Дети подземелья

Октябрь 1997 - И что ты предлагаешь мне? Отказаться? Мне исполнится семнадцать через неделю, и если я откажусь принять Чёрную метку, меня сочтут предателем крови! Розалин, которая быстро шла по сухой листве, остановилась и резко обернулась на Майкла. Зелёные глаза буквально горели - гневом, разочарованием, страхом. Вокруг стояла такая тишина, которая бывает только в разгар холодной и безветренной ночи. Едва слышный ветер, шелест листвы под ногами. Учащённое биение сердец – это всё, что их окружало. - А если ты всё же сделаешь это, предателем тебя сочту я, - ответила Розалин. - Твоё упрямство ни к чему не приведёт, Роуз, опомнись! Если я откажусь, меня ждёт смерть! И тогда уже не будет иметь значения, кем ты меня считаешь. Точно не для меня. - Разве? – грубо переспрашивает Розалин. – Ты сейчас пытаешься убедить меня в том, что не желаешь этого? Что не рад тому, что это произойдёт? Лицо Майкла стало надменным. - А что же ты сама? Скоро придёт и твоё время. Розалин покачала головой. - У меня есть ещё полгода. В худшем случае - за это время я могу успеть обручиться с каким-нибудь чистокровным недоумком, и тогда служить Тёмному Лорду самой мне не придётся. - Если ты рассчитываешь на это, почему моё предложение ты отклонила уже дважды?! Изо рта валил пар при дыхании, плечи и грудь вздымались, это было видно даже под тёплым плащом. Розалин же оставалась совершенно неподвижной. Она отвернулась на пару мгновений, которых Майклу было достаточно, чтобы всё понять. - Можешь не отвечать, - глухо проговорил он. Зачарованный фонарик подплыл к ним совсем близко, но он коротким взмахом волшебной палочки заставил его погаснуть. - Я знаю, в чём причина. Точнее в ком, - проговорил он, всё ещё смотря на её идеально ровную спину. – Всего лишь чёртов полукровка… Роуз снова оборачивается. В глазах стоят слёзы, но голос едва не срывается на крик, настолько она была зла. - Этот чёртов полукровка считает тебя своим другом. - А знаешь, кем он считает тебя? – Майкл в два шага сократил расстояние между ними до минимума. – Никем. Невидимкой. Пустым местом. Ты для него всё равно что не существуешь, так было всегда, и ты никогда этого не изменишь, никогда… Едва он договорил, ладонь Роуз с хлёстким звуком встретилась с его щекой. - Не смей. Иначе раскаешься. - Нет, не раскаюсь. Я сделаю кое-что другое, - ответил Майкл. В эту минуту его будто подменили, ведь таким он не был никогда. Только в этот момент. – Я приму метку. Стану одним из них. Майкл махнул рукой за спину Роуз, на тёмно-серый кирпичный особняк, в котором сейчас проходил приём. Среди гостей едва ли набралось бы хотя бы с дюжину человек, не носящих Чёрную метку. - И когда я стану Пожирателем смерти, он будет первым, кто узнает об этом. Узнает, только вот не успеет осмыслить, потому что будет мёртв. - Прощай, Майкл. Розалин быстрым шагом направилась к мраморному крыльцу особняка, и ни разу не оглянулась.

