Замок на холме

      Бледно-красная жидкость вытекает из сочного кусочка помидора, когда в него втыкают вилку. Чуя сидит, подперев кулаком щеку, и скучающе смотрит на свою порцию пищи. Насыщенно зеленые листики салата аккуратно и равномерно разложены по белой тарелке, а поверх них — несколько кусочков мяса. Так же дополняли завтрак хлеб и вино, которое Накахара уже успел выпить.       Почему-то именно этот вид алкоголя был рыжему по душе. Может это из-за сладковатого привкуса на языке, приятного послевкусия и чувства тепла, а не горечи, что остается во рту, горле и груди. Может еще почему-то, но это уже не столь важно. Главное, что вкусно.       Пушистая шоколадная челка спадает на лицо, чуть щекоча лоб. Длинные пальцы в белом бархате изящно держат хрупкую ножку бокала. Дазай расслабленно прикрывает глаза, сомкнув длинные густые ресницы, и пьет не торопясь, наслаждаясь тонким изысканным вкусом дорогого алкоголя. Красное сладкое (кагор, если быть точным) в какой-то степени похоже на ту самую чистую кровь, которой так не хватает. Жаль, что эффект не такой, а гораздо-гораздо слабее. Ну, хоть что-то, нежели вообще ничего.       Культурно отложив столовые приборы (вилку и нож) по обе стороны от тарелки, Чуя откидывается на мягкую спинку стула, складывая руки на подлокотники, и, чуть повернув голову, устремляет рассеянный взгляд в окно.       Погода на улице что надо: чистое светло-голубое небо; мягкие, словно вата, облака, плавно ползущие по нему, совершенно не похожи на те тяжелые грозовые тучи, что своим серым цветом угнетают душу; ярко-желтый солнечный диск, лениво поднимающийся вверх; а так же слабенький ветерок, свиста которого не слышно вообще. Вот бы погулять…       Прикрытые веки слегка подрагивают. Чуя почти незаметно поворачивает голову, когда с другого конца стола слышится бархатный голос с легкой хрипотцой: — Как спалось?       Дазай улыбается, откинувшись на спинку стула, и легко ставит свой бокал на стол, чуть ли не кончиками пальцев отодвигая его от края. Едва заметный румянец от выпитого алкоголя играет на бледных щеках и самом кончике носа. — Нормально, — просто пожимает плечами Накахара, совершенно спокойным взглядом глядя на шатена, что сидит напротив. — Хорошо, — тихо усмехается Осаму, делая еще один очередной глоток.       Чуя чуть щурится, с неким интересом разглядывая бледнолицего. Он только сейчас заметил, что на последнем нет пиджака. Правильно, ведь он сейчас лежит у рыжего лиса в комнате, спрятанный в ворохе одеял и подушек, чуть смятый и все еще хранящий его тепло.       Дазай кончиком языка слизывает багровую капельку, пристроившуюся в уголке губ, и тихо вздыхает. — Кстати, — невзначай спрашивает Чуя, с некой настороженностью глядя на кареглазого, — Куда ты ходил прошлой ночью? И почему бросил свой пиджак на полу?

Мертвое сердце Дазая пропустило удар.

      «Откуда…- не успевает он додумать свою мысль, как логичный ответ молниеносно врезается в голову, — так вот где мой пиджак… Ох, Чуя, не стоило тебе совать свой нос куда не нужно, правда не стоило…»       Почти целую минуту висит напряженная тишина. Она настолько глубокая, настолько тяжелая, что Накахара на мгновение кажется, что он оглох, но благо, это ощущение сразу же рассеивается, стоит парню чуть встряхнуть головой. Слава богу, со слухом у него все нормально…       Оба молчат, непрерывно глядя друг другу в глаза. Воздух словно заряжен множеством электрических частичек.       Дазай смотрит холодно, чуть опустив веки и не скрывая своего раздражения, что плескается на дне густой кофейной гущи. Пальцы впиваются в подлокотники стульев. Вампир рвано выдыхает через нос, честно стараясь сдерживать себя. Он всегда плохо контролировал свои эмоции.       Кадык, выглядывающий из-под расстегнутого ворота рубашки, вздрагивает, когда Чуя нервно сглатывает. Мда, в неудобной, однако, он оказался ситуации… А чего? Сам виноват! Лезет, куда не надо… «А где ты был?..» Ну, вот зачем он спросил? Его же никто за язык не тянул…

Еще раз выдохнув и прикрыв глаза, Дазай наконец расслабляется.

