Пособие о том, как стать настоящим сильфом

Слэш
NC-17
В процессе
40
автор
ПростоНик соавтор
anfics бета
Размер:
планируется Макси, написано 387 страниц, 49 частей
Описание:
Все привыкли к тому, что сильфы — это духи воздуха. Утонченные феи, доброжелательно относящиеся к людям. Но что если сильф — это хмурый парень с недельной щетиной, проблемами с алкоголем и контролем гнева, который отчаянно пытается стать таким, каким его когда-то воспитывали родители.
Посвящение:
Веронике — моему извечному вдохновению
Маше — моему соулмейту
anfics — дорогой бете
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
40 Нравится 101 Отзывы 12 В сборник Скачать

Пункт 43

Настройки текста
      Антона будит ранний телефонный звонок в то время, когда на экране неумолимо горит «4:19». Чернову хочется отбросить мобильный в сторону и продолжить спать, ведь он лег всего лишь полтора часа назад. Спать у него в последнее время вообще получается плохо. А этой ночью (как и десяток других) он пытался найти хоть какие-то следы чертового Бога. Вообще найти сами следы, вроде трупов, несложно. А вот узнать, что при этом происходит с телом — это уже задача иного уровня.       Номер незнакомый, набор цифр не выдает никакой информации о том, кто же ему может звонить. Охотник сонно тычет по зеленой трубке и прикладывает телефон к уху, собираясь высказать все весьма нецензурно за такой ранний звонок. — Привет.       Слова застревают где-то в горле, и Антон чуть ли не давится воздухом. Знакомый голос, доносящийся из динамика, буквально парализует, и первые мгновения охотнику кажется, что он все еще спит. Приходится ущипнуть себя так сильно, что на коже наверняка останется синяк. Нет, таких реалистичных снов парню никогда не снилось. — Антон? — обеспокоенно и неуверенно уточняет голос, явно нервничая от того, что Чернов так не выдавил из себя и звука. — Даня?       Охотник боится, что за шумом в ушах он просто не услышит ответа. Потому что сердце от волнения начинает биться так быстро и сильно, что пульс наверняка переваливает за сотню. Антон быстро переходит в сидячее положение и начинает растирать лицо свободной рукой, чтобы быстрее убрать остатки сна. Это движение в совокупности с зарождающейся паникой хорошо делают свое дело. — Я боялся, что неправильно наберу номер по памяти, — раздается голос Дайера, в котором слышится облегчение. — Эрасмос избавился от моего мобильного, кажется, чтобы нас не могли отследить.       У Антона сердце сжимается от упоминания этого Бога. Он все еще хорошо помнит этот холодный взгляд на лице Данилы, который безразлично смотрел на Чернова. Или сквозь него. Это был совсем другой человек с лицом Дайера. А точнее чертов Бог в теле сильфа. Может ли Антон считать Даню своим сильфом после того, как Эрасмос такой легкостью уничтожил их связь? — Я рад, что у тебя хорошая память, — произносит Чернов, стараясь пошутить и немного разбавить атмосферу тревоги. Не успешно видимо, потому что Даня на это никак не реагирует. — Как ты? И… Где ты?       То, что Антон не знал местоположение Дайера осложняло весь процесс слежки. А еще неопределенность очень сильно давила на нервы. Чернов мог только надеется на то, что Бог держит свое слово и кормит сильфа. Он ведь должен понимать, что от этого зависит и его собственное состояние. — Я… не знаю, где я, — потерянно произносит Дайер, он говорит понизив голос, почти шепотом. Будто боится, что его могут подслушать, или что его голос может кого-то разбудить. — Это какой-то мотель без вывески, на стойке регистрации никого нет, и я просто воспользовался здешним телефоном.       Антону хочется разбить что-нибудь прямо сейчас. Потому что такого уничтожающегося бессилия он не чувствовал уже давно. Соглашаясь на предложение Верховного, он был уверен, что сможет сделать хоть что-то. Был уверен, что ему придется рисковать. Но на самом деле, все что он делал — это читал новости об очередных трупах.       Больше всего ему хочется сказать Дане, что все будет хорошо, что он не один, и что Чернов обязательно найдет его и поможет. Но они оба знают, что это не так. — Как ты себя чувствуешь? Ты не ранен? — сохранять голос спокойным стоит больших усилий, но Чернов не тот, кто должен паниковать в этой ситуации. Он лишь надеется на то, что Данила не станет корчить из себя героя и скажет правду. — Я в порядке, — произносит сильф, но волнения Антона это не убавляет. — Просто устал так, будто не спал неделю.       