Дети подземелья

Снова заснуть Лорен удалось только к утру. Но и этот недосон не продлился долго – она снова проснулась от собственного крика. После этого, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Роуз и Блэр, она переоделась, и насколько это было возможно, привела себя в порядок. Что бы ни происходило, внешний вид должен был говорить только о безупречном самообладании и выдержке, однако пульсирующая боль в голове, от которой темнело в глазах, сводила все усилия на нет. На первое занятие она пришла раньше всех, поэтому, когда в класс стали входить остальные ученики, Лорен словно очнулась от глубокой дремоты. Окончательно вернул её в реальность глухой удар о соседний стол. Райт бросил на стол свой учебник. Обычно на лекциях Говарда, в его маленьком кабинете, Джаспер садился за последний стол вместе с Блэр. Стефан и Роуз занимали первую парту, а Ник вместе с Лорен - среднюю. Но сегодня, почему-то именно сегодня, Ник, о чём-то заговорившись с Роуз, прошёл к первому столу с ней. А Стефан занял место рядом с Лорен. - Привет, - с очаровательной улыбкой сказал он ей. Бирс во все глаза смотрела на него, не обращая внимания на происходящее вокруг. Райт, не дождавшись ответа, повернулся к Джасперу, но не успел он задать ему какой-то вопрос, Лорен произнесла. - Стефан, - Райт обернулся через плечо. - Где ты был ночью? На впалых щеках заиграли желваки. Светло-серые, почти бесцветные глаза слизеринца будто искали что-то на поверхности стола, и не находили. Правдоподобный ответ, наверное. Он сделал быстрый вдох и отвел глаза. Затем снова поднял взгляд на Лорен. - Ты уверена, что действительно хочешь это знать? – с наглой усмешкой сказал он. Но Лорен не собиралась выслушивать очередную байку о том, что у него было свидание с хорошенькой шестикурсницей. - Ты ведь уходил из школы, верно? – лицо Райта стало белым как мел. И видеть его таким было очень непривычно. Стефан так и не повернулся к ней, сидел в пол оборота, и смотрел на неё напряжённым взглядом. И ничего не мог ответить. Она почти понимала его. Он ведь думал, что никто об этом не узнает. Никто не увидит. А она видела. Как? Но может быть… Лорен глубоко вздохнула, чувствуя, как руки задрожали, а горло сдавило тисками. Опять. Мерлин, опять. Стефана могло и не быть там. Это ночной кошмар, всего лишь кошмар. - Я видела, как ты вернулся, - шёпотом произнесла она. Райт быстро качнул головой в ответ. Он мог сколько угодно делать вид, что не понимает происходящего, и не понимает, откуда у неё эти вопросы, но его волнение говорило само за себя. Значит, он действительно мог быть тогда в коридоре. И она видела его. Но почему он её не видел? Просто притворяется? Что происходит? - Доброе утро, седьмой курс! – прозвучал бодрый голос профессора Говарда, который вошёл в класс и захлопнув за собой дверь. Стефан бросил на Лорен ещё один напряжённый взгляд, и кажется, впервые за восемь лет обучения в Хогвартсе принялся внимательно слушать преподавателя. - Успокаиваемся, - произнёс Говард, глядя как ученики вертятся по сторонам и всё ещё болтают, будто занятие не началось пять минут назад, неохотно достают учебники, перья и волшебные палочки. – Мисс Даймонд, вы не сдали мне эссе во вторник, если вы не сдадите его на следующем занятии, я оставлю вас после уроков, - он сел за стол и развернул пергамент, отмечая отсутствующих. – Мисс Пауэлл, вы не сможете записывать тему занятия сахарными перьями. Итак, раз уж отсутствующих нет, то мы немедленно переходим к теме занятия. Говард, как обычно встал, так как во время своих рассказов он то и дело перемещался в пространстве. Сперва он подошёл к доске и записал тему занятия. «Ментальные чары». Лорен показалось, что кладя на место мел, Говард бросил на неё взгляд. - Сегодня мы приступаем к самому сложному, на мой взгляд, разделу магии, - объявил он. - Ты успокоишься? – сказал Альто полушепотом, повернувшись к Лорен. - Просто куда-то делось… Моё… - Твоё перо лежит на столе. Лорен замерла, озадаченно осматривая