— Я не обязан отвечать на твой вопрос, Чуя — тихо смеясь, отвечает он. — В конце концов, ты в моем доме. — Ты прав, — хрипло отвечает рыжий, чуть улыбаясь.       Честное слово, у него словно камень с души упал. Ощущение, что Дазай убьет его прямо сейчас без какого-либо угрызения совести, не покидало рыжего. До сего момента. Теперь можно не беспокоиться, угроза миновала. — Отлично, — лучезарно улыбается демон, но так, чтобы случайно не продемонстрировать красивому голубоглазому парню свои ненормально острые белоснежные клыки. Ни к чему ему знать о них. Во всяком случае пока. — Ну-с, — как-то весело тянет он, ставя свой бокал на стол, — я тебе тут экскурсию по замку устроить хотел. — Экскурсию? — искренне удивляется Чуя, пока его рыжая бровь забавно ползет вверх. — Именно, — довольно ухмыляется Дазай, поднимаясь из-за стола. — Прямо сейчас!       Накахара искренне удивлён. Он не ожидал, что Осаму вдруг решит показать ему свой дом. Честно, Чуя вообще думал, что он здесь лишь на одну ночь. Похоже, он тут надолго... Это даже как-то хорошо. Рыжему очень нравится Дазай и его компания. Он такой забавный. В любом случае, отказываться он не собирается, поэтому молча встаёт из-за стола и направляется к шатену. Тот лишь улыбается гостю, стоя прямо, и, сложив руки в замок за спиной, чуть раскачивается с пятки на носок. Ну, прямо как подросток ребенок, ей богу. — Но ведь… Разве тебе не жалко потратить своё время на это? — неуверенно спрашивает парень, подойдя к хозяину замка. — Вовсе нет! Наоборот! Будет даже весело! — всё это время улыбка не сходила с бледного лица, — Так что не бойся!       Чуя только открывает рот, чтобы что-то сказать, но демон хватает его за руку и тащит за собой, желая показать свой «дом».

***

      Гостиную Накахара узнает сразу же. Именно сюда он попал в свои первые минуты пребывания в замке. Именно сюда его привели языки пламени, танцующие на грубо нарубленных дровах и буквально манящие к себе своим теплом.       Очаг горит так ярко, что даже немного рябит в глазах от столь насыщенных красок.       Сейчас же пламени нет. В очаге холодно и темно. От этого немного грустно на душе. Чуть отведя взгляд в сторону, рыжий замечает стоящее возле камина то самое кресло, в котором сидел Дазай в их первую встречу. Кажется, будто это было вчера. Хотя…так оно и есть. Обводя взглядом комнату, Чуя бегло рассматривает висящие на окнах шторы. Как-то скупо, если честно, обставлена комната. Это даже на стиль минимализма не смахивает.

Почти все коридоры похожи друг на друга. Это немного скучно.

      Библиотека уже кажется куда более интересной. Чуя с тихим вздохом завороженно рассматривает книги, проводя пальцами по чуть пыльным корешкам. Как же их здесь много… Дазай любит читать? Интересно… Огромные книжные стеллажи во всю стену, мягкие софы и кресла, большие окна, заверенные все теми же шторами. Это выглядит красиво и дорого. Потрясающе.

Еще много комнат им предстоит обойти…

      На самом деле замок Дазая оказался очень даже интересным. Множество комнат, каждая из которых по-своему красиво украшена. Видимо, Осаму любит, чтобы всё было идеально. В коридорах можно увидеть различные статуи, немного пугающие своей холодностью, красивые, длинные ковры, прекрасные шторы, достающие аж до пола, но едва касающиеся его, напольные канделябры. Только вот… Ни одной картины.

Этот факт чем-то пугал Накахару, он просто не мог оставить это без внимания.

— Дазай… — тихо и неуверенно спросил рыжий, слегка дергая бледнолицего за рукав пиджака, который уже успел вернуть. — М? — идущий на шаг впереди вампир остановился и обернулся, воодушевлённо обращая на Накахару внимание, всё ещё улыбаясь. — Почему в твоём замке нет ни одной картины?.. — чуть закусив губу, Чуя смотрит на Дазая, ожидая ответа.

Воспоминания тут же захватывают разум, отрезая Осаму от реальности.

