Часть 4
5 августа 2018 г., 14:10
— Том Марволо Реддл, — заявил ребёнок с холодом, заморозившим каждую клеточку его тела.
— Прошу прощения? — пробормотал он со слабой мольбой о том, чтобы ему просто послышалось.
— Меня зовут Том Марволо Реддл, — повторил мальчик, чуть нахмурившись.
Всё-таки он не ослышался. Ему ничего не померещилось. И теперь стало ясно, почему этот мальчик был зеркальным отражением его самого в детстве. С несколько минут Том просто сидел без какого-либо движения. Такого просто не могло с ним случиться. Прошлое, от которого он убегал все эти годы, не могло настигнуть его вот так. Хотелось выскочить из комнаты, хотелось спросить с миссис Коул, что это за колдовство, хотелось как можно быстрее умчаться прочь от этого ребёнка — в безопасность стен своего дома. Но он неспособен был сделать ничего из этого. Потому что все силы оставили его.
— Что с вами? — на сей раз в холодном голосе присутствовало любопытство. Это помогло Тому выйти из ступора.
— Ничего. Я просто... твоё имя... — Том не знал, что сказать. Он рассматривал идею уйти прямо сейчас. Но в таком случае ему придётся объяснить той женщине причину или замёрзнуть на улице. К тому же, останется слишком много неотвеченных вопросов.
— Том — это самое обычное имя, — разочарованно пробормотал мальчик, словно говорил сам с собой. — Говорят, что меня назвали в честь отца. А второе имя взяли от деда по матери.
У Тома опять воздух застрял в горле. Помнится, старшего из Мраксов как раз и звали Марволо. А значит, Меропа не соврала о своей беременности. Но почему же тогда мальчик очутился в сиротском приюте?
— А где твоя мать? — не удержался от вопроса Том.
Маленький Том бросил на мистера Томаса крайне подозрительный взгляд. Этот человек вёл себя очень странно.
— Её больше нет. Миссис Коул сказала, что она умерла сразу после моего рождения, — сообщил мальчик. И тогда выражение лица мужчины слегка переменилось.
Так значит, Меропа мертва. И никогда уже не вернётся в его жизнь. Но тем не менее Том не мог испытать облегчения. Не мог думать, что она заслужила смерти, зная, что та беспомощно умерла в стенах сиротского приюта, оставив после себя сына. И хотя Том не печалился о ней, но и радости от узнанного не получил.
— Когда ты родился, ээ, Том? — с большим усилием обратился он к мальчику по имени.
— 31 декабря 1926, — кратко ответил маленький Том. Помнить о том, что как раз сегодня его День Рождения, ему не хотелось. Да и никому другому здесь.
Получается, ребёнок появился на свет спустя четыре месяца после того, как он ушёл от Меропы. Стало быть, сейчас ему восемь лет.
— Так у тебя сегодня День Рождения! — голос Тома неосознанно смягчился. — А ваша управляющая забыла мне сказать.
— С чего бы ей помнить? Даты рождения нужны только для приёма в школу, — резко произнёс маленький Том. Не то чтобы он никогда в жизни не видел празднований Дня Рождения. Их устраивали ребята из школы, у которых были семьи, и даже приютские, знавшие свою дату рождения, по-своему пытались их отмечать, но маленького Тома никто никогда не поздравлял. Не то чтобы ему самому этого хотелось. Просто эта тема была ему неудобна и неприятна.
Том вздохнул; в его понимании День Рождения подразумевал бурную вечеринку с кучей гостей или, на худой конец, ужин в кругу семьи. Он забыл, конечно, что речь идёт о сиротском приюте. И мысль об этом не давала покоя. Он ещё раз взглянул на мальчика, который вновь сосредоточился на падавшем за окном снеге, заложив руку за голову в точности так, как это делал сам Том, чтобы расслабиться. Вне всяких сомнений, это был его сын. Ребёнок, которого он никогда не хотел. Но коль скоро вышло так, что он узнал о его существовании, игнорировать этот факт было нельзя. Тем более после того, как Том увидел, в какой атмосфере растёт ребёнок. В конце концов этот мальчик оставался законным наследником семейства Реддлов, потому как Том, пускай и находясь под действием чар, соединился с Меропой законным браком, а развод у них так и не состоялся. При всём своём отвращении Том был не настолько нелогичен, чтобы считать ребёнка повинным в поступках матери. Этот мальчик, в конце концов, никогда даже не видел свою мать. В сущности она подвергла опасности не одну жизнь, а целых две. И Том невольно чувствовал себя плохо по этому поводу.
И тут вдруг по позвоночнику у него прокатилась дрожь. Почему миссис Коул сказала, что этот мальчик со странностями? Ведь он также является и наследником той отбитой семейки. А что если он такой же, как они?
— Почему другие дети тебя недолюбливают? — чуть ли не с отчаянием спросил Том. — По словам миссис Коул, — добавил он, поскольку ребёнок обернулся к нему.
Маленький Том удивился тому, с каким тоном мужчина обратился к нему. Почему он задаёт подобные вопросы? Кто он такой?
— Они все раздражают. Я не такой, как они. Потому и держу их подальше, — осторожно ответил маленький Том.
— Ты их пугаешь? — спросил Том всё в том же отчаянном тоне. Потому что в настоящий момент ничто не было так важно узнать, как это.
— Если меня кто-то беспокоит, с ними случаются разные вещи. За это меня обзывают фриком, — этот человек показал, что понимает его. Потому маленький Том и отвечал на его вопросы.
Том уронил голову на подушку. Им всецело овладела усталость. Измождённое тело сейчас просто не дало бы ему встать с постели. В таком случае он уйдет на восходе солнца. Прочь от этого места и отпрыска-фрика Меропы Мракс. Он отвернулся от другой кровати и крепко сомкнул глаза.
Маленький Том смотрел, как мистер Томас заснул, не пожелав ему спокойной ночи. Мальчик разочарованно фыркнул. Пускай они и чужие друг другу, но этот человек, казалось, был сильнее заинтересован пообщаться с ним, чем кто-либо в приюте или школе. Однако ему ни к чему было сожалеть на этот счёт, ведь он — другой.
Мальчик повернулся к мужчине спиной и вскоре тоже задремал.
