Дети подземелья

I can feel your heart hanging in the air I'm counting every step as you climb the stairs It's buried in your bones, I see it in your closed eyes Turning in, this is harder than we know We hold it in the most when we're wearing thin* * Fleurie - Hurricane

Тори Пауэлл, которая пряталась за углом здания напротив паба «Три метлы», выглянула, затем посмотрела на часы. Она услышала голос Стефана Райта. Ей не удалось расслышать, что именно он говорил Нику Альто, но это было и не обязательно. Сердце бешено колотилось. Рука крепко сжимала волшебную палочку...

***

- Её там нет, - сказал Райт. У него была сильная одышка. - Ты уверен? – уточнил Альто. Его сестра стояла рядом и её встревоженный взгляд метался с одного на другого. - Я обошёл весь замок, а некоторые его части – дважды, да, чёрт возьми, я уверен! Ник выругался и стал безвольно оглядываться вокруг. - Если медальон ещё у неё… - Что за медальон? – спросил Райт, всё ещё тяжело дыша. Ему ответила Элизабет: - Медальон, который необходим Рабастану Лестрейнджу. В нём скрыты воспоминания Линетт и нашего отца о разработках, которыми они занимались в Отделе тайн, их Лестрейндж и хочет получить… - Нет, нет, я имею ввиду – как выглядит этот медальон? Серебряный, с таким символом… - он помахал рукой в воздухе, как будто пытался нарисовать его, воспроизвести из памяти. – Я сначала думал, это цветок, но вроде похоже на какую-то руну или типа того… - Да! - Он точно у Лорси. Стефан многозначительно посмотрел на Ника, который уже уловил его мысль и со злостью резанул палочкой воздух. - Она может отдать его Линетт. - Конечно, отдаст, - вздохнул Райт. – Она дала Лестрейнджу Непреложный обет, судя по всему. И если клятва заключается именно в этом... - Нельзя, чтобы Лестрейндж его получил. Как только он его получит, мы уже не сможем его остановить. Никто не сможет, - испуганно говорила Элизабет. - Найти бы его, для начала, - сказал Райт. - Я тебя за этим и позвал. Поместье Линетт, - сказал Ник. – Ты ведь был там с Лорен, и знаешь где это. - С чего вы взяли, что они там? - Ни с чего, но надо с чего-то начать. Ты останься в Хогвартсе, на случай, если Бирс вернётся. И сразу дай мне знать, если вдруг что. Стефан назвал Альто местоположение дома Линетт, который на самом деле принадлежал Рабастану Лестрейнджу, и направился обратно в замок. Ник и Элизабет попрощались там же – девушка снова скрылась в неизвестном направлении, а к Линетт и Лорен Ник отправился сам.

***

Тори услышала два хлопка трансгрессии. Она вышла из своего укрытия, подсвечивая под ногами притоптанный снег – на нём явственно проступали следы двух человек. Третий след неровной цепочкой вёл в сторону дороги к Хогвартсу, а вдали виднелась чья-то тень. Значит, Райт остался. И Альто трансгрессировали не вместе. …тогда отсчитай немного времени – минут десять… Тори глубоко вдохнула. Взгляд снова приковался к циферблату и стрелке, отсчитывающей минуты…

