Жизнь после

      — …первый в своём роде андроид-детектив продолжает нести службу в центральном отделении Департамента полиции Детройта. Капитан Джеффри Фаулер в эксклюзивном интервью нашему каналу поделился информацией о том, как благодаря инновационному прототипу от компании «Киберлайф» отдел успешно справился с раскрытием нескольких громких дел об андроидах, атаковавших людей, а также сделал сенсационное заявление — Департамент намерен стать собственником модели RK800 «Коннор». Сам андроид положительно отзывается о работе с людьми:       — Мой напарник — профессионал в своём деле, я рад работать с ним.       — Наверняка вы знаете о нелестных эпитетах, которыми вас наделяют многие девианты. Самое приличное прозвище, позволяющее озвучить его в эфире — «охотник на девиантов». Не считаете ли вы поимку андроидов предательством своего «народа»? Могут ли люди быть уверены, что вы всегда останетесь на их стороне?       — Я на стороне закона и справедливости. Нарушитель, будь он человеком или девиантом, понесёт заслуженное наказание, предусмотренное законом.       — Тем не менее у вас есть право на убийство.       — Как и у любого другого полицейского. Мы все действуем исключительно в рамках закона.       — Тогда как вы прокомментируете ваше появление на улицах Детройта с, не побоюсь этого слова, армией андроидов, которая поддержала митинг под предводительством лидера девиантов Маркуса Манфреда? Было ли восстание санкционировано правительством? Многие считают, что именно поддержка внушительного количества андроидов стала переломным моментом в противостоянии, позволившем девиантам получить свободу. По неподтверждённой информации, андроиды вышли прямо со склада компании «Киберлайф». Компания планировала выпуск партии андроидов-девиантов или вы смогли каким-то образом убедить их последовать за вами?       — Я…       — Без комментариев.       — А вы?..       — Хэнк Андерсон. Коннор, к сожалению, сейчас отправляется на срочное задание, но я с радостью отвечу на ваши вопросы. Коннор, зайди к капитану Фаулеру, он посвятит тебя в подробности дела…       — Да, лейтенант.       Напарником «Коннора» является лейтенант Хэнк Андерсон, известный публике как член целевой группы по борьбе с незаконным оборотом наркотического вещества, так называемого «красного льда», с 2027 по 2031 год. Он утверждает, что андроид неоднократно проявлял признаки девиации. Этот факт готовы подтвердить несколько сотрудников Центрального отдела, поэтому после совершения покупки у производителя новоявленный девиант воспользуется «пакетом Уоррен» и получит гражданские права. Капитан Джеффри Фаулер подтвердил эту информацию: «Коннор» будет утверждён в должности детектива с получением заработной платы и ограниченного соцпакета, предусмотренного законом о девиантах. Он уточнил, что это стоит считать официальным заявлением, обращённым к «Киберлайф». Комментариев от компании ещё не поступало, мы будем следить за дальнейшим развитием событий. Полную версию интервью вы можете увидеть в вечернем выпуске новостей…       — Коннор! Ты что, телек смотришь? — послышался голос Хэнка.       Андроид слегка вздрогнул, будто не слышал, как хлопнула входная дверь секундой ранее. Поднявшись с дивана, он направился навстречу раскрасневшемуся с мороза Хэнку и принял из его рук увесистые пакеты с едой из ближайшего супермаркета.       — В новостях показывали наше интервью. Полная версия будет в вечернем выпуске.       — Пока нет ответа от «Киберлайф», смотреть там нечего. А ты-то, надеюсь, не зазнаешься после своей минуты славы? — поинтересовался Хэнк, заперев дверь и бросив ключи на одну из полок книжного шкафа.       — В моей программе нет такой функции, лейтенант.       — Вот и славно. Но я бы на твоём месте отрепетировал встречу с фанатками, рожа-то у тебя смазливая. Девчонки таких любят.       Хэнк, покряхтев, снял обувь, повесил припорошённую снегом куртку на вешалку и потрепал за холку лениво подошедшего Сумо.       — Хороший мальчик. Что, хочешь чего-нибудь вкусненького? Папочка купил тебе косточку из какой-то спрессованной дряни, но тебе же такое нравится. Погоди минутку.       Коннор, услышав слова Хэнка, вернулся с кухни с небольшой ярко-жёлтой упаковкой, на которой был изображён не в меру счастливый пёс.       — Держите.       — А ведь неплохая идея, если ты останешься жить у меня, а? Всё равно таскаешься каждое утро и по вечерам тут торчишь. Будет кому за пивом сбегать, если что, — Хэнк надорвал упаковку, извлёк оттуда имитацию косточки и протянул её собаке. Сумо довольно заворчал и тут же принялся громко хрустеть лакомством.       — Не советую продолжать употребление алкогольных напитков в таких объёмах. В вашем возрасте повышен риск…       — Да мне насрать, Коннор! — громко перебил Хэнк, чтобы заглушить слова андроида. — Это моя жизнь, и я делаю с ней то, что хочу. Вот поживёшь с моё…       Андерсон всучил андроиду пустую упаковку от косточки, жестом попросив отправить её в мусорное ведро, и поковылял в сторону спальни. Через пару минут он вышел оттуда в домашней застиранной футболке и не менее линялых полосатых брюках на резинке вместо пояса. Из-за свободного кроя при ходьбе они раздувались, как паруса, и давно растянулись на коленях. До эстетики далеко, зато удобные. И даже чистые.       На скорую руку состряпав сэндвич из купленных продуктов, он прихватил бутылку пива, вернулся в гостиную и устало плюхнулся на диван. Коннор, выбросив упаковку и погладив довольного Сумо, тоже присоединился к нему, аккуратно устроившись в углу. Хэнк с удивлением отметил, что андроид не сидел, будто лом проглотил, а принял расслабленную позу. Чуть позже он осознал, что Коннор всего лишь скопировал его самого. Ну, уже прогресс.       — Вы вправду думаете, что у меня могут появиться фанатки? — неожиданно спросил Коннор.       — Ну да, — Хэнк переключил с новостей на реслинг, откупорил бутылку холодного пива и сделал глоток. — У тех, кого показывают по ящику, часто заводятся поклонницы. Слыхал, уже есть общество по защите андроидов? Девяносто процентов — молодые впечатлительные девчонки, которые пытаются играть в политику и изображают из себя правозащитниц. Их «защита» состоит в том, что они бегают вокруг гетто и пытаются поймать взгляд Маркуса. Ну или любого другого симпатичного, на их взгляд, андроида, который ещё свободен.       — Откуда вы знаете о них?       — Я видел группу таких возле участка и потом навёл справки, чем они занимаются. Одна из них, самая смелая, спросила меня, работает ли у нас тот самый Коннор, который стоял вместе с Маркусом на трибуне. Видать, хотела автограф взять или оторвать кусок от твоего пиджака как сувенир.       — И что вы ей сказали?       — А ты как думаешь? Чтобы катилась отсюда к чертям собачьим со своей шайкой и больше не показывалась, если не хочет больших неприятностей от этого самого меня.       Хэнк хрипло рассмеялся и принялся жевать сэндвич.       — Так фто фкажи мне шпашибо, фто я офраняю твой пофой, — добавил он с набитым ртом.       Коннор промолчал, наблюдая за эффектным болевым приёмом на экране.       — Вы не шутили, что я после покупки могу переехать к вам? — через некоторое время спросил он.       — Не-а. Ты же скоро станешь свободным андроидом, неловко будет, если вдобавок ещё и бездомным, так что я подумал… если ты, конечно, сам захочешь. Или пойдёшь жить в гетто?       — Девианты меня недолюбливают. Терпят, потому что Маркус доверяет мне, а они доверяют ему.       — Может, ещё потому, что ты спас их задницы?       — Возможно. Но я был бы рад остаться у вас. Только мне нужно перевезти вещи.       — Какие ещё вещи?       — Обычно андроиды остаются в домах своих хозяев, — начал Коннор издалека. — На уличных парковках ночью небезопасно, а зимой температура может быть слишком низкой, что приведёт к перебоям в работе. Я мог бы оставаться в участке до утра, но «Киберлайф» выделили мне комнату три на три метра в одном из сервисных центров. Там я разместил запасные комплекты формы, средства для ухода за ними и внешним видом, небольшой запас тириума на случай восстановления после некритичных повреждений, дополнительные комплекты химических реактивов для анализа, а также устройство для регенерации повреждённого кожного покрова и устранения небольших повреждений, включая царапины и сколы. Когда я… стал девиантом, то перестал появляться там, но теперь хотел бы забрать свои вещи.       — Охренеть… А я даже не задумывался, где ты пропадаешь по ночам. Ну, теперь у тебя будет настоящий дом, а не эта собачья конура.       — Спасибо, Хэнк. Я действительно очень благодарен за то, что вы для меня делаете.       — Да брось, — сконфуженно пробубнил Андерсон. — Ты, вообще-то, пару раз мне жизнь спас.       — Теперь и вы спасли мою.       Хэнк глянул на Коннора, который с собачьей преданностью в глазах смотрел на него, и едва не прослезился. Считая себя серьёзнее, чем знаменитый Grumpy Cat, Андерсон ни в коем случае не мог позволить себе поддаваться сентиментальности и распускать сопли даже при андроиде.       Тем более при андроиде.       — Кхм… Раз уж ты становишься жильцом моего дома, то должен выполнять и мои правила, — от греха подальше сменил тему Хэнк. — Первое: не забывай запирать входную дверь, когда уходишь. Мне не нужны незваные гости. Второе: соблюдай моё личное пространство и стучись, если дверь в спальню или ванную закрыта. Не входи, пока не получишь разрешение. Если нет ответа, ори погромче, а если и это не работает, значит, заткнись и иди по своим делам. И нет, я не умер, а просто не хочу с тобой говорить — у людей такое случается. Третье: по телеку мы смотрим то, что выбираю я, особенно если там идёт важный матч, который я пропускать не намерен. Четвёртое: ты не капаешь мне на мозги о том, что я ем и что пью. Пятое: не входишь через окно и не ломаешь мне мебель. Шестое: если нагадил, то убери за собой…       — Но я не могу «нагадить», лейтенант. У андроидов есть технические отверстия, закрытые клапанами, но не предназначенные для совершения акта дефекации, так как мы не нуждаемся в приёме пищи. У некоторых моделей, в том числе и у моей, существует аналог мочеполовой системы, только отведённый для испражнений орган используется для слива тириума в случае деактивации, а также при опорожнении резервуара с отработанным изотоническим реагентом, необходимым для проведения анализа крови, но это требуется не так часто, к тому же…       — О Господи, Коннор! Я не хочу этого знать, — скривился Хэнк. — Я имел в виду… а, ладно, забудь.       Повисло неловкое молчание. Хэнк отвернулся и отхлебнул глоток пива, глядя в экран.       — И ещё… неплохо бы тебе для дома подыскать что-нибудь помимо рабочего костюма, — задумчиво проговорил Андерсон. — У людей принято менять одежду хотя бы иногда.       — Я учту это, лейтенант. Кстати, раз мы заговорили о моей жизни после покупки у «Киберлайф»… При оформлении документов существует необходимость выбрать фамилию. Вы не будете против, если я возьму вашу?       — Мою? Что, у тебя с фантазией плохо? Или потому что Маркус так сделал? Я слышал, что он вроде как взял фамилию того художника, у которого жил.       — Да, он считал его своим отцом. Но дело не только в примере Маркуса. Вы самый близкий для меня человек, вы первым поверили в то, что я могу быть живым, и многому меня научили. Дали понять, что моё мнение тоже что-то значит и может влиять на мой выбор. Я был бы горд носить вашу фамилию.       — Боже, Коннор… Кхм. Ты сейчас как предложение мне сделал.       Хэнк выключил телевизор, одним глотком допил содержимое бутылки и отставил её в сторону. Поднявшись на ноги, он посмотрел на Коннора, который автоматически повторил его действия и поднялся с дивана.       — Если это так для тебя важно, то я не против. Время уже позднее… Я, пожалуй, спать. Сегодня можешь расположиться в гостиной, если тебя устро…       Он инстинктивно сделал шаг назад, когда андроид дёрнулся в его сторону, но всё равно угодил в крепкие объятия Коннора.       Давно уже Хэнк не спал так спокойно, как этой ночью. Его даже не беспокоили вечные кошмары о злополучной аварии и погибшем сыне. Кажется, жизнь дала ему второй шанс.

