Дознание. Ободранный лорд

      Теон тщательно затянул портупею, одернул края и рукава дублета. Провел по щеке, чувствуя колкость появившейся щетины. Бросил взгляд в мутное, треснутое наискосок зеркало над столом и отвернулся. Он был не готов посмотреть на свое отражение и увидеть в глазах то, что произошло сегодня ночью. Внутри пульсировали сдавленные в тугой комок эмоции: злость на себя, смешавшийся со стыдом страх, и странное, незнакомое возбуждение. Пугала сама мысль выпустить это наружу, попытаться разобраться в том, зачем он пошел к Рамси, и что изменила в нем ночь, проведенная в постели с его милордом… Бывшим милордом.       Прямо сейчас нужно было удавить в себе всю эту сумятицу чувств и мыслей, потому что внизу его ждали люди, которые какой-то насмешкой Неведомого зависели от него. С раннего утра он прокручивал в голове то, что собирался сказать им. Повторял снова и снова, боясь ошибиться. Но слова – ветер, не ухватить. Соответствует ли он сам тому, кем пытается быть, кем остальные должны его видеть? Лучше не смотреть себе в глаза прямо сейчас и не проверять это.       Рамси научил его находить правду, отраженную в зеркале: «Посмотри на то, кто ты есть на самом деле. Уродливая трусливая сучка, бесполезная и никому не нужная». И Вонючка видел это сквозь заполнившие глаза слезы. Потом, на Стене, он долгое время не заглядывал в зеркала. Сначала было страшно, как будто за плечом появится Рамси, чтобы сказать унизительные, пробивающие насквозь слова. Позже эти страхи притупились, а собственное отражение перестало иметь хоть какое-то значение – Теон чувствовал себя частью Ночного дозора, жил общей жизнью зимы и войны, и это помогало принимать себя и собственное прошлое. Слишком отросшую бороду он состригал практически наощупь или косясь в обломанный зеркальный треугольник в своей келье. На гладкой поверхности всплывали бледные шрамы, обведенный темной усталостью то один, то другой глаз – рассматривать себя было незачем. Если удавалось помыться, то было это, как правило, быстро и в полутьме. Да и все, что требовалось тогда от тела – выносливость. Остальное не имело значения.       По-настоящему долго он простоял перед зеркалом после неожиданного решения Дейенерис, пытался натянуть на себя образ лорда-командующего. Очень давно в совершенно забытой прошлой жизни у него бы это легко получилось. Но окончившись, лето унесло с собой все, что было дорого и всех. Ночью, когда жизнь Черного замка затихла, он взял факел и отправился в одно из брошенных помещений Королевской башни, где видел большое зеркало на стене. Он помнил два собственных отражения – Теона Грейджоя со вздернутым вверх подбородком и нахальной улыбкой и Вонючки – жалкого существа с безвольно опущенными плечами и трясущимися руками. Он не хотел узнавать в себе ни первого, ни второго.       Осветив пыльное пустое помещение тремя факелами, Теон осторожно подошел к зеркалу, потом сделал несколько шагов назад и снова приблизился. Повернулся несколько раз, вглядываясь в себя самого. Худое тело, запечатанное в черную куртку, заправленные за уши волосы цвета угля и пепла и темная короткая поросль на лице. Он не выглядел слишком жалким и неуверенным, но в повороте головы, в легкой сутулости плеч сквозило напряжение. В движениях была заметна ломкость. Между бровей лежала легкая складка, а во взгляде читалась отстраненность.       Что еще он мог надеяться увидеть? Вспомнился Робб с его развернутыми плечами и открытым, ясным лицом, потом угрюмая собранность и сосредоточенность Джона. В нем не было никакого сходства с ними. Ничего такого, чтобы за ним могли бы пойти все эти уставшие от зимы люди. Яркой внутренней силы Старков. Но и ничего жалкого он в себе уже не увидел. Теон усмехнулся и коснулся рукой покореженной скулы. Для весенних рекрутов он прямо-таки угрюмый ветеран, покрытый шрамами войны. Может успеть поймать пару восторженных взглядов, пока не поползут рассказы и истории. Возможно, он даже справится, если просто будет делать то, что должен. Его ждала уже знакомая повседневность, водить за собой в бой, слава драконам, ему все равно никого не придется.       Из Черного замка Теон уехал на следующий день после решения Дейенерис, так и не успев понять, как к его новому положению отнеслись братья дозора. Тормунд похлопал на прощание по плечу и заявил, что присмотрит еще какое-то время за этой унылой ледяной дырой, но долго дожидаться его не станет. Строитель из него все равно не получится, и не поклонщик он, чтобы выполнять указания бабы, пусть даже с шикарной жопой и на драконе. В отряде, отправившемся с лордом-дознавателем в Дредфорт, все выглядели вполне довольными. Теон не обольщался на свой счёт, понимал, что все дело в солнечных весенних днях, тёплом воздухе, возможности вырваться из опостылевших казарм и рутины Ночного Дозора. Не важно, под чьим началом, зачем и куда.       