Уйти и вновь вернуться

Я знал, на что я иду. Знал, что будет непросто, и все же я не был готов к происходящему, не готов. Боль, боль, боль, БОЛЬ!!! Я кричал, я хотел умереть. Не понимал, что происходит, хотел только одного — чтобы все прекратилось. А затем появились они — мои предки. Они смотрели на меня по-разному: кто-то осуждающе, кто-то понимающе, кто-то безразлично, но, в большинстве случаев на меня были направлены умоляющие, просящие взгляды. Я знал, о чем просили они — они просили меня держаться, не уходить. Они не желали, чтобы их первый потомок за столько лет, их последний шанс на возрождение Рода сдался. Сдался вот так просто. Я чувствовал их одобрение, их осуждение и, самое главное, их поддержку. Они просматривали мою жизнь, кусок за куском. Видели, какие поступки и ошибки я совершаю, какой выбор делаю и чего хочу в итоге добиться. Они видели меня всего- с моими недостатками, проблемами… Они видели все-то плохое и хорошее, что есть во мне. И они принимали меня таким, какой я есть. Принимали, дарили свое благословление, одаривали своей силой. И мне становилось легче. Боль казалась не такой ужасающей, я готов был терпеть. Я знал, что есть в этом мире кто-то, ради кого я должен сегодня выжить. А потом я почувствовал их силу и вспомнил. Змейки, мои любимые змейки. Как? Почему вы здесь? Как вы попали сюда? Или же лишь только кажется, что вы здесь? Но нет, я же чувствую вашу силу, вашу поддержку. Чувствую, что вы рядом. Рядом… Мне так вас не хватает. Я с ума схожу, зная, что вы живы, но не видя вас. Понимал, что нельзя мне искать встречи с вами, нельзя, ведь увидев вас, поговорив с вами, я просто после не смогу уйти. Я пообещал, что стану достаточно сильным, чтобы защитить вас. И я сделаю это. Постепенно боль отступала, уступая место какой-то отрешенности и забытью. Веки показались мне неожиданно тяжелыми, и держать глаза открытыми было слишком сложно, но я до последнего пытался. Я надеялся, что плотный туман, что скрывал от меня большую часть ритуального зала, исчезнет, и я наконец-то увижу ИХ. Но туман не желал исчезать и я осознал, что всё. Я больше не могу, я устал. Сил не было совершенно — ритуал выпил последние крохи, что оставались у меня. Честно, всё. Сил больше нет. И я, сдавшись, закрыл глаза.

***

Просыпался я тяжело. Голова казалась чугунной, глаза жгло так, будто в них насыпали песка. В теле ощущалась такая дикая слабость, что казалось, что мое тело укрыто не одеялом, а, как минимум, бетонной плитой. А еще жутко хотелось пить. Открыть глаза и рассмотреть обстановку удалось далеко не с первого раза — от рези в глазах слезы катились ручьем. Но, как только я проморгался и наконец-то осмотрелся, я облегченно выдохнул — я был дома. — Кричер, — тихо, на грани слышимости просипел я, но этого, как оказалось, было достаточно. Не прошло и пары секунд, как в комнате с хлопком появился домовик, который чуть ли в ноги не кинулся ко мне на радостях. — Хозяин Гарри, вы наконец-то пришли в себя. Кричер рад, Кричер этому безумно рад, он счастлив. Нужно обязательно обрадовать хозяюшку, что вы пришли в себя. — Подожди Кричер, подожди. Сначала ответь мне на несколько вопросов. Какое сегодня число? Сколько длился ритуал и как долго я нахожусь здесь? — Сегодня шестое августа, хозяин Гарри. Ритуал длился почти два дня. Ваш поверенный сказал, что Вам очень помогло сразу несколько вещей. Сначала духи Ваших славных предков, в том числе и Блэков, одарили вас своей благосклонностью и силой. Затем с Вами поделились силой трое магов, сущность которых призвала Магия по Вашему желанию. А затем помог и медальон, который Вам подарила моя умная, добрая и щедрая хозяюшка. Кричер сразу почувствовал окончание ритуала и тут же отправился за Вами. Затем Кричер переместил Вас в этот дом и все три дня поил зельями, которыми Вы приказали Вас поить в таком случае. — Хорошо, Кричер, огромное тебе спасибо, ты очень помог мне, без тебя я бы не справился. — Кричер очень рад, что смог угодить наследнику Рода Блэк. — Расскажи мне, что-нибудь произошло за это время? — Неблагодарный сын моей хозяюшки вновь вернулся в дом, да еще и привел с собой всяких грязнокровок, предателей крови и других магов, не чтущих традиции. Они долго что-то обсуждали, я записал на этот странный артефакт все, как вы и просили, хозяин Гарри, — произнес Кричер и в его руках материализовался артефакт, обладающий