Ad futurum memoriam

Утро выдалось ярким и солнечным, чем несказанно расстроило едва очнувшегося Тони. И, несмотря на то, что крепкие объятия, в которых он соизволил воскреснуть «после вчерашнего» немного скрашивали его существование, то вот адская головная боль, кошачий лоток, образовавшийся во рту и дикая ломота во всем теле — немного портили впечатление от пробуждения. — Так, а теперь колись, — он поерзал на месте. — Как я умудрился тебя завалить, если ты вон какой перекаченный кобелина? — О чем ты? — блондин пытался разлепить веки, осоловело глядя на встрепанного гения. — Ну смотри, вот это вот точно не работа пылесоса, — Тони беспардонно ткнул пальцем в засос на шее парня. — А значит, я вчера спалился и полез к тебе по синей страсти с непристойными предложениями, — он закусил губу пытаясь собрать мысли в кучу. — Я, конечно, помню не все из своих вчерашних похождений, но вот твой язык у себя во рту мне забыть не удастся. Да и не хотелось бы, грубо говоря, — он обнял молодого человека, устраивая голову на широкой груди и слушая чуть учащенное сердцебиение. — Зная себя, я бы точно потащил тебя в койку, боясь, что ты ускачешь от меня в туман как мелкий ёж и изменишь мне там с лошадкой. Но, так как я не чувствую себя липким во всех стратегически важных отверстиях, да и никакого дискомфорта в этих самых отверстиях не испытываю, то это значит, что на глубинные тропы погружался не ты, а я! Лицо блондина вспыхнуло, и он поперхнулся воздухом. — Эм, нет… Все было не так… — А как? Неужели у тебя настолько маленький член, что я ничего не почувствовал? Какая жалость… — ТОНИ! — щеки собеседника еще никогда не были такими пунцовыми, — У тебя ничего не болит лишь потому, что мы не спали вместе. — Чего?! — мужчина подскочил на кровати, забыв про похмелье. — Как так? Все же к этому шло! — он нахмурился, окидывая парня тяжелым взглядом. — Или тебе стало противно? — Нет, — Роджерс не знал, куда себя деть. Сказать по правде, он чувствовал себя очень странно. Как он вообще мог объяснить Старку, что не стал заниматься с ним сексом по тому, что а) он прекрасно понимал, что шатен испытывает влечение к нему лишь по причине амнезии, и б) он, как бы это тупо не звучало, ревновал себя к себе. На самом деле, ему хотелось чего-то более серьезного, чем просто перепих по пьяни. Тем более, что этот перепих будет не с престарелым Стивом Роджерсом, чья отмороженная тушка наворотила кучу всего, а с очаровательным художником Максом Ноттом, который не успел еще исковеркать Тони жизнь, а был только немного старомодным и занудным. В любом случае, глядя в расстроенные глаза Тони, он смог неуверенно пробормотать: — Я думал, что это тебе алкоголь в голову ударил и утром ты бы на меня даже не посмотрел или, того хуже, сбежал бы. — Сбежал бы? Сбежал?! — Старк выглядел крайне возмущенным. Он оседлал бедра блондина, нависая над ним. — Ты себя давно в зеркале видел, придурок? Я, конечно, чертовски хорош собой, но ты-то, ты просто настоящий греческий бог. Ну или скандинавский, если вспомнить того же Тора. Ты просто идеален. — Милая мордашка — это еще не все, — Стив неосознанно сжал кулаки. Созданная в пробирке внешность раздражала, хоть и была лишь побочным эффектом эксперимента, а не конечной целью. — Нет. Но это приятный бонус, не находишь? Особенно когда «красавчик» интересен сам по себе, — Тони нежно погладил смущенного парня по щеке, даже не пытаясь скрыть озорной блеск в глазах. — Когда он мягок и ласков, заботлив и имеет немного странное, но очаровательное чувство юмора. Когда он готов защитить мой зад от бандитов и даже от Пеппер. Когда он смотрит на меня своими грустными глазищами и уплетает пирог за обе щеки, пока мы смотрим телевизор. И мне безумно, до дрожи в конечностях хочется его поцеловать. — И что останавливает? — парень не мог оторвать взгляд от лица миллионера, стараясь запомнить каждую его деталь. — Я не уверен, испытывает ли он ко мне то же, что и