***

Уже стемнело, когда Лорен оказалась в Дербишире. Это как-то само по себе вышло - она трансгрессировала не к своему дому, а к дому Альто. Она пыталась сосредоточиться на нужном месте, но в голову всё лезли мысли о том, что Элизабет всё ещё жива. Но конечно, её не могло быть там. Если Лиз действительно удалось выжить, то сейчас она наверняка где-то далеко. Старый дом Альто был пуст. До своего дома Лорен добиралась пешком, и даже не подумав наложить на него защитные чары, вошла и сразу поднялась в свою комнату, и не раздеваясь забралась под одеяло. Сон был плохим, прерывистым, поэтому субботним утром она чувствовала себя абсолютно раздавлено. В себя прийти не помогла ни горячая ванна, ни несколько чашек кофе. Состояние, в котором она пребывала было каким-то невнятным, апатичным. Дома у неё почти не осталось никакой одежды, поэтому она надела вчерашние джинсы и тонкий белый свитер, и тщательно причесалась. Её клонило в сон, всё время хотелось потереть глаза руками. Время близилось к одиннадцати часам утра, когда Лорен была почти готова отправиться в Плимут к Холли, узнать, действительно ли в «Ежедневном пророке» шла речь о её матери, и действительно ли она сейчас находится в Министерстве магии. Узнать, возможна ли встреча с ней. Но только представив возможность такой встречи, девушка растерялась. О чём ей говорить с ней? О чём спросить? С чего начать новое знакомство с матерью и стоит ли вообще его начинать? Ей часто вспоминались её слова, сказанные когда-то давно Тори Пауэлл, о том, что её матери, если она объявится, уже не стать её семьёй, что время упущено. Но иногда к ней приходила мысль - если о ней ничего не хотела знать собственная мать лишь потому, что не хотела, чтобы знал кто-либо ещё. Что если она просто её прятала? Тогда вполне объяснимым становится её вымышленное имя... Лорен устроилась на диване в гостиной, который стоял напротив окна, и смотря на непрекращающийся снегопад, пыталась собраться с мыслями. Она не заметила, как задремала. Разбудили её два негромких стука в дверь. Открыв глаза, она непроизвольно взглянула на часы, стрелки которых приближались к четырём часам. Она проспала почти весь день, и вспомнив о запланированном визите к Холли, тут же поднялась, но в этот момент стук повторился. В этот раз он был настойчивее – три чётких удара, услышав которые, Лорен замерла на секунду, а затем взяла в руки волшебную палочку. К двери она шагала медленно и бесшумно, держа палочку наготове, но потом поняла, что если бы тот, кто сейчас стоял за порогом, хотел ей навредить, то не стал бы стучать в дверь и терпеливо ждать, а просто выбил бы её чарами. Однако открыв дверь, Лорен удивилась даже больше, чем испугалась бы, если бы к ней пожаловал отряд Пожирателей смерти. Совершенно она не ожидала увидеть здесь этого человека. - Эй, - сказал Джеймс Морган, слегка улыбнувшись. – Рад тебя видеть. Была ли рада она сама, Лорен пока не поняла. Скорее, она была в смятении. Она не задавалась вопросом, как он нашёл её дом, это было итак ясно – узнал от Алекса. - Я…тоже. Тоже рада, - в замешательстве ответила она, неосознанно сжав дверную ручку чуть крепче. - Не похоже, - усмехнулся Джеймс. Наверно, её вид действительно говорил об обратном. Лорен быстро вдохнула и выдохнула, и поспешно ответила, улыбнувшись. - Ты не обращай внимания. Я просто не ожидала увидеть тебя здесь. - Определилась бы, - отозвался Джеймс. Голос его был тихим и спокойным. - То ты хочешь меня видеть и угрожаешь волшебной палочкой, если этого не случится, то теперь это. Лорен, подавив смешок, опустила глаза, молча отошла с прохода и впустила его в дом, всё ещё мысленно ругая свою сонную заторможенность, и заперла за ним дверь. На улице похолодало, и так как камина у неё не было, в доме тоже было не очень-то тепло. Сняв свою тёплую парку, которую Лорен повесила на вешалку у входа, Джеймс слегка поёжился. Они прошли в кухню, так как там было теплее всего. Лорен не зажигала свет целый день, поэтому сначала глазам было немного больно, когда Джеймс включил его. Она предложила Моргану чай или чего-нибудь выпить, но он отказался под предлогом того, что