Imperium

Головин точно не думал, что свой день он начнет с прекраснейшей поездки на метро. Сначала его разбудил дядя, который слишком громко звенел посудой на кухне, которая была совмещена с гостиной, в которой и обитал Саша. Саша сразу понял, еще даже не поднимаясь с дивана, что дядя чем-то обеспокоен и недоволен, потому что обычно он был тихим и не мешал племяннику спать перед тяжелым будним днем. Так что для Головина было в новинку такое поведение дяди, который носился по кухне от кофемашины к сковородке на плите. — Все нормально? — уточнил Саша, кутаясь в одеяло. Он получил в ответ только быстрый кивок. Что же такого случилось в редакции, что дядя был столь немногословен со своим любимым племянником, Саша не понимал. Ну и не особо хотелось. Будильник должен был разбудить Сашу только через час, так что студент уже хотел отвернуться к спинке и подремать, как голос дяди остановил его и заставил мысленно ругнуться. Отлично, он едет на метро, где по утрам самые настоящие Голодные игры. Пришлось вставать, ведь Головин прекрасно понимал, что в метро он может застрять даже на большее время, чем на машине дяди в утренних пробках. Вот она — особенность московского метро во всей его красе. Пока Саша был в ванной, он услышал звук хлопнувшей входной двери — дядя уже ушел, оставляя Головина одного в квартире впервые за очень долгое время. Обычно их утро проходило совместно, они обсуждали какие-то новости, смеялись над чем-то, заряжая друг друга бодростью на весь день, а сейчас Саша чувствовал, как настроение падает вниз. Новости по телевизору не приносили никакого внутреннего удовольствия, а завтрак, который дядя приготовил им обоим, казался пресным и невкусным. Головина спас только кофе, но и он казался слишком горьким. Он посмотрел на часы, и тут же подорвался с места. Грязная посуда отправилась в посудомойку, не убранные книги он, не глядя, побросал в рюкзак. Быстро накинул куртку, одновременно пытаясь надеть кроссовки. В метро он все равно попал только вместе с толпой. Не то чтобы люди пугали его, он в конце концов учился в университете и работал в ресторане — люди окружали его постоянно. Но столь огромные количество людей, спешащих на работу, нервировало Сашу. Около «Делового центра» жили состоятельные люди, которые хоть и не брезговали пользоваться метро, но при этом смотрели друг на друга с презрением и усмешкой. Что уж говорить о Головине, которого никто и вовсе не замечал, предпочитая решать дело плечами и тычками, лишь бы пройти вперед. Подходя к метро, Саша уже исполнял привычный ритуал. Он распутывал комок из наушников, глядя только на них и идя вперед, изредка поднимая взгляд. Потом спрятал провод под куртку, а наушники в уши, где уже играл любимый плейлист. Так что обращать внимание на высокомерных мужчин и женщин он точно не будет. Пробившись в угол вагона, он достал телефон, подключаясь к сети метро. В ленте не было ничего интересного, кроме пары новых фото футболистов и знаменитостей кино. Саша уже хотел убрать телефон в карман, как ему пришло новое сообщение от Дениса. Парень даже слегка улыбнулся, читая входящее, а потом, невольно глянув по сторонам, саркастично (как показалось самому Головину) ответил. Улыбка почти сразу же спала, когда Черышев решил пошутить в своей излюбленной манере, еще и смайлик подмигивающий в конце добавил. Студент даже не обращал внимания на знаки препинания, стараясь написать ответ как можно быстрее, пока шутка не успела забыться. Черышев закончил диалог пожеланием об удачном дне, и Саше было как раз выходить, когда он с удивлением обнаружил, что уже почти добрался до станции, где ему нужно было пересесть на другую ветку. Он в спешке поспешил к выходу, не слыша удивленных и недовольных возгласов, так что он практически вывалился из вагона на своей остановке. Открытая платформа ему понравилась, да и людей было здесь немного поменьше. Они не толкались, а спокойно ждали своего поезда, чтобы уехать на работу или учебу. Но Саше нужно было спуститься вниз, где, к его глубочайшему