***

Алекс Адамс буквально отсчитывал каждую секунду, пока несколько групп авроров суетились вокруг и ждали приказа. Сердце сильно билось в груди от томительного ожидания. - Указанный адрес не наносим, - торопливо произнес Харрисон. – Мы не сможем туда трансгрессировать. Тогда появился глава их группы – Лоусон. - Успокойтесь, Харрисон. Мы позаботились об этом, - он выставил руку вперёд. - Тот щит, что наложен на поместье, - наши люди уже поработали над тем, чтобы сделать его односторонним. - Односторонним, сэр? – спросил Харрисон. - Мы сможем трансгрессировать туда, но не оттуда. Это сделано для того, чтобы никто не смог сбежать с «места встречи». Лоусон отвлёкся на кого-то, и тогда Харрисон, хрустнув пальцами, повернулся к Адамсу. - Мы берём самого Лестрейнджа. Можешь себе представить? - Могу, к сожалению, - ответил Адамс, и они обменялись ухмылками. - Мистер Дженкинс, всё готово! – сказал кто-то из лидеров групп, и к готовящимся к отправлению аврорам присоединился глава Отдела. - Я иду, - он бросил взгляд на Адамса. – Итак? - Ещё минута, сэр. Всего минута, - ответил Александр, стараясь побороть отчаянную дрожь в руках. - Кто этот ваш информатор? – поинтересовался Дженкинс. – Где он находится? - Он… в Хогвартсе, сэр. - В Хогвартсе? Мерлина ради, вы же не хотите сказать, что это ученик? - Да, - ответил Алекс почти недовольно. Время внезапно замедлилось, делая секунды болезненными. - Что ж… Я надеюсь, вы понимаете, что вам грозит, если это окажется пустышкой? - Полагаю, мне придётся вернуться в Центр подготовки? – нервно предположил Адамс. - В лучшем случае, молодой человек. В лучшем случае, - Дженкинс поплотнее запахнул мантию. Парня постепенно начала душить паника, и он делал медленные глубокие вдохи, чтобы не потерять сознание прямо сейчас, ещё не успев приступить к делу. Несколько групп сильнейших авроров маячили вокруг. Их было человек тридцать, не меньше. Даже такой безумец, как Лестрейндж не устоит против такого числа противников. Эта мысль придала Алексу сил. Как раз в ту секунду помещение заполнило голубое свечение, взгляды всех присутствующих обратились на прибывший к ним Патронус, давший сигнал к отправлению.