      В коридоре тёмно, ничего не видно, только эти дурацкие картины. Они везде. Стены завешаны ими, буквально не оставляя свободного места. На них много чего изображено: на некоторых люди, на некоторых природа, животные… Но все они бессмысленны. Именно так считает Дазай. Он же демон. А они не видят в них ничего. Они как будто пустышки, всего лишь жалкая краска. Ей никогда не передать настоящей красоты!       Демон проходит дальше, как вдруг в сердце что-то начало болезненно колоться. Чёрт, как больно! Осаму аж упал на колени, схватившись за сердце. Кто-нибудь, помогите…       Тут крепкие руки хватают шатена за плечи и тянут к себе. От боли Дазай потерял сознание, а очнулся уже в лесу. Он чувствует, что кто-то лежит рядом и, повернув голову вбок, видит своего друга — Одасаку, что сейчас обнимает вампира. Как же он рад его видеть.       Как выяснилось позднее, кареглазого заперли в своеобразной картинной галерее, когда тот в облике летучей мыши пытался найти человека. А так плохо стало из-за картины, что была доставлена из церкви. По словам Оды Осаму был на волоске от смерти.

Из мыслей выводит тихий, дрожащий голосок.

— Д-дазай?..       Осаму моргает, пытаясь перейти из воспоминаний, в которые погрузился слишком глубоко, в реальность. — Просто они не нравятся мне. Вот и всё. — как ни в чём не бывало отвечает демон. Лицо уже не такое милое как раньше, а суровое, серьёзное. — Думаю, на этом экскурсию можно закончить. Я показал тебе всё самое интересное. — снова натянув улыбку на лицо, говорит Осаму. — Согласен. — улыбнувшись в ответ, сказал Чуя. От улыбки Дазая на душе почему-то так спокойно. Почему же? Его бархатный мелодичный голос так успокаивает… — Мы вовремя закончили, — усмехается шатен, скрещивая руки за спиной. — Пора ужинать! — улыбка не сходит с его губ.

***

      Еда снова оказалась очень вкусной. Запеченная курочка с дольками апельсина, украшенная помидорами черри. Мммм, пальчики оближешь… Снова ломтик хлеба и вино. Вино никогда не бывает лишним, Чуя точно знает.       Накахара ест с наслаждением, периодически облизывая перепачканные жиром пальчики, пока Дазай не видит, прикрывая глаза и делая очередной глоток. Вот же чертенок, знает толк в хорошем алкоголе…       Как всегда сидящий напротив Осаму конечно же замечает это, только виду не подает. А зачем портить такую милую картину? Жалко же. Элегантно держа в руке бокал, демон завороженно наблюдает за тем, как аккуратно рыжий лисенок утирает свои розовые губки белой салфеточкой, заправленной за воротник рубашки. Губы Чуи розовые, потому что в них есть кровь. У Дазая губы бледные, ведь в них её нет. — Любишь хороший алкоголь? — усмехается вампир, подмечая, с каким наслаждением его компаньон пьет свою порцию вина из бокала. — Предпочитаю вино, — отвечает рыжий, делая очередной глоток. — Его вкус не сравним ни с чем.       Отставив свой бокал, Дазай упирается локтями в стол, переплетая между собой пальцы. — А что тебе нравится по мимо столь прекрасного напитка? — Шляпы. — Я не совсем это имел ввиду, — звонко смеется Дазай, — но мне нравится. Продолжай, — от улыбки уже губы болят, но убрать её никак не получается. Слишком уж хорошее у него настроение. — У меня была любимая шляпа, — как-то весело начинает Чуя, но как только накатывает воспоминание, паренька сразу же пробивает грусть. — Была…

Дазай слушает внимательно, не перебивая.

— Когда я шел сюда, ее унесло ветром. Жаль, она мне очень нравилась… — А ты не помнишь… — как-то отрешенно тянет вампир, глядя куда-то в сторону. Он явно о чем-то размышляет. — В какую сторону её понес ветер? — Ну… — Накахара на секунду задумался, уставившись на свою пустую тарелку, — ветер дул мне прямо в лицо, следовательно она полетела на юг… А что? — Да так… — легко отмахнувшись, демон встает из-за стола.       Чуть повернув голову в бок, он краем глаза замечает настенные часы так удачно оказались поблизости. — Боже! Сколько времени? — вдруг спохватился вампир. — Уже десятый час! Тебе пора спать, а то не выспишься и будешь ходить как зомби! — заботливо лепечет он, продолжая улыбаться Накахаре.       У сидящего за столом Накахары сразу две брови поползли вверх, пока на губах играла счастливая улыбка. — Иди в кроватку, — бархатным голосом тихо говорит Дазай, на что рыжик лишь рассмеялся, после тихо и мило ответив «Хорошо».