сожалению, народу было опять много. Он добрался до университета даже раньше, чем думал, но времени все равно оставалось слишком мало, чтобы посмотреть расписание самому, поэтому он положился на своих одногруппников, которых успел приметить в коридоре. Саша даже не ожидал, что сегодняшний день будет настолько ужасен. Им дали внеплановую проверочную, которую Головин с треском провалил. Потом ему заявили, что проект, который он делал уже второй месяц, слишком сырой, и ему нужно переделывать. Постоянные мелочи вроде не пишущих ручек или пятен воды на одежде даже не задевали Александра. Больше всего его расстроило, что он не смог пообедать, ведь его ждала целая вечерняя смена в ресторане, а обед у персонала был как раз в то время, когда Саша только ехал на работу. Ему пришлось купить себе пару батончиков по дороге, перекусывая ими уже в поезде метро. Он честно старался не обращать внимания на ребенка, сидящего напротив, но совесть так и взывала. Особенно, если учесть, что ребенок этот чуть ли не плакал, глядя на шоколадку в руках парня. Поэтому, скрепя зубами, Саша достал второй батончик и протянул ребенку, который тут же схватил его. Мать мальчика только что - то пролепетала, силясь отобрать у малыша сладость и отдать владельцу, но Головин только махнул рукой. Ну не мог Саша не сделать доброго дела по дороге, чтобы хоть как-то восстановить свою внутреннюю карму за сегодняшнее утро, где он всех растолкал в поезде. Хоть настроение и не поднялось, но приятно внутри было. Но ненадолго. На Театральной его ждала целая толпа китайских туристов, которые шумели и кричали на своем родном языке, заставляя уши Саши страдать. Все они были вооружены зеркалками и моноподами, постоянно щелкая себя и окружающие их достопримечательности на свои китайские устройства. Головин в жизни столько айфонов не видел, даже в его любимом московском метро. Он пытался пробраться через эту орду туристов, но кто-то вдруг схватил его за плечо. Нарушителем спокойствия оказалась какая-то китаянка, милая кстати. Она что-то активно и быстро щебетала на своем языке, а Саше оставалось только улыбаться, не смея прерывать речь. — Извини, — сказал Саша на английском, — Я не понимаю китайский. Девушка вдруг замолчала, а потом кивнула, тем самым показывая Головину, что поняла его. — Фото, — пискляво сказала китаянка на английском, хватая Сашу за плечо, — Фото. Ты и я, — она вытянула руку, нажимая на фронтальную камеру, — Ты милый, — рассмеялась девушка, когда Головин неловко улыбнулся для кадра, — Пока! И убежала. Головин даже не понял, что произошло, только поспешил убраться от китайских туристов подальше, пока другие не заметили его и не захотели с ним сфотографироваться. Он прошел на задний двор ресторана, где обычно сотрудники ресторана отдыхали и переговаривались. Тут же была и стоянка у машин, но большинство на работу добирались транспортом. Саша даже удивился, что Дениса на его излюбленном месте возле стены не было. Зато там был Кутепов, который со своим обычным выражением лица стоял и курил. Рядом крутился Рома, что-то тихо ему выговаривая, на что тот послал Зобнину один из своих невозмутимых взглядов. Помощник повара тут же замолчал, а потом и вовсе отвернулся и пошел обратно в кухню. Саше даже стало жаль Кутепова, ведь пока Рома не добьется своего, ни за что не оставит свою цель. Не то чтобы Головин знал Зобнина, но за те пару недель, что повар здесь работал, они успели неплохо разговориться. Из их маленьких диалогов Саша понял, что Рома человек слова. Если он поставит себе цель, то обязательно добьется этого. Студенту было даже завидно в какой-то мере, ведь он такой целеустремленностью похвастаться не мог. Он переодевался без энтузиазма. Смотрел на себя в зеркало и не мог улыбнуться, как это обычно делал перед каждой сменой. Только выдавил маломальскую улыбку, чтобы не светить своим хмурым лицом перед посетителями. Он надел свой фартук, закидывая туда привычные ручку и блокнот. На телефон пришло сообщение от дяди, на которое Саша не ответил, решив проигнорировать. Он