Вчера, придя в себя после утреннего срыва и избиения Рамси, Теон очень не хотел верить в невиновность лорда Болтона. Он поговорил с каждым из своего отряда, разбираясь в проведенных ими наблюдениях, вникая в перемещения дредфортцев. Убийство капитана сильно походило на попытку замести следы. Сначала Рамси увязался следом в поход, потом немым предостережением топтался во время его разговора с Ласвеллом. Дальше - это малопонятное убийство северянина в богороще, а сразу после – смерть Пики. Тот же удар, то же кровавое пиршество. Но дозорные действительно устроили круговое наблюдение и могли описать передвижения каждого из парней лорда Болтона. Теон должен был сам догадаться организовать эту слежку, вместо того, чтобы копаться в собственных страхах и сомнениях.       Правда были не понятны мотивы братьев Дозора. Каждый второй заводил разговор о безопасности лорда-командующего, заставляя Теона неловко ерзать на стуле. Но во имя этой безопасности достаточно следить за ним самим, а не пытаться поймать дредфортцев на подозрительных перемещениях. Тут было что-то большее, какая-то всеобщая настроенность против них и их лорда. «Север помнит». По-своему. Теон уже не представлял, как именно. Гаррет Зеленое Копье, не выдержав во время разговора, смачно плюнул в угол и добавил к своему рассказу еще пару эпитетов о выкормышахБолтонов. Но никто из «выкормышей» убить Ласвелла не мог, и с этим приходилось мириться. Все еще больше запуталось.       Два дня в Медвежьей яме Теон потратил совершенно впустую, в бессмысленных метаниях из стороны в сторону. Как ни странно, он это отчетливо понял, выбравшись из-под Рамси и выйдя по двор гостиницы. Было раннее утро, небо только начало светлеть, а воздух был влажным, прохладным, прогонял незнакомую истому в теле и темные вымороченные мысли из головы. Дежурный у двери, кто-то из солдат, сонно таращился на Теона и даже попытался встать, когда узнал. Хорошо, что внутри никто не заметил, откуда он вышел. Еще накануне он потребовал избавить его от круглосуточной охраны, тем более вся дредфортская компания сидела под замком. Карен осуждающе качал головой, пытался сказать о солдатах, но Теон даже слушать не стал эти глупости. Кому он мог понадобиться, кроме Рамси. Его жадное желание затягивало, как больной сон.       Раскачиваясь на краю кровати, Теон вдруг почувствовал, что кончит в этих руках. От этой мысли стало страшно, внутри что-то окаменело и оборвалось. Быть с кем-то кожа к коже – это не для него и уж тем более не для него и Рамси.       Теперь хотелось побыть одному, без посторонних глаз, и он прошел дальше, завернул за угол. Что-то хрустнуло под ногой. Это была деревянная кукла, совсем маленькая, какими играют девочки в деревнях. Куклы в Винтерфелле были похожи, но лучше сделаны. Тяжелый сапог Теона переломил в колене тонкую деревянную ногу, а головы на тельце и вовсе не было. Как здесь могла оказаться кукла? Он осмотрелся, надеясь найти среди мусора, оставленного зимой, крошечную деревянную голову, но ее не было, или он не смог разглядеть в чуть розоватом утреннем свете. Зато отчетливо услышал приглушенное рычание. Так иногда во сне ворчали на псарне девочки Рамси. Он знал, что собак посадили на цепь у пустующей конюшни гостиницы, и пошел в ту сторону. При его приближении Мод сразу подняла голову.       Теон сидел на корточках и гладил ее за мягкими, чувствительными ушами. Она нетерпеливо переступала лапами, поскуливала, то принимаясь вылизывать щеки, то складывая ему на плечо тяжелую вытянутую морду. Остальные девочки, которых Теон не знал, взволнованно и недоуменно крутились рядом и гремели цепями. Могли привлечь чье-нибудь внимание. Но, в конце концов, игра с собаками Рамси не так сильно компрометировала лорда-дознавателя, как отсасывание его члена.       Мод по-прежнему была сильной, мускулистой – прекрасным оружием, которое невозможно сбить с цели. Вся ее страсть к играм, гладящим ее рукам, угощениям с хозяйского стола отступала перед потребностью настичь добычу. Она не знала сомнений, и даже неудачная охота не лишала ее уверенности. В тот момент Теон отчетливо понял, какой бестолковой была его собственная погоня за убийцей. Он не видел картины целиком, бросаясь от приманки к приманке, думая о собственном страхе провала.       Теперь же дозорные и солдаты, собравшиеся по его просьбе внизу гостиницы, ждали от лорда-дознавателя слов и действий, которые помогут всем выбраться из Медвежьей ямы. Теон натянул перчатки и поправил на бедре меч. Задний проход непривычно и предательски ныл. Теон закрыл глаза и представил Джона, как тот отчаянно и сосредоточенно дрался на учебных мечах во дворе Винтерфелла, потом выбросил из головы все лишнее. Резко развернулся и быстрым шагом направился к двери.              В первый момент трапезная внизу показалось ему переполненной. Некоторые сидели, но большинство стояло из-за нехватки скамеек и столов. Солдаты в основном угрюмо молчали, а его отряд негромко переговаривался, расположившись у самой лестницы. Увидев лорда-командующего, они замолчали и расступились. Теон замедлил шаг и опустил руку на растрескавшееся дерево перил. Почти три десятка людей, большинство из которых были незнакомы, смотрели на него с напряженным вниманием: осунувшиеся и злые солдаты, возбужденные собственной охотой дозорные – все ждали его слов. Как будто он знает, кто распотрошил проклятого Десницу и как найти убийцу.