Уйти и вновь вернуться

— Добрый день. Меня, я думаю, знают все. Но все же я представлюсь, — произнесла женщина, оглядывая студентов, — Лили Поттер. На этот год, и, возможно, и в дальнейшем, я стану вашим преподавателем по Истории Магии. И скажу сразу — любое нарушение дисциплины и правил на моем занятии — и вы вылетите отсюда быстрее, чем успеете сказать «Хогвартс». И больше вы сюда не вернетесь, это я вам могу обещать. В аудитории повисла напряженная тишина. Гриффиндорцы недоуменно переглядывались, слизеринцы же сидели неподвижно, внимательно следя за преподавателем. И от них не укрылось, что Лили Поттер едва ли не скопировала речь своего бывшего декана, профессора МакГонагалл. — Вы находитесь здесь, чтобы понять всю глубину магической истории, узнать секреты мироздания или, как минимум, сдать экзамен. Поэтому я надеюсь, что вы будете серьезно относится к этому предмету. Но перед тем, как начать лекцию, хотелось бы добавить, особенно для некоторых студентов, что задавая вопрос, будьте готовы, что ответа не последует. А вот это заявление покоробило почти всех слизеринцев. Что значит «ответа не последует»? Она преподаватель или кто? Почему она чуть ли не в открытую отказывается от части своих обязанностей? — А теперь об истории Магии, — меж тем продолжила женщина, — считается, что магия зародилась в Древнем Египте. Возможно, это и так, но я никому не советую изучать подробности. Почему? Все очень просто. Как бы не прискорбно мне это было сообщать, но в Египте практиковалась Темные Искусства. Там были жрецы, которые приносили жертвы! Вся магия тогда была темной, пропитанной злом и кровью. Я не был удивлен, о, нет. Я был шокирован! Больший бред я и не слышал. Это же надо так исковеркать факты! Да, первое упоминание о магии было зафиксировано в Древнем Египте. Да, там практиковалось жертвоприношение. Но были и другие ритуалы и обряды! А это голословное утверждение насчет Темной магии? Да что за чушь? Судя по ошарашенным лицам слизеринцев, они тоже были в некотором удивлении от лекции преподавателя. А вот гриффиндорцы, состроив выражение отвращения на лице, кивали в такт словам миссис Поттер. — Магией называли обряды, связанные с верой в способность некоторых людей воздействовать на мир и окружающих с помощью некоторой силы. А сейчас мне бы хотелось развеять сразу два мифа, которые до сих пор существуют в некоторых семьях. Итак. Первое. На самом деле Магия не живая, это инструмент. Некоторые маги утверждают, что Магия — это сущность, чуть ли не личность. Эти маги верят в так называемых трех сестер. На самом же деле магия это лишь инструмент, грубая сила, с которой нам, магам, приходится справляться. Второе — это рассказы о Наследии. Поверьте, полная чушь. Наследия не существует в принципе. Уж поверьте мне, я замужем за чистокровным магом и даже он, слыша истории о так называемом наследии, заходится смехом. Наследие — это сказка для малышей. Ну сами подумайте, как такое возможно? Мы выглядим как люди, мы рождаемся как люди, мы живем как люди. И вдруг неожиданно оказывается, что один из нас вейла, другой вампир, третий эльф, четвертый наг? Ну не бред же? Мы ведь абсолютно похожи как вид, в нас нет различий. Так что это все ерунда… Переглянувшись друг с другом, мы осознали, что слушать лекцию больше не имеет смысла. Стоит ли слушать человека, который совершенно некомпетентен в своем предмете? Даже лекции Биннса были явно полезней. И если Лили Поттер рассчитывает нас увидеть еще на одном ее занятии — то она глубоко ошибается. После двух пар Истории Магии, где мы наслушались наиполнейшего бреда на несколько лет вперед, на ЗОТИ мы шли с опаской. Уж если Лили Поттер, магглорожденная, да и все же женщина, смогла нас ввести в шоковое состояние на грани истерии, то что будет на следующем занятии, где нас ожидали Джеймс Поттер и Сириус Блэк? — Гарри, мы больше не будем ходить на Историю Магии, — уверенно произнес Драко, как только дверь кабинета скрылась за поворотом. — Согласен. Еще раз такое шоу я не смогу вынести, — произнес я, — остается надеяться, что хотя бы ЗОТИ пройдет более успешно. Боюсь, отказаться сразу от двух предметов нам никто не позволит. И если Историю Магии нам разрешат не посещать, то вот с Защитой так просто не выйдет. Все же по ней и лекции, и