свойствами диктофона. — Спасибо, Кричер, — сказал я, забирая артефакт. Я практически сразу после того, как сумел призвать Кричера и узнал о том, что в доме на Гриммо, 12, решил использовать происходящее в свою пользу и добыть всю информацию, которую смогу достать. Это ведь такое преимущество! Да, Дамблдор хотел обхитрить всех и использовать дом в своих целях — ему нужно было место для штаб-квартиры Ордена, где можно обсуждать бОльшую часть информации. Вот только он обхитрил сам себя — Дамблдор не учел, что как Наследник Рода Блэк, я могу использовать практически любые артефакты в доме, как и использовать всю информацию, что заполучу с помощью этих артефактов. Такой артефакт мог создать практически любой начинающий артефактор буквально с закрытыми глазами. И уж тем более трудностей с таким артефактом не могло возникнуть у меня, ведь на данный момент я с легкостью смог бы сдать экзамены на звание Подмастерья. Да и в прошлой жизни именно этот артефакт мне приходилось изготавливать чуть ли не пачками — информацию необходимо было добывать любыми способами, которые в большинстве случаев были незаконными. К тому же я очень долгое время работал именно над этим артефактом, и мне удалось улучшить его сразу в двух направлениях. Во-первых, если изначально, он, хоть и не был громоздким, но при беглом осмотре найти его не составило бы проблем. Я же уменьшил артефакт в несколько раз, и он стал размером не больше ногтя на мизинце. Правда, работать приходилось в специальных очках и для нанесения рун требовались особенные инструменты. Во-вторых, удалось сделать такой артефакт ненаходимым для большинства стандартных чар. Правда, это достижение больше коллективное — работали над этим улучшением все мы. Да и это улучшение больше относилось к рунам, нежели к самой артефакторике. Сознаюсь честно, прежде чем сделать рабочий артефакт, я угробил несколько заготовок. Руки с непривычки дрожали, и я несколько раз просто испортил эти заготовки. Да уж, необходимо будет набить руку — как-то я уже привык, что мелкая моторика развита у меня на отлично. Ну, а после создания нескольких артефактов и получения разрешения на их использование в доме на Гриммо, 12 от Леди Блэк, я передал артефакты Кричеру, с просьбой прикрепить артефакты в тех местах, где чаще всего бывают члены Ордена. При этом я поручил домовику при появлении магов тут же активировать артефакты, настроив их на магию Кричера. И теперь при первом же магическом воздействии на артефакт магией Кричера, артефакт активизировался и начинал записывать. Обычно сил, вложенных в артефакт, хватало на 5 часов записи. Что ж, интересно, что требовалось обсудить настолько, что пришлось собирать Орден? Впрочем, эти знания могут подождать — сейчас мне требовалось заняться другими делами. И для начала… — Кричер, принеси, пожалуйста, мою аптечку с зельями. И приготовь, прошу, что-нибудь легкое на обед. — Хорошо, хозяин Гарри, — произнес Кричер и исчез с легким хлопком, чтобы появиться через несколько мгновений и, передав зелья, опять исчезнуть. Несколько минут пришлось потратить на выбор нескольких зелий, что стоит принять в первую очередь. Затруднялся мой выбор тем, что некоторые компоненты в разных зельях конфликтовали и их было запрещено принимать вместе. Все же, что бы о Северусе не думали и не говорили, на самом деле он были прекрасным зельеваром и действительно хорошим учителем, но только для тех, кто готов был слушать и работать, работать и работать над собой, изучая новое. Зельеварение опасно. Это, пожалуй, один из самых опасных предметов, преподающихся в Хогвартсе. Поэтому Северус так строг на уроке и поэтому он чаще остальных преподавателей наказывает учеников — до многих только доходит «через задний ум». Я не был силен в зельеварении, мне оно не нравилось, хотя, например, живя у Дурслей готовка была моим любимым делом. И только потом я узнал о влиянии блоков… Интересно, если бы не блоки, удалось бы мне сойтись с Северусом на почве любви к зельям? Или заметил бы Северус, что у меня есть склонность к зельям? Это один из тех вопросов, на который я, наверное, никогда не узнаю ответа. Впрочем, что я могу сказать точно — так это то, что Северусу удалось впихнуть в меня довольно много знаний о зельях и их свойствах. Еще бы, ему совершенно не хотелось, чтобы я загнулся от того, что смешал несколько зелий, которые категорично нельзя принимать