Волк

Нацепив бахилы и перчатки, Кора осторожно передвигалась по месту преступления. Она только смотрела, ни к чему не прикасалась. Молодец. Стайлз ею по праву гордился, потому что лично вбивал в ее голову основы их работы. Не нервничать, не спешить, не делать преждевременных выводов, полагаться на экспертов, но не слепо им доверять. Кора не сразу этому научилась. Больше года прошло до того, как она поняла: слова Стайлза не пустой звук. Стайлз замер на пороге квартиры, скрестил на груди руки, со скучающим видом окидывая помещение взглядом, останавливая его то на пустом стеклянном журнальном столе, то на дорогой хрустальной люстре, то на окне во всю стену, полуприкрытом тяжелыми бордовыми шторами. Все кричало о достатке. Конечно, необходимо запросить подробную информацию о финансах жертвы. Возможно, тот был почти банкротом, вот и застрелился. Оттолкнувшись от косяка, Стайлз направился к жертве. Мужчина за сорок. Предположительно владелец квартиры, Теренс Максвелл. Для своего возраста выглядел он отлично. Даже с дыркой в голове. Стайлз признал про себя, что в любой другой ситуации засмотрелся бы на такого, оценил, но никогда не подошел. Не его тип. Он присел на корточки, прищурившись, осмотрел аккуратное входное отверстие на виске. Рука, судя по всему, даже не дрогнула, что уже само по себе странно. Кто бы что ни думал, застрелиться сложно. Очень сложно решиться на подобный способ самоубийства. Здесь нет пути назад, как, например, с передозом лекарств, когда можно попытаться спастись. — Похоже на самоубийство, — тихо сказала Кора, встав рядом. Стайлз кивнул. Похоже. Очень похоже. Но что-то его смущало. Он никак не мог понять, что именно. Встав, окинул взглядом комнату — ничего нового не заметил. — Что-то не так? — Не знаю. Кора нахмурилась. Очевидно, что она совершенно не понимала, почему у Стайлза возникли сомнения относительно произошедшего. Вот если б эксперты сказали нечто опровергающее самоубийство, а так — не было ни единой причины сомневаться. По крайней мере, Кора их не видела. Стайлз тоже. У него просто было чутье, интуиция, которые едва ли не вопили о том, что все не так просто, как кажется. Он прошел в другую комнату, оказавшуюся спальней, позавидовал ширине кровати, предположил, что матрас тоже первоклассный, подошел к окну — вид был так себе, стена соседнего дома и ничего больше. Развернувшись, Стайлз убрал руки в карманы брюк, перекатился с пятки на носок, надул губы, тут же поджал их, остановившись взглядом на безупречно чистом ковре. Сразу же пришло осознание, что и вся квартира отличалась чистотой и порядком, как гостиничный номер сразу после ухода горничной. — Надо узнать, кто у него прибирался. Родственников найти. Жену, любовницу, бывших — всех, кто хоть что-то может рассказать. Я в отдел, у меня допрос неудачливого вора, — протараторил Стайлз, направляясь к выходу. — Но я же… — А ты опроси соседей, постой над душой у экспертов, посмотри записи с камер. Консьерж тебе и без ордера все покажет. Кора, поморщившись, передернула плечами. Она не любила добывать информацию своим обаянием. У Стайлза подобных проблем никогда не возникало. Хотя он бы с радостью выуживал сведения с помощью улыбок и томных взглядов. — Встретимся в участке. Кора остановилась на пороге квартиры и только тихо промычала в ответ нечто похожее как на посыл далеко и надолго, так и на согласие. Стайлз мог поспорить, что, пока не зашел в лифт, она прожигала его ненавидящим взглядом. Ну и пусть. Он все равно не станет признаваться, что в любом случае не допустил бы ее к допросу. Неудачливый вор в послужном списке имел парочку изнасилований и на Кору смотрел весьма говоряще. Сделать-то он ничего с ней не сможет, а вот она сорваться — запросто.