***

Лорен убрала в карман руку, в которой держала медальон. Другая сжимала волшебную палочку. Эта предосторожность была излишней – она была почти уверена, что её ждут. Двери особняка были открыты, и Лорен шла к ним, не давая себе ни на секунду задуматься о том, насколько безумно и рискованно поступает. На это просто не было времени. На заклятие Примейто Редитум она потратила половину имеющихся у неё минут, и дать себе пару лишних уже не могла. Она вошла в холл. Там было пусто, и Лорен собиралась окликнуть Линетт. Она была уверенна, что её мать здесь, и вскоре поняла, что может и не придётся обыскивать каждую комнату и кого-то звать, и сразу подошла к широким дверям, ведущих в парадную залу, откуда услышала голоса Линетт и Лестрейнджа. - …откуда мне знать, что ты не вздумала устроить мне ловушку? – спрашивал Лестрейндж. - Ты прекрасно знаешь, как я мечтаю избавиться от тебя. - Поэтому ты бросила нас, когда Министерство подстроило облаву у Альто? Надеялась, что меня схватят? - Я тебя предупреждала, - невозмутимо отвечала Линетт. - У Адриана Альто уже давно нет этого медальона. Тебе повезло, что он успел передать право распоряжаться им, иначе своим вмешательством ты бы всё испортил. Теперь остается надеяться, что моя дочь достаточно глупа, чтобы поверить мне. Лорен против воли стиснула зубы. Не ведись на это. Просто не слушай. Приказав себе сохранять спокойствие, она сделала ещё один шаг к дверям, которые в тот же миг открылись, и вышла Линетт. Но они едва успели взглянуть друг на друга, как снаружи, у самого крыльца раздался шум. Кто-то трансгрессировал. Ник. Лорен была в неподдельном замешательстве, увидев его. - Ты тут зачем? - Медальон. Лорс, не отдавай его. Девушка, не отрывая от него глаз, засунула руку в карман и извлекла оттуда гладкий кусок серебра на длинной цепочке. - Ты об этом говоришь? Ник неосознанно протянул за ним руку, но так и не смог коснуться медальона – ему обожгло руку, будто он засунул её в кислоту, а затем и самого его что-то оттолкнуло назад. - Ты не сможешь его забрать, - убийственно спокойно пояснила Лорен. – Твой отец передал право распоряжаться им мне, помнишь? Его завещание. Ник молча смотрел на неё, и нервно соображал. - И ты что же, отдаешь его ей? – он кивнул на Линетт – она до сих пор неподвижно стояла у девушки за спиной. – Лорс, опомнись! Она же отдаст его Лестрейнджу! Девушка сделала к нему пару шагов, и теперь стояла совсем близко. - А если не отдаст, то умрёт. В горле пересохло, он часто дышал и чувствовал, как холод липкими, влажными пальцами обхватывает его за горло. Внутренности жгло так сильно, что хотелось кричать, но он знал, что не докричится. - Разве ты не сделал бы того же для Элизабет? Для Джона? Для своего отца? – она запнулась всего на секунду. – Или для меня? Резко вздохнув, Ник разжал зубы. - Но это не будет иметь никакого значения! Да, ты спасёшь свою мать, но Лестрейндж всё равно нас всех уничтожит. - Мне плевать. Я не дам ей умереть. Девушка резко развернулась и сделала шаг Линетт навстречу. Она предполагала, что эти двое обязательно будут пытаться залезть ей в голову, как-никак они оба сильные легиллименты. Поэтому она без колебаний выкинула из головы всё, что когда-либо знала об этом медальоне, о заклятиях, спрятанных внутри него. Не столько беспокоясь, что её обман раскроет Лестрейндж, сколько желая, чтобы Линетт оставалась в неведении. Двери зала открылись, и Лестрейндж вышел к ним. - Я уже решил, что этот ваш сентиментальный бред никогда не закончится. - Я должна доверять тебе, да? – с нескрываемой злостью смотря Линетт в глаза, язвительно произнесла Лорен. - Надеюсь, мне не потребуется повторять дважды никому из вас, - объявил Лестрейндж, не обращая на это внимания. – Что будет с тем, кто встанет между мной и тем, что мне нужно. Лорен без какого-либо страха или сомнения подошла к нему, не дойдя каких-то пару шагов, и показала ему медальон. Он смотрел на него, как одержимый. - Этим? Протянув было к нему руку, Лестрейндж отпрянул назад. Надо же, даже мантия-щит не помогла ему. Такие же мантии носили авроры. Лорен заметила это, когда её заклинания одно за другим отскакивали от Лестрейнджа, когда он напал на них