я к нему. Сердце ёкнуло, и Стив, подавшись вперед, впился в столь желанные губы порывистым поцелуем, желая донести до шатена все то, что скопилось в его душе. Он прижимал к себе Тони, чьи ладони блуждали по его спине, посылая волны мурашек вдоль позвоночника. Забавно, что от Старка впервые пахло не дорогим парфюмом, мятной жвачкой или коллекционным бренди. От него несло перегаром, машинным маслом и потом. И в этом, жутком на первый взгляд, амбре, крылась какая-то безмерная, практически удушающая притягательность взбалмошного гения. Вот он, Энтони Старк, не картинка с обложки, не выверенный маркетологами образ, что служит одной цели — продать товар, и даже не безбашенный герой в блестящей броне, а просто человек, с колючей щетиной и озорным взглядом, отдающийся партнеру с таким пылом, будто к вечеру весь мир должен был рассыпаться прахом. Тело, тонким пергаментом, вспыхнуло от искры, занимаясь пожаром разделенной страсти. Рубашка Тони еще вчера осталась где-то в коридоре, не говоря уже о том, что Стив упал в кровать в одном нижнем белье, а потому не заметить реакцию парня на легкие укусы, которыми изобретатель покрывал шею любовника, было просто невозможно. Похабная улыбка на лице мужчины стала шире, а ладонь скользнула вниз, легонько сжимая через боксеры практически полностью возбужденный член партнера. — О боже… Ох… — Ммм, рад, что у тебя на меня такая реакция, — Тони хищно облизнулся, поглаживая эрегированный орган, наслаждаясь тяжелым дыханием молодого человека. — Помогает забыть обо всех проблемах. Как думаешь, сколько соседей начнет стучать по батареям, если я засуну твой член глубоко себе в задницу и прокачусь на нем, как на механическом быке в дешевом баре, не сдерживая похотливых стонов, которые будут срываться на крик, когда твой мини Макси будет задевать простату? От этого хриплого голоса, и неторопливых движений рукой Стив готов был прямо сейчас позволить Старку продемонстрировать свои таланты на импровизированном родео, вот только в голове его заезженной пластинкой шипело и трещало мерзкое: «Нельзя». — Постой, — Роджерс невероятным усилием воли заставил себя убрать ладонь партнера со своего паха, заглядывая в затуманенные неподдельным желание глаза. — Постой. Так нельзя. — Ты серьезно? — мужчина иронично приподнял бровь, указывая на свой собственный стояк. — Если да, то я тебя придушу. Или забью нахрен кожаной дубиной, Макси. — Я… — Стив нервно сглотнул. — Я хочу тебя, просто… Просто… Давай повременим. — ТЫ СЕРЬЕЗНО?! — Я хочу тебя! Всего тебя! И я готов драть тебя всю ночь, но только в том случае, если когда к тебе вернется память, ты сам захочешь меня! Потому, что я от тебя без ума, но у тебя есть с чем сравнивать и все такое… — Эм, — казалось, Тони был крайне ошарашен. — И ты реально собираешься ждать, пока я все вспомню? — Да. Буду ждать, — блондин тяжело вздохнул. — Зуб даю на отсечение, после этого ты вряд ли захочешь видеть меня в своей кровати. — А вот это вызывает сомнение. Я бы хотел тебя, даже если бы ты попытался меня убить, — мужчина ловко соскользнул с любовника, который поспешно сел, откинувшись на спинку кровати, покрывая поцелуями подтянутый живот. — Да уж… — Роджерс нервно усмехнулся. — Тони, что ты делаешь? — А на что похоже? — миллионер фыркнул, потеревшись щекой о, скрытый тонкой тканью трусов, член. — Мы же… — Я и не собираюсь тебя трахать, идиот. Но вот получить кое-что в качестве аванса я намерен прямо сейчас! — он ловко стянул нижнее белье с партнера, обнажая толстый, сочащийся смазкой пенис. — Ого. Беру назад свои слова про мини Макси. У блондина перехватило дыхание, когда обжигающе горячий язык широкими мазками прошелся по напряженному стволу, вдоль выступившей дорсальной артерии, оттянув крайнюю плоть и дразня уздечку. Голодный взгляд золотисто-карих глаз заставлял живот скручиваться в сладком, предвкушающем спазме. — Никогда бы не подумал, что великий Энтони Старк может стоять перед