Дети подземелья

Рабастан Лестрейндж не ставил на своё поместье никаких защитных чар, объясняясь тем, что ему некого бояться и не от кого прятаться. Но в то же время, попасть в этот дом магическими способами было невозможно, поэтому Линетт шла пешком почти километр с того места, куда трансгрессировала. Ночь была ветреная. Ветер качал тяжёлые ветви деревьев, окружающих особняк, как стражи. Шикарный дом с мраморными колоннами, балконами и арками, белоснежный и чистый, в этих зарослях выглядел довольно устрашающе. Казалось, из каждого окна кто-то наблюдал за приходящими в него людьми, а подъездная дорожка заросла мелким кустарником и травой. Линетт быстро поднялась по каменным ступеням, и постучала в дверь четыре раза. Она ждала больше пяти минут, но её так никто и не встретил. - Поразительное гостеприимство… - шёпотом проговорила она себе под нос и взялась за дверную ручку. Сперва Линетт оказалась в просторном холле, из которого вели две широких лестницы на верхние этажи. Между подножьями лестниц располагались широкие двойные двери в зал, по бокам же от лестниц все двери были заперты. Линетт поднялась в восточное крыло дома, ища библиотеку. Рабастан проводил больше всего времени. Узкая ковровая дорожка заглушала звуки её шагов, поэтому, когда она услышала из библиотеки голоса и остановилась, прислушиваясь к ним, её никто не обнаружил. Первый голос принадлежал самому Лестрейнджу, а второй… Линетт сжала челюсть и замерла, слушая их. - В крайнем случае, вы потеряете день, - произнёс Патрик Логан. – Единственное место, где сможет скрыться Бернс Локвуд, кроме своего дома в Бристоле – его фамильный особняк на южном побережье. В Падстоу. Линетт невольно вздрогнула. - За поместьем уже установлена слежка. Если Локвуд там появится, вы узнаете об этом сразу же. С его устранением проблем не возникнет, я уверен. - Устранением? – Линетт услышала, как Рабастан усмехнулся. – У нас нет такого намерения. - Неужели? – голос Логана звучал недоверчиво. Наверняка он смотрел на Лестрейнджа с интересом. - Даже не думай, - предупредил тот. Он был довольно молод, но голос его звучал так тихо и глухо, будто он громко шептал, а не говорил в полную силу. – Твой гонорар не достаточно высок, по моему мнению, чтобы ты держал в секрете такую информацию, Патрик. Того, что ты знаешь, достаточно для выполнения работы. Видимо, разговор был окончен. Рабастан получил от Логана всё, что ему нужно – наводку на свою следующую цель. Точнее – он так думал – их совместную с ней цель. Линетт услышала, как мужчины коротко попрощались, и как заскрипели половицы, когда Логан шагал к дверям, за которыми она скрылась. Как только он отворил её, женщина уже стояла на пороге, всем видом показывая, как она возмущена, что её заставили ждать. Она вошла в библиотеку, как только оттуда вышел Логан. Не стала дожидаться приглашения. - Как ты можешь ему верить? – с порога заявила она. – Ведь это он, а не Уолш, навёл Министерство на наш след. Рабастан выслушал её с абсолютно равнодушным лицом, и встав с кресла, подошёл к камину, около которого стояло старое кресло со штопаной обивкой. Внутри этот дом выглядел совсем не соответствующим своему фасаду. Мебель была старая и грязная, повсюду пыль, а обстановка в комнатах такая, будто там накануне прошла очередная магическая война. Как эта библиотека, например: напротив входа стоял дубовый письменный стол, покрытый пылью, перед ним – ковёр, поеденный молью. Книжные полки, стоящие по всему периметру, либо пусты, либо завалены каким-то старым хламом. Книг же было совсем мало, да и те отсыревшие, с порванными страницами и стёртыми переплётами. Когда угли в камине занялись и в помещении стало светлее, Рабастан задул стоящую на столе свечу. Линетт терпеливо ждала ответа. - Я никому не верю. - Даже мне? - Особенно тебе, - сказал Лестрейндж, смотря ей в глаза. - Скажи, за всё время, что мы вместе, сколько раз ты была абсолютно честна со мной? - Вместе? – Линетт едва сдержалась, чтоб не рассмеяться. - Мы не вместе. Ты просто заставляешь меня экспериментировать с Тёмной магией в угоду твоей мании величия, угрожая при этом мне и моим близким. - Это одно и тоже. Так что скажешь? Сколько раз? - У меня нет причин тебе лгать, - отвечала Линетт. - Значит, в тот день, когда мы потерпели поражение у Райтов, с нами действительно был Адриан? А не ты приняла оборотное зелье и явилась туда в его обличие? Линетт бесстрастно смотрела на него, ни один мускул на её лице не дрогнул. Не шевелился и он. Было видно только, как поднимаются его плечи от тяжёлого дыхания, а испытующий взгляд, казалось, намертво приковался к её лицу. - Что ж… - наконец, он поднялся со своего кресла и направился к двери, но перед тем, как выйти, объявил: - Адриану назначено несколько повторных слушаний. Ты знала об этом? Скорее всего, его освободят. Тогда мы его и спросим. Линетт казалось, что ветер на улице разбушевался с ещё большей силой, яростно колыша ветки деревьев за окном. Рабастан устремил на неё внимательный взгляд, но она даже не нашла в себе сил повернуться к нему. - Ты знаешь, то место, о котором сказал мне Логан, - продолжал Рабастан. - Это ведь совсем не далеко от Плимута… Спустя пару мгновений её молчания, дверь захлопнулась. Линетт невольно схватилась за правое запястье. Шрам вдруг начало жечь. Она была почти готова предать.