ему ничего не объясняет толком, сегодня даже в течение дня не написал со своими обычными вопросами об успеваемости, так что Головин был до глубины души обижен на своего родственника, которые сегодня не нашел для него времени, чтобы даже спросить, нормально ли он добрался до университета и работы. — Головин! — вдруг окликнули Сашу, а потом стали подзывать жестами. Парень тяжело вздохнул, понимая, что ничего хорошего ожидать не стоит, особенно, когда его позвал Кокорин. Но Саше пришлось подчиниться, ведь выбора у него не было. Александр улыбался слишком уж широко, поэтому студент даже опешил, подходя к нему ближе, краем глаза замечая Черышева. За седьмым столиком обнаружились женщина средних лет и маленькая девочка, которая болтала ногами в воздухе под столиком. Ребенок с увлечением рассматривала интерьер вокруг нее, не забывая постоянно рассказывать что-то своей матери, которая уже пригласила шеф-повара присоединиться к их столу. — Добрый день, — подошел Саша, когда увидел, что меню у женщины открыто, — Добро пожаловать в «Империум», сегодня вас буду обслуживать я, — он улыбнулся дежурной улыбкой, вынимая блокнот и ручку, — Вы готовы сделать ваш заказ? — А что бы нам посоветовал господин шеф-повар? — женщина рукой махнула в сторону Артема, который приветливо улыбнулся. — Я бы посоветовал вам заказать пасту тонарелли и сальтимбокку по-римски с картофелем, — улыбнулся Дзюба, решив дать гостям попробовать их итальянскую кухню, — Ну, а на десерт, у нас целых пять блюд для очаровательной маленькой принцессы, — глаза девочки заблестели на упоминании десертов, а женщина только рассмеялась и сказала Саше, что готова заказать то, что предложил шеф-повар ресторана. — Конечно, — Саша зафиксировал заказ, а потом пожелав посетителям приятного дня, удалился на кухню. Его тут же подловил Денис, уводя в сторонку. Мужчина сразу же спросил, все ли у Саши нормально, на что тот удивленно взглянул на повара. — Все нормально, — пробормотал Головин, не понимая такого сильного интереса к своей персоне. Денис только больше нахмурился, но решил не напрягать официанта, который и так уже изрядно нервничал. Ему этот разговор вообще не нравился. Саша ни в коем случае не собирался привлекать к себе лишнее внимание из-за своего плохого настроения и личных проблем. Конечно, ему хотелось поделиться с кем-то своими переживаниями, но точно не с Черышевым. Во всяком случае в такой обстановке, где Денис должен полностью быть сосредоточен на своей работе. — Мне нужно идти, — твердо сказал Саша, протискиваясь вперед, — Меня ждут. Денис поджал губы и отошел к своему столу, больше не посмотрев в сторону Головина. Саша даже как - то опешил, ведь не ожидал, что Денис так быстро уступит, ведь сразу же решил начать с напора. Он решил задуматься на эту тему, хотя не видел в ней ничего важного. Ему было интересно, почему Черышев решил обратить внимание на его состояние, хотя они не друзья. Официант считал Дениса своим хорошим знакомым, с которым он мог бы посидеть где - нибудь и выпить. Но не больше. Пока что. Практически все друзья Саши остались в родном Калтане. Он поддерживал с ними связь, а когда приезжал к семье, то всегда виделся с ними. Но ему все равно не хватало этого. Здесь, в Москве, он не нашел тех людей, которые могли бы называться его друзьями. Головин даже на девчонок толком не заглядывался, ведь те заглядывались исключительно на его одежду, в голове высчитывая стоимость всего его гардероба. Саша уже вышел с кухни, направляясь к барной стойке, чтобы дождаться посетителей, когда услышал писк телефон в кармане. Он облокотился о стойку, не обращая внимания на остальных, кто здесь сейчас был. Все его внимание было сосредоточено на сообщении, где дядя извинялся за его занятость. Головину даже стало как то стыдно, но детская обида все еще была сильна, так что студент решил немного подождать, вдруг что-нибудь еще напишет. «Господи, да где же ты пропадаешь? Мне звонить Сергею? Что - то случилось?» Саша улыбнулся уголком губ, увидев новое сообщение, а потом