во время приёма. - Ты не заберёшь его без моего позволения, - уверенно сказала она. - Ты позволишь, - пообещал он. Его тёмный взгляд был чем-то совсем не естественным. Такие взгляды бывали лишь у людей безумных. – В качестве гарантии того, что ты отдашь мне медальон, сюда очень кстати явился твой дружок. Ник действительно был всё ещё там, и, судя по его виду, был близок к тому, чтобы кого-то убить. - Навредишь ему, и я уничтожу медальон. - Не сможешь. - Вообще-то, смогу, - пообещала Лорен. Это был блеф, но никто не стал бы убеждаться в этом наверняка. Девушка оглянулась на Линетт и вновь обратилась к Лестрейнджу. - Каковы условия клятвы? – спросила она. – Все нужные тебе разработки спрятаны в медальоне. Если она передаст тебе его, Непреложный обет будет исполнен? - Только если это действительно тот самый медальон. - Да, - прозвучал звонкий, холодный голос Линетт. – Это он. Лестрейндж молчал. Пауза не должна была затягиваться. Это нервировало. А неуверенность и волнение могли выдать её с головой. - В таком случае, - ответил наконец Рабастан, – обет будет исполнен. Твоя мать будет свободна, - и с ледяной, ужасающей ухмылкой добавил. – На время. Этого было достаточно. Наверно, сейчас Лорен выглядела действительно просто как отчаявшаяся дурочка, не думающая, что она творит. Не понимающая, что передав одну маленькую вещицу не в те руки, она может уничтожить весь волшебный мир. Однако, когда Лестрейндж подтвердил исполнение Непреложного обета, она не раздумывая отдала медальон Линетт. Она не пыталась понять, что увидела в её взгляде, на это просто не было времени. - Отдай его ему. - Но… - Так надо, - сказала она, сжимая в руке Линетт медальон. Руки у обеих от волнения были ледяными, как взгляд Лестрейнджа, чьё терпение было на исходе. Но секунда, когда он получит то, что ему нужно, была уже близка. Всего пара мгновений, несколько шагов, которые сделала к нему Линетт по пыльному полу залы, где до сих пор оставались рождественские декорации. И вот, она протянула руку, и серебряная цепочка змейкой скользнула на ладонь Рабастана. Линетт сразу же немного задрала рукав своей мантии, и взгляд её вцепился в собственное запястье. Тонкие шрамы будто загорелись, но уже через секунду свечение погасло, и они просто исчезли. Линетт в неверии моргнула несколько раз и погладила свою руку. - Теперь открой его, - потребовал Лестрейндж, и Лорен, зная, что осталось совсем недолго, стала медленно выводить в воздухе изображённую на медальоне руну, как сделала впервые не больше двадцати минут назад. Символ был закончен. А в следующий миг в гробовой тишине разорвался оглушительный хлопок. Будто рвануло что-то в голове, и в ушах зазвенело. Взгляд сам метался по сторонам, по всей комнате, а вокруг всё раздавались хлопки. Ещё и ещё. Вовремя. Очень вовремя. - Никому не двигаться! – рёв одного из авроров, заставил вздрогнуть даже Лестрейнджа. Авроры ринулись к нему, но они не могли даже его обезоружить. Они пытались, но не могли. Потом начало происходить сразу…всё. Дом дрожал от количества накладываемых на него чар, ведь Лестрейнджа должны были схватить любой ценой. Вспышки заклинаний разрывали воздух, со стен осыпалась штукатурка, рушились колонны, повсюду были обломки мебели. Лорен не видела ничего, только слышала вопли и то, как очередное заклятие пролетело совсем близко. Её оттащила в сторону Линетт, которая даже не пыталась участвовать в захвате. И отдалённым уголком сознания девушка поняла, почему. По той же причине бездействовала она сама. Бой продолжался всего несколько минут, но этого хватило, чтобы авроры разнесли пол дома. Среди них был Александр. Там же был Пол. Там же мелькала темноволосая голова со шрамом в виде молнии. Лорен не видела, как именно им удалось обезоружить Рабастана Лестрейнджа, бывшего Пожирателя смерти. Какие именно чары применили авроры, чтобы обездвижить его и лишить защиты – уничтожить мантию-щит, тоже. Достаточно было знать, что это, наконец, случилось. Зато она видела, как неизвестные ей чары угодили в выпавший у него из рук, лежащий на полу медальон. Видела короткую вспышку, и то, как он расплавился, превратившись в бесформенный кусок серебра. Тогда всё и закончилось.