***

Этот день - двадцать пятое апреля - для слизеринцев вот уже несколько лет имел особенное значение. Ведь это был день рождения Стефана Райта. Не смотря на его задиристость и выпендрёж, Стефана любили все. Ничего удивительного, что в этот день в Хогвартсе витало ощущение праздника. Сам Райт в этот день всегда дольше обычного торчал перед зеркалом, десяток раз поправляя галстук и воротничок, мантия его была идеально отглажена и обильно сбрызнута одеколоном. Он даже был добрее, чем обычно, и ничуть не обижался на Альто и Хенсли за подколы на предмет его пижонства. И к нему все были более снисходительны. Блэр не закатывала от него глаза, а Лорен позволяла ему делать «усы» из своих волос. За завтраком его поздравляли так часто, что он никак не мог отщипнуть и кусочек омлета или хотя бы выпить воды. То и дело откуда-нибудь раздавалось «Эй, Райт, с Днем Рождения!», или «Поздравляю, Райт!». А он вертелся так, словно пытался усидеть на гвоздях, потому что ему со всеми надо было поздороваться и обняться. Особенно в этот день срывались с цепи девчонки. Красились, накручивали волосы, надевали укороченные версии школьных юбок, ведь у каждой сегодня был убедительный повод подойти к обаятельному шестикурснику и вполне оправданно состроить ему глазки, а особо смелые подымались на носочки и клевали его губами в щеку. Пол Харрисон специально сделал лишний крюк по Большому залу, подошел к Стефану и отвесил хорошего щелбана. - Поздравляю, блондиночка! Райт засмеялся и опустил не донесённую до рта ложку. Следующие на очереди были близняшки Гарлоу, но как только они подошли, Блэр разозлилась: - Да ради всего святого, дайте ему уже поесть! – огрызнулась она, и девчонки удалились, поджав плечи. Райт растрогался и чмокнул однокурсницу в щеку. - Не подлизывайся, просто это мельтешение раздражает, – усмехнувшись, оправдалась Логан, но было видно, что даже у неё было хорошее настроение. К концу завтрака перед Стефаном скопилась приличная стопка разноцветных и разнокалиберных открыток, которые разворачивали и читали вслух Лорен и Карен. - «Твои глаза – словно хрустальные озёра. Они манят меня…» Дочитать они не смогли, поскольку начали громко хохотать. - Бли-и-ин! – простонала Карен сквозь смех. – Вот это я понимаю – высокий стиль! - Ладно вам, – мягко укорил их Стефан, старательно пряча улыбку. – Девочка старалась, писала. Хотела восхищение своё выразить. Однако слова Райта вызвали только новый приступ смеха. Карен промокнула уголки глаз от проступивших слёз и потёкшей туши. - О, давай вот эту, – она потянулась рукой к горе открыток, и вытянула ярко-алую. Бумага внутри была матовая, чёрная, а поздравление сомнительного содержания написано красными чернилами, напоминающими кровь. Локвуд прокашлялась и торжественно прочла. - «Душу дьяволу продам за ещё одну встречу с тобой…» Х-ха! Они с Лорен чуть не стукнулись головами о стол и не завизжали от смеха. Райт и сам чуть не подавился. - Кажется, это из какого-то мюзикла, – хихикая, сказала Розалин. - Не думал, что в Хогвартсе столько извращенцев, – вставил Джаспер. – Ты как вообще, не боишься по коридорам ходить в одиночку? - Теперь точно буду бояться, – сквозь вялый смех сказал Стефан. - Я знаю, что с этим делать, – деловито начала Локвуд, выпрямив спину. Её щёки всё ещё были красными от смеха. – Разберём эту кучу, выберем самые адекватные пожелания и составим из них одно. Райт с усмешкой наблюдал за ними. - Давай, – Лорен потёрла ладони, дожевала печенье и запустила руку в кучу разноцветной бумаги. – Итак. Глаза? На что похожи твои глаза, придурок? – она глянула на Райта исподлобья, изогнув губы в вызывающей улыбке. Райт удивленно хохотнул, а Логан ухмыльнулась и закатила глаза. - Ну, раз они такие… Серые. Дождливое утро? – мечтательно протянула Локвуд. – Лёд? - Нет, это всё банально, – отмахнулась Лорен. - Боюсь спросить, что же ты считаешь оригинальным, – хохотнул Джаспер. - Мышиная шерсть? - шепнула себе под нос сидящая рядом с Джаспером Розалин. - Я не имела в виду настолько оригинальное! - «Ты как самый сильный приворотный напиток…» - Господи, Локвуд! – вдруг вскрикнул Альто. - Я же ем! В этот момент почти весь слизеринский стол зашёлся громогласным хохотом. Теперь они имели полное право вдоволь посмеяться над недавним неприятным происшествием с участием Альто и Амортенции. Прошло достаточно времени, чтобы над этим действительно было уместно шутить. В этот момент, решив, что его подопечные совсем обнаглели, к ним как огромный дирижабль, подплыл профессор Слизнорт, и убедительно попросил вести себя тише. Как только смеющиеся успокоились и умолкли, а декан вернулся к преподавательскому столу, Райт покосился на Альто и спросил вполголоса: - Так что насчёт вечера? Ты всё уладил? Альто даже не оторвался от завтрака, когда отвечал: - После полуночи не