В это Чернов верит и понимает, что это вполне могло быть так. Бог в своей праведной миссии мог совершенно не беспокоится о том, что простым смертным может быть жизненно необходимо спать или есть. Но, все же, если Даня жив до сих, говорит ли это о том, что Эрасмос прикладывает хотя бы минимальные усилия для того, чтобы это тело оставалось живым. — Он… — Антон не знает, как ему правильно сформулировать свою мысль, надеясь на то, что своими словами он не расстроит сильфа еще сильнее, — позволил тебе связаться со мной? — Не совсем так… Кажется, мы должны были спать. Но что-то пошло не так, и я проснулся. Я не слышу его, но все еще чувствую, что он не ушел. Наверное, он спит. Выходит, даже Богам нужен отдых. Не помню, чтобы когда-либо он ослаблял контроль. Хотя, я вообще мало помню из того, что происходило в эти пару дней.       У Чернова сердце прокалывает такой болью, что начинает казаться, что прямо сейчас в его грудной клетке появится дыра. Даня даже не понимает, что Бог в его теле разгуливает уже вторую неделю. Антон готов отдать все что у него есть за то, чтобы все это закончилось. Чтобы он мог после очередного дежурства заходить в цветочный за букетом тюльпанов, зная, что квартира встретит его ароматом запеченных овощей. За то, чтобы Дайер вновь оказался рядом, в безопасности. — Как ты? С тобой все в порядке? — спрашивает сильф после этой пугающей паузы, в которую Чернов пытается собрать себя по кусочкам.       Даня все еще беспокоится о Антоне больше, чем о себе. По его голосу слышно, что это совсем не дежурный вопрос, парня на самом деле волнует это. Видел ли он то, как Эрасмос уничтожил их связь? Знает ли, что запечатления больше нет? Чувствует ли все те ужасные вещи, про которые Чернов так много слышал и читал в библиотеке Ордена? Или все последствия потери подопечного начинают происходить только после полного осознания произошедшего? Чернов не хочет об этом спрашивать, не сейчас, когда Дайер один в неизвестном месте. — Что со мной станется? Я жив и здоров, — Антон не может сказать, что ищет его во все свое свободное время. Потому что есть риск, что Бог все же об этом узнает и резко сорвется с этого места. — Думаю о том, что экономя на букетах сейчас, к твоему возвращению я накоплю на домашнюю теплицу и буду выращивать для тебя цветы на любой вкус и цвет на подоконнике.       Данила смеется на эти слова, и ледяная рука, сжимающая горло Чернова, ослабляет свою хватку. Парень жмурится, упираясь лбом в свои колени и слушает то, как тепло реагирует Дайер. Охотник надеется на то, что Даня понимает, как сильно Антон ждет возвращения сильфа. — Расскажи что-нибудь хорошее, — просит Данила. — Бог в качестве собеседника просто ужасен.       Антон в ответ просто молчит. Не то чтобы в последнее время в его жизни было хоть что-то хорошее. Безуспешные попытки отыскать Даню, постоянное ощущение беспомощности, ночные кошмары с мертвыми лицами. В общем, ничего такого, о чем можно было бы рассказать Дайеру. Он не хочет вываливать на парня свои проблемы, потому что у Данилы они явно посущественнее, но сейчас просто очень тяжело найти хоть что-то хорошее, о чем он мог бы рассказать.  — Когда я вернусь, то буду несколько суток только есть и спать. Я хочу фруктов, киви, целый ящик зелёных киви. Надеюсь, я не зачешусь после такого, — тихо смеётся сильф, а потом продолжает. — И точно совершу варварский набег на твою оранжерею. Надеюсь, ты выращиваешь тюльпаны.       Даня будто хочет сказать что-то ещё, но резко обрывает все. В телефоне слышен шум, будто он трется об одежду. А также быстрые шаги, после чего все замолкает. Сильф тяжело дышит и после жадного вдоха спрашивает обеспокоенно: — Ты ещё здесь? — Ты в порядке? — не менее обеспокоенно спрашивает в ответ Антон и с силой сжимает руки в кулаки.       С Даней сейчас что-то происходит, а он так далеко и даже не знает, где его сильф. И совершенно ничем не может помочь. Как же сейчас ему не хватает их связи, которой он был так не рад. Как не хватает возможности просто притянуть к себе Даню одним лишь желанием. — Я решил, что слишком сильно выделяюсь посреди коридора, — сильф устало ухмыляется и молчит пару секунд. — Сейчас сижу на полу, спрятавшись за столом. Хорошо, что у этого телефона длинный провод. — В насколько древнем месте ты находишься, что там все ещё есть проводные телефоны? — нервно смеётся Антон. — Вы с Богом отправились в девяностые? Тогда неудивительно, что вас так тяжело найти. — Мы там, где не спрашивают документы при заселении, а ещё здесь ужасные матрасы. Не удивлюсь, если к концу этого… путешествия, — это слово Даня явно тщательно подбирает, — мне придётся спать на иглах в Тибете. — Я бы мог отследить звонок, — говорит Антон. — Вот только нас такому в университете не учили.       