пришёл совсем не надолго. - Адамс попросил проверить, здесь ли ты, - сказал он, прислонившись к подоконнику. Лорен вопросительно посмотрела на него. - Он был в Хогсмиде. Собирался встретиться с тобой и с Тори, но встретился только с её патронусом. Охрана поймала её на выходе со школьной территории. «Надо бы рассказать ей про потайной проход», - подумала Лорен. - Он и тебе посылал сообщение с патронусом, но ты не ответила. - Потому что у меня нет патронуса, - равнодушно ответила Лорен, и села за стол. - Серьёзно? – удивлённо спросил он. Лорен невозмутимо кивнула в ответ. - Странно как-то, - прокомментировал Морган. – Ведь у тебя заклинания всегда получались идеально. Профессор Флитвик даже нашему курсу иногда ставил тебя в пример. Лорен с радостью ответила бы ему, но именно в этом и проблема – ответить ей было нечего. Эта ситуация беспокоила её, заставляла копаться в себе и сомневаться в своих способностях, чего она не привыкла делать. Сказать, что это был ощутимый удар по самолюбию – ещё ничего не сказать. И так как сейчас она не знала, как справиться с этой проблемой, предпочла просто выкинуть её из головы. - Так чего хотел Алекс? – спросила она. - Всего лишь убедиться, что ты в безопасности, раз уж находишься где-то за пределами Хогвартса. - Я в безопасности, - ответила Лорен. - Да ну, правда? – переспросил Джеймс, улыбнувшись краешком рта. Точнее, выражения его лица она в тот момент не видела, просто оно представлялось именно таким, слегка ухмыляющимся. – А твой парень в курсе, что ты здесь одна? - Не понимаю, о ком ты, - ответила Лорен, тут же отругав себя за этот угрюмый тон и резкий ответ. Возможно, она поторопилась с выводами, ведь они с Альто ещё ничего не прояснили до конца, но уже приняла как факт, что всё к этому и идёт. Шло уже несколько месяцев, а события последних нескольких дней только приблизили их к неизбежному. Джеймс на её слова никак не отреагировал. - Что с того, что я здесь одна? - произнесла она. - А то, - не повышая голоса, ответил Джеймс, – что, кажется, я один в этой комнате в курсе опасности, которая угрожает любому чистокровному волшебнику. Лорен ничего не ответила. Она не собиралась разъяснять Джеймсу, что как раз для неё никакой опасности нет, потому что чуть ли не самая главная опасность – её арестованная мать. - А ты, друг мой, на редкость невнимательна и безответственна, - проговорил он, подойдя и опустив руки на столешницу перед ней. - Ты впустила меня в свой дом, даже не убедившись, что это действительно я. Разве это не мог быть замаскированный при помощи магии убийца? А в таком случае, одна секунда, - Джеймс громко хлопнул по столу, - и тебя уже нет. Знаешь, представить это так же просто, как и наложить защитные чары на входную дверь. Складочка между бровей стала заметнее. И это знакомое напряжённо-сосредоточенное выражение его лица почему-то вызвало у неё улыбку. - Я не говорил ничего смешного. - Извини, - девушка тихо усмехнулась себе под нос. – Знаешь что. Я смогу постоять за себя. Поэтому ты с чистой совестью можешь передать моему брату, что я в полном порядке и кроме выволочки от тебя мне ничего не грозит. - Я тебе не посыльный, - ответил Джеймс, и направился к выходу в коридор. - Так что давай как-нибудь сама. Адамс уже ждёт нас в Косой аллее. - Нас? – произнесла она ему вслед. - Да, - ответил он, надевая куртку. – А-а-а, погоди, ты, наверное, собираешься провести единственные выходные за пределами школы, сидя дома в одиночестве. Звякнув молнией куртки, Джеймс пошёл к двери, не дождавшись её ответа. Лорен снова бросила взгляд на часы. Половина пятого. - Последний шанс! – произнёс Джеймс, открывая дверь и выходя на улицу. Лорен быстро встала и направилась следом за ним. Трансгрессировать они могли прямо из её коридора, но видимо, Хогвартсом исправляются не все магловские привычки. А может дело в том, что иногда просто нужно выйти за дверь. Преде тем, как трансгрессировать в паре с кем-то, Лорен всегда хваталась за другого по крепче, боясь отцепиться и застрять неизвестно где, но Джеймсу было достаточно коснуться плеча, и вот, уже через секунду они оказались на лондонской