шуметь, мебель не ломать, по коридорам не бродить, никому младше пятого курса не предлагать. Райт и Хенсли облегчённо выдохнули. - Вы это о чём? – спросила Лорен с таким видом, будто не понимала, о чём речь. - Что значит – о чём? – нахмурился Райт. – Мы обсуждали это неделю назад и ты сказала, что отпросишься с отработки у Говарда. Лорен на пару секунд изобразила непонимание, и когда Райт готов был вспылить, захихикала. - Да всё в порядке. Приду я на твою вечеринку. Кстати, ты заглядывал под кровать? Стефан покачал головой: - А что там? - Твоя новая гитара. Райт издал какой-то нечленораздельный вопль, смахивающий на мурчание, и послал ей воздушный поцелуй. Однако Альто в это время почему-то скривился и выглядел необычно напряжённым. А когда Райт поинтересовался, что с ним такое, ответил: - Да так, - открестился Ник. – Просто будьте внимательны с алкоголем, придурки, и не пейте того, что вам дают девчонки. Лорен рассмеялась громче всех. Как там сказал Джеймс – слизеринцы склонны излишне драматизировать? Вот уж точно. Кстати, о Джеймсе... Услышав хохот за слизеринским столом, несколько человек, в том числе пуффендуйцев, обернулись на их стол. Среди них был и Морган. Лорен ответила кивком на его улыбку, но когда Розалин и Блэр засобирались, она поспешила за ними к выходу из Большого зала. Как и всегда перед совместными занятиями, в коридоре перед классом заклинаний было не протолкнуться. Опаздывали разве что несколько человек со Слизерина и Когтеврана. Тори и Софи тоже были там, к ним и подошла Лорен. - С твоей стороны это выглядит как ребячество. - А с его, значит, нет?! - Ты не забыла, что произошло совсем недавно? Тори, это была его семья. Не удивительно, что теперь у него изменились планы на жизнь. Тори вся сжалась и надулась, будто вот-вот лопнет, в то время как Софи пыталась её вразумить. Она и ответила слизеринке, когда та задала им обеим вопрос, что произошло: - Они с Полом поссорились. - Это не совсем то слово, - произнесла Тори, пригладив и без того аккуратно причёсанные волосы. - А почему? – спросила Лорен, переводя взгляд то на Софи, то снова на Тори. - Знаешь, мы ведь ещё на первом курсе решили, что после выпуска начнём заниматься квиддичем. Может, это и глупо, но мы даже выбрали несколько команд, в которые у нас был бы шанс пробиться… - Так в чем проблема? – спросила Лорен, нервно оглядываясь. - Почему ты без мантии? – вдруг выпалила Софи, с ног до головы оглядев слизеринку подозрительным взглядом. Лорен отмахнулась, и снова обратила внимание на гриффиндорку. - А теперь он решил стать аврором, - сказала Тори таким тоном, будто это была величайшая трагедия в её жизни. Лорен же прекрасно поняла Пола. Ясно, как день, что произошедшее с его семьёй наложило на него свой отпечаток, и его желание было вполне естественным. Вот только Тори этого было не объяснить. - Мы вообще в последние дни только ссоримся. Это я во всем виновата, - сокрушалась она, сжимая ярко накрашенные губы. - И в чем же тут твоя вина? - В том, что это Алекс и Джеймс хотели вернуться в Хогвартс в этом году. Пол не хотел. Это я уговорила его, - Пауэлл замолчала, и опустила глаза на свой ботиночек, носком которого ковыряла пол. – Может, если бы он был дома, в Лондоне, с его родителями не произошло бы такого… - Если бы он был дома, его бы тоже убили. Вот и вся разница. – строго отчеканила Лорен. Пауэлл хотела возразить Бирс, судя по её виду, но не стала. В коридоре было так шумно, что Лорен не услышала шагов у себя за спиной. Туда и смотрела Тори. Лорен обернулась, и увидев, что к ней подходил Джеймс, почувствовала, как сердце подскочило и понеслось галопом. Он поздоровался с девчонками, и Лорен отошла с ним на пару шагов. Она старалась держаться спокойно, но надеялась, что Джеймс не сделает ничего опрометчивого, ведь здесь столько народу. Да ещё и слизеринцы полным составом только что подошли к кабинету. Лорен не решилась обернуться и проверить, был ли среди них Альто. Но если честно, сейчас она думала не только об этом. - Ты как? В порядке? – спросил он. Глаза у него бегали, будто хотели успеть рассмотреть и запомнить каждую точку её лица. - Конечно, – торопливо ответила Лорен, улыбнувшись. – А ты? - Не совсем, - ответил Джеймс, и немного недовольно цокнул. – Не высыпаюсь вторые сутки. Лорен тихо усмехнулась, опустив глаза, но ничего ему не ответила. И поняла, что не знает, что делать. Как себя вести. Она не зря избегала его весь вчерашний день и всё это утро. Ведь она опасалась как раз этого момента, когда нужно будет сказать ему кое-что важное. Может, именно тот самый момент и был сейчас, вот только слова так и застревали в глотке. Морган продолжал смотреть на неё, и казалось, что ему вовсе не обязательно было объяснять причин её смятения. Только тогда, когда он протянул что-то Лорен, она заметила – у него была её школьная мантия. - Ты забыла её на стадионе, - сказал он, слегка изогнув тонкие губы в улыбке. Лорен протянула за мантией дрожащие руки, пробурчав какую-то невнятную благодарность. Хорошо, что её забрал Джеймс, ведь если бы её мантию нашёл на стадионе тот, кто появился там в ту ночь, у неё были бы серьёзные неприятности. Только успев подумать о том, что в ту ночь произошло, она почувствовала, как щёки начали гореть. И кто бы сомневался – это не осталось без внимания Пауэлл. Как и то, что Джеймс в тот момент приобнял Лорен за плечи и аккуратно поцеловал в висок. - Увидимся, - сказал он, погладив её костяшками пальцев по щеке, и ушёл, протискиваясь сквозь толпу шестикурсников. Пару секунд или чуть больше Лорен понадобилось, чтобы прийти в себя и оценить обстановку. Во-первых, Пауэлл и Кинг смотрят на неё раскрыв рты. Во-вторых, она снова задыхалась, как и каждый раз, когда ей нужно было сказать что-то Джеймсу. И в-третьих, когда Морган ушёл, она увидела Ника. Он был среди слизеринцев, стоял в другом конце коридора, и взгляд его ясно давал понять. Только что он всё видел. И всё понял. Лорен предпочла не смотреть в его сторону. Её и без того колотило. - Лорен, ты… Ничего нам рассказать не хочешь? – ошарашено пролепетала Тори. Слизеринка повесила мантию на ремешок сумки и мельком глянула на Тори. - Помните, я рассказывала, как за мной кто-то следил? Это был он, - Лорен указала кивком головы в ту сторону, куда ушёл Джеймс. А сама тем временем против воли поймала на себе взгляд Альто. Надменный, даже насмешливый. Он смеялся над ней. - Серьёзно? – прошептала Пауэлл, зажав рот ладонью. Казалось, что её сейчас разорвёт. – Вот это да. Ну вы… Вы ведь говорили? Ты с ним говорила? И что потом? Что было дальше? Улыбка Альто стала шире, он легонько качнул головой, и снова посмотрел на Бирс. На этот раз в его взгляде явно читалось презрение. Он развернулся и пошёл прочь. - Что было дальше? Ну…– проговорила Лорен, почти не слыша своего голоса. Она искоса глянула на Тори. – Целуется он так же классно, как рисует. Наверное, у Тори случилась истерика, но Лорен не могла знать этого наверняка, ведь она уже шла за Альто. Он остановился только в конце коридора. Лорен отчего-то чувствовала острую необходимость сейчас же всё ему объяснить. Что всё это ничего не значит. Хотя так ли это на самом деле, она и сама не была точно уверена. - Постой, - сказала Лорен, с трудом придавая своему голосу уверенности. - Слушать оправдания – это жутко скучно, Бирс, это ты понимаешь? Если секунду назад она чувствовала себя загнанным в ловушку кроликом, то сейчас его голос звенел от возмущения. - Мне не за что оправдываться, - ответила Лорен. – Мы всего лишь поцеловались. Один раз. И на этом всё. Ник рассмеялся. - А мне не всё равно? - Вот именно, - ответила она. – Это произошло, потому что я думала, что будет тебе всё равно. И что ты уже не вернёшься. - Меня не было всего несколько недель. Это не так долго. Тогда она взорвалась. - Да, тебя не было! Мы тут не знали, что и думать, не знали, жив ли вообще! Ты ведь даже не потрудился ответить хотя бы на одно письмо! Альто молчал. Лорен не понимала, доходят ли вообще до него её слова, и в какой-то момент поняла, что отвернулась от него к окну, и что не может отвести взгляд от дыма, выходящего из трубы хижины Хагрида. - Хотя знаешь… - тихо сказала Лорен скорее самой себе, чем ему. – Ты прав. Думаю, мне не обязательно оправдываться перед тобой. Слизеринец вопросительно изогнул бровь и посмотрел так, будто делал ей одолжение, что слушает её. На скуле двигались желваки. Он злится? На неё? И пусть. - «Я не брошу тебя. Никогда», - повторила она слова, сказанные им когда-то. Услышав их, какую-то секунду на его лице читалась растерянность. – И что мы имеем в итоге? Лорен почти смеялась, говоря это. - Ты то вываливаешь на меня признания в своих чувствах, то утверждаешь, что тебе всё равно. Ты упрекаешь меня за один только поцелуй, в то время когда сам ты бросил меня, в очередной раз, ничего не объяснив. То, что ты обещаешь и то, что делаешь, в последнее время стало разниться, тебе не кажется? Она поняла, что ответа не будет. И почти ощутила, как их опять отшвыривает друг от друга. - Подумай, чего стоишь ты сам и твои слова, прежде чем пытаться в чём-то обвинить меня. Затем появился Флитвик. Пока класс суетился и толпился у дверей, потому что, как всегда, каждый стремился влезть первым и занять лучшие места, Лорен уже сидела на первой скамье и прожигала взглядом пространство перед собой, а когда Райт попытался увести её за собой на самый верх, она вырвалась. Сейчас ей даже близко не хотелось подходить к Нику. Казалось, ещё чуть-чуть, совсем немного, и что-то внутри разорвётся. И никогда больше не заживёт. Не срастётся правильно, чтобы работать так, как нужно.