парту, на которой всё уже давно лежало. - …начнем мы с такого вида мыслительной связи, как ментальный контакт. Это… - Какой контакт? – послышался голос с самого дальнего стола. - Ментальный, Филлер, будьте внимательнее, – Говард улыбнулся одними глазами, и продолжил, когда гриффиндорец начал быстро строчить пером по пергаменту. - Это один из видов мысленной связи, который даёт возможность волшебнику проникать в сновидения другого волшебника и видоизменять их, и даже, на короткое время подчинять своей воле. Но всё это при условии, что маг хотя бы раз в жизни видел свою жертву или представляет себе, как она выглядит. Для полного подчинения требуется непосредственный контакт. Студенты затихли, внимательно вслушиваясь в его слова. Некоторым уже не терпелось засыпать профессора вопросами. - Ещё один вид чар, связанных с человеческим сознанием, вам уже хорошо знаком. Может быть, кто-то предположит, о чём может идти речь? - Заклятие Империус. - Верно, мисс Клаус. Заклятие, полностью подчиняющее человека воле наложившего это заклятие волшебника. Заклятие, которому подвластны практически все разумные существа. Находясь под воздействием этих чар, человек будет бездумно выполнять любые приказы волшебника, который наложил на него Империус. Впрочем, в прошлом году мы с вами уже останавливались на непростительных заклинаниях, поэтому не будем уделять им много времени. Следующее заклинание, которое можно отнести к ментальным чарам –… - Обливиэйт, - Лорен прошептала его одновременно с тем, как его произнёс профессор. Казалось, когда оно прозвучало, на какую-то долю секунды из мира пропали абсолютно все звуки: шуршание пергаментов, перешёптывания Джаспера и Блэр. Лорен перестала постукивать кончиком пера по столу. Лежащий перед ней лист пергамента был так же чист, как и в начале занятия. - Заклинание изменения памяти. Может стереть недавно полученную информацию, или воспоминания, так как временные рамки действия заклинания точно не определены. Человек может забыть определенное событие, например, или же абсолютно потерять память – это самое тяжёлое последствие этого заклятия. Есть и определённые побочные эффекты применения этих чар – дезориентация во времени и пространстве, сбивчивая речь и искаженное восприятие. Впрочем, в большинстве случаев это скоро проходит. Снова пауза. – Но это заклинание имеет и положительные стороны. Именно чарам стирания памяти, по большому счёту, мы обязаны тому, что до сих пор существование нашего мира скрыто от маглов, которые подвергаются ему, став свидетелями чего-то волшебного. Но в тех редких случаях, когда… Да, мисс Бирс? - Профессор, скажите. Как с ним бороться? Говард слегка озадачился. - Мы ещё остановимся на защитных чарах, которые следует использовать при угрозе ментальной атаки. - Защитные? Вы говорите об Оклюменции? – продолжила напирать Лорен. Студенты обернулись на неё. - Да, в том числе и об Оклюменции. Способность преграждать путь к своему сознанию людям, искушенным в Легилименции, это основной способ борьбы с ними… - Но я имела в виду нечто другое, сэр. – Лорен слегка подтянулась на стуле и положила руки на стол. – Есть ли способы борьбы с чарами – ну например, стирания памяти – когда они уже были применены к человеку? - Вы хотите знать, можно ли отменить их действие? - Да. Говард глубоко вздохнул. - Человеческое сознание – удивительная вещь. Оно сложно и многогранно. Сложнее, чем любые известные чары. - И все же? – не унималась студентка. - Это практически невозможно. Действие этих чар нельзя каким-либо образом отменить. С ними нужно только бороться, - профессор чуть повысил голос, уже не отвечая вопросы одной студентки, но обращаясь ко всем. - В этом их главная опасность. Они практически необратимы, и разрушить их крайне сложно. Лорен, не шевельнувшись, медленно прикрыла глаза. - И самое ужасное в этом виде магии то, что она оказывает влияние напрямую на сознание человека. Изменяет его. Калечит. В большинстве случаев это заканчивается весьма трагично. Нередки случаи, когда люди, подвергшиеся заклятию забвения, теряли память полностью, навсегда. Бывает, что попытка подчинения приводит к тому, что человек перестает владеть собой окончательно. Рука Бирс снова взмыла вверх. - Профессор, – спросила она. – А мог, например, человек потерять рассудок из-за того, что подвергся одному из этих заклинаний? - Разумеется. Как бы ни было прискорбно это признавать – галлюцинации, бессонница, провалы в памяти - чаще всего, этим всё и заканчивается. - Столько изощренных способов запудрить мозги, - пробурчал Райт. Говард почти рассмеялся. - Интересная мысль, – улыбнулся профессор. - Но ведь именно за этим мы с вами и собрались здесь, не так ли? Чтобы уметь защитить себя от подобного. Но давайте продолжим. - Профессор, на секундочку… - Хенсли поднял руку. - Да? - У нас будут практические занятия по данному разделу? То есть… - Джаспер начал говорить сквозь смех, – мы будем учиться применять Империус? - Ты до сих пор не научился применять Конфундус, - пробормотала Логан, и слизеринцы захохотали. Хенсли бросил ей уничтожающий взгляд, на что Логан широко улыбнулась в ответ. Недовольство слизеринца как рукой сняло. - Нет, мистер Хенсли, я не буду учить вас этим чарам. Ваша задача – научиться от них защищаться, – Говард вытащил руки из карманов, и, поправив мантию, присел на свой стол. – А теперь, остановимся на каждом виде чар поподробнее, и перейдем к защите…Мисс Бирс? - преподаватель встал с места. – С вами всё в порядке? Вам нездоровится? - Да, - еле слышно сказала Лорен. – Да, мне…простите, профессор, могу я ненадолго выйти? - Разумеется, о чём речь. – Лорен быстро покидала вещи в сумку и направилась к выходу. - Мисс Клаус, вы староста, проводите вашу подругу к мадам Помфри. - Я могу это сделать, профессор, – неожиданно встрепенулся Альто, и, не дожидаясь одобрения преподавателя, направился за Бирс к выходу. Лорен даже дверную ручку нащупала не сразу. Как только вышла из класса, она быстро зашагала в направлении, противоположном лестницам на верхние этажи, не в больничное крыло. Сейчас ей было необходимо оказаться там, где было тихо. А самое тихое место в Хогвартсе – это слизеринские подземелья. Она шла быстро. Почти бежала, упрямо смотря под ноги и еле сдерживаясь, чтобы не закрыть уши руками. Потому что какие-то странные звуки окружили со всех сторон – они были похожи на шуршание, скрежет и…шёпот. Но один единственный голос звучал отчётливо и различимый на фоне всего этого – который окликнул её сзади. От него она и пыталась сбежать. Даже не оборачиваясь, она перешла на бег. Он её преследовал. Она бежала, сама не зная, почему, но казалось, что стоит остановиться – как произойдет что-то страшное. Да ещё этот шум в голове становился всё громче и громче. Хотелось от него убежать, чтобы не слышать. Может ли звук вообще причинять боль? Лорен ускорилась, завернув за угол и направляясь к проходу в гостиную, остановилась, сбивая дыхание и судорожно вспоминая пароль. В этот момент кто-то её схватил. - Что происходит? – спросил голос. Она часто задышала, невидящим взглядом осматриваясь, начав вырываться из схвативших её рук. Ей хотелось кричать и звать на помощь, но отчего-то голосовые связки перестали слушаться её. Затем в лёгкие перестал поступать воздух, перед глазами стремительно темнело. Лорен уже ждала эту тьму. Знала, что она сделает с ней, и зачем-то зажала уши руками и зажмурилась, надеясь, что это её защитит… - Посмотри на меня! Это было похоже на пробуждение ото сна, который длился по меньшей мере пару десятков часов. Она не понимала, где находится и почему, не помнила, как оказалась здесь… Здесь. Где здесь? Девушка быстро обвела взглядом помещение – это была спальня Ника, Райта и Джаспера. Когда взгляд перестал метаться во все стороны, она, наконец, посмотрела на того, кто крепко сжимал её плечи ладонями. Глубоко вдохнула. Легкие скоро откажут, видимо. - От кого ты только что убегала? От меня? Вцепившись в эти руки, она окончательно очнулась от заставшего