улице. Лорен нравилось, как выглядели Хогсмид и Косой переулок зимой, особенно в предрождественские дни. Таким Косой переулок был и сейчас – занесённый снегом, нарядный и сверкающий. Каждый дом и каждый магазинчик украшен гирляндами из омелы и остролиста, и в тех немногих, которые ещё работали в это время, мигали разноцветные гирлянды, звучала музыка и веселый гомон голосов. И не смотря на охрану и всюду развешенные плакаты с мерами предосторожности, в воздухе витало ощущение праздника, и хотелось оставаться там как можно дольше. Впрочем, Лорен и Джеймс никуда и не спешили. Они неторопливо прогулялись вдоль всей улицы, и когда наконец дошли до дома Джеймса, встретили там Алекса, который дожидался их уже давно, судя по покрасневшим ушам. Обстановка в квартире Моргана поменялась незначительно. Просто появились какие-то мелочи, вроде оставленной кружки на столе или перчаток, которые сушились на миниатюрной железной печи в углу самой большой комнаты. Четыре стула у небольшого столика, а не два, плед на диване и небольшой новенький проигрыватель, стоящий на тумбочке у входа. В общем, что-то говорящее о том, что здесь живёт живой человек, а не одержимый творчеством маньяк, не покидающий свою мастерскую ни на минуту. Алекс чувствовал себя здесь как дома, видимо, они с Полом были частыми гостями. Впрочем, Лорен тоже не чувствовала себя как-то скованно и неуютно, это местечко было слишком приветливо, чтобы создавать такие впечатления. Вечер был замечательным. Это она поняла спустя пару часов, то, что это было действительно нужно ей – на какое-то время оказаться среди людей, которые никак не связаны с происходящим вокруг идиотизмом. Пока Алекс и Джеймс разговаривали и играли в карты, и пока они доигрывали партию, Лорен устроилась на полу у тумбочки с проигрывателем, и копалась в коробке с пластинками, отделяла те, которые она знала наизусть от тех, которые никогда не слышала. Вторая стопка была значительно выше, и Лорен взяла первую попавшуюся, и включила как раз тогда, когда Алекс исполненным трагизма голоса объявил, что опять проиграл. Лорен, усмехнувшись, обратилась к Джеймсу. - Сыграй как-нибудь с Джаспером. Морган слегка наморщил лоб, припоминая. - Хенсли? Твоим однокурсником? - Да, - ответила Лорен и кивнула на карты в их руках. – Он в этом хорош. - Конечно, они хороши в магловских карточных играх, раз уж они маглы! – возмутился Алекс, и Джеймс, ничуть не меняясь в лице, швырнул в него половиной колоды. Карты рассыпались по столу, как сухие листья по ветру. Лорен тихо засмеялась и аккуратно уложила пластинки обратно в коробку. - Что ты сейчас рисуешь? - спросила она у Джеймса. - Можно взглянуть? - Зачем? – хохотнул он. – Ты что, в зеркало не можешь посмотреть? Они оба засмеялись, но Алекс, которого Джеймс, видимо, не пускал в мастерскую, шутки не понял, потому и оглядывал их обоих сердитым взглядом. Он встал из-за стола и завозился с посудой, начал что-то искать в шкафчиках, а Джеймс подошёл к Лорен и забрал коробку с пластинками. - Давай лучше потанцуем, - подмигнул он ей. Лорен не успела как-то среагировать, как уже крепко держалась за него, чтобы не упасть. У Моргана было очень, очень странное представление о танцах, если, конечно, он не просто дурачился. – Это любая песня твоего братишки, ты знала? – почему-то смеясь, сказал он. Александр послал Джеймса в какие-то Мерлиновы дебри, и он объяснил Лорен: - Он танцевал под неё в гостиной в обнимку с подушкой, потому что ни одна девчонка не пошла с ним на Святочный бал. - Только потому, что я был слишком хорош для этих дурочек, - проговорил Алекс, усмехаясь, и снял с плиты закипевший чайник. - Ты говоришь прямо как Райт, - прокомментировала Лорен, когда Джеймс почти оттолкнул её от себя, и кружа за одну руку, резко притянул обратно, но она споткнулась то ли о ковёр, то ли о собственные ноги, и налетела на него. Он не ожидал такого сильного толчка, едва устоял на ногах и чуть не повалил торшер, но это их не остановило. Они продолжали изображать непонятно какой танец, да и не важно было какой. Они двигались, им было весело, и это главное. Да и музыка была неплохой.