кем-то на коленях. — Ммм, скажем так — это разовая акция. Наслаждайся. А вообще, — он как-то небрежно, будто эскимо, облизывал возбужденный орган. — Ты вкусный. Пока вёрткий язычок Тони ласкал чувствительную дырочку уретры, пальцы его нежно скользили по всей длине пениса, даря целый калейдоскоп восхитительных ощущений. Стив пытался думать о родине, об обнаженном Фьюри, о Халке в балетной пачке, лишь бы не кончить в тот момент, когда Старк, с абсолютно лисьей улыбочкой, просто наделся ртом на его член, пропуская плоть в расслабленное горло. Он сосал обстоятельно, поддерживая неторопливый ритм, доводя блондина до исступления плавными движениями языка и легкой вибрацией от тихих стонов, что зарождалась в гортани, прошивая чувствительную плоть острыми импульсами наслаждения. Пальцы Тони нежно ласкали мошонку, аккуратно массируя яички, заставляя партнера тяжело дышать, соскальзывая периодически на глубокие, гортанные вскрики, которые отдавались сладкой пульсацией паху. Вообще, Старк не был склонен к размышлениям во время полового акта, правда и фанатом мужских членов он не был, а по сему, он прислушивался к собственным ощущениям, удивляясь тому, как сильно он умудрился привязаться к этому занудному художнику, учитывая, что свой первый минет в жизни он решил подарить именно ему. И плевать было, что челюсть болела с непривычки, плевать было на то, что дыхание периодически перехватывало и только то, что он частенько проводил «уикенд» в больнице с дыхательной трубкой во рту, избавляло его от постоянных рвотных позывов. Плевать было на все, потому что те звуки, которые издавал парень, лихорадочный румянец на бледных щеках и какая-то нечеловеческая нежность во взгляде — стоили всех неудобств. Хотя, член самого Тони болезненно пульсировал, вынуждая хозяина обратить на него внимание. Рука мужчины скользнула под резинку трусов, оглаживая жаждущий внимания орган, выбивая из груди долгий, протяжный стон, прокатившийся по гортани сладкой волной. Стив зажмурился, потому что вид Энтони, сидящего между его разведенных ног, заправляющего его член по самые гланды, да еще и неторопливо ласкающего себя мог довести до оргазма кого угодно, а не только не искушенного в таких делах военного. Блондин запустил пальцы в растрепанные волосы, чувствуя, как с каждым движением языка он подходит все ближе к краю дозволенного наслаждения. В какой-то момент, напряжение, что скручивалось раскалённой пружиной внизу живота, распрямилось с такой, силой, что последнее, на что у Роджерса хватило сил — это попытаться стащить Тони с пульсирующей плоти. Правда, тот, будучи знатным упрямцем, только сильнее втянул щеки, чувствуя первую судорогу оргазма, одного на двоих. И блондин с какой-то странной отрешенностью понимал, что вряд ли хоть что-то в мире сможет соперничать с пошлостью и восхитительностью ощущения, когда ты кончаешь в ритмично сокращающееся при глотании горло. Когда ты кончаешь в обжигающе-горячий рот Тони Старка. — Точно вкусный, — шатен выпустил пенис партнера из сладкого плена и довольно облизнулся. — А теперь, — он небрежно обтер ладонь, запачканную в собственной сперме, о простынь. — Нужно как-то заставить воспоминания побыстрее вернуться, иначе я за себя не отвечаю. *** Почти три дня Тони не вылазил из спальни, окопавшись в груде макулатуры, и делая какие-то выписки из интернета. Стив предпочитал мужчину не трогать, а только приносил ему кофе и заставляя того есть и спать. Глаза изобретателя горели знакомым фанатично-безумный блеском, который обычно предвещал либо новое гениальное изобретение, либо крупные проблемы, а иногда и то и другое одновременно. Старк не совсем понимал, как подтолкнуть память к возвращению, но на то он и Старк, чтобы пытаться совершить невозможное, да еще и за рекордно короткий срок, потому что те поцелуи, которыми периодически одаривал его терпеливый парень, заставляли его желать большего. Собственно так и текли их дни: Тони