внутрь одновременно. Выпив зелья, которые мне уж точно не смогут навредить, я поднялся и медленно дошел до письменного стола, что я попросил перенести на время в эту комнату. Каждый шаг давался мне с трудом, меня тошнило, голова кружилась, а в глазах темнело. Да, кажется, восстанавливаться мне предстоит не один день, но это все такие пустяки, такие мелочи по сравнению с самым главным — я жив. Жив, Мерлин, я это пережил! — Жив, — прошептал я, присаживаясь за письменный стол, — действительно жив. Глаза подозрительно заслезились, но я не обращал на это внимание. До меня вдруг с кристальной ясностью дошло, что я все-таки сделал это. Сделал и выжил! И есть теперь шанс, черт возьми, теперь есть реальный шанс! Минут пять я старался успокоиться, унять бешено бьющееся сердце. Конечно, я до последнего старался даже не думать о том, что ритуал я могу не пережить, но все же где-то глубоко внутри во мне жил страх. Кажется, я научился бояться, я наконец-то перестаю быть безбашенным гриффиндорцем. И, Мерлин, кажется слизеринца во мне с каждым днем все больше и больше! Что ж, это, на самом деле, и не плохо. Успокоившись, я наконец-то сделал то, что запланировал уже довольно-таки давно — я наконец-то написал письмо Нойману Шварцу с просьбой встретиться, тонко намекнув на то, что у нас могут найтись общие интересы. Нойман не глуп, из письма должен понять, что намекаю я на Дамблдора. Встретиться я предложил в последних числах августа, при этом выбор места я оставил за некромантом. Полученное письмо я зачаровал — теперь, во-первых, я узнаю, когда оно дойдет до адресата, а, во-вторых, Шварц сможет написать ответ на обратной стороне и я тут же его получу. После этого я его запечатал и отложил в сторону. Нужно будет попросить Кричера найти ближайшую магическую почту и отправить письмо в Германию.

***

На следующий день мне было значительно лучше — я мог не только встать, но уже и спокойно передвигался по дому. Все же магия — это нечто удивительное. За сутки такое не вылечишь обычными средствами. Хотя, все же, некоторая слабость еще ощущалась. Но это намного лучше того, что я ожидал — честно говоря, я был уверен, что отлеживаться после ритуала буду не одну неделю. Кажется, магия, освобожденная от блоков, очищенная от всего наносного, работала в полную, увеличивая мою регенерацию в несколько раз. Это, конечно, не могло не радовать, но и не могло не напрягать. Это сейчас вся моя магия направлена на восстановление, а что будет потом, когда я избавлюсь от последствий? Боюсь, долго сдерживать свою магию у меня не выйдет и, если все же произойдет выброс, мне не поздоровится. Именно поэтому, еще не до конца восстановившись, я поспешил к гоблинам. Мне стоило наконец-то разобраться с наследством, в частности с содержимым сейфов, что достались мне. Быть может, там найдется какой-нибудь артефакт, который сможет впитывать мои выбросы, ибо сдерживать сейчас мою силу нельзя ни в коем случае. Если такого артефакта в моих сейфах нет, то, возможно, мне удастся заказать у них что-нибудь похожее. Я, конечно, мог бы попробовать создать такой артефакт, вот только я реально оцениваю свои знания и возможности — на создание такого артефакта мне потребуется месяц минимум. Притом, этот месяц уйдет на расчеты и эксперименты. А у меня этого времени нет. Было еще несколько причин для посещения гоблинов. Я решил покинуть Англию. Ну, к этому все давно шло — если Нойман Шварц возьмет меня в ученики, покинуть наставника я не смогу. А Шварц жить в Англии явно не захочет, к тому же для обучения некромантии явно что-то может потребоваться. Нет, конечно, уезжаю я не навсегда, более того, на самые важные праздники мне необходимо будет возвращаться, чтобы провести необходимые ритуалы для поддержания нескольких Родов. Гоблины мне нужны, чтобы сделать документы на мое имя. Моё настоящее имя. Потому что покидать страну мне придется маггловским способом — портключи в другую страну необходимо заверять в Министерстве, камины не подходят для таких дальних перемещений, а другие способы либо слишком энергоемки, либо трудны в исполнении. Я не смогу эти два года сидеть дома — мне в любом случае необходимо учиться, что-то делать. Это я к тому, что в Англии сейчас находиться для меня не безопасно — однажды я просто могу столкнуться с кем-то, кто сможет меня узнать. Я, конечно, могу кого-то встретить и в той же Германии, но, все