практика. — Да, ты прав. Только думается мне, твои надежды на счет нормального занятия по ЗОТИ напрасны. Нужно быть очень внимательными, думаю, нас попытаются прощупать в самое ближайшее время. — Прощупать? — Я о наших способностях. Они могут утверждать, что это лишь для того, чтобы оценить наши навыки и на основе этого составить программу обучения. На самом же деле, боюсь, нас будут оценивать как будущих противников. Поэтому желательно не показывать все свои способности. И стоит, насколько это, конечно, возможно, скрыть свои слабые стороны, — а это Драко уже говорил не только мне, но и другим слизеринцам, что следовали за нами. Когда мы зашли в класс, то осознали, что слова Драко оказались пророческими. Первое что бросалось в глаза — дуэльный помост посреди кабинета. Джеймс Поттер и Сириус Блэк стояли возле одной из стен и что-то обсуждали, изредка бросая на нас быстрые оценивающие взгляды. Как-то сразу вспомнилось, что они одно время работали в Аврорате и тогда же воевали с Волдемортом и его приспешниками. А еще вспомнилось, что это Джеймс Поттер в той жизни стал виновником смерти Северуса. Глубоко вздохнув, постарался успокоиться. Не стоит поддаваться эмоциям. Тем более, сейчас для этого самое неподходящее время и место. Когда в аудиторию ворвались последние опаздывающие студенты, дверь захлопнулась, словно отрезая путь к отступлению, а Джеймс Поттер заговорил: — Думаю, представляться не имеет смысла. Вряд ли кто-то из вас не знает о нас. И все же, если среди вас такие имеются, то позвольте представиться — Джеймс Поттер, а это мой помощник и ассистент, Сириус Блэк. Сегодня, как вы уже могли догадаться, у нас будет практическое занятие. Поскольку ни я, ни мой ассистент не знаем ваш уровень сил и знаний, начинать какую-то тему не имеет смысла. Сначала нам стоит оценить то, с чем нам придется работать. Поэтому, сегодняшнее занятие посвящено дуэлям. Что ж, выглядит вполне логично, не придерешься. — Как я слышал, у вас одно время был дуэльный клуб. А это означает, что с правилами безопасности и с дуэльным кодексом все присутствующие ознакомлены. Все ознакомлены? Я кивнул, мне в свое время об этих правилах рассказывал Наставник. Остальные слизеринцы тоже уверенно подтвердили. А вот гриффиндорцы, хоть и кивали как болванчики, вызывали сомнения. Дуэльный клуб, помнится мне, был закрыт едва открывшись. Еще бы такое забыть, ведь косвенной причиной закрытия был я. Что-то я не помню, чтобы нам тогда объясняли правила. И я сильно сомневаюсь, что все из присутствующих здесь гриффиндорцев, самостоятельно ознакомились с правилами. — Сейчас мы с мистером Блэком будем называть пары дуэлянтов. Пара выходит на помост, произносится стандартная формулировка, после чего учебная дуэль до победы одного из дуэлянтов. Что ж, давайте посмотрим, чему вы научились за все обучение в Хогвартсе. Стоит ли говорить о том, с кем меня поставили в пару? Естественно, с Ричардом Поттером. С моим бывшим братом. Совершенно не удивительно. Я этого ждал, едва только Джеймс Поттер заговорил о дуэли. Впрочем, если говорить честно, то этого ждал я еще раньше. Я прекрасно понимал, что победа Ричарда надо мной необходима как очередное доказательство того, что это он истинный Избранный, а не я. Что это он в младенчестве «победил» Темного Лорда, отразив Аваду. Что он сильнее меня, лучше меня, достойней меня. И я бы спокойно дал победить себя, если бы не несколько деталей. Одна из них — кодекс Рода Блэк. Я не стану поддаваться своему врагу, не имея от этого выгоды. А какая выгода мне от моего проигрыша? Считать меня слабым все равно не будут. Другое дело, что я особо и не собираюсь выделяться. Я прекрасно помню уровень Ричарда, как прекрасно помню и то, что у него есть слабые стороны. И одна из них — невербальное колдовство. Насколько я помню, Ричарду довольно тяжело давалось «безмолвное» колдовство. На данный момент, насколько я помню, он мог наколдовать таким образом не больше пяти заклинаний и все они отражались простым Протего. Драко, к моему удивлению, поставили в пару не с Уизли, как я думал, а с Невиллом. Это было неплохо, потому что, в отличие от Уизли, этот гриффиндорец должен был знать дуэльный кодекс. Невилл вообще был еще той темной лошадкой. Скрытный, необщительный, он казался эдаким