работал, Стив рисовал, периодически выбираясь в магазин за продуктами. Пока однажды не раздался стук в дверь. — Я открою, — блондин со вздохнул и отложил этюдник. Он протопал в прихожую и спокойно открыл замок, будучи абсолютно уверенным, что за дверью либо полоумная соседка, либо Наташа. Вот только за ней оказалась Вирджиния Поттс, которая нервно теребила рукав делового костюма. — Хм, Тони тут? Он в порядке? — Да, в спальне, — Стив смутился, не понимая, как он вообще должен вести себя с помощницей и бывшей девушкой шатена. — Зарылся в интернет. Его не вытащить. — Хорошо. В таком случае, он не заметит вашего недолгого отсутствия, так? — она смахнула с лица прядь, что выбилась из ее идеальной прически и скованно улыбнулась. — Нам необходимо переговорить. — Хорошо. Я сейчас. Парень взял висящую на крючке толстовку и, крикнув Тони, что идет в магазин, вышел вместе с девушкой. — Макс, — Пеппер взяла кофе, устроившись на шатком стуле в той самой забегаловке, в которой Стив и Тони ели шаурму в день их первой встречи. — Вы должны быть осторожны, потому что в интернет попало видео из парка развлечений, с вами и Энтони в главной роли, — блондин почувствовал, как холодная лапа паники сдавливает горло. — Как видите, мне потребовалось два с половиной дня, чтобы отыскать вашу квартиру. Я не знаю, насколько интенсивно вас могут искать, но лишняя осторожность не помешает, — она осторожно отпила напиток и недовольно поморщилась. — Почему вы помогаете мне? — Стив не мог найти в себе силы, чтобы посмотреть собеседнице в глаза. — Я помогаю не вам, мистер Роджерс, — в голосе Вирджинии сквозило неприкрытое презрение. — Я помогаю своему близкому другу. Я не хочу вас обвинять, но вы не можете не признать, что именно Капитан Америка приложил свою руку к удручающему и душевному, и физическому состоянию Тони. Вы сделали его практически калекой, но потеря памяти подкосила его окончательно. Он не жил, а существовал, не испытывая к происходящему вокруг никакого интереса. И только в последние дни в нем проснулась жажда жизни. И я искренне верю, что вы сможете ему помочь, так как если бы вы хотели его убить, или промыть мозги — вы давно бы это сделали. Конечно, будь моя воля, я надела бы железную броню и переломала бы вам все кости, да только это не принесет никаких результатов. Не поможет вам понять и принять позицию Энтони по всем пунктам ваших, хм, разногласий. Но помните, так, на всякий случай, костюм у меня все же имеется и если вдруг хоть один волосок упадет с головы Тони, я найду вас, — женщина обворожительно улыбнулась. — А теперь позвольте откланяться. И Вирджиния ушла, оставляя парня сидеть за столом, низко опустив голову. Как же глупо, думалось ему, а ведь если бы они со Старком хоть раз поговорили по душам, то все могло бы быть совершенно иначе. *** В жизни иногда бывают моменты, когда накатывает необъяснимая тревога, что мечется в клетке из ребер, скребет обломанными когтями, вынуждая ускорить шаг. Нет, умом-то Стив прекрасно понимал, что за те неполные полтора часа, пока они с Пеппер вели беседу, с Тони ничего не могло случиться, зато сердце прямо-таки морзянкой семафорило хозяину, что Старк обладает уникальной суперспособностью находить неприятности на свой филей на ровном месте. И чем ближе он подходил к дому, тем сильнее нарастала нервозность. Но хуже всего оказалось то, что ключей от квартиры не оказалось в кармане толстовки, а дверь, построенная видимо еще при коммунистах, имела принеприятнейшую особенность — она захлопывалась, и открыть ее можно было только изнутри. — Тони! — блондин барабанил в дверь, надеясь достучаться до мужчины. — Тони, сын ты дворовой самки собаки, ты живой там? Руки подрагивали от напряжения, а воображение рисовало картины, одна ужаснее другой: от смерти в ванной, где тот мог разбить голову о душ, поскользнувшись на кафеле, до удушения, поперхнувшись остатками паэльи. Собственно о том, что он все-таки Капитан