У него не получается сказать Дане ничего успокаивающего или хорошего, и поэтому он просто прячется за шутками, стараясь скрыть свой страх и отчаяние. Чернов вдруг думает, что это удивительно похоже на то, как ведёт себя Уильямс. — В общем, ничего полезного в этом университете тебе не дали? — устало смеётся Даня и зевает. — Ну хотя бы махинациям с чужими деньгами научили? — Этот предмет я прогулял. Иначе мне не приходилось бы корпеть над кодом по ночам, — хмыкает Антон, а потом понимает, что все же не может так. Не может болтать о бессмысленной ерунде и шутить. Ему просто не хватает на это сил. — Даня… я могу помочь? Хоть чем-то?       Дайер молчит некоторое время. То ли размышляет, то ли уже не слушает, а Чернов сейчас разговаривает с пустотой. А потом парень все же вздыхает и тихо говорит: — Я бы сейчас не отказался от букета тюльпанов. Когда ты в непонятных бегах с ограниченным бюджетом, то не до цветов. А ты меня разбаловал. — Если бы у меня был твой адрес, то я мог бы заказать доставку, — осторожно говорит Антон, не уверенный, как на такое отреагирует Даня. — Если бы я знал, где нахожусь, то сказал бы, — ухмыляясь произносит Дайер. А потом его голос меняется на менее уверенный. — Но я мог бы попытаться найти адрес. Может он указан где-то в документах или на каком-нибудь стенде. — Поищи, — просит Антон. — А то как же ты там без цветов?       Он не знает, что будет делать, если найдет Даню. Но лучше найти и тогда уже думать, чем постоянно находиться в неведении.       Дайер тихо смеётся, а потом, судя по звукам, поднимается на ноги. Трубка касается чего-то твёрдого с характерным звуком, слышится шелест бумаги. А потом со стороны раздается весьма громкое и незнакомое: — Эй, что ты делаешь?       Шелест прекращается, шаги со стороны становятся все громче. А потом голос его сильфа спокойно говорит: — Ничего, мы просто идём спать.       Не Даня, думает Антон, а Эрасмос. После чего в трубке раздаются короткие гудки.       Чернов испытывает огромное желание отправить телефон в короткий полет до стены. Останавливает его лишь мысль о том, что Данила может позвонить снова и телефон просто обязан быть целым на этот случай. Поэтому парень просто встает, пинает ни в чем неповинное кресло и начинает нервно расхаживать из угла в угол.       До чего же он бестолковый! Болтал о какой-то ерунде, тратил время и в итоге не узнал самое важное. А теперь Даня снова там один, и у Антона нет ни шанса его найти. И кто знает, сможет ли он позвонить еще хоть раз. Чернов снова пинает стул, потому что злость на самого себя переполняет его и грозиться перелиться через край. — И по какому поводу ты избиваешь мебель?       В дверях появляется Уильямс. Несмотря на раннее время суток — мужчина выглядит удивительно бодрым. И это тоже злит.       В один прекрасный день Майкл просто заявился к нему и заявил, что теперь живет тут. Зачем комнате Дани простаивать пустой? Податься Уильямсу больше, кажется, было некуда. От Ордена остались лишь обломки, в прежней квартире его поджидали культисты, а попытка жить у Шера провалилась. Верховный, по словам Майкла, решил стать нянькой и собрал у себя под крылом всех тех детей, чьи родители погибли в попытки защитить Эрасмоса.       Антон хотел было послать Уильямса. Доверять мужчине он больше не мог, а снова жить в этой квартире с состоянии холодной войны ему не хотелось. Но… оставаться одному ему не хотелось еще больше. Внутри у него будто бы намерзла ледяная глыба. А Майкл был шумным, надоедливым и раздражающим… но не позволял ему провалиться в отчаяние. — Я идиот, — честно отвечает Антон. — Ну это понятно. А что случилось, что ты это только сейчас осознал? — Майкл прислоняется спиной к стене и смотрит на него с иронией в глазах. Иногда Антону кажется, будто весь происходящий ужас — просто игра для бывшего охотника. И только круги под глазами и то, что Антон вообще не видит, как Майкл спит, подсказывает, что и ему сейчас совсем нелегко. — Мне… позвонил Даня, — с трудом выдавