Тень Монолита

      Сейчас должанин убьет ее. Дозрел наконец-то, урод. Сектантка видела это по его лицу. Смотрела, как он ствол свой достает и на нее направляет, и ждала. Интересно, услышит ли она звук выстрела? Почувствует, как пуля входит в тело? Раньше почему-то никогда не задумывалась над этим.       Монолитовка никогда не боялась смерти, ведь умерев она станет частью Монолита, станет частью его совершенного разума. — Утри слезы, сестра, — рука Проповедника мягко ложится ей на голову. — Смерти нет, есть Монолит. Только Он имеет значение. Все остальное ничто. Монолит даровал нам священный путь, путь единения с Монолитом!

***

      Она слышит щелчек. Видит, как долговец смотрит на ствол, словно не понимает, что у него в руках. А потом… Потом он снова внутри нее… А она, хоть и знает, что сталкер хочет причинить ей боль, но не противится ему… А над ними бушует выброс… — Есть покурить? —  одевшись, девушка хлопает себя по карманам. Долговец не глядя на нее швырнул ей пачку. Сидит сейчас возле своего рюкзака и заряжает магазины патронами, а на нее не смотрит даже. "Чувствительный какой, - злорадно ухмыльнулась она. - А по виду и не скажешь. Надо же!" Скоро выброс кончится… Девушка чувствует, что стихия разнеся свою энергию по оцепленной территории, теряет свою силу, . — Надо идти, — сектантка встала. Сержант кивнул ей, забросил на плечи рюкзак, и толкнул ногой Воробья. — А… — Ни «а». А идти пора.       Они идут обратной дорогой, вот над ними уже и шахта колодца, уходящая вертикально вверх. Сержант поднимается первым. Ну да, правильно, крышка-то тяжеловата для нее будет. А так быть бы ей отмычкой. Она запрокинув голову, смотрит вслед сталкеру. Если над люком поселилась аномалия, то они все сдохнут здесь, выходов-то больше нет. Но скоро она услышала скрежет отодвигаемой крышки и увидела круг света. — Давай, быстрее, — Воробей подталкивает ее.       Теперь над ними красное небо. Выброс закончился, а небо почему-то красное… А, это закат. Очень красиво. Монолитовка любуется заходящим солнцем, и словно впервые замечая опасную красоту Зоны, с любопытством оглядывается вокруг себя. Сектантка снимает капюшон и подставляет лицо ветру. Она кожей чувствует прохладу вечернего воздуха, чувствует его свежесть, чувствует как вкусно пахнет прелыми листьями и озоном. Ветер аномальной энергии разогнал вонь разложения и металла, повсеместно присутствующую в Зоне. Сектантка делает глубокий вдох… — Чего встала. Топай давай, — Сержант толкнул ее в спину.       Ей опять вручают детектор. Может завести их в аномалии? Эти долговцы сами не выберутся. Оружием махать могут, а ловушки не чувствуют. Если только на один детектор полагаться, то можно в такие ебеня зайти, что обратной дороги и не будет.       А ладно, хрен с ними. Хотят на Агропром, да пожалуйста. Вон уже с того пригорка и корпуса видны будут.       Она это точно знает, была уже здесь раньше.

***

      Перед глазами проносятся лица. Обладатели этих лиц давно мертвы. Сектантка не помнит их имена, да это и не важно. Зато помнит, как они кричат, молят о милосердии или хотя бы о быстрой смерти. А братья ждут, смотрят с любовью и восторгом на Проповедника, ловят каждое его слово, ждут приказа Монолита. И она вместе с ними. Стоит на коленях, задыхаясь от счастья и ощущает почему-то сексуальное воздуждение. Она же видит, как смотрят на нее Харон и Пророк. Она сейчас словно наяву видит, как они все вместе склонив голову стоят и повторяют молитву вслед за Проповедником. …Да будут прокляты неверные, что отвергают путь Его, ибо слепы они в желаниях своих!       Она слышит в своей голове Монолит. Его призыв звучит словно колокол — УБЕЙ! УБЕЙ! ИХ ВСЕХ! ДАВАЙ! Она улыбается Харону и берет в руки нож. — Слава Монолиту! Слава Харону! — ревут десятки мужских глоток вокруг нее. Оставшийся пленник уже не пытается вырваться. Два брата волокут его куда-то. Потом один из братьев ведет ее по коридорам бывшего ДК. — Ты будешь спать здесь, другие сестры покажут тебе все… Она входит в небольшое помещение и видит каких-то женщин. — Здравствуй, сестра… - говорит одна из них.

***

      Вместе с Пророком они наблюдают, как неверные ползают в грязи. Те не видят их. Один неверный работает с детектором, двое других наблюдают по сторонам. Она целится, готовится сделать первый выстрел, но рука брата не дает ей сделать этого. — Смотри… — еле слышно говорит он ей.       Через несколько минут она ощущает вибрацию в голове. Ей не больно, только какой-то дискомфорт, как будто что-то мешает думать. А вот неверным явно не сладко. Они орут, визжат, хватаются за голову, корчатся в грязи. Их тела сводит судорога, они дергаются, словно по ним проходит ток. — Может пристрелить их, чтоб не мучились? — Подожди…       Они медленно подходят к безвольно валяющимся телам. Один из неверных все порывается встать, что-то неразборчиво бормочит. Вот он тянет автомат. И она разносит ему голову. — Этот готов. — Зачем? — Пророк сердито покачал головой. — Больше так не делай… Потом брат вызвал по рации других. Четыре пришедших по запросу наставника человека, хватают неверных под руки… — Куда они их? — Великий Монолит оставил им жизни. Они нужны ему. Скоро эти неверные познают великий путь единения с Монолитом. — Слава Монолиту!

***

      Вертолеты военных уже высадили десант на Радаре и в Припяти. Выжигатель больше не работал, и Харон отправил бойцов, чтобы те снова запустили его. Но от них пока нет вестей.       Она вспоминает последнюю молитву, что читал им Проповедник. В бой, защитники Монолита! В бой! Отомстим за павших братьев наших, Да будет благословенно Вечное их единение с Монолитом. Смерть… Лютая смерть тем, Кто отвергает Его священную силу!       Слова проповедника отзываются в ее душе темной злобой и яростью. Как они посмели? Они хотят уничтожить Монолит, хотят убить их всех! Сектанты готовят оружие и часть их отрядов отходит к Саркофагу.       Монолитовка вспоминает всех своих братьев и сестер. Надеется, что многие все же живы.       Но погруженная в воспоминания, она не забывает и следить за аномалиями. Вот и давно покинутые корпуса НИИ. Здесь можно переночевать. Или долговцы опять хотят прогуляться по ночной Зоне? Нет, не хотят.       Они заходят внутрь главного трехэтажного здания. Сталкеры расходятся по сторонам, проверяют его. Пусто. Только какое-то ржавое оборудование разбросано вокруг и объеденные тела неверных. Это военные. Похоже, что здесь когда-то была бойня. Сталкеры разводят костер. Наконец-то можно согреться. Она протягивает к огню озябшие руки. Сержант достает из рюкзака консервы и кладет их разогреваться. Она слышит как в пустых, давно покинутых помещениях завывает ветер. Она засыпает… Этой ночью Сержант не трогает ее. Она чувствует, что всё скоро кончится.       А утром они попали в засаду. Неожиданно как-то. Ха-ха. Только в какую-то хиленькую. Видать многочисленные аномалии родившиеся после выброса, помешали. Или нападавшие были придурками. Пуля выбила фонтанчик земли под ногами Сержанта. Он среагировал мгновенно. — В укрытие! — схватил ее за руку, толкнул за нагромождение бетонных плит. — Не высовывайся! — Эй, Сержант, — кто-то крикнул со стороны КПП, видать все-таки не успели их окружить. Сержант ответил очередью. — Давай сюда бабу, урод. Тогда может отпустим. Пять минут тебе на размышление. — Ага, — зло пробормотал долговец. — Двигай, давай. Глухая что-ли? — это Воробей, ведет стволом в ее сторону, хочет вытолкнуть из укрытия. — Воробей, ты че творишь, сука? — шипит Сержант. — А херли? Сам же ее хотел наемникам продать. — А ты, значит, решил тоже денег поиметь? — Ну, не одному же тебе бизнесменом быть. Сектантка не выдерживает, ржет как лошадь. — Я всегда знала, что ты тупой, Воробей. Ну давай, ну выйду я отсюда, а тебя сразу гранатами закидают. Бизнесмен, блядь. — Почему сразу гранатами? Хотя его может и пристрелят. — Вот идиот! — Сержант без злобы, грустно смотрел на Воробья. — И где ж ты нашел покупателей этих? — Наемники… — Какие они тебе на хрен наемники?! Бандюки обычные. У синдиката даже сетки своей нет. У Монолита вон есть, хоть и закрытая, а у наемников нету. Сектантка весело смотрит на Воробья… — Ага нету, — подтвердила она. — А ты откуда знаешь? — А ты, Воробей, что, думал, мы в Припяти только молимся и неверных режем? Ну ты и лошара! — Ладно затупил ты, Воробей, бывает. Теперь нужно думать, как выбираться отсюда. Сержант высунувшись дает очередь. В ответ раздались матюки, и выстрелы вышибли у них над головой бетонную крошку. — Так, — в голове у Сержанта уже есть решение. Не то чтобы оно ему нравилось, но иначе никак. Права сектантка, закидают их гранатами. Из-за этих плит им и головы высунуть не датут. Скоро обойдут. Жестко наебали Воробья. Наемники нахуй… Пиздец, одним словом. Сержант вытаскивает пистолет с гранатами и протягивает его монолитовке. — Ты чего, Сержант? — Воробей потрясенно уставился на него. — Заткнись! Секта, слушай. Сейчас на счет три начинаем палить. Сильно не высовывайся, нужно чтобы наша акула бизнеса добежал до того ангара.  Сталкер отвесил затрещину Воробью. — Беги со всех ног, придурок, не останавливайся. Там люк будет. Спускаешься и ждешь ее. Доступно, урод? Он взял сектантку за руку. — Держи ПДА и карту. Пароль 1006. В ПДА координаты тайника. Все что в нем, ты Воробей продай, а деньги переведи жене Сухого. Все что на карте ваше. Поняла? Монолитовка кивает, ее серые глаза внимательно смотрят на него. Смотрят так, будто она старается запомнить его лицо. — А ты? — А я вас прикрою. Ему показалось, или пальцы девушки и правда, слегка дрогнули? — Выбор, Секта. Сделай правильный выбор. Я вот свой сделал уже. Монолитовка все так же внимательно и спокойно смотрит на него. — Ну за работу.       Сержант длинными очередями стреляет по позициям бандюков. Секта резко высовывается и швыряет гранату. — Давай придурок! Воробей бежит со всех ног, скоро он скрывается за постройкой. Секта высунув руку, стреляет не целясь. — Теперь ты. На два гранату, на три бежишь. Под землей держитесь правой стороны. Там много переходов, можно заплутать. Будет лестница. Подниметесь, увидите в стене пролом, в нем Электра и маленький лаз. Мутанты прорыли. Дальше сами. Доступно? Раз! Монолитовка приготовилась. — Секта, — вдруг снова позвал ее Сержант. Девушка оглянулась на него. — Может скажешь все-таки, как тебя по-настоящему зовут? Она смотрит на него. «Не скажет», — думает Сержант. — Ева. — Ева… — повторяет за ней сталкер. — Первая женщина. Красиво. А я Серега, — и тут же орет. — Два!..       Взрыв гранаты, и следом короткие экономные очереди Грозы.       Она не спускается, а буквально падает в шахту люка. Больно ударяется телом о наваленные на земле доски. Все еще работает Гроза Сержанта. — Пошли, быстрее, — Воробей тянет ее в туннель. Он боится. Один он здесь сдохнет. Но монолитовка не двигается, смотрит на круг света, ждет чего-то. Она слушает выстрелы, различая среди автоматных тресков Грозу долговца. Вот она смолкает…       Словно очнувшись, сектантка идет в темноту туннеля.