***

Все, что происходило в тот вечер в гостиной Слизерина, можно было охарактеризовать одним словом: кошмар. В общей комнате собрался весь факультет. Не было разве что первых и вторых курсов, на спальни которых, как сказал Райт, они наложили чары глухоты. Громкая музыка – даже слишком громкая для Хогвартса – заполнила все подземелья. Обычно тусклое зелёное освещение гостиной стало ярче, сверкало и переливалось разными цветами. Свободного пространства в помещении практически не осталось. Все твердые поверхности были заставлены принесёнными с кухни тарелками с едой, бутылками и стаканами, наполненными отнюдь не тыквенным соком. Под каждым столом стояло по паре заполненных ящиков. Большинство слизеринцев уже были изрядно повеселевшими. Старшекурсники не стесняясь отплясывали, покрикивали, подпевали орущему граммофону, вращая зелёными галстуками над головой. Роджер Брайс веселил окруживших его третьекурсников, пытаясь отпить из кусачей кружки, но начинал истерично ржать ещё до того, как подносил её к лицу. Пятикурсники, ошалев от впервые попробованного огневиски, соревновались, кому удастся сделать глоток больше и не сжечь горло. Шестикурсники, как обычно, сидели за столом и играли в покер. Альто и Райт ничего в этом не смыслили, потому что в чистокровных домах обычно предпочитали играть в вист, поэтому Джаспер каждый раз бессовестно опустошал их карманы. Они уже начали вторую партию, когда кто-то додумался включить Def leppard. Со стороны столика, где сидели шестикурсницы, донеслись невнятные пьяные вопли, послышался звон битой посуды, смех, топот. Джаспер то и дело поглядывал на Лорси и Логан, которые танцевали и во весь голос выкрикивали в потолок:

«…Take a bottle, shake it up Break the bubble, break it up Pour some sugar on me…»