Борясь с внезапно подступившим желанием опустить глаза, Теон преодолел последнюю ступень и прошел в середину трапезной. Ноги волоклись, как неповоротливые бревна. Собираясь с мыслями, он обвел взглядом присутствующих. Правая рука неконтролируемо дернулась за спину, пальцы свело судорогой. Сжав их в кулак, Теон зацепился за испытывающий взгляд седого кряжистого вояки за столом слева, судя по одежде офицера, и внезапно почувствовал злость. На королеву Дейенерис, на сбежавшего на север Тормунда, на Джона Сноу, подставившего себя убийцам и бесследно исчезнувшего в жестокой зиме. В конце концов, он не мог быть ни Роббом, ни Джоном для них. Он был тем, кем был. И это вряд ли для кого-то оставалось секретом. И им придется слушать Перевертыша и делать то, что он скажет. Теон подошел к ближайшему столу, опустил ноющую руку на его край.       - Спасибо, что собрались по моей просьбе. Я понимаю, что всем нужно одно – поскорее найти убийцу и выбраться из этого места. Я тоже хотел бы этого. Но мы не слишком далеко продвинулись в дознании. Точнее я пока не продвинулся - поправился Теон.       Собственный голос звучал как бы со стороны, тихий и чуть хриплый от волнения. Его слушали внимательно и угрюмо. Убрав руку со стола, он стал говорить громче:        – Мне не приходилось проводить дознание, и поэтому нужна ваша помощь. Я решил, что должен рассказать вам, что знаю и думаю о случившемся. А каждый из вас решит, может ли как-то помочь расследованию, знает ли действительно что-то важное.       Теон перевел дыхание.       - Валяй, лорд-дознаватель, говори, что думаешь. Нам уже опостылело здесь сидеть и ждать, - решительно громыхнул заросший бородой до глаз детина, расположившийся с несколькими солдатами на длинной скамье. - Сами готовы признаться в любом преступлении и записаться в Ночной Дозор.       - Неплохая мысль Шекурт. А что? С виду неплохие ребята. Драться умеют. Вчера вон их кучерявый парень тебя на лопатки шутя положил. Замок у них собственный, и плащи не так пачкаются, как наши, - подхватил кто-то за спиной Теона.       Кое-где раздалось ржание. Часть свиты десницы состояла из солдат Городской стражи Королевской гавани. Достались ли они Дейенерис в наследство или были набраны относительно недавно, Теон не знал. Желтый цвет их плащей с трудом угадывался.Прислушиваясь к добродушному гоготу, Теон чуть не брякнул, что достаточно сменить плащ и отправиться в Ночной дозор просто так, но в последний момент смутился и на мгновение опустил глаза.       - Мы слушаем, лорд-дознаватель, - бросил тот седой офицер у стола, и все затихли.       - Королева Дейенерис готова на все, чтобы найти убийцу сира Джораха Мормонта. Она не отступится и, если виновный не обнаружится, то расплачиваться будут те, на кого падет подозрение. До вчерашнего утра я думал, что сира Мормонта выманили из лагеря и убили из политических соображений. Он был Десницей и прибыл на Север как представитель королевы. От этой поездки зависела судьба многих благородных домов севера. И не все рады появлению на Железном троне Дейенерис Таргариен. Убийца мог следовать за отрядом или быть кем-то из отряда, как нанятым противниками королевы, так и имеющим к сируМормонту личные обиды. Убийцей может быть один из вас, - Т е он перевел дыхание и вокруг возбужденно зашумели, он упрямо тряхнул головой и поднял руку. – К сожалению, капитан Ласвелл Пики не рассказал мне практически ничего. Никаких ссор, никаких происшествий – ничего не происходило по его словам. Десница посетил город, поужинал и отправился спать. Утром его не нашли. А теперь убили капитана. Возможно, он не рассказал мне что-то важное, а я не догадался спросить. Но мог рассказать или захотел это сделать позже. И кто-то этого боялся. Если эти убийства связаны, нужно думать, что убийца именно среди вас, среди двадцати человек, прибывших в этот городок с ДжорахомМормонтом. И скорее всего убийца не один, даже не двое. Слишком недюжинная сила нужна, чтобы так в одиночку разделать двух закаленных воинов, а самому не получить видимых повреждений. А поскольку за людьми из Дредфорта в момент убийства Пики велось наблюдение, то их приходится признать невиновными. Есть на это и другие основания. Вот как это выглядит, если считать эти убийства связанными. И я пока думаю, что они связаны, если не найдется доказательства обратного.- Звучит как измена, дознаватель,- бросил кто-то. - И кто именно под подозрением? - Хочешь сжечь нас в пасти дракона, лорд!       Возмущенный гул вокруг усиливался. Под коленями появилась слабость. Теон медленно вдохнул и выдохнул. Сказанное было совершенно очевидным, но Теон лучше всех знал, как это не желать слышать правду. Или наталкиваться на ненависть за преступления, которые ты не совершал. Чувствуя себя в центре всеобщего недовольства и борясь с желанием опустить глаза, он до боли сжал кулаки. А если бы вокруг него стояли северяне, а не разношерстная команда из дальних земель, стали ли вообще они его слушать. Сердце колотилось как сумасшедшее. Ему нужен был этот эффект, чтобы потом получить желаемое. Дозорные стояли несколько в стороне, внимательно наблюдая за остальными. Как он и просил их рано утром до этой встречи.       - Может и измена. В отряде королевы. Это было бы хуже всего. Но есть факты, которые указывают на другие причины преступления. Пока еще очень смутно, сплошные предположения       Шум стал стихать,Теон поймал взгляд взволнованного Карена и продолжил:        – В этом городе происходит что-то странное. Чардрево в богороще погибает, и ему под корни льют кровь жертв. Вчера я видел поселянина, который угрожал мне. Сира Джораха зверски убили после того, как он проехался по улицам этого поселения, чудом пережившего зиму. Жители практически не показываются из домов, не разговаривают, не убирают улицы, заваленные мусором. Словно больны все до одного. Возможно, причина смерти Десницы в том, что он узнал что-то, посетив этот город.       - Да, эта Медвежья яма просто наполнена дерьмом.       - Городок провонял смертью.       - Прав дознаватель, могли бы и вычистить хлам с улиц.       - Не видно, чтобы кто-то здесь занимался делом.       - Жратву приносит одна и та же баба. Косится исподлобья. А мужичье на воротах, словно все немое.       Теон облегченно улыбнулся. Всеобщее возбуждение отражало, насколько больше им нравится эта версия. Ради нее они постараются. Пошевелишь палкой в пруду Винтерфелла, и водоросли поплывут со дна.       - А ты не так глуп, лорд-дознаватель, - седой тяжело встал из-за стола, и все замолчали. Похоже, этот старый воин пользовался немалым авторитетом. – Хочешь, чтобы мы перерыли этот городок лишь бы отвести от себя подозрение в измене? А то и расплату Матери драконов без особых разбирательств.       Теон судорожно сглотнул и усмехнулся. Совсем не весело.       - Неужели все так очевидно? Но я действительно так считаю. Убийца или среди вас или в этом городишке, если, конечно, убийства связаны. А я буду пока исходить из этого. В ваших интересах не ждать, чем кончится дело, а помочь. К тому же мне в самом деле не приходилось проводить расследования.       - Ладно, лорд Грейджой, - седой хмуро кивнул. - Нам давно пора было разобраться во всем самим, а не ждать решения Таргариенов. К тому же вы вряд ли верите в заговор, иначе не стали нас здесь собирать. Чего именно хотите от нас?       Теон задумался над правильными словами. Вероятность, что большая часть свиты Десницы являются заговорщиками, была просто ничтожна, а если их было двое, трое или даже пятеро – никто быстрее их отряда не обнаружит следов.       - Во-первых, Медвежья яма. Нужно как можно больше сведений об этом поселении. Сколько жителей? Чем они занимаются? Что произошло здесь зимой? Что можно увидеть на этих улицах? Может, что-то странное? Вчера лорд Болтон убил северянина в богороще, где гибнет Чардрево. Почему оно гибнет? Вы здесь провели много времени, и может, видели что-то необычное. И еще. Мне бы хотелось больше узнать осиреДжорахе и сиреЛасвелле. Какими были, что делали здесь.       - Вы хотите допросить каждого, лорд-дознаватель? – все-таки голос прозвучал враждебно.       Теон осторожно всмотрелся в лица. Малли хмуро поглаживал рукоять меча. Его дозорных слишком мало. И лучше будет, если солдаты поверят в доверие к ним дознавателя.       - Нет, в этом нет большого смысла. Как твое имя воин? – обратился Теон к седому.       - Джернис Марч, лейтенант из Золотых Мечей. Не напрягайте память, лорд-командующий, я не из благородных фамилий. И провел среди наемников полжизни.       - Хорошо, лейтенант. Я хотел бы на вас рассчитывать. Лучше, если вы вместе обсудите то, что знаете. Соберите сведения, которые могут оказаться важным.Подготовите что-то вроде доклада. Но с некоторыми из вашего отряда я хотел бы поговорить. В первую очередь с теми, кто сопровождал сира Джораха в городе. Общался с ним в вечер перед убийством, знал хорошо его или сира Ласвелла. Кто из вас – вам лучше знать. Пусть они придут ко мне для разговора.       - Договорились, лорд-дознаватель, - хмуро буркнул Марч, остальные молчали.       Теон кивнул головой и быстро пошел к лестнице. Он продержался и сказал все, что собирался. На плечах ощущалась свинцовая тяжесть обращенных к нему взглядов. Только выбравшись из сдавливающего его человеческого кольца и промахнув три ступеньки вверх, он нашел в себе силы обернуться.       - Я буду рад услышать тех, у кто есть мнение об этих убийствах или совет.       Солдаты молча смотрели ему вслед. Утреннее солнце, проникавшее из разбитого оконного проема, падало на хмурые лица и недоверчиво сжатые губы. Или ему это только казалось, и он обречен видеть недоверие даже там, где его нет и в помине?       - Нужно отпустить лорда Болтона и тех, кто с ним прибыл, - добавил он. - И еще, пусть кто-нибудь покормит собак. Они-то уж точно никого не убивали.       Ночью, отправившись к Рамси, он отпустил стоявшего у его двери сонного дежурного. Весь вечер накануне его крутила тревога – он должен был прийти. Зачем? Посмотреть в льдистые глаза бывшего мучителя и получить нужное ему наказание за то, что посмел ударить? Понять, решится ли ударить еще раз? Проверить, кто он теперь сам и кто для него Рамси. Часто все прояснить помогают слова, но не в этом случае. Ночью дыхание на обнаженной коже было слишком горячим и влажным, а жадный взгляд вызывал дрожь. Ответа он не нашел. Теон тряхнул головой, прогоняя воспоминания. Утром он вернул охрану на место, чувствовал, что появление Рамси на этой встречи могло бы стать для него полным провалом.              