врасплох наваждения. Осознала, кто стоит перед ней. Прикрыв глаза и, наконец, расслабившись, она даже слегка пошатнулась, невольно падая на него. - Да что с тобой такое… - нервно выдохнув, сказал Ник. Он подтолкнул её к своей кровати, на край которой она осторожно опустилась, перебирая в голове подходящие слова. Шея и хрупкие плечи словно налились свинцом, а в горло натолкали ваты по самые лёгкие. Ник поднял края покрывала и закутал девушку в него, потому что её всё ещё колотило. Дождавшись, когда она хоть немного успокоиться, он заговорил с тревогой в голосе: - Лорс, я не идиот. И не слепой, – он на несколько секунд замолчал. – Я вижу, что с тобой что-то не так. Но я не смогу помочь тебе, если не буду знать, в чём дело. Лорен не ответила, только всхлипнула и крепко обхватила его за плечи, так крепко, что ему даже пришлось расцеплять её окоченевшие пальцы, чтобы чуть отодвинуть от себя и посмотреть в глаза. Она зажмуривается и упрямо качает головой, так, что волосы липнут к мокрому лицу. - Я… не знаю, - легкие содрогнулись от резкого выдоха. – Не знаю. Мне кажется, что я просто схожу с ума. Она подняла руки, как будто хотела схватиться за голову, но Ник перехватил их и сжал. - У меня…постоянно кошмары, каждую ночь, и когда я просыпаюсь из-за них, я не знаю, действительно ли я уже не сплю. Я не различаю, где сон, а где реальность. Я даже не уверена, что сейчас мы действительно здесь и что это не очередной кошмар. - И давно это с тобой? – спросил Альто, смотря остекленевшим взглядом куда-то в сторону. - С лета, - ответила она, и будто испугалась своих же слов. – Сначала это были всего лишь… Ну знаешь. Что-то мелькало в голове и только. Какие-то образы, голоса. Потом начались кошмары… - С лета… - повторил Ник. Лорен кивнула. - Именно тогда, когда я уехала из Плимута. С тех пор как Холли перестала снова стирать мне память. Понимаешь, что это значит? Это воспоминания. Они возвращаются, в какой-то извращённой форме. И пока я всё не вспомню, это не прекратится. Он чуть поморщился и потёр лицо ладонями, затем сжал руки в замок и уткнулся в них лбом. Лорен напрягла внимание, следя за его реакцией. Этого он и боялся, видимо, когда принимал решения ничего не рассказывать Лорен об их знакомстве до Хогвартса. Боялся именно таких последствий. И теперь она чувствовала себя идиоткой при воспоминании, как сильно была на него зла за молчание. Вообще всё, что происходило с ними всего несколько месяцев назад и казалось чем-то невероятно сложным, теперь вызывало лишь усмешку. - Холли просто безрассудная идиотка, - сквозь зубы проговорил он. - Ник, не говори так. - Чаще всего хватает одного раза, одного Обливиэйта, чтобы двинуться. Сколько раз Холли делала это с тобой? А ты ведь была ещё ребенком. Кто, как не она должен был предвидеть такие последствия? Он вздохнул и встал, сделав пару бездумных шагов по комнате. Упёрся руками в «потолок» кровати Райта и спросил, даже не обернувшись. - Ну а ты? Ты почему молчала? Она зажмурилась. - Ты должна была сказать! Надо было все рассказать мне с самого начала! - Я не думала, что всё зайдёт так далеко. Не хотела расстраивать тебя, - ответила Лорен, стараясь не обращать внимания на то, как снова защипало глаза и свело горло. – А ты…твоего отца освободили. Наше с тобой родство не подтвердилось. Твоя семья цела и в безопасности. Всё было хорошо. Я не хотела всё испортить. Ник громко усмехнулся. - Зато теперь, оттого что я не понял всё сразу, мне вдвойне хреново. - Прости. Когда Ник вернулся на своё место, сразу обнял её обеими руками за плечи. Он не собирается гладить её по голове и приговаривать, что всё хорошо. Потому что всё ни черта не хорошо. И это стало слишком часто звучать в голове в последнее время. И дальше будет только хуже. - Я этого так не оставлю, - пообещал он. – Мы что-нибудь придумаем. Лорен улыбнулась. - Кому-то нужно быть внимательнее на уроках. Ты ведь слышал, что сказал Говард.. нет способа снять заклятие. Это необратимо. - Не может этого быть, - он сжал