«Hello, love, for you I have so many words, But I, I forget where we were…»*

- Знаете что, - Алекс со смехом оглянулся на них. – Хоть моей партнёршей была подушка, всё равно это выглядело не настолько убого. - Что-что? – переспросил Морган, сделав вид, что не расслышал. Они свалили стул. – Он только что критиковал нас? - Похоже на то, - произнесла Лорен, с трудом удерживая равновесие. - Да, Морган, - громче и чётче сказал Алекс, скаля зубы в саркастичной улыбке. – Смирись с тем, ты слишком неуклюж для этого дерьма, и не ломай ноги моей сестре. - Неуклюж?! – воскликнул Джеймс обижено. - Дай мне биту и бладжер, и я заставлю тебя взять свои слова обратно! Лорен рассмеялась. Они сцепились покрепче, и успели сделать три быстрых круга перед тем, как напоролись на упавший стул. Шансов избежать падения не было никаких, они оказались на полу, задев ножки стола, и с него на них свалилась стопка книг. - Кажется, это конец, - смеясь и пытаясь восстановить дыхание, сказала Лорен и привстала. Алекс, насмешливо качая головой, будто они были озорными детьми, а он строгой нянькой, подошёл к ним и вручил два больших бокала с чем-то тёплым. - Это что, горячий шоколад? - произнесла Лорен, принимая свой бокал. - Угадала, - ответил Алекс, и Лорен блаженно закатила глаза, и тут же отпила, совсем чуть-чуть, чтобы не обжечься. Джеймс, перед тем как встать с пола, взмахнул палочкой в сторону печки, чтобы она разгорелась сильнее, затем таким же коротким взмахом расставил разбросанную мебель по местам. - Ты сам его сделал? – удивлённо произнесла Лорен. - Да, - кивнул Алекс. – Мои руки, в отличие от ваших ног, могут сделать что-то нормальное. - У змей нет ног. - Так вот в чём твоя проблема! – воскликнул Алекс, и они с Джеймсом одновременно засмеялись. После того, как Александр трансгрессировал, Лорен тоже собралась уходить. Она помогла Джеймсу вернуть комнату в нормальное состояние, избавиться от ими же устроенного беспорядка, и возвращая на место книги, подняла с пола помятую, но довольно свежую колдографию. - Это твоё? - сказала она, оглянувшись на Джеймса и показав ему снимок. - Где ты это нашла? - слегка нахмурившись спросил он, подойдя к Лорен. - На полу. Наверно, выпало из какой-то книги... Снимок был сделан не так давно. На нём были Алекс, Пол и сам Джеймс, уже взрослые. Алекс и Пол дурачились и вываливали языки в камеру, а Джеймс то и дело отворачивался куда-то в сторону. Лорен заметила, что тогда у него ещё не было татуировки на шее - скорее всего, это был их шестой курс. Кроме парней, рассевшихся прямо на подоконнике, на снимке были две девушки. Одна из них, очень красивая, полноватая, с короткими рыжими кудряшками, улыбалась так, будто тот день был самым счастливым в её жизни. А вторая, худенькая, с пышными светло-каштановыми волосами рассеянно оглядывалась вокруг, словно не была уверена, не надо ли спросить у кого-то разрешения на улыбку. - Они учились с вами на одном курсе? - спросила Лорен, указав на девушек. - Да, - ответил Джеймс. - Это Сью и Кэрри. - Я совсем их не помню. - В прошлом году Сью пробыла в Хогвартсе всего две недели, и уехала. А Кэрри... Всё ещё там. Лорен почти сразу поняла, что именно имел в виду Джеймс. Это было понятно и потому, что лицо его заметно помрачнело, и мир вокруг как будто бы тоже, одновременно с ним. - Её друг успел вытащить её и Сью из Хогвартса в разгар битвы. Они остались в Хогсмиде, помогали местным, ведь там тоже творилось чёрт знает что. Кэрри решила вернуться за ним, и оба погибли. Лорен положила снимок на стол, чувствуя, как сжимается горло. Почему-то все говорят что это нужно просто пережить, пройдёт время - и станет легче. Так вот не становится. Пустота вместо