Девчонки двигались то плавно, как вишни плескались в забытом стакане огневиски, то резко, притопывая ногами и тряся лохматыми головами. Всклоченные длинные волосы хлестали по раскрасневшимся лицам, а эти их покачивания бёдрами просто выносили мозг. В какой-то момент одна из них не удержалась на ногах, и недолго думая, схватилась за руку другой, и обе повалились на пол. Но вместо того, чтобы подниматься, засмеялись и чокнулись бутылками со сливочным пивом. - Хорошо хоть никто не пронёс в школу новую пластинку Салемцев. А то они тут вообще с ума бы сошли. - По-твоему, это магловское дерьмо лучше? – сказал Альто Райту, не отрывая взгляда от своих карт. - Ох, точно. Я и забыл, что ты у нас теперь чересчур чувствителен ко всему магловскому, - пошутил Райт. Он на минутку замолк, отпил сливочного пива из стакана и обернулся на девчонок. - Зря ты так с ней. Я про Бирс. Она нормальная девчонка. И вроде как, любит тебя… - Да ну, правда? - Альто противно ухмыльнулся. – Если так, то какого Мерлина она позволила этому пуффендуйскому мудаку свой магловский язык себе в рот засовывать? Райт скептично изогнул бровь. - Может, поговорим о том, что ты полтора месяца в Гаррет засовывал? Или это мы в расчет не берём? Джаспер тем временем кинул на стол ещё несколько наколдованных фишек, и Райт негодующе покачал головой, отдавая свои последние. - Я был под Амортенцией! И не соображал, что делаю и с кем. А она была в своем уме, и полностью отдавала себе отчёт. Но, тем не менее, она так поступила, так ещё и у меня за спиной. - Ну да, твою мать, она должна была перед глазами у тебя это сделать! Райт и Хенсли засмеялись. Джаспер в диалоге почти не участвовал и пытался полностью сосредоточиться на игре. - Ладно, вот ты как поступил бы на моём месте? – совершенно искренне недоумевал Ник, обращаясь к Райту. - Поржал бы и забыл, - ответил Райт, рассматривая свои карты так, будто ещё не всё потеряно. – Серьёзно, Никки, выключи ты свой мудизм уже наконец. - Райт, будешь пить? – спросил Джаспер, подливая себе в стакан. - А кентавры гадят в лесу? – равнодушно ответил ему Стефан. - Это их личное дело, знаешь ли. Отвлекающий манёвр не подействовал. Райт снова принялся вправлять Альто мозги. - Ты видел? Когда ты путался с Гаррет, когда свалил из школы непонятно куда, и когда она не знала, не сдох ли ты в какой-нибудь канаве. Ты её видел? Альто прищурился. - Что-то я не понял сути твоего участия в этом. Тебе-то какая до всего этого разница? - Когда она пошлёт ко всем чертям твою аристократичную задницу - и будет права, кстати - к кому ты придешь жаловаться? Кому потом улаживать всё это дерьмо? И знаешь что. Я уже сыт этим по самые Мерлиновы яйца. Обидишь её ещё раз, будешь иметь дело со мной, - протрендел Райт и бросил карты на стол. – Всё, нафиг. Я сбрасываю. Он взял бутылку сливочного пива и встал из-за стола. Роззи и Карен как раз зажигали последнюю - восемнадцатую свечку на огромном торте с завитушками из крема. Джаспер не медля встал и сделал пару шагов за Райтом, и рывком развернул его к себе лицом. - Эй, - строго сказал он. – Опять началось? Он с подозрением смотрел на Райта. - Что началось-то? – раздраженно проговорил Райт. Через пару секунд до него дошло. – Ой, иди ты, Хенсли, это тут не при чем. Хенсли ещё раз красноречиво посмотрел на Райта. Потому что он знал его слишком хорошо. Между этими двумя никогда не проскальзывало ничего подобного, но всё же, Райт оставался Райтом. А Лорси - весьма привлекательной девчонкой, которая с ним проводит кучу времени. Каждый раз, когда Джаспер возвращался к себе в комнату, видел там их, и всегда вместе – они курили, пили сливочное пиво, или просто болтали о всякой ерунде. Бывало, что Райт разляжется на полу с гитарой, положив голову девушке на коленки, а Лорси в это время читала учебники. Они и на уроках почти всегда сидели вместе. Но похоже, это действительно была только дружеская опека, и желание защитить Лорси от оскорблённого достоинства Альто. Джасперу вдруг пришло в голову, что Никки и Лорси напоминают ему хозяина и его верного пса. Пёс всё ждёт, когда его погладят, но этого не происходит. И тогда он начинает привлекать внимание. Что-то грызть и портить. Или целоваться с пуффендуйским маглом. Хозяин зол, но хотя бы вспоминает о нём. А когда у хозяина хорошее настроение, он бросает псу косточку, и тот виляет хвостиком и пускает слюни от радости. Пёс любит своего хозяина, даже если он то ещё дерьмо. Проигрыватель уже по третьему кругу гнал альбом Def Leppard, когда Ник вдруг совершенно случайно заметил её взгляд. Она смотрела не на него, но он видел - взгляд этот был вовсе не её, а какой-то чужой, незнакомой ему девушки. Той, кому на него плевать. Не похожей на неё. Она, видимо, уже очень давно не похожа на себя. Просто он этого не замечал. Ведь её менял каждый день, каждый его удар и каждое слово. Он её менял. И сейчас, смотря на результаты своих действий, он чувствовал себя действительно последним идиотом.

«All I want is everything Am I asking too much?»

Лорен будто почувствовала его взгляд, потому что повернулась точно на него, не ища его глазами. Смотрела секунды две, отсалютовала ему стаканом, и, опрокинув огненный виски себе в горло, встала с места.