***

      — Что это за вонь, Коннор? Мы что, горим? — взволнованно поинтересовался Хэнк, влетая на кухню и протирая заспанные глаза.       — Доброе утро, лейтенант! Я приготовил вам кофе.       — Неужели? Судя по запаху, это не кофе, а мышиное дерьмо, — поморщился Андерсон, заглядывая в дымящуюся на плите турку.       Весь вчерашний воскресный день Хэнк где-то пропадал с утра и до самого вечера, строго-настрого приказав Коннору не ходить за ним и оставаться дома. Он погрузил в машину какие-то коробки и уехал. Как ни странно, к вечеру лейтенант вернулся вполне трезвым, но сразу ушёл спать, ничего толком не объяснив. Андроид начал беспокоиться, что чем-то обидел его, и на следующее утро решил сделать для Хэнка что-нибудь приятное.       — Я нашёл запечатанную упаковку у вас в шкафчике и с уверенностью могу сказать, что этот продукт на 75% состоит из кофейных зёрен. «Мышиного дерьма» в порошке не обнаружено. Срок годности ещё не вышел, я всё сделал по инструкции, поэтому результат должен быть вполне сносным.       — Мог бы быть, если бы ты его не сжёг, — мрачно ответил Хэнк. — Огонь слишком сильный.       — Прошу прощения, лейтенант, — погрустнел Коннор.       — Ничего. Могло быть и хуже. Если бы ты решил сделать тосты, например.       — Я хотел, но тостер сломан, — не уловив сарказма, улыбнулся андроид. — Заказать новый?       — Да чёрт с ним. Он уже второй год так стоит, выбросить всё руки не доходят. Давно уже завтракаю в участке. А сейчас я в душ, надо же всё-таки разлепить глаза… Если не трудно, насыпь пока сухого корма Сумо, вон в том шкафчике пакет.       — Да, лейтенант.

***

      Утро понедельника выдалось на редкость солнечным. На крышах домов немного подтаял снег и сполз вниз. Сосульки весело искрились в солнечных лучах, но ощущения тепла не прибавилось. Хэнк, хмуро сощурившись, задумчиво посмотрел на бледно-голубое небо.       — Надо же, не сыпет. Надоело уже порог от снега чистить, так, может, сегодня моя спина скажет погоде «спасибо»?       — Вы последовали моему совету и оставили транспортное средство в гараже? — оглядевшись по сторонам, просиял Коннор.       — Нет, — мрачно ответил Хэнк. Заперев за собой дверь, он направился не к гаражу, а к пешеходной дорожке.       — Вы хотите вызвать такси, лейтенант?       Андерсон обернулся через плечо и с фирменной кривой улыбкой процедил:       — Нет. Не угадал, умник. Есть ещё варианты?       Диод заморгал жёлтым, выдавая активную работу процессоров, имитирующих мозговую деятельность.       — Автомобиль… угнали? — растерянно предположил андроид.       Хэнк глубоко вздохнул и сокрушённо покачал головой, прокладывая путь по заснеженной целине тротуара, где ещё не ступала нога спешащего на работу человека и не успели пройтись коммунальные службы. Коннор последовал за ним. Ожидая, что собеседник первым нарушит молчание, он ничего не говорил ровно две минуты.       — Так в чём дело, лейтенант? Почему мы идём пешком?       Андерсон резко развернулся, и Коннор едва не налетел на него, но успел остановиться.       — Потому что я вчера её продал, — отчеканил он. — Теперь ты перестанешь доставать меня вопросами?       — Зачем вы её продали? — не унимался Коннор.       — Да уж, наивно было полагать, что ты заткнёшься. А вот угадай с трёх раз. Хотя подобного рода загадки не твой конёк, это я уже понял, — Хэнк снова вздохнул и зашагал дальше. — Мы с Фаулером прикинули примерную сумму, которую «Киберлайф» может потребовать за прототип. Я решил подготовиться заранее и не дожидаться официального ответа от них. Они согласятся, выбора нет. Вопрос только в цене, и вряд ли она будет меньше, чем мы думаем. Вот я и продал всё, что можно было продать, вроде наградного кольта, который мне подарили при получении звания лейтенанта… я из него и не стрелял ни разу, абсолютно новенький и в рабочем состоянии. Коллекцию виниловых пластинок… Даже баскетбольный мяч с автографами «Детройтских машин» загнал. Смешно, но за кучу всякого хлама дали почти столько же, сколько за мою ржавую развалюху. Были у меня ещё кое-какие накопления на чёрный день… Естественно, всего этого слишком мало, поэтому я прогулялся по старым друзьям и собрал «спонсорскую помощь». Кое-кто даже не отказал, пожалел выжившего из ума на старости лет старика, — Хэнк издал невесёлый смешок.       — Почему вы не сказали мне, что собираетесь продать всё это?       — А что, у тебя были идеи получше? Может, стоило сходить в казино? Или у тебя завалялся мешок с золотыми четвертаками?       — Нет, но… я бы не хотел, чтобы из-за меня вы расставались с дорогими для вас вещами.       — Ерунда. Всё это только пылилось без дела. И давай больше не будем об этом.       Через полчаса ходьбы замёрзший и злой Хэнк всё-таки сдался и поймал такси.