тех, кто когда-то занимал в сердце особенное место, не заполняется ничем. - Слышал про Альто, - вдруг сказал Морган вполголоса. - Очень жаль. Лорен ответила невыразительным кивком, стараясь не оборачиваться, пока дыхание не выровняется, и она не будет уверена, что не расклеится. И Джеймс не будет стоять так близко, что их плечи будут почти касаться друг друга. Сейчас это казалось особенно неуместным, как и мысль, что если бы сейчас он её обнял, стало бы намного, гораздо легче. - Мне, пожалуй, пора уходить, - вздохнув, сказала Лорен, и направилась к двери. - Если хочешь, можешь остаться, - беспечно произнёс Джеймс. - Ты серьёзно? - фыркнув, спросила она, снимая пальто с вешалки. - А почему бы и нет? Я даже уступлю тебе свою кровать. - Тогда где будешь спать ты? - Ну... Здесь очень приличный пол. Лорен усмехнулась, пока он, почёсывая затылок, подошёл к ней. Она молча надела пальто, и только потом сказала: - Ты предложил бы мне остаться, если бы Алекс был всё ещё здесь? Цокнув и качнув головой, Джеймс помолчал пару секунд. - Нет. Думаю, не предложил бы. - Тогда нет. Не останусь, - стараясь не улыбаться ему в ответ, сказала Лорен и взялась за дверную ручку. Морган всё же настоял на том, чтобы хотя бы её проводить. Он перенёс их к подъездной дорожке её дома, где им и предстояло распрощаться. После того, как она осталась одна, Лорен ещё несколько мгновений оставалась на месте, затем медленными шажками направилась к крыльцу своего дома. Настроение было непривычно спокойным. Тем более, во внутреннем кармане пальто лежали два пузырька с сонным зельем, которое ей удалось приобрести в Косом переулке, и впереди долгая, тихая, и спокойная ночь. Именно об этом она думала, когда подошла ко входной двери, уже взялась за ручку, но вдруг застыла на месте, боясь шевельнуться или вздохнуть. Дверь была не закрыта. Первой мыслью было как можно скорее уносить оттуда ноги. Вернуться в Косой переулок к Джеймсу, или в Плимут к Холли и Алексу, или в Хогсмид. Как можно дальше. Однако не сама ли она несколькими часами раньше убеждала, что сможет защитить себя? Да и разум далеко не всегда одерживал верх над упёртостью и упрямством, поэтому Лорен на секунду прикрыла глаза и вытащила волшебную палочку из кармана пальто. - Ты ещё пожалеешь об этом, - прошептала она сама себе, и приоткрыла дверь. - Гоменум Ревелио. Ничего не произошло. Если в доме и находился кто-то помимо неё, он не прятался. Вдруг в гостиной зажёгся свет, осветив и часть коридора. Держа волшебную палочку наготове, Лорен медленно подошла к проходу в комнату. Фигура в гостиной стояла к ней спиной, скрывая лицо под капюшоном мантии. И не успела Лорен ничего произнести, ничего предпринять, как незваная гостья сама сняла капюшон, сама открыла лицо, которое всего за пару секунд заблестело от слёз. Она подошла к девушке, и сходу сжала её в объятиях. Гладила её волосы, касалась их губами, в то время как сама Лорен оставалась совершенно неподвижной. Это было похоже на оцепенение, но в разы сильнее. Настолько сильнее, что она боялась пошевелиться, чтобы не дать лезвию, застрявшему у неё в горле, проскочить дальше вниз. Сердце ускорило свой бег, но только за тем, чтобы потом остановиться. И застучать снова, сильнее и быстрее с каждым мгновением, которых прошло бесконечное множество перед тем, как объятия ослабли, и она наконец взглянула в глаза той, кого не видела почти десять лет. И смотрела будто в свои собственные глаза, понимая, что именно все имели ввиду, говоря, насколько сильно их сходство. - Мама, - едва слышно шепнула Лорен. Из золотисто-карих глаз Линетт снова потекли слёзы. - Да, - промолвила она, снова коснувшись её волос. – Да, девочка моя. Я здесь.