«All I want is everything Like the feel of your touch…»

Он проследил за тем, как тонкая фигурка медленно, покачиваясь, вышла из гостиной, и сам подорвался с места. Но его остановила какая-то девочка с пятого курса. И почему-то она смотрела на своего старосту, как на последнюю надежду мира на спасение. - Чего тебе? – недружелюбно буркнул Альто. Начало её фразы заглушила музыка. - …Райт сказал предупредить тебя, но они сами их найдут. Только их нет уже полчаса, я подумала, вдруг Филч их поймал? - Кого нет, о чём ты вообще говоришь? Девчонка закатила глаза и повысила голос: - Фрай и Маркус. Они наелись торта и куда-то сбежали из гостиной. Альто вздохнул и выругался, сразу поняв, в чём, собственно, катастрофа. В торте. Торт, со сливочным кремом без масла и сахара. Блэр и Карен специально для Райта заказали его в «Сладком королевстве». Торт с восемнадцатью свечками, пропитанный огневиски. Альто быстро осмотрелся: среди танцующих и снующих туда-сюда тел действительно не было ни Райта, ни Хенсли, поэтому он скомандовал всем расходиться. Вечеринка окончена. А сам вышел из гостиной, надеясь ещё успеть догнать Бирс, чтобы кроме пьяных третьекурсников не пришлось искать по всей школе ещё и её.

***

- Даже моего словарного запаса не хватит, чтобы описать степень вашего идиотизма, а он у меня богатый, уж поверьте, - протараторил Райт полушёпотом, держа третьекурсника за ухо и ведя его в подземелья. - Нет, пожалуйста, захотели размять связки – да что мне, жалко? Я бы вам ещё и подыграл, но на кой чёрт вы попёрлись у Слизнорта под дверью распеваться?! Маркус что-то невнятно промямлил в ответ, а Райт сильнее дёрнул его за ухо. - Теперь иди спать, и чтоб духу твоего не было за пределами Слизерина! Не то я тебе гриф по самые гланды засуну...сам знаешь куда! Джаспер засмеялся. - Макгонагалл ошиблась в назначении, это ты должен был быть старостой, однозначно. - Будешь много болтать, Джессика, тебе тоже перепадёт. Хенсли пихнул его в бок и послал куда-то матом. - Где Фрай? Вот где её искать? - Как она хоть выглядит? – пробубнил Джаспер, когда они шли через внутренний двор. В замке, вроде бы, было всё тихо, а значит, искать надо было на территории. - Понятия не имею, - отмахнулся Стефан, поморщившись. Слизеринцы обошли внутренний двор, стараясь не издавать ни звука, поэтому, когда раздался какой-то шум со стороны теплиц, они сразу его услышали и поспешили туда. И действительно, дверь в первую теплицу была настежь открыта, ветром её мотало из стороны в сторону, ржавые петли громко скрипели. Изнутри доносился писклявый девчоночий голос, что-то напевающий, а когда парни зашли внутрь, он резко оборвался. Раздались звуки падения – сначала тела, затем горшка с каким-то растением. - Ра-айт, это ты? – пропищала Нура Фрай, протягивая свои тоненькие ручки к Стефану. Тот за шиворот поднял её на ноги. Он что-то пробубнил недовольно и встряхнул девчонку, держа за плечи. – Вот что тебе тут понадобилось, а? Третьекурсница раскрыла пьяные голубые глаза ещё шире и ответила, то и дело запинаясь: - Хотела принести тебе цветы. У тебя ведь день рождения! Но наверно, я зашла куда-то не туда, потому что здесь растёт какая-то хрень… - девушка брезгливо потрогала лист клещевины. Райт стукнул ей по ладошке, и закинув её руку себе на плечи, поволок к выходу. Джаспер, который наблюдал за разыгравшейся картиной у входа, решил не тянуть и поспешил убраться оттуда, так как заметил в теплице ядовитую тентакулу. Но едва Хенсли успел выглянуть за дверь, как тут же нырнул обратно. - Кто-то идёт! – прошипел он Райту. Тот остановился и зажал Фрай рот, чтобы она с перепугу ничего не мяукнула. - Кто? Стебль? – шёпотом переспросил Райт, когда они спрятались за рядом деревянных ящиков с растениями. Джаспер резко качнул головой. - Кажется, кто-то из охраны. Райт осторожно выглянул из укрытия, но тут же дёрнулся обратно, и крепче обхватил руками Фрай. Но та, надо отдать должное, даже затаила дыхание. Вдоль теплицы кто-то медленно прохаживался неторопливыми шагами. Они были то тише, то громче, но не оставляли сомнений, что пришедший вряд ли был недоучкой-аврором, для которого не нашлось нормальной работы и его послали сторожить учеников Хогвартса. Джасперу казалось, что топот ботинков по полу звучал прямо за его затылком, и стоит этому человеку немного вытянуть шею и глянуть вниз, как он их увидит. Так ещё и куст тентакулы стоял на столе прямо напротив них. Растение уже шевелило своими тонкими веточками. Замечательно. Просто блеск. Что хуже, быть задушенным ядовитым растением, или до конца своих дней ходить на отработки? Джаспер предпочёл бы первое, но через несколько секунд тишины и неровного дыхания, пришедший и едва не застукавший их направился к выходу. Слизеринцы не шевелились ещё секунд десять, прислушиваясь и пытаясь понять, достаточно ли далеко он ушёл. Джаспер позволил себе вдох, только когда Райт медленно разжал ладонь, всё ещё лежащую на лице третьекурсницы. Казалось, что всё тело одревенело от напряжения за эти несколько секунд, но когда его плеча что-то коснулось, Джаспер едва не вскочил на ноги. На него кто-то шикнул, и он понял, что перед глазами у него чёрная спортивная кофточка Логан, плотно обтянувшая её тело. Он выдохнул, и закрыв глаза, прислонился головой к ящикам. Сердце ударялось о рёбра, отдаваясь гулом в голове. - Логан, чтоб тебя! – произнёс Райт почти вслух. - Я от страха и так чуть всю теплицу не снабдил удобрениями, а тут ещё ты. - Ты-то как здесь оказалась? – на выдохе спросил Джаспер, стараясь не опускать взгляд ниже её плеч, потому что молния на её кофточке была не до конца застёгнута. - Дезиллюминационные чары. Бирс меня научила, - ответила Логан. – Вставайте, он уже ушёл. - Кто это был, ты видела? Логан кивнула. - Форсберг. Райт и Хенсли недоумевающе переглянулись.

***

Звёзды на потолке Большого зала расплывались перед глазами, а шаги снаружи казались такими далёкими, будто кто-то подходил не к самым дверям, а топтался где-то у школьных ворот. Лорен, которая лежала на лавке у гриффиндорского стола, спустила на пол одну ногу, чтобы покачивание пространства перед глазами хоть немного утихло. Казалось, что долгое время в голове раздавалось шипение, как от сломанного радио, и так долго, что к нему можно было успеть привыкнуть. Оно стало незаметным. А потом исчезло. Кажется, что сознание вернулось в тело, после того как долго летало где-то вокруг. Она чувствовала, как приходит в себя. И это было странно. А голос, смутно знакомый, произносит: - Эй, - холодная ладонь коснулась её лба. – Ты что здесь делаешь? Лорен снова прикрыла глаза и убрала от себя руку Ника. - Я тут лежу. Смешок. - Почему здесь? - Я захотела спать. А в гостиной слишком шумно. Снова смешок. - А такая мысль, как пойти спать в свою постель, не приходила тебе в голову? Лорен вздохнула так тяжело, будто Ник уже страсть как её достал. - На моей кровати уснула Розалин. А на её кровати спит Джулиан, потому что на кровать Джулиан кого-то стошнило. Ник сжал рот, чтобы не рассмеяться. Лорен увидела это, когда открыла глаза. Он присел на корточки рядом с ней, она почти чувствовала его дыхание у себя на щеке. Это заставило её отвернуться. - Ладно. Поднимайся, моя головная боль, нечего здесь торчать. Ник взял её за плечи и слегка приподнял. - От…пусти. Я никуда с тобой не пойду. - Конечно, не пойдёшь, пьянчушка, тебя же ноги не держат, - со смехом в голосе сказал Ник. - Ничего подобного. Я совсем не пьяна, - категорически отрицала Лорен. - Вот помоги мне встать, и я тебе докажу. Она дёрнулась вперёд, но от быстрой смены положения голова закружилась, всё поплыло перед глазами. Всё окутал тёмный, почти непроницаемый туман, сквозь который она снова слышала звуки шагов, очень долго. Чувствовала, как пространство вокруг неё снова вращается во все стороны одновременно, чувствовала, как голова падает на чьё-то плечо. Затем она услышала голоса. Один из них звучал совсем рядом, а другой – это что, Дэн? Откуда он здесь? – издалека. Но он приближался. - О, ещё дрова, - говорит он. - Где подобрал? - В Большом зале, - отвечает тот, что ближе, и ухмыляется. – Только давай без шума. Я видел миссис Норрис на втором этаже. - Усёк, - отвечает Дэн и проходит мимо. Лорен снова куда-то провалилась, пока её не вытянул обратно тот же голос, и те же руки, которые неприятно холодили кожу даже сквозь одежду. Она находилась в комнате однокурсников, судя по всему. А Ник усадил её на свою кровать, и сейчас снимал с неё туфли, затем джинсы и блузку, натянул на неё свою футболку, а она всё это время не подавала признаков жизни, и терпеливо ждала, когда он закончит. После затянувшейся паузы он посмотрел прямо ей в глаза, которые уже могли фокусироваться и видели его так же ясно, как и он её. Ник протянул руку, будто хотел коснуться её лица, но в последний момент одёрнул её. Из гостиной послышалась возня и разговоры, и он собирался уже выйти, как вдруг услышал: - Зачем ты это делаешь? – девушка сидела в той же позе, в какой он её оставил – безвольно опустив руки и плечи, сведя коленки. – Если тебе всё равно, почему ты всё время ко мне возвращаешься? Пальцы на пару секунд сжались на холодной дверной ручке. Глаза зажмурились. Обернувшись, Ник увидел, что она смотрит на него так, будто он дал ей пощёчину. Мерлин, и что он должен был ответить?! Он вышел в коридор, тихо захлопнув дверь. Лорен ещё какое-то время смотрела на то место, где он только что стоял. А потом устало сжала веки и, накрывшись одеялом с головой, отвернулась к стенке.