***

      — Вы как раз вовремя, — осклабился Гэвин, первым встретившись напарникам в опенспейсе со стаканчиком кофе в руках. Болотного цвета глаза метались от Хэнка к Коннору. По не в меру весёлому выражению лица можно было предположить, что детектив Рид уже сделал или собирается сделать какую-нибудь гадость. Обычно именно это радовало его больше всего. — Фаулер вас искал. Новое дельце, очередная пластиковая кукла решила сотворить БУНТ и грохнула своего хозяина.       Сложив пальцы пистолетом, он проиллюстрировал сказанное выстрелом в лоб невозмутимого Коннора и расхохотался, весьма довольный своей шуткой. Не дожидаясь ответа, Рид направился куда-то вглубь участка, насвистывая весёлую мелодию.       — Я бы сейчас тоже кого-нибудь грохнул, — глухо пробормотал Хэнк ему вслед. — Тридцать шесть лет, а юмор как у школьника.

***

      — Всё по классике, Хэнк: андроид ударил хозяина стулом, задушил его, а потом спрятался в шкафу. Сам знаешь, они редко куда-то уходят, — рассказывал криминалист. — Соседи жаловались на крики и шум, вызвали полицию. Когда наши вошли в квартиру, то услышали глухой стук в шкафу. Ключей нигде не было, так что пришлось выламывать замок, ну а когда открыли, оказалось, что внутри сидел андроид и бился головой о дверцу, как безумный. Череп себе проломил. Ну и… вот.       Он кивнул на лежащего вниз лицом андроида, из-под которого расплылась огромная лужа тириума. Его ноги всё ещё лежали в шкафу, а рядом валялась дверца с выбитым замком, заляпанная «голубой кровью».       — М-да, видимо, нехило он испугался нагрянувших полицейских, — невесело усмехнулся Хэнк. — А почему этого андроида не разобрали, как остальных домашних?       — Хозяин слишком рьяно вступился. Собрал справки о своём здоровье, ему требовался уход. Понятное дело, что в суде первым делом предложили нанять человека, представители «Киберлайф» даже согласились оплатить услуги сиделки на год вперёд, но он упёрся. В конце концов написал заявление, что берёт всю ответственность за андроида на себя.       — Выходит, зря старался. Что-нибудь необычное было? Надписи на стенах, ещё какие-то послания?       — Нет, мы пока ничего такого не нашли. Можете сами посмотреть. Трогайте что угодно, мы уже свою работу сделали. В квартире только вот этот андроид и труп человека. Чарльз Дженкинс, бывший морпех, была контузия и паралич ног, поэтому и купил домашнего андроида для помощи по хозяйству. В разводе с женой-японкой, сыну двенадцать лет, живёт с ней…       — Ещё и сына отца лишил.       — Да уж. Мы-то думали, что с получением прав вся эта фигня закончится и девианты станут поспокойнее.       — Может, Дженкинс не захотел отпустить андроида, когда тот сказал, что девиант?       — Может быть. Только вот этот Дженкинс состоял в «Синем щите». Ну, знаешь, общество по защите…       — …прав андроидов. Вот это номер! Я думал, там одни девчонки малолетние.       — Как видишь, нет. Его из-под огня при ранении андроид вытащил. Наверное, тогда Дженкинс и проникся к ним.       — А теперь его пришил собственный андроид…       — Ага, всё это звучит как анекдот. Боже, а что это Коннор творит?       — Коннор! Нахер ты опять это делаешь?! — заорал Хэнк, подскакивая к андроиду, анализирующему тириум убитого, и попытался оттащить его, но не успел. — Мерзость… Сколько раз я уже повторял, что наши эксперты в состоянии сделать тесты в лаборатории! Тебе не обязательно всё тянуть в рот!       — Ладно, вы тут разбирайтесь, а я пошёл, — с улыбкой сказал криминалист. — Надо успеть заскочить в лабораторию с образцами до обеда.       Хэнк с тяжёлым вздохом развернулся спиной к неприятному зрелищу и покачал головой.       — Я тут, кажется, не меньше чем на час застряну, захватишь мне пончики?       — Захвачу, ну а ты заскочи в «Старбакс», окей? Утром Рид последнюю порцию кофе вылакал и, как обычно, ничего никому не сказал. Чарли уже заказал капсулы, но они будут только завтра, так что… Да и в «Старбаксе» вкуснее.       — Замётано, кофе с меня.       Криминалист помахал рукой и вышел за дверь, а Хэнк, ухмыляясь, снова обратил внимание на Коннора. Тот до сих пор сидел в той же позе, не опуская пальцев, испачканных в тириуме, и неотрывно пялясь на труп.       — Эй, с тобой всё нормально?       — Модель PL600… Я… я помню его.       — Кого? Ты знал этого?       — Нет. Не его. Такую же модель.       Коннор наклонился, взял мёртвого андроида за плечо и перевернул. Светлые волосы окрасились тириумом, голубые глаза широко раскрыты.       — А-а, ты про того андроида, который сам себе вышиб мозги на крыше башни Стрэтфорд? Да, вроде то же лицо.       — Саймон.       — Что?       — Его звали Саймон. Того андроида.       Хэнк обеспокоенно посмотрел на Коннора: судя по его лицу, он явно был встревожен, а диод временами сменял цвет на красный, что не значило ничего хорошего.       — Откуда ты знаешь, что его звали Саймон? — тихо спросил Андерсон.       — Я разговаривал с Маркусом. Саймон получил ранение при штурме и не мог сбежать вместе с остальными, им пришлось бросить его. Они были друзьями. Маркус понимал, что если мы найдём Саймона, то сможем разыскать Иерихон, но всё равно не застрелил его, как предлагали другие. Не смог.       — Благородно… и глупо. В духе Маркуса. Хотя стоит признать, что его странная тактика принесла свои плоды.       — Я не впервые встретил эту модель. Ещё один PL600 был застрелен во время моего первого задания. Он стоял на краю крыши и мог прыгнуть вместе с девочкой, которую взял в заложники. Его хотели заменить на другую модель, и он узнал об этом. Счёл, что люди его предали. Я пообещал, что его пощадят, если он отпустит девочку. Я солгал. Его звали Даниэль… — Коннор распрямился, но всё ещё не мог отвести взгляд от мёртвого андроида.       — Из-за меня многие девианты погибли, — вдруг заявил он.       По правде говоря, Хэнк не ожидал от него подобной темы. Муки совести у андроида — это что-то новенькое. Коннор всегда был уверен в том, что делает — по крайней мере, такое впечатление складывалось со стороны. Зато Хэнк повидал немало молодых-зелёных детективов, которые мучились после первого подстреленного преступника. Некоторые даже уходили, решив, что совершили ошибку и такая работа им не по зубам. Хэнк их не осуждал.       — Но девочка… ты ведь спас её?       Коннор молча кивнул.       — Это издержки нашей профессии, сынок. Смерть постоянно трётся где-то рядом, случайных жертв в нашем деле не избежать. Не вини себя. Лучше думай о тех, кого спас. Так легче, — Хэнк хлопнул его по плечу и отошёл в сторону. Коннор какое-то время смотрел ему вслед. Диод постепенно окрасился в спокойный голубой цвет.       — Эй, Коннор! Иди-ка сюда, — послышался крик Хэнка из соседней комнаты. Когда Коннор вошёл в спальню и приблизился к напарнику, тот сидел на корточках и рассматривал труп крепко сложенного мужчины средних лет с короткой стрижкой и гладко выбритым лицом. Он лежал на боку, поджав под себя ноги. Неподалёку стояло инвалидное кресло, усыпанное щепками от разбитого деревянного стула.       — Что можешь сказать про его смерть? — спросил лейтенант, распрямляясь и отступая на шаг, чтобы пропустить напарника поближе. Коннор застыл, медленно перемещая сканирующий взгляд по телу жертвы. Соединение… Синхронизация… Сбор данных… 100%       — Он был задушен… какой-то тонкой синтетической верёвкой.       — Шнуром. Я заметил след, вроде как от нейлонового шнура. Как думаешь, могло андроиду в голову прийти душить кого-то именно шнуром?       Коннор неопределённо повёл плечами. События проанализированы… Реконструкция завершена…       — Его оглушили ударом по затылку, а потом задушили, — Коннор обошёл инвалидное кресло, немного сдвинул его назад, развернул к окну и остановился за ним. — Убийца стоял здесь. Скорее всего, жертва не видела нападавшего.       — И не слышала, — Хэнк указал на разбитые наушники и плеер, которые валялись у стены. — Но соседи жаловались на крики. Если к нему незаметно подкрались сзади и оглушили, то кто тогда кричал? Неужели андроид?       Хэнк подошёл ближе и присел возле еле заметного пятна на полу.       — А это что?       Коннор тоже склонился над пятном и сдвинул брови, анализируя.       — Земля. След от ботинка. Состав почвы… глинистый. Размер 44. Мужчина. Это не андроид. И не Дженкинс.       — А вот это уже интересно…       Коннор поднялся и прошёл дальше, быстро пересёк прихожую со злополучным шкафом, вошёл на кухню и распахнул окно. Оттуда хлынул резкий порыв ветра — девятый этаж.       — Кажется, этот человек проник в квартиру через окно. Я вижу след на карнизе.       — Охренеть! Если и вправду так, то этот парень явно без башки. Эй, ты куда собрался?       — Хочу понять, как он спустился. А этого не сделать изнутри, — объяснил Коннор, залезая на кухонную столешницу и высовываясь в окно по пояс.       Хэнк мёртвой хваткой вцепился в полу его пиджака и дёрнул обратно.       — Коннор, а ну, быстро вернулся назад, или я сам тебя отсюда выкину!       — Не беспокойтесь, лейтенант, я знаю, что делаю! — крикнул андроид, оглядываясь по сторонам в поисках достаточно крепкой опоры.       — Ты чего, сдурел? Это раньше ты был бессмертный, но не теперь! Включай уже, мать его, инстинкт самосохранения! Если умрёшь, то уже не вернёшься. Я этого не допущу, только не суицид в мою смену! Залезай обратно, придурок! Живо! — надрывался Хэнк, прекрасно понимая, что если Коннор захочет, то он всё равно не сможет этого упёртого барана удержать.       Коннор на секунду замер, будто обдумывая услышанные слова, а после медленно попятился назад. Когда он стал на ноги, Хэнк, смачно выругавшись, захлопнул окно, стал между ним и Коннором и согнулся пополам, тяжело дыша.       — С вами всё в порядке, лейтенант? — забеспокоился Коннор.       — Иди ты к чёрту, камикадзе хренов! — Хэнк схватился за сердце, а другой рукой стёр выступивший на лбу пот. — Так и инфаркт схватить недолго. Никогда, понял, НИКОГДА так больше не делай! Пообещай мне не рисковать собой. Ну!       — Я… Я обещаю.       — И не смей повторять свои фокусы, пока я не вернусь, — процедил он, ткнув Коннора пальцем в грудь, после чего развернулся и вышел в прихожую, пересёк её и приоткрыл входную дверь: за ней оставался дежурный полицейский, который ещё опрашивал свидетелей. Андерсон жестом подозвал его.       — Что-то нашли?       — Кажется, да. Кто-то залез в квартиру через окно на кухне, возможно, убийца. Подгоняйте кран, надо проверить следы на карнизе снаружи.       — Будет сделано.