***

В этот раз Джаспер написал Елене и Томасу нормальное письмо, самое обычное, какие каждый студент отправляет родным, и пожалуй, чаще, чем раз в полгода. На обратном пути из совятни он столкнулся во дворе с Джеком и Софи, и заболтался с ними почти на час. Он опоздал к ужину, и пришёл в Большой зал, когда уже подали десерт. Есть всё равно не хотелось, и зашёл он туда только чтобы засветиться перед преподавателями, и чтобы никто из них не решил, что он, как многие, воспользовался суматохой и под шумок улизнул из замка на выходные. В Хогвартсе сейчас действительно было пустовато, особенно за Слизеринским столом. Из старших там были только Логан и Брайс, которые сидели рядом, и Роджер распинался перед Блэр, рассказывая об очередной стычке с професором Форсбергом. Даймонд, болтающая с двумя шестикурсницами, и Роззи. Мур сидела в стороне ото всех, и когда Джаспер вошёл, она помахала ему и кивнула на свободной место перед собой. - Ты пропустил консультацию у Мадам Помфри, - высказала Роуз, когда он сел. - Какую ещё консультацию? - немного напряжённо спросил Джаспер, выливая себе в стакан остатки чая из общего чайника. Мур внимательно посмотрела на него и усмехнулась. – После рождественских каникул у нас начинается практика в больничном крыле. Джаспер выругался себе под нос. Действительно, как можно было умудриться забыть о такой дочерта важной мелочи?! - Что ж, не удивительно, что ты забыл, - проговорила Роуз. Ярко накрашенные глаза на секунду взглянули в сторону Логан и Брайса. - Это здесь не при чем, ясно? – моментально ощетинился Джаспер. Он таким же мимолётным взглядом скользнул по замочной скважине в своём сознании, которая запирала дверь в уголок с мыслями о Логан. Он не подумал он ней ни разу с того момента, как она дала ему адрес своего отца. Ни единого раза. И не собирался делать этого больше никогда. - Ничего страшного, - ухмыльнувшись, сказала Роуз. – Кто угодно в такой ситуации стал бы забывчивее. Ты просто немного расстроен, и это нормально. - Роуз, я не расстроен, - проговорил он упёрто, так сильно сжимая пальцами стакан, что удивительно, как он не лопнул. На какую-то секунду Роззи стала прежней собой – напуганной и неуверенной, но только на секунду. Затем её лицо снова стало безразлично-насмешливым. Это заставило Джаспера смягчиться. Он не собирался обижать её. - У меня нет повода расстраиваться. Ведь итак было ясно, чем всё кончится. - Разве? - Да, - хмыкнул Джаспер. – Альто и Бирс, Райт и Грин, ты и Клируотер, лично я не припомню ни для кого из вас счастливого конца. Это всегда заканчивается, и заканчивается дерьмово. - Я и Клируотер? Между ними стало так тихо, будто они остались одни в Большом зале. Джаспер не понял скорее выражение лица и голоса Роззи, а не то, что она вообще произнесла это. Ведь до этой самой секунды наличие между ней и Майклом связи не вызывало никаких сомнений. До этой самой секунды. Роуз нервно огляделась и снова впилась в него взглядом. - Меня ничего с ним не связывало. Никогда. Уж ты-то должен был это заметить. Он ни черта не понял. Ведь все те годы он замечал как раз обратное тому, о чём говорила Роуз. Особенно год назад. - Но ведь когда он умер, ты… - Что? – Роуз изогнула губы в ухмылке. Она была расстроена. Напугана. Ей было больно и тоскливо. Или… И главное, раз уж она заикнулась о том, что её ничего не связывало с Майклом, какого чёрта она изображала дружбу с ним и с Джаспером всё то время, что они провели вместе в Хогварсте до смерти Клируотера? От собственной догадки у Джаспера волосы на руках дыбом встали, перед глазами всё пошло мутными пятнами, и ему большого труда стоило взять себя в руки. Он облизнул пересохшие губы и попытался подобрать слова, но у него ни хрена вышло. Девушка смотрела на него. Ждала. А на её губах сама по себе снова выступила усмешка. Так и не дождавшись от него ни единого слова, она встала из-за стола. - Лучше загляни к Мадам Помфри, пока она не сочла, что тебе для поступления в Академию целителей уже не требуется её рекомендация.