все-таки соизволил ответить дяде. Он сказал, что все нормально и не стоит беспокоиться, просто накопилось много работы. Теперь они хотя бы вышли из некоторого подобия ссоры, так что настроение официанта немного поднялось, но университетские проблемы все еще остро вставали перед глазами. Он даже не знал, как сказать об этом дяде, который всегда интересовался его успехами. Даже родители не были столь заинтересованы в его обучении, как дядя, у которого он прописался на время учебы. «Хорошо, я рад. Вечером не получится забрать, совсем не по дороге, так что съездишь на метро ещё раз?» «ладно» — ответил Саша, а потом его хлопнули по плечу. Марио улыбнулся ему, приветствуя, так что Головин просто не мог отказать себе в улыбке, когда увидел солнечную и широкую улыбку коллеги. Они обменялись парой фраз, Саша спросил про гостей за седьмым столиком, а Марио задумчиво пожевал губу, не зная, как объяснить на русском. — Банкет, — только и ответил Фернандес, думая, что добавить к его немногословному ответу, но Головин кивнул, понимая, что к чему, — Хорошо. Я пойду. Заберу заказ. — Удачи, — кинул ему на прощание Саша, а потом незаинтересованно оглядел зал, замечая новых посетителей. Дзагоев махнул ему рукой, чтобы официант принял заказ гостей через пару минут. Ребята за его столиком оказались приятными, они были в этом ресторане впервые, да и скорее всего по какому-то важному поводу, так что Саша не стал сильно наседать со своими рекомендациями, только предложил пару относительно недорогих блюд, которые молодая пара и заказали. Хоть это было и не правильно, в конце концов, раз они сюда пришли, то извольте понимать, какие тут будут цены, но студент видел, что эта пара были растеряны и чувствовали себя неловко. Внутри все так же играло желание помогать всем, поэтому от простого «спасибо» становилось невероятно приятно. Он ушел на кухню с новыми заказами, а потом подошел к Денису с заказанным десертом. Повар снова попытался остановить его, но на этот раз Сашу позвал один из поваров. Пришло время нести заказ на седьмой столик, где все так же сидел шеф-повар. — Ваш заказ, — мягко уточнил Саша, следуя этикету, — Приятного аппетита, — пожелал он им напоследок, собираясь уйти. Артем Сергеевич задержал его жестом руки, прося подойти поближе. — Принесешь десерты вместе с Черышевым минут через десять-пятнадцать, понял? — Саше оставалось только кивнуть. Около стойки обнаружились Миранчуки, рассматривающие что-то в своих телефонах. Кто-то из близнецов потрепал его по плечу, вырывая из своих мыслей. После пары минут осмотра, Саша пришел к выводу, что привлек его Леша. — На блюда с лососем скидка, так что впаривай именно их, — негромко сказал ему Миранчук, и Саша кивнул, — У тебя сегодня особые гости. — Это которые банкет здесь заказывают? — уточнил Антон, выглядывая из - за спины брата. — Ага, вроде того. Они обсуждали меню, когда я подходил к ним с заказом. Братья весело переглянулись между собой, как будто что-то придумали, а потом с заговорщицкими улыбками повернулись к Головину. Они встали по обе стороны от него и снова переглянулись, как будто обсуждая что-то мысленно. Федя за стойкой только фыркнул, а потом покачал головой и пожелал удачи бедному Головину. — Это ведь твой первый банкет, — проникновенно начал Лёша… или Антон? — Поэтому мы просто обязаны рассказать тебе, как обычно мы его проводим. — Для нас это просто кладезь алкоголя и закусочек. — Вы что… — медленно начал Саша, — Предлагаете закусывать банкетной едой? — Федя нам обычно оставляет немного алкоголя, — кивнул ему кто-то из близнецов, — Но мы можем поделиться и с тобой. Ты наш друг, да и мы так и не выпили за наше знакомство, поэтому это наш шанс! — Как-то не очень это все звучит, — неуверенно покачал головой Головин, смущаясь такого пристального внимания обоих братьев, — Не думаю, что соглашусь на такую авантюру. — Старайся не говорить при них столь заумные слова, — фыркнул Федя сзади, облокотившись на стойку, — А то видишь, у них сразу перегруз мозгов. — Сейчас перегруз мозгов