***

Допрос Лорен и Ника в общем длился не более десяти минут. Лорен получила от своей матери сообщение с просьбой о помощи, и Ник вместе с ней отправился по указанному адресу. Лестрейндж угрожал ей, пытался выпытать какую-то информацию, а когда ребята прибыли к ним, увидел у Лорен медальон. Именно он ему и был нужен. Лорен не знала, в чём причина этой нужды, но знала, что в одиночку ей не справиться, потому и не стала сопротивляться и передала медальон Лестрейнджу. Хорошо, что перед тем, как покинуть Хогвартс, она предупредила свою подругу – если они не вернутся через полчаса, дать знать в Министерство о том, куда они направились. Медальон нашли на месте схватки, но он уже был уничтожен. Именно это услышали на допросе волшебники из Отдела обеспечения магического правопорядка. На самом деле, в тот момент, когда Лорен передала медальон Линетт, он уже был пуст. Но им не обязательно было это знать. Никому этого знать не нужно. Оттого Непреложный обет и считался исполненным. Линетт действительно верила, что передаст Рабастану Лестрейнджу знания об усовершенствованной магии, в чём она и поклялась. Она не знала, что Лорен извлекла их перед этим, и что даже если бы Аврорат не среагировал на поднятый Алексом и Тори шум, Лестрейндж не получил бы ничего. Разве что сражаться с ним пришлось бы ей, Линетт, и Нику. Но, слава Мерлину, всё обошлось. Лорен не могла не заметить некоторой натянутости между Ником и Линетт, что вполне объяснимо, поэтому он остался ждать Лорен на веранде. Линетт пыталась это отрицать, но она была совершенно вымотана, поэтому Лорен сразу завела её в переделанную, перекрашенную старую спальню. - Нападение не должно было состояться, - тихо проговорила она, едва её голова коснулась подушки. - После того, как он ликвидировал предыдущую цель, я пообещала Лестрейнджу, что он всё получит. Но он не поверил, и решил, что от Адриана добьется большего… Только он, видимо, отказал Лестрейнджу, и вот что из этого вышло. Я бы вообще не узнала о нападении, если бы не Холли. Лорен молча выслушала её, и ничего не ответив, набросила на неё одеяло. - Тебя арестуют? – спросила она после недолгой паузы. - Сейчас у Министерства есть дела посерьезнее, - ответила Линетт. - К тому же, у них нет оснований для моего ареста. Не осталось ни одного свидетеля, ни одного доказательства. Сейчас меня могут выдать лишь двое – ты и Николас. Ещё, конечно, Логан, но… - Нет, - перебила её Лорен. - Логан не может. Линет с любопытством взглянула на неё. - Не спрашивай, - отмахнулась девушка. Линетт, кажется, всё поняла. – Думаю, Ник промолчит. Ведь если бы его отец просто дал тебе доступ к воспоминаниям, не пришлось бы умирать стольким людям, разве нет? - Если Адриан отдал бы мне воспоминания, Лестрейндж сразу получил бы, что хотел. Лорен не совсем её поняла. - После освобождения из Азкабана Адриан был на моей стороне. Я уже была готова сдаться, но он предложил некий…план, который поможет покончить с Лестрейнджем так, чтобы Непреложный