***

Выражение лица Лорен было трудно объяснить. Хотя бы потому, что она вмиг скрыла его за прохладной отстранённостью. - Что ты здесь делаешь? Линетт взглянула ей в глаза. - Я… - судя по тому, как исказилось её лицо, она ждала от своей дочери совсем не этого. – Я вернулась. Вернулась домой, Лори. К тебе. - Не стоило, - отрезала Лорен, и вышла в коридор, на ходу снимая пальто и шарф. Линетт шла следом за ней. - Лори… - Что? – девушка резко обернулась. И Линетт снова не удалось прочесть эту разгоревшуюся в золотисто-карих радужках эмоцию. – Чего ты от меня хочешь? Линетт застыла в дверях и просто глядела на Лорен. - Так нельзя. Нельзя исчезнуть почти на десять лет, потом объявиться и как ни в чем не бывало сказать – «я вернулась». И думать, что теперь всё будет хорошо. Так вот – нет. Не будет. Так не бывает. Не дожидаясь ответной реплики, Лорен вошла в кухню, налила себе воды и отвернулась к окну, уже слыша, как Линетт входит следом. - Милая, ты не говорила бы так, если бы знала, что я… - Что ты – что? Глубоко раскаиваешься? – Лорен на секунду оглянулась. – Все эти годы думала обо мне и ждала тот день, когда мы наконец встретимся? И не было ни дня, чтобы ты не пожалела, что ушла? - Нет, - просто ответила Линетт, слегка качнув головой. Лорен ожидала не такого ответа, поэтому теперь она не сводила с Линетт внимательного и заинтересованного взгляда. Удивительно, но она была именно такой, какой Лорен её помнила. Точнее, именно такой, какой она видела её в обрывках вернувшихся воспоминаний. Аккуратная, изящная фигура. Прямая, как стрела, спина. Насыщенного тёмно-каштанового оттенка волосы, гладкие и блестящие, уложенные в крупные локоны, которые пружинили при ходьбе. Золотисто-карие глаза сверкали на ухоженном лице, словно янтарь. В этих глазах уже не стояли слёзы, и в отличие от младшей Бирс, Линетт была абсолютно спокойна и сдержана. Да и вообще, было в ней – в её звонком голосе, в отточенных жестах - что-то…властное. Но не жестокое. То, что заставляло, слушать её. Прислушиваться, а не подчиняться. Я хотела бы быть именно такой – на секунду подумала Лорен, но тут же отбросила эту мысль прочь. - Я никогда не жалела о своём уходе. И сейчас я не раскаиваюсь. Лорен на миг опустила глаза, но затем снова окинула коротким, но поистине жадным взглядом её лицо, и отвернулась, сглотнув слёзы. - Так я и думала, почему-то. Линетт подошла к ней, и положила мягкую, но холодную ладонь ей на плечо. - Ты совсем не хочешь знать, почему мне пришлось уйти? - Нет, - отрезала Лорен, скинула её руку и направилась к лестнице наверх. – Не хочу. - Лори! Девушка остановилась на первой же ступеньке. - Зачем мне это знать? Мне всё это не нужно. Тебя не было девять с лишним лет, это же… Это ведь половина моей жизни! И прожила я её без тебя. Поэтому можешь не утруждать себя объяснениями, сейчас они уже ничего не изменят. - Я сделала это ради тебя! Линетт повысила голос, и это снова заставило Лорен остановиться. Замереть на несколько секунд, а может, и больше, и подумать. Остановиться, взять себя в руки, и вспомнить… - Я понимаю, какую боль тебе причинил мой уход. Я знаю, что ты научилась обходиться без меня, и что для меня, возможно, нет больше места в твоей жизни, - проговорила Линетт ей в спину. – Но у меня действительно были причины уйти. Возможно, ты не сможешь меня простить, но разве я не заслуживаю хотя бы того, чтобы ты выслушала меня? …вспомнить, её собственные слова. Если она вернётся, я прощу её. Вспомнить, что она сама хотела именно этого. Ждала этой возможности - видеть её, говорить с ней, ждала и надеялась, что однажды это случится. И сейчас почувствовала себя уязвлённой своим же поведением, стыд за него, ведь Линетт вернулась домой, но до сих пор не сняла уличную мантию. - Дай мне шанс объясниться. Рука Лорен медленно соскользнула с перил лестницы, и когда она оглянулась, взгляд её был наполнен уже не обидой, а спокойным ожиданием.