будет у тебя, — огрызнулся один из близнецов, и сейчас Саша был точно уверен, что это был Антон, — Не слушай его, Сашенька. Смолов иногда такой идиот. — Кто бы говорил, — ехидно протянул Федя, а потом пошел принимать заказ от Тарасова, который нетерпеливо постукивал ручкой по барной стойке. — Ну короче, — вздохнул Леша, — Наше предложение в силе. Захочешь завтра, только скажи, — он подмигнул ему, а потом пошел к своим посетителям, которые терпеливо ожидали официанта для своего заказа. Антон тоже ушел, напоследок хлопнув растерянного Головина по спине. Парень потерянно смотрел вперед, немного не понимая произошедшего, а потом как-то странно хмыкнул. — Вот ведь спекулянты… — выдохнул официант, а Федя за его спиной весело фыркнул, разливая по стаканам алкоголь. — Они правы, Саша, ты всегда можешь ко мне обратиться, — негромко сказал бармен, наклоняясь к парню так, чтобы только официант слышал эту фразу, — Тебя Кокорин вон зовет, руками машет, не останавливаясь. — О… Спасибо, Федь, — промямлил Головин, практически бегом направляясь к метрдотелю. Александр уверенным захватом развернул его в сторону кухни, прошипев что-то о десертах и Черышеве. Головин разобрал из последнего только то, что Дениса надо обязательно привести в зал. — Ладно, — неуверенно повел плечами Саша, пытаясь сбросить с себя чужую руку. Кокорин понял, что сжимает плечо парня слишком сильно, поэтому виновато улыбнулся ему. Добавил, что эти гости слишком важны для них, поэтому он такой нервный. Саша поверил, но не до конца. Углубляться в это все не особо хотелось, так что Головин отправился на кухню, где ловко обошел все столы, подходя к Денису, который как раз доделывал какой-то десерт для посетителей. По дороге Сашу окликнули и сказали, что заказ для его последнего столика скоро будет готов, на что Головин только улыбнулся Зобнину, который и предупредил его об этом заранее. Черышев внимательно наблюдал за парнем, который улыбался Роме, и чувствовал себя немного странно. Он бы очень хотел, чтобы эта скромная, но искренняя улыбка, была адресована ему. Денис бы с удовольствием посмотрел на то, как будет смеяться Саша после его отменных шуток. Повар уже сейчас замечал, что Головин не особо сильно возражает против его юмора, так что это был очень огромный прогресс в их отношениях. Стоп. Каких еще отношениях? Денис мотнул головой и нахмурился, когда в голове всплыла именно эта формулировка их общения. Прогресс в общении. Отношения у него с Кристиной, которая возвращается на следующей неделе. Но при этом всем, Денис с замиранием сердца ждал, когда же Головин наконец-то подойдет к нему и объяснит, что же ему понадобилось. Ответ не заставил ожидать себя долго, официант подошел к нему все с такой же полуулыбкой на лице. — Твои десерты и тебя уже ждут, — сказал Саша, ставя поднос на свободное пространство стола Черышева, — Давай их сюда. — Все унесешь? — указал пальцем на пять десертов, и Головин кивнул, — Окей. Если что… я рядом. — Ладно, — пробормотал студент, аккуратно расставляя тарелочки на большом подносе. Денис открыл перед ним дверь, хотя Саша в этом точно не нуждался, а потом встал по левую руку. Он шел рядом, не сводя взгляда с подноса, тарелочки на котором опасливо звенели с каждым столкновением об друг друга. — А вот и наш повар - кондитер с его замечательными десертами, — весело проговорил Артем, даже похлопав пару раз в ладоши, пока Саша расставлял на столе новые тарелочки, забирая на поднос опустевшую посуду. Денис в это время сел рядом с Артемом, который довольно поглядывал на десерты, ведь он лично принял участие в их создании. Девочка смотрела на это все с огромным желанием в глазах, а когда перед ней поставили тарелочку с итальянским мороженым, невольно посмотрела вверх. И обомлела. Знаете, такое бывает, что девочки часто представляют своих принцев на белом коне. Лишь дети мечтают по-настоящему, всем сердцем, не желая отгонять от себя эти мечты и желания. А еще они любят преувеличивать абсолютно все. И именно поэтому сейчас Саша Головин предстал