недалеким увальнем. Он был словно невидимка на своем факультете, он был в глазах многих серой посредственностью, выделяющимся, разве что, на гербологии. И отчего-то никто не вспоминал о том, что Невилл все-таки гриффиндорец, а среди них никогда не было обычных. В той жизни Невилл покинул Англию через год после окончания Хогвартса, прихватив с собой Луну Лавгуд. Он не хотел войны. Не хотел убивать, не хотел каждый день сражаться, рискуя однажды поселиться в соседнюю со своими родителями палату. Он не хотел такой жизни. И я его понимал. Тогда, конечно, часть меня не хотела принимать его решения, мне его поступок казался неправильным, даже, возможно, трусливым. Но только пройдя через весь тот ад, проживая сейчас вновь эту жизнь, я осознаю, насколько же смелым было его решение. Это тяжело, действительно тяжело покидать свою страну, оставляя свой дом, своих близких и не зная, сможешь ли ты вообще вернуться. И будет ли куда возвращаться. Но даже оттуда, из другой страны, Невилл пытался помочь. Он присылал Северусу редкие ингредиенты для ценных, целебных зелий. Он согласился принять Панси, сестер Гринграсс, Сьюзен Боунс, Энтони Голдстейна и многих других, что так или иначе пострадали в той войне. — Дафна Гринграсс против Гермионы Грейнджер, — произнес Поттер-старший, отвлекая от размышлений. Слизеринцы, и я в том числе, отошли в дальний угол на безопасное расстояние и, создав щит, принялись смотреть за «битвой» представительниц двух факультетов. Произнеся стандартную формулировку о ненамерении причинить вреда, а также о том, что выигранная в бою палочка остается за хозяином, девушки поклонились друг другу и дуэль началась. Впрочем, она окончилась спустя несколько секунд — парализующее заклинание, брощенное Дафной, поразило не успевшую уклонится или создать щит гриффиндорку и та, резко вытянув руки по швам, едва не упала на спину, если бы не вовремя подоспевший Блэк, что подхватил ее заклинанием. О, стоило видеть лицо расколдованной Грейнджер, когда она осознала, что так быстро проиграла слизеринке. Стоит ли говорить, что гриффиндорцам даже через несколько поединков так и не удалось одержать победу над слизеринцами? Единственные, кто хоть как-то успел проявить себя, были Симус и, что удивительно, Невилл. Но даже они не смогли долго противостоять своим противникам. — Гарри Пот… Блэк против Ричарда Поттера, — объявил Джеймс, буквально впиваясь взглядом в мою фигуру. Чем ближе я становился к помосту, тем больше взглядов я на себе ловил. О, да, именно этот поединок все и ждали. Как же, едва ли не сейчас должен был разрешиться главный вопрос, мучавший, наверное, половину Хогвартса. Кто же все-таки сильнее: Гарри Блэк или Ричард Поттер. Новоявленный гриффиндорец выглядел так серьезно, что казалось, будто сейчас произойдет не учебная дуэль, а чуть ли не поединок с Волдемортом. А еще от него едва ли не волнами исходила ненависть по отношению ко мне. Уж не знаю, чем я ему успел так насолить? Впрочем, если до этого я еще и сомневался в том, стоит ли мне одерживать победу, или же подвести бой и ничьей, то теперь я понимал, что мне нужна лишь победа. И вот я стою прямо перед своим бывшим братом. Поприветствовав друг друга, мы начали ждать старт. — Раз, Два, Три! — отсчитал Джеймс Поттер. — Силенцио, — бросил я, отклоняясь от довольно мощного оглушающего. Я-то отклониться успел, а вот Ричард оказался не таким проворным — чары немоты все же достигли своей цели. Гриффиндорец на секунду опешил, но затем, зло сощурившись, вскинул палочку и на меня полетел ярко-красный луч заклинания. Вновь отклонившись от заклинания, я быстро, пока Ричард не бросил новое заклинание, произнес: — Экспеллиармус. Петрификус Тоталус. Три секунды и палочка гриффиндорца в моей руке, а он сам пойман Сириусом Блэком. — Победу одержал Гарри Блэк, — зло произнес Джеймс Поттер, — следующие. Панси Паркинсон против Лаванды Браун. В итоге ни один гриффиндорец так и не смог одержать победы над слизеринцем. Даже довольно медлительные Крэбб и Гойл умудрились одержать победу. — А ты знаешь, что за заклинание бросил в тебя Ричард? — задумчиво спросил Драко, когда нас отпустили. — Экспеллиармус, разве нет? — Нет, — покачав головой, хмуро произнес слизеринец, — похоже, но нет. Это было другое заклинание, Гарри.