Солдат был из Королевской гавани. Около тридцати лет, может чуть больше. Огромный и сильный, каким когда-то казался Вонючке его хозяин. Лицо обветренное, а у левого края губы засохшая короста воспаления. Серые глаза, упершись в Теона, равномерно моргали в ожидании. Было как-то не по себе и хотелось хотя бы убрать руку под стол – для спокойствия. Теон откинулся на стуле и постарался растянуть губы в улыбке.       - Вы хорошо помните поездку сира Мормонта в Медвежью яму?       - Нечего там помнить. Доехали, подождали и вернулись.       Наверное, все события жизни этого вояки укладывались в этот несложный перечень. Как бы он изложил мою историю? Что-то вроде сунулся, куда не следовало, там вставили под корень, и теперь ходить больно. Это описание подходило Теону во всех смыслах, какой кусок жизни ни возьми, хоть Пайк или Винтерфелл, или службу у Мать вашу драконов. А в Дредфорте все получало буквальное воплощение. Рамси вообще умел все делать очевидным и конкретным.       Солдат с именем Корч Бычий Страх смачно цыкнул зубом и со скучающим видом отвел глаза. Смотреть здесь было не на что. Для допросов Теон занял небольшую комнату на первом этаже, где, видимо, вел свои счета бывший хозяин гостиницы. Исписанные бумаги без всякого переплета горой заваливали пристенную полку. Тяжелый сундук в углу был заполнен огарками свечей, бутылями мутного цвета и треснутой, с отбитыми краями посудой – собирал это очень бережливый человек. Над сундуком висел примитивно сделанный гобелен, изображавший холм, реку и дерево. Нижний край этого творения пострадал от большого масляного пятна. Его-то Бычий Страх и взялся рассматривать, показывая всем видом, что вести разговоры – дело не солдатское. Теон тяжело вздохнул – это случай был еще тяжелее, чем капитан Пики.       - Значит, на всю прогулку ушло не более пятнадцати минут.       Солдат уставился на него, в глазах отразилось непонимание и напряжение мысли. Губы шевельнулись. Он явно пытался что-то подсчитать.       - Этот грязный городишко можно проехать весь насквозь за пять минут. И на разговоры с его молчаливыми жителями вряд ли потратишь больше, - терпеливо пояснил Теон, наблюдая за реакцией.       - Не-е, - протянул Корч после небольшой паузы, - сир Десница проторчал в этом доме дольше. Сначала все вышли, потом Дэн тарахтел мне про девку, которую он трахнул в Королевской гавани. Еще пришлось шугануть того придурка с цепью из костей. Но и после этого сир Мормонт не сразу вышел.       Теон подался вперед, стараясь не упустить этих слегка озадаченных глаз.       - И что же это за дом?       - Из бревен. Там что-то у них вроде местного совета. Нас проводили туда от ворот.       - И кто вышел из этого дома?       Корч удивленно выкатил на него глаза.       - Мужики, да баб несколько, лорд-дознаватель. Кто же еще?       - Да, действительно, - протянул Теон, снова откидываясь на спинку стула. – А про того с костями помнишь что-нибудь, кроме того, что мужик?       Бычий Страх нахмурил брови и сморщил нос, явно стараясь вспомнить, потом почесал красную шею.       - Ходил он вокруг нас, что-то спрашивал, пальцем тыкал. Ден ему бросил пару слов, а я коня на него поддал. Вот он и слинял. И глаза у него были странные. Словно слепые. Но вроде все видел. Это все, что помню, лорд-дознаватель. Не мастер я рассказы рассказывать, - Корч пожал тяжелыми плечами и снова уставился на пятно гобелена.       Теон опустил локти на стол и оперся подбородком в сомкнутые руки. Здоровенный солдат опасливо покосился на лорда-дознавателя. Несмотря на заметную звериную силу, в его облике не было ничего пугающего, над серыми глазами забавно пушились ресницы.       - И кто же такой Дэн?       - Так он у нас лучший мечник. Поэтому часто рядом с сиром Десницей был. Как мы их крепостную стену осмотрели, так взяли Дэна - и в город. Он свое дело знает, только болтлив очень.       - Это хорошо, - рассмеялся Теон.       Только он отправил за Дэном и подошел к полке, чтобы от скуки и по привычке, появившейся на Стене, глянуть на исписанные пыльные бумаги, как дверь резко открылась. В комнату шагнул Рамси. Теон знал, что это так или иначе произойдет, но рука непроизвольно ухватилась за вертикальную перекладину. Перед тем как дверь захлопнулась, он заметил вопросительный взгляд Гаррета Зеленое Копье, но отвел глаза.       - Значит, ты меня продержал взаперти все утро? – толстые припухшие губы скривились, в интонации слышалась угроза. – Я думал, мы больше не играем в эту игру.       - Это ты больше не играешь, - он внезапно охрип. – А я еще и не начинал.       - Хочешь меня держать под замком? - Рамси в два шага оказался рядом, дыхание его было таким же горячим, как ночью. – Может, осмелишься и еще раз ударишь?       Теон вздрогнул. В освещенной солнцем комнате была отчетливо видна синева, залившая полузакрытый глаз.       - Вряд ли получится. Просто хочу, чтобы ты уехал обратно в Дредфорт.       - После того как я надрывался всю ночь, ублажая тебя.       - После того, как ты получил то, что хотел.       - Значит, ты не хотел этого. Просто пришел проведать больного лорда. Может, думал извиниться, как благородный принц? - Рамси коротко и зло рассмеялся, его глаза блестели.       Теон молчал, у него не было ответа.       - Думаешь, мне достаточно тебя только трахнуть? Нет, мне нужно гораздо больше.       - Больше не будет, как и повторения, - сейчас, при свете дня, он верил в свои слова. Рамси стоял совсем близко – натянутая, несущая боль тетива. Захотелось поддаться назад и закрыть глаза, словно его и не было здесь.       – Почему же? Мы только начали. Лорд Болтон и лорд Вонючка найдут убийцу. И шлюха драконов сделает меня Хранителем Севера, а тебя - королем дождливых островов. Когда-то ты на все ради этого был готов. Или теперь предал и свою давнюю мечту?       Теон поморщился. Рамси был в бешенстве, и он умел сделать больно.       - Сомневаешься, что справишься? Ах да, с наследниками будет трудновато, но я помогу тебе их заделать в память о сбежавшей от меня женушке.       - Чего ты хочешь? - едва слыша себя, прошептал Теон. – Ты же знаешь, что ничего не сможешь уже изменить. Ничего сделать со мной, не расплатившись потом.       Рамси в одно движение сдавил его шею. Теон уцепился за широкое запястье, пытаясь освободиться. Перекрытое горло не впускало воздух, хрип звучал словно со стороны. Хватка ослабла внезапно, и горячие пальцы скользнули вниз, к вороту у ключиц. Теон судорожно вдохнул.       - Я смогу, мой дознаватель, вот увидишь.       Милорд резко развернулся и, толкнув с силой стол, шагнул к двери. Когда та вновь захлопнулась, Теон посмотрел на упавшие с полки бумаги. Их надо бы поднять, но он боялся, что не удержится на ногах.       - Лорд-командующий, - Теон оторвал от пола глаза, в проеме напротив хмурился Гаррет, - к вам еще один пришел поговорить.       - Его случайно не Дэн зовут? – голос еще был хриплым.       - Ты Дэн? Лорд-дознаватель спрашивает, – зычно гаркнул Гаррет куда-то в сторону.       Парень слегка нагнулся, проходя в дверь. Не удивительно, что он был хорошим мечником. Долговязый и худой, с руками, достававшими чуть ли не до колен. И пальцы - длинные, узловатые, сильные.Вызывающие зависть.       - Лорд-дознаватель, вы хотели поговорить с теми, кто сопровождал Десницу в этом городишке? Это я с ним был. На пару с Корчем.       - Только двоих и взял? – Теон указал на стул напротив.       - Сир Мормонт не слишком большой любитель охраны. Бычий Страх – здоровяк, каких мало, а я мечом могу любого определить на рагу. Да и сам Десница был силен, как медведь. А с мечом и вовсе страшен. Почти всегда такой мрачный – пощады не жди. Его, говорят, Мать Драконов Медведем и называла. В общем, кого-то еще брать, смысла не было, только бы под ногами мешались.       Теон задумался. Тело в Дредфорте было большим и мускулистым, но мертвое есть мертвое, а сила и опасность видна в движении. Кто же все-таки мог справиться с таким командиром и воином?       - Мрачным или жестоким? Каким он был с солдатами?       - Нет, не жестоким. Хмурым и молчаливым. Ему было неприятно, когда кто-нибудь смотрел на его клеймо на лице.       Клеймо – знак принадлежности, которого нельзя не стыдиться. Теон знал это по себе. Ты перестанешь быть равным остальным. Все это видят, и тогда стыд делает тебя замкнутым.       - Однако с кем-то он разговаривал в вашу поездку.       - Ну да, только мы их не видели. Сир Джорах просил простолюдина у ворот отвести его к главным в общинах поселения. Кажется, здесь их называют старостами. В доме оказался какой-то большой сбор. Они вроде как совещались, а потом начали расходиться. Сир Джорах вошел в дом, а мы остались снаружи.       - Он что-нибудь сказал, когда вышел.       - Ничего. Я же говорю, он был немногословным. Да и мы спешили оттуда свалить. Странные они все какие-то. Серые, как мертвецы перед похоронами, и мужик этот с костями вокруг шеи.       - Что за мужик? Что он говорил?       Теон резко остановился, хотя до этого ходил по небольшому пространству от стены к окну и обратно, пытаясь выбросить из головы лишние, мешающие делу мысли.       - На знамя наше таращился. Знамя Таргариенов, с которым мы приехали туда. Спрашивал о нем, и твердил что-то про кровь драконов. Омерзительный тип. Остальные, кто вышел, обходили его, словно заразного. Не похож на местных мужиков и одет как-то странно. Поэтому мы его шуганули прочь. Надо было рубануть наискосок.       Теон провел рукой по уставшим глазам. Все было слишком для него запутано: знамя, драконы, мужики с костями, крепостные стены и существо невероятной силы, разделавшее сира Медведя. Ответы он мог бы получить у тех же старост и, наверное, не стоит это откладывать. Хотя не похоже, что кто-то из них захочет отвечать на вопросы. Как ему на них надавить? Избивать до полусмерти?       Кроме того, каждый шаг из этой комнаты грозил встречей с Рамси и с тем, что он задумал. Это было ошибкой – выпускать его, но и держать повода не было. Он полноправный хозяин здесь, на собственных землях. Единственно, что можно было сделать – соорудить личную стену из дозорных, с которыми не расставаться весь день. А ночью? Кто и к кому придет? В паху возникла знакомая тяжесть, и его бросило в жар.       - Спасибо Дэн. Заходи, если вспомнишь что-нибудь важное.       Все же правильнее будет начать с начала, а именно с крепостных стен, которые осматривал сир Джорах.                     - Лорд-дознаватель!       Теон обернулся и сощурился от яркого предзакатного солнца. К нему широким неспешным шагом шел лейтенант Джернис Марч. На груди у него блестела начищенная кольчуга, которой утром еще не было. Плечо напряглось, словно готовясь держать меч, но Теон распрямил спину. Что с ним? К нему идет союзник, а рядом стоят Гаррет и Малли.       - Мне нужно бы с вами поговорить, лорд Грейджой. Вы куда-то спешите?       - Хотел прогуляться вдоль стены. Но если что-то важное…       - Я мог бы пройтись с вами и доложить, о том, как мы выполнили ваше поручение.       - Конечно, пойдемте, - кивнул Теон и опустил глаза, почувствовав себя внезапно неловко.       Он еще не привык, давать поручения и слушать доклады, хотя сам его запросил. Марч молча шагал рядом, а дозорные несколько отстали, чтобы не мешать разговору. Теон обычно держался в стороне от других, но, когда это расстояние стало его новым положением командующего, одиночество ощутилось острее. Только Рамси плевать на звания, он уничтожает даже малейшее расстояние между мной и собой.       - Мы еще раз изучили город, лорд-дознаватель. Не пустыми глазами, но пытаясь понять, что здесь происходило во время зимы.       Теон кивнул, возвращаясь из собственных мыслей.       - Картина не вызывает доверие. Опишу кратко: судя по следам разрушения, остаткам стрел за стеной, камням и еще не ушедшим в землю костям, город подвергался атаке в трех разных местах. У главных ворот есть вышка наблюдения, еще две такие же местные пытались строить для более полного обзора по всей линии обороны. Но почему-то не достроили. Словно бросили за ненадобностью. Были уверены, что упыри больше не придут.       - Странная уверенность.       - Но это еще не все. В городе царит разруха и запустение. Строения около мест нападения пострадали серьезно. Это понятно. Но почему было сожжено несколько домов, стоящих совершенно отдельно, с краю, который не подвергался нападению?       - Случайный пожар?       - И сгорели только дома общины пчеловодов.       - Рыбаки, охотники и скорняки собираются вместе, чтобы сжечь пчеловодов, - усмехнулся Теон. – Видимо, они показались остальным самыми бесполезными ртами во время зимы.       - У этих ртов были основательные запасы. Сейчас только трава проклюнулась, а у местных можно купить медовуху и мед.       - То есть товар забрали, чтобы протянуть зиму, а бесполезных хозяев сожгли. Отвратительное место. Начинаю думать, что Дредфорт – гнездо благородства в этих землях.       Мартч посмотрел долгим внимательным взглядом, и Теон сделал вид, что поправляет свой короткий меч. Они стояли у главных ворот, уже какое-то время дожидаясь, когда простолюдины по требованию Малли опустят ворота. Казалось, за один яростно солнечный день вся грязь внутреннего двора превратилась просто во влажную почву с островками зеленой поросли. У самого основания стены проклюнулось несколько нахально ярких одуванчиков.       - Мне приносили рыбу. Белый нож уже кормит поселян?       - Похоже, кормил и зимой. Мы покупали у них и сушенную, не первой свежести рыбу.       Они вышли из ворот. Порыв свежего ветра откинул со лба волосы и принес запах большой воды и болот. Теону захотелось сбросить дублет и остаться в одной нательной рубахе. Сидеть здесь одному и радоваться теплу, ни о чем не думая. Найти пару одуванчиков, рассмотреть, вдохнуть забытый запах – это могло бы сделать его счастливым. На время.       - Могу я задать личный вопрос, лорд-командующий?       Теон посмотрел в сторону горизонта над холмом. Личные вопросы не относились к его любимым.       - Задавайте.       - Сколько вам лет?       - Двадцать пять.       Теон махнул Малли и Гаррету рукой, чтобы они остались у ворот, а сам ступил на проминающуюся под сапогами землю вала. Он не будет уходить сильно далеко. Марч пошел вслед за ним.       - Вы молоды, и закончилась зима. Почему вы отправились на Стену? Решили запереть там себя на всю жизнь? Отказаться от свободы, нося имя такого дома?       Теон вздохнул. Зря он радовался, что вокруг не северяне. Были бы северяне, не устаивали бы пытку личными вопросами. Придумали бы что-нибудь погорячее.       - Я ничего не решал. Станнис Баратеон отправил меня на Стену за совершенные преступления. А мой дом… Я даже не знаю, что там происходит.       Седой офицер неловко крякнул, он явно не ожидал такого ответа.       - Прошу прощения, лорд-командующий. Просто я слышал, что королева назначила вас собственной волей, не учитывая традиции выборов на Стене. Поэтому я был уверен, что вы - человек королевы, кто-то из тех, кого она привела с собой. Я слышал о кораблях Грейджоев в Миэрине.       - Вы правы, я вполне человек королевы. Что-то вроде дежурного по переписке на Стене, королевский менестрель без рифмы и голоса, которого за ловкие слова назначили командующим.       