Америка, а не хер с бугра, Стив вспомнил только тогда, когда готов был просто вынести дверь к чертям собачьим, пусть и привлекая туеву хучу внимания к своей персоне. Он глубоко вздохнул, прислушиваясь. Благо, в комплекте с остальными суперсолдатскими примочками шел еще и отменный, нечеловечески острый слух. За стеной бухтела бабулька, проклиная сраных янки, шпионов из правительства и отсутствие мяса в колбасе, на третьем этаже занималась любовью молодая пара, где-то лаял пес, а Энтони Старк, вел самодостаточный монолог: — Чтоб ты подхватил венерическое от своего однорукого бандита, ёбаная патриотичная прошмандовка. И что же ты приперся-то в мою жизнь? Надо было оставить тебя во льдах! Парень замер, не в силах понять, когда Тони успел так напиться, потому что язык у него заплетался знатно, и вообще, когда он успел вспомнить его самого и Баки? Правда, следующая же фраза все расставила по своим местам: — Выходи! Сраный фокусник, ты мне нужен! Иначе я создам гигантский громкоговоритель и на весь Нью-Йорк буду орать: Базилик Киберскотч приди! — Да что ж все не слава богу! — блондин сплюнул на пол, прикидывая, как бы по-тихому пробраться в квартиру, где неугомонный шатен умудрился словить флешбек не дождавшись возвращения своего соседа. Вариант был один, и ради Тони парень готов был решиться на подобный, отчаянный шаг. Перекрестившись, Стив постучал в соседнюю дверь: — Чё надо? — из открывшегося проема пахнуло затхлостью и кошачьей мочой. — Миссис Беркли, я ваш сосед. Я попал в затруднительную ситуацию! — глубоко вздохнув, Роджерс старался придать себе максимально серьезный вид. — Я забыл ключи дома, а дверь захлопнулась. Я не хочу вызывать мастера, потому что он точно снимет слепки с замка, и возьмет из дома образцы ДНК, чтобы передать их агентам правительства. Несмотря на то, что молодой человек порол откровенную чушь, а та еще и весело повизгивала, лицо местной сумасшедшей прояснилось, и она с радостью проводила его внутрь, предложив пробраться в квартиру через балкон. Стараясь не обращать внимания на нищенский интерьер, жуткий запах и трех котов, которые все норовили цапнуть его за штанину, Стив сосредоточенно прислушивался, боясь пропустить что-то важное. Тони тем временем вещал что-то этому самому «Бургеркинг Курлыкночу», или как там его, который, судя по всему, решил-таки прийти на зов: — Вот ты мне скажи, блядь, как Шерлок Шерлоку, что со мной происходит? Эти картинки, образы — они повсюду! Я нормально спать не могу! Везде я, а вокруг пиздец! Я отчаялся настолько, что приглашал Уэйда, а эта мразота, после моего рассказа, полез обниматься и вопил что-то вроде: «Теперь мы кореша! Тебя по любому закинуло во вселенную к какой-нибудь шипперше на фикбуке! Я скажу Питеру, что теперь у нас с его папкой много общего, и он точно согласится на свадьбу!» Я даже посмотрел, что такое фикбук и поверь, ты точно не хочешь ничего об этом знать! Мои сраные «приходы» после этого начали мешаться с жуткими эротическими кошмарами! Стив откровенно ничего не понимал, но судя по тому, как затих Тони, его собеседник все-таки нашелся с ответом. Перила натужно скрипнули, но выдержали вес парня, который повис на них, забираясь на свой балкон. Нет, он конечно тоже был закрыт изнутри, просто стекло легче разбить, не говоря уже о том, что за ремонт рамы платить меньше, чем за раскуроченную дверь. Звякнуло окно, ссыпаясь грудой блестящих осколков, а действие в комнате набирало обороты: — Ты сам-то понимаешь, что все это смахивает на бред сумасшедшего? Но если и нет, если правда все это: вселенные, видения, варианты будущего — почему я? Почему чуть что, так сразу Старк! Я чё, самый рыжий? Самый бородатый? Роджерс аккуратно вошел в комнату, удивляясь открывшейся картине: Тони не впал в ступор, как обычно бывало, он мерил шагами комнату, глядя в ту точку, где по определению должен был быть собеседник. — Да Роджерс меня отмудохал. А то ты не видел, о повелитель времени и пива, — он забавно поморщился. — Да без смысла. Видел вас с Тором и северным оленем. У них же там Рагнарёк намечается. Хотя, ты и сам знаешь. В любом случае, что-то мне не верится, что это провидение заставило наше светило демократии ебашить меня по хлебалу, да еще так, что искры летели, во всех смыслах. Хотя… Уж лучше так, чем… Чем три пули в теле этого белобрысого символа, — в глазах мужчины мелькнула странная эмоция. — Пусть уж лучше сосется со своим запрограммированным коммунистом, а не торчит в колбе у Щ.