же вероятность такой встречи меньше, чем здесь. Уже привычно переместившись в банк, на этот раз через камин, поспешил к своему поверенному. Билхорк, увидев меня, тут же радостно оскалился. — Пусть ваше золото течёт многоводной рекой, а враги корчатся в мучениях у ваших ног, уважаемый Билхорк. Рад видеть Вас. — И я рад Вас видеть в добром здравии, Гарольд. Что привело Вас ко мне? — Дела, Билхорк, дела, — вздохнув, произнес я, устало опускаясь на кресло — все же еще несколько дней слабость будет накатывать на меня. — Да, понимаю, теперь, когда Вам ничего не мешает, можно заняться и делами своих Родов. Кстати, прежде чем начать, хочу обрадовать Вас — магия Рода Певерелл признала Вас достойным и теперь Вы официально считаетесь Наследником Рода Певерелл. Теперь вы имеете полный доступ к сейфу. — Прекрасно, спасибо, Билхорк. — Да, так же появился и кодекс Рода Певерелл, где вы сможете найти очень много необходимой информации и, в первую очередь, записи о том, что необходимо для того, чтобы кольцо Главы рода приняло Вас. Кодексы Рода Слизерин и, к моему удивлению, Рода Блэк тоже появились в вашем сейфе. Вам необходимо будет изучить их. — Извините, я не ослышался? Кодекс Рода Блэк? Но я же не Наследник первой очереди? — У вас устаревшая информация. После проведенного Вами ритуала, магия Рода Блэк посчитала Вас более подходящей кандидатурой на роль будущего Главы. У Сириуса Блэка из-за нарушения законов Магии начала формироваться печать предателя крови, и он более не может ни на что претендовать. — Вот это новости. Да уж, честно говоря, не ожидал. Что ж, надеюсь, вы предоставите мне кодексы. Думаю, мне следует заняться их изучением прямо с сегодняшнего дня, потому что вскоре я не смогу уделять достаточного количества времени для этого. Ради этого я и посетил Гринготтс. Уважаемый Билхорк, я вскоре собираюсь на некоторое время покинуть Англию. И, в связи с этим, у меня к вам несколько просьб. — Я Вас внимательно слушаю, Гарольд. — Для начала мне нужны документы, подтверждающие мою личность. Все, в том числе и маггловские. Еще, если будет возможность, я хотел бы получить многоразовый портключ, который мог бы доставить меня в Англию. Я знаю, что такие портключи нужно получать официально, но… Иногда у некоторых магов, работающих на государство, возникают проблемы. Я бы хотел помочь одному из таких магов и взамен, надеюсь, он тоже окажет мне некоторую «услугу», — произнес я. Плетение словесных кружев никогда не было моей сильной стороной. Гоблин, прищурившись, кивнул. — Я понимаю, о чем Вы говорите. Среди наших клиентов есть и такие маги, что задолжают банку. Как только найдется подходящий человек, я немедленно сообщу вам об этом. — Хорошо, но считайте, мое согласие у вас уже есть. Иногда бывает так, что действовать нужно незамедлительно, и каждая минута промедления может дорого стоить. Я не сомневаюсь, что вы не упустите подходящую кандидатуру. Гоблин, кивнув, что-то записал себе, после чего вновь посмотрел на меня, ожидая продолжения. — Не сочтите за грубость, но я хотел бы поинтересоваться, что с Грипхуком? Удалось ли что-нибудь выяснить? Судя по вмиг помрачневшему лицу Билхорка, выяснить что-то все же удалось. — Да, Вы, как бы ни прискорбно мне было это признавать, оказались правы. Проверка еще идёт, но уже на данном этапе нам удалось выявить несколько грубейших нарушений не только договоров с клиентами, но и нарушения наших, гоблинских, законов. После окончания проверки Грипхука ждет незавидная участь, поверьте мне, гоблины не прощают предательство. Всем пострадавшим будет выплачена компенсация. Кстати, Вы тоже входите в число этих пострадавших. Гринготтс выражает Вам глубочайшую благодарность, и после окончания разбирательств Банк готов не только возместить потери и выплатить компенсацию, но и оказать вам услугу соизмеримую с нашей благодарностью. На это я лишь кивнул. В прошлой жизни, правда, о предательстве Грипхука мы узнали не самым приятным способом, да и к тому времени он уже успел столько всего наворотить, что страшно было представить. — Тогда нам осталось самое сложное — обсудить мои финансы и другое имущество, которым я владею на данный момент, — сказал я, и тут меня неожиданно озарила забавная идея, — только перед этим скажите мне, уважаемый Билхорк, Вы проводите тотализатор? Можно ли у вас сделать ставку на итог финальной игры Кубка мира по квиддичу?