Идти вдоль стены по крутому земляному валу было не очень удобно. Но и разговор был столь же неловкий, поэтому Теон занимал глаза массивными стволами, гладкими, темными, плотно подогнанными друг к другу.       - Не думаю, что это правда, лорд Грейджой, - Теон обернулся и опять увидел изучающий взгляд Марча. – Я провел всю жизнь среди солдат и знаю, как такие люди устроены. Каждый из дозорных вашего отряда откровенно презирал бы вас, если бы им не пришлось долгую зиму бок о бок с вами и с мечом в руках встречать смерть.       - Что ж, видимо мне повезло, что упыри напали одновременно с моим прибытием, а потом снова и снова. На презрение просто не хватило времени. А мечом я плохо владею, разве что луком, пока рука не устает, - снимать перчатки и демонстрировать свои обрубки Теон не стал: приятно все же когда воин видит в тебе такого же воина.       Марч хмыкнул и покачал головой.       - Знаете, что это такое? – Теон указал на короткие полосы, испещрившие бревна.       Яркие картины воспоминаний замелькали перед глазами, спина покрылась липким холодным потом. Ветеран Золотых Мечей недоуменно пожал плечами, посмотрел на Теона, потом снова на стену.       - Это оставляют ледяные пауки. Омерзительные твари с острыми когтями на лапах, здоровые, быстрые. Когда они приходят, с ними приходят Иные. Это не просто толпа упырей. С этим деревянным заборчиком и без дракона сброд из охотников, рыбаков и пчеловодов просто не смог бы выжить. Даже протянуть одну длинную ночь.       - Вы уверены, лорд-командующий?       - Совершенно. Потому что, как вы сказали, встречал эту смерть. Точнее бежал от нее и отстреливался.                     Теон вскочил на коня, ему не хотелось терять времени, словно каждую минуту могло произойти что-нибудь страшное. Бородач у ворот не ответил ни на один вопрос, только сжимал губы и смотрел с той же ненавистью, что изливалась из северянина в богороще. Малли ударил ему в живот, тот согнулся и захрипел. Но избивать первого попавшегося простолюдина было слишком даже для дознавателя.       - Ты отведешь нас к главе вашей общины или мы просто убьем тебя.       Северянин смачно сплюнул и нехотя кивнул.       Путь Джораха Мормонта повторялся сам собою. Увидел ли он те же следы, что и Теон? Понял ли, что перед ним? Должен был понять. Изгнанный в страны жестокого солнца, он мог видеть подобное на бревенчатых стенах своей родовой усадьбы. Или другая старая Нэн из дома Мормонтов рассказывала о длинной зимней ночи и скрежете ледяных уродливых конечностей по последнему оплоту людей.       Лошадей сразу пустили в галоп. Что сделали эти суровые поселенцы севера, чтобы остановить нашествие? Что-то страшное, если скрывали это с таким упрямым отчаянием, если сожгли целую общину. И Старые боги отвернулись от них.       Дом был совсем небольшой. Теон резко осадил коня, в глазах потемнело, сердце зашлось в дурном предчувствии – у двери с изображением охотничьего лука мялся Кислый Алин с заплывшим глазом и разбитой губой. А рядом пара дредфортцев.       - Что ты здесь делаешь, седьмое пекло? Где Рамси?       Кислый Алин кивнул на дверь и с опаской посмотрел на Теона и сопровождавших его дозорных.       - Лорд Болтон сказал, что хочет поболтать со своим народом, нам велел быть здесь.       - Он там один? Давно?       - Да, лорд-дознаватель, - сразу на два вопроса ответил Алин, отвел глаза и поспешно добавил, - мы туда даже не заглядывали.       Теон соскочил с лошади, картины одна страшнее другой вставали перед глазами. Дверь легко поддалась, и он оказался внутри. Тошнота подкатила к горлу с первого взгляда.       Рамси подвесил его прямо на деревянной перекладине у потолка, до упора вогнал в ладони по короткому кинжалу. Тело уже обмякло. Склоненная голова скрывала лицо, а со слипшейся бороды свисала длинная упругая нить кровавой слизи. Широкая полоса оголенной плоти тянулась от заросшей черными волосами подмышки вниз. Глубокие порезы усеивали грудь и бедра. Из раскрытого живота в лужу крови спускались сизые кишки. Пахло непереносимо.       Теон схватился за косяк, пытаясь не упасть. Он хотел бы не видеть такое, но оно всегда было с ним. Боль пряталась в каждом шраме, вросшем в его тело.Рамси развернулся медленно, с трудом отрывая глаза от тела. В руках у него была серая тряпка, он вытирал запачкавшую его кровь.       - Вы опоздали на допрос, лорд-дознаватель, - в мягком голосе слышалось удовлетворение, - но я провел его за вас. Как я и говорил, лорд Севера всегда готов помочь Дознавателю ее величества.       - За что? – выдавил Теон сквозь вернувшиеся боль и страх.       Рамси посмотрел ему в глаза со знакомой нежностью милорда к своему Вонючке.       - Не переживай, он это вполне заслужил. И еще благодаря тебе я понял очень важную вещь: после такой зимы я просто обязан объехать земли Дредфорта и провести дознание. Представь, эти ублюдки скармливали Иным детей. Невинные малыши - мой будущий народ. Жаль, что невозможно заставить человека жрать собственные еще теплые кишки. Зрелищная была бы казнь для такого дерьма.       Теон вздрогнул и обернулся на легкий звук, за плечом маячило бледное лицо лейтенанта Джерниса Марча.