И.Т.а, как дохлый эмбрион в кабинете биологии. Вдруг Тони замер на месте, сжимая кулаки: — Значит этот фиолетовый Крэйзи Фрогг на стероидах активизировался и готов отжать свои цацки? Вот же… Блядь, насколько я знаю, он и твой камень отнимет, хоть и он не сраный хоббит. А из хренолиарда вариаций этой стычки выигрышный… один. Шатен тяжело опустился на диван, запуская в волосы пальцы, и парень боролся с желанием подойти и обнять расстроенного мужчину, который, казалось бы, был в полном отчаянии. — Док, — голос Старка утратил гневные интонации, оставляя только усталость. — Я дрейфовал среди своих снов. Я видел действительно странные варианты развития событий. Были даже такие, в которых Кэп — это идейный агент Гидры, а я — ИИ себя сделанный мной, и Думми занял мое место в роли Железного Человека. Забавно. Но среди множества миров, среди вариаций развития событий, я ни разу не видел собственную насильственную смерть. Увечья, травмы, моральные падения — да, но не смерть, — когда Старк поднял голову, Стив вздрогнул, тушуясь от тяжелого взгляда. — Ты говорил, что то ответвление, где эта мразь с кристаллами от Сваровски сдохнет, туманно, и тебе не подчиняется… Знаешь, этот шанс стоит всего. Думаю, пора сломать вселенную к херам, Стивен. И… Передай Кэпу, да и всем Мстителям, от меня привет. Казалось, он услышал гулкий звук выстрела. Роджерс, за свою жизнь, видел много откровенно страшных, печальных вещей, но лицо Тони, готового умереть ради всеобщего блага — выбило его из колеи. Жесткая, мрачная решимость и непоколебимость в правильности принятого решения клеймом отпечатались в глазах. И в них не было ни капли сожаления. Стив подхватил падающего мужчину на руки, не дав удариться о пол и, будто в первый раз, заглянул в спокойное лицо потерявшего сознание гения. Старк всегда был похож на солнце — горел, пылал изнутри, и вокруг него было тепло, сладко и безмятежно. Он был прекрасен в своем несовершенстве. А сейчас, парень с каким-то отрешенным ужасом мог заметить седину в темных волосах, тонкую вязь морщинок у глаз, шрамы на теле, часть из которых на нем оставил он сам. Все это — лишь напоминание, насколько хрупок человек. Того и гляди вспыхнет, сгорит как красно-золотая комета, рассыплется на звездную пыль и будет вечно носиться по бескрайнему космосу, преследуя созвездие гончих. И захотелось заново вмерзнуть в лед, но только вместе с ним, переплетя пальцы, соприкоснувшись губами. Остаться в вечности подле друг друга, обогнав время и человеческий век. Все что угодно, лишь бы не думать о том, что Тони мог остаться лежать бездыханным в луже собственной крови на полу своего кабинета, запомнив о Капитане только гнев, холод и боль. Что самому Роджерсу от Железного Человека досталась бы только тянущая тоска. Что никогда бы не случились их разговоры по вечерам, объятия и поцелуи, а время, украденное у всего мира, чтобы заново узнать друг друга, рассыпалось бы мягкой могильной землей. Блондин зарылся носом в растрепанные волосы, вдыхая такой знакомы аромат мятного шампуня: — Какой же ты идиот Старк. Упертый тупой баран, который не ценит свою жизнь! Зато, умерев, ты сумел бы отомстить мне так, как никто другой… Но теперь, как только ты придешь в норму, я настучу тебе, сволочь, по голове еще раз. Может тогда мозги у тебя вернутся из задницы в пустую черепушку! Ну что ж ты за неугомонный мудак такой, а? — Эй, Роджерс, не выражайся!