перед юной дочкой редактора модного журнала самым настоящим принцем, который приносит ей всякие сладости за красивые глаза. Сам официант только неловко улыбался, хотя для маленькой девочки эта улыбка была лучше всех, которые она когда-либо видела. Она настолько погрузилась в свои мечты, что даже не заметила, как перед ней поставили еще пару тарелочек. — А вы принц, да? — вдруг выпалил ребенок под изумленный вздох своей матери, которая тут же поспешила одернуть дочь, — У вас есть конь, да? Белоснежный! Головин опешил от такого внимания, даже поднос взял обеими руками, чтобы ничего не упало и не разбилось. Артем и Денис только переглянулись, а потом кондитер решил помочь своему другу. Он слегка наклонился к столу, чтобы быть поближе к девочке, а потом доверительным тоном сказал ей, что у Саши конь не белого цвета, а черного. — Да и он наверняка уже нашел свою принцессу, — вздохнул Денис, переводя свой взгляд на Сашу, — Да? — А-ага… — неуверенно пробормотал Головин, — Я пойду. Приятного вам аппетита. И поспешил скрыться на кухне, чтобы отнести грязную посуду и забрать следующий заказ, который он отнес молодой паре. Они смотрели друг на друга такими влюбленными взглядами, что официанту стало даже неловко и завистливо. Ему тоже хотелось вот так сидеть со своей девушкой и проводить вечер. Но судьба так уж распорядилась, что на отношения у Саши просто не было времени и желания. Он совмещал учебу с работой, не позволяя себе расслабиться даже в воскресенье. Парень поблагодарил его за принесенный заказ, и Саше оставалось только улыбнуться и сказать стандартную фразу. На этот раз у стойки Миранчуки отсутствовали, зато сидел Тарасов, переписываясь со своей женой, про которую он рассказывал абсолютно всем. Единственные, кто до сих пор искренне любили рассказы Димы, были как раз Миранчуки. Федя как-то сказал, что Лёша и Антон настолько хорошо общаются с Тарасовым, что даже присутствовали на его свадьбе. — А, Саня, — оторвался от своего телефона Дима, и студент уже морально подготавливал себя к очередному рассказу про идеальную семью, — Черышев просил подойти тебя к нему, когда освободишься. — Да? — Дима кивнул, — Спасибо. Саша поспешил на кухню, и только перед самой дверью остановился и поправил свою форму, чтобы не… Головин не знал, что означает это «чтобы не», и не хотел знать. Черышева за своим обычным местом не обнаружилось, поэтому Головин пошел на улицу, схватив с вешалки первую попавшуюся форменную куртку, накидывая на плечи. Не хотелось мерзнуть, осень выдалась слишком неприятной и даже холодной. Денис обнаружился на своем обычном месте за своим обычным занятием. Табачный запах неприятно расползался вокруг повара, но Саше было просто необходимо подойти ближе, чтобы его заметили и сказали, для чего позвали. — Ден, — позвал Головин, подходя ближе, но так, чтобы не особо чувствовать прекрасный запах сигарет, — ты звал? — Ага, — улыбнулся Черышев, — Пойдешь с нами вечером в бар? Саша опешил от такого предложения. Он не знал, что сказать. Не подозревал даже, что когда-нибудь такое может произойти, чтобы его пригласили в бар. Для того, чтобы выпить. Почти все его знакомые с университета были уверены, что такой пай-мальчик, как Саша Головин с третьего курса, закоренелый трезвенник, который ничего крепче пива не пил. Даже дядя был уверен в том, что его цыпленок еще не знает вкуса алкоголя. Но Головин знал. Вместе с небольшой компанией он позволял себе пропускать стакан другой, но это все всегда происходило у кого - нибудь в общаге или на съемной квартире, а стаканы превращались в бутылки. — Саш? Саша вздрогнул, когда услышал голос Дениса практически над своим ухом. От повара несло табаком, так что официант поспешил отстраниться и немного отойти под быстрый смешок. Головин кинул на Черышева напряженный взгляд, на что тот примирительно поднял руки вверх. Студент взвесил еще раз все за и против, а потом поднял взгляд на кондитера и уверенно кивнул. — Я с вами. Наверное, это было не самое лучшее решение Саши, но он еще не знал этого.