её покрепче, всего на секунду, и отстранился, взяв ладонями за виски и медленно поглаживая. – Должен быть способ… Я попробую поговорить об этом с отцом, он должен в этом разбираться. Лорен выдохнула и кивнула, и снова положив голову ему на плечо, пустым взглядом рассматривала пространство за его спиной. А ведь он прав… Способ есть, и очень простой. Ей не нужен Адриан Альто. Она может всё вспомнить и без его помощи, не снимая заклятие. Если кто-то сможет ей рассказать, всё рассказать… Она будет знать, что она забыла. И тогда потерянные воспоминания перестанут съедать её изнутри. Ей просто надо найти Линетт. Она тут же стала перебирать в голове варианты, как можно это сделать. Случайно оказаться в каком-то чистокровном доме, где произойдёт следующее убийство? Наверняка она причастна ко всему этому… Или же, просто написать ей. Написать, что она всё о ней знает. И потребовать встречу. Лорен почувствовала, что Ник стал чаще и глубже вдыхать, и что сердце у него забилось чуть быстрее. Как будто он услышал её мысли, и они очень ему не понравились. Буквально через пару минут Лорен уснула. Ник не стал её будить. Через несколько часов их обоих разбудили шум и голоса, доносящиеся из гостиной. Выйдя туда, они первым делом наткнулись на Блэр и Розалин, и обе девушки, выглядевшие ни то раздражённо, ни то взволнованно, направлялись к выходу, как и остальные слизеринцы. - Что тут происходит? - обратился к ним Ник привычным тоном старосты. Ответила ему Логан: - Нам всем надо наверх и как можно быстрее. Ник и Лорен обменялись напряжёнными взглядами, и последовали за однокурсницами. - А в чём дело? – спросил Ник. - Кто-то проник в замок. Макгонагалл собирает всех в Большом зале.

***

Студенты всех факультетов и курсов провели в запертом на все замки и чары Большом зале весь оставшийся день. Территория замка и сам замок были обследованы не один раз, все сломанные защитные чары восстановлены, но нарушитель так и не был обнаружен. И главное, он не покинул Хогвартс, как утверждала охрана, значит, вполне может быть всё ещё в замке. Первые несколько часов в зале сохранялась напряжённая обстановка как среди студентов, так и среди преподавателей. Выходить из зала разрешали только в уборную, но младшекурсникам – строго в сопровождении преподавателей, а старшими – не менее чем по три человека. Многие пытались высказывать свои версии происходящего – ведь это могли убийцы чистокровных проникнуть на территорию за одним из них. И это мог быть любой, однако больше всего внимания было сосредоточенно на слизеринцах. Но потом, обстановка становилась всё спокойнее. Затем стало даже весело. После ужина, в сопровождении деканов и одного из авроров, студентов отпустили в факультетские гостиные оставить свои вещи и переодеться, но после, все так же вернулись в Большой зал. Теперь вместо длинных узких столов, прямо на полу в несколько рядов были устроены спальные места. Остаток вечера в Большом зале был похож на большую пижамную вечеринку. Эльфы раздавали чай с умиротворяющим бальзамом, преподаватели, особенно Говард, то и дело подходили к студентам узнать, нормально ли они себя чувствуют, и оставались поболтать на несколько минут. Что касается слизеринцев, Лорен с трудом удавалось сохранять спокойствие, ведь этой ночью ей предстояло спать в одном помещении со всеми студентами, а не только Роуз и Блэр. И если ей снова будут сниться кошмары, а они несомненно будут… Она ужасалась, думая о том, сколько косых взглядов будет ловить на себе до конца учебного года, если своими воплями перебудит весь зал. А что если повторится прошлая ночь? Когда она в беспамятстве бродила по замку? Что, если она попадётся охране… Она не могла успокоиться до самого отбоя, пока не погасили свет в зале. Пока перед тем, как лечь спать, Альто подвинулся ближе к ней, поцеловал в макушку и сказал так тихо, чтобы никто кроме неё не услышал. «Я рядом. Ты в безопасности». Она будет повторять эти слова про себя, пока не заснёт. Ты в безопасности. В безопасности.