обет не был нарушен. Он состоял как раз в том, что и произошло сегодня. Вся надежда была на то, что однажды ты примешь правильное решение. Ты и Ник. Если бы Адриан передал медальон мне, я должна была отдать его Рабастану. Если бы перед этим я извлекла оттуда воспоминания, и отдала пустой медальон – это было бы предательством. Обет был бы нарушен. Поэтому Адриан передал его тебе. И ты всё сделала именно так, как мы и рассчитывали. - Почему мне? Почему Адриан не оставил медальон Нику? - Потому что мы оба знали, на какой риск идём, а мальчик вряд ли стал бы мне помогать, если бы с его семьёй что-то произошло. И то, как он хотел убедить тебя не верить мне всего пару часов назад, только доказывает, что мы не ошиблись. Выходит, Линетт почти не лгала ей при их первой встрече. Ей просто незачем было это делать. Они всегда были на одной стороне, всегда. И всё, что творила Линетт, было только ради того, чтобы вернуться. Теперь Лорен знала это наверняка – после того, что ей удалось вспомнить, у неё не осталось никаких сомнений в её честности. - Осуждаешь меня? – вдруг спросила она. Лорен раздумывала над ответом секунд пять. - Да, - сказала она, вздохнув. – Но молча, знаешь ли. Думаю, что мне ты нужна больше, чем Министерству. Она только в этот момент заметила, что Линетт крепко держит её за руки. О том, что ей давно пора, что её ждут, напомнило почти неслышное тиканье настенных часов. - Мне надо идти, - сказала она Линетт. - Я останусь здесь, если не возражаешь, - проговорила Линетт, с трудом держа глаза открытыми. На этом они и попрощались. Однако когда Лорен погасила свет и уже хотела выйти из комнаты, она остановила её. - Лори, - позвала она, и Лорен оглянулась. – Ты всё ещё любишь его? Лорен скорее пыталась понять, что заставило Линетт спросить её об этом, чем раздумывала над тем, что сказать в ответ. - Да, - прошептала она. – Наверное, да, но теперь всё иначе. Линетт ничего не сказала. - Честно говоря, раньше я думала, что стоит нам расстаться – вся моя жизнь тут же разрушится, - усмехнувшись, продолжила девушка. - Всё станет бессмысленным. Но вот я здесь. А он где-то там. Каждый из нас живет своей жизнью, сам по себе, а мир всё ещё не перестал существовать. Линетт тихо вздохнула. - Что ж, видимо, мы с тобой предрасположены проявлять слабость к представителям семейства Альто. Жаль только, что в нашем с Адрианом случае это привело к не самому счастливому финалу. Он не должен был умереть. - Но он помог тебе выжить, - сказала Лорен. – Знаешь, даже в самые трудные периоды мы с Ником, не сомневаясь ни секунды, сделали бы тоже самое друг для друга. Я не думаю, что Адриан пожалел бы о своём поступке, даже если бы мог. - Лори, - девушка оглянулась. Ник стоял в дверях и кивком головы указал на выход. – Нам пора. Она торопливо кивнула и вновь обратила взгляд на Линетт, точнее, на её торчащий из-под пледа затылок. - Ты будешь в порядке? – спросила она напоследок. - Конечно, - ответила Линетт. – Теперь у нас всё будет хорошо.

***

Лорен едва могла справиться с мрачными мыслями, одолевавшими её после разговора с Линетт. Не могла найти ответы на вопросы, что сыпались бесконечным потоком – могло ли всё закончиться иначе? Мог бы Адриан остаться жив? Почему он передумал, и вместо того, чтобы в очередной раз отказать, предпочёл спасти Линетт жизнь? Должна ли она, Лорен, чувствовать за это вину перед Ником и Элизабет? Казалось, что вопросы не закончатся, но, как и всё, что они уже пережили и смогли отпустить, рано или поздно и это останется позади. И – Линетт была права – когда-то всё снова будет хорошо. - Извини, из-за меня мы можем не успеть вернуться до отбоя, - проговорил Ник. Уже давно стемнело. Впереди была покрытая снегом дорога, ведущая к дому Альто, куда они сейчас и направлялись. - Ничего, - фыркнула Лорен. – В прошлом семестре я пропустила столько занятий, что буду ходить на отработки до тех пор, пока мы не закончим Хогвартс. Ник тихо посмеялся себе под нос, но затем снова задал ей вопрос совершенно серьёзно. - Мне только вот что не понятно. Куда делись воспоминания, запертые в медальоне? Где они теперь? Лорен искоса глянула на него, ухмыляясь. - О, Мерлин, только не говори, что… - Да. Ник негодующе покачал головой. - Можешь не беспокоиться на этот счёт, - успокоила его Лорен. - Я ни за что не справлюсь с этими чарами. И - думаю, ты меня понимаешь – у меня нет никакого желания пытаться. В этом она слукавила. Всё же, одно из запертых там заклинаний пришлось ей весьма кстати. Ник будто услышал, о чём она подумала. - Я помню, что ты рассказывала об этих чарах. Кажется, среди них были очень мощные чары отмены, которые могут снять действие любого заклятия. Именно то, что надо, чтобы вернуть тебе память, ты об этом не думала? Лорен просто взглянула на него. Молчание в этом случае было громче всяких объяснений. - Ты уже это сделала, - Ник покачал головой. – Ну конечно. Она снова не ответила. Его губы странно дернулись, будто он пытался улыбнуться. С неба сыпалась какая-то чертовщина – не то дождь, не то снег, не то всё вместе. Они уже стояли напротив его дома, когда Ник остановился. Лорен казалось, она знает, о чём он думает. О ком. Она и сама думала о них. Она их слышала. Смех Джона. Песни Ричарда и Холли на Рождество, вспышку колдографа, который всегда был у него под рукой в ожидании запоминающегося момента. Тихий и вкрадчивый голос Адриана Альто. Они оба всё это слышали, и прощались с ними. Ричард, Джон, Адриан, Памелла… Она была уверена, что все они стоят за их спинами. Она так верила в это, что даже не стала оборачиваться. Да, они их не забудут. Но пора было действительно их отпустить. Их и друг друга. Именно поэтому они шли сюда, не к дому Альто, как ей сперва показалось. А к лесу за ним, где они так часто играли в детстве. Уже темнели ранние зимние сумерки, но в лесу было почти светло от белизны снега и инея. С ветвей деревьев осыпались пушистые снежные хлопья, оседая на волосах и одежде. Но они будто вернулись в ту далекую ночь, когда она узнала, что он волшебник. И когда поняла, что их жизни будут связаны на долгие годы. До этого самого момента, когда она оглянулась и увидела, что он стоит на месте и наблюдает за ней с какой-то печальной улыбкой. Воспоминания улетучились как-то слишком быстро. И так же быстро нахлынуло понимание. Она поняла, зачем они здесь. Он ничего не делал. Ничего не говорил. Просто стоял, пока у неё на глазах не начали закипать слёзы. Несмотря на то, что сама она в глубине души ожидала этого момента, сейчас не могла поверить, что он всё же настал. Что пришло время перелистнуть страницу её жизни, исписанную почерком Ника Альто. А потом он сделал шаг. Затем ещё один. И Лорен шагнула ему навстречу. Странно, они так долго шли к тому, чтобы сблизиться, но к разрыву они пришли вместе. - Хотелось сделать всё как следует. Возможно, момент выбрать более подходящий, - он опустил глаза на секунду. – Но ты, по-моему, и сама всё уже понимаешь. Лорен кивнула. - Лучше сейчас. Пока мы не зашли ещё дальше, не наделали ещё больше глупостей, не сделали друг другу ещё больнее. Потому что ты действительно важна для меня, и мне не хочется терять ещё одного близкого человека, - проговорил он на одном дыхании. – Я всегда буду рядом, всегда буду твоим другом, но… - У нас не получается, - продолжила за него Лорен. И это была правда. На мгновение он замолчал. И усмехнулся так горько, словно ему было стыдно от того, что он говорил. - Как только мы сближаемся, обязательно случается то, что отталкивает нас друг от друга еще дальше, чем мы были до этого. Лорен, чёрт возьми, зачем ты сейчас плачешь… - Я не специально, - засмеялась она, закрыв лицо ладонями. – Просто… Мы ведь знали. С самого начала знали, что ничего не выйдет. - Но мне понравилось пытаться, - сказал Ник улыбнувшись, Если бы он улыбнулся ей так полгода назад, или чуть раньше, у неё непременно закружилась бы голова, но сейчас… Ничего. Почему ничего? Но может, это было к лучшему. В памяти слишком свежи были слова Линетт, и образы, порождённые ими. «Единственное, на что мы были способны – уничтожать друг друга». Вполне возможно, пусть они и сами этого не осознавали, Лорен и Ник только повторяли их историю. Они были их продолжением, но они не должны были закончиться так же. Они другие. - Ты только сделай для меня кое-что ещё, - проговорила Лорен. Ник сжал губы. Поднял голову в молчаливом ожидании. - Покажи мне их ещё раз. Покажи мне лиловых вений. Он ответил только тогда, когда обнял её, крепко стиснул плечи и коснулся волос губами, говоря: - Их не существует. Я всё это выдумал. Ник коснулся её руки. Раскрыв ладонь, Лорен увидела на ней большую бабочку, с заострёнными, ярко-лиловыми крыльями в жёлтую крапинку. Её крылья мерцали в темноте тёплым светом. Она всё ещё стояла посреди темного, засыпанного снегом леса. Одна. А бабочка, едва взлетев, в один миг растворилась в воздухе, оставив на ладони лишь мелкую серебристую пыльцу.

Конец третьей части