчас важнее всего Сабо! Убедиться в том, что ему не послышалось. Что это не жестокая попытка его успокоить… — Сабо… хочу увидеть… пожалуйста… — с трудом выдохнул парень, все ещё сжимая руки на плечах Эйса. Взгляд мальчишки был устремлён на море, которое было покрыто бликами палящего солнца. — Эйсу, я… — Его голос дрогнул несмотря на то, что он пытался собраться. Луффи хотел сказать, что ему жаль. Хотелось пообещать, что отныне он будет верить Эйсу. Но из-за щемящей нежности в сердце, которая граничила с болью, он мог лишь доверчиво прижиматься к мужчине. Может он поймёт его без слов? Если Эйс такой потрясающий, то может и сейчас он оправдает чужие обещания? — Заткнись, Луффи, — проворчал мужчина, невесомо касаясь губами его щеки. И парень, готовый кричать от счастья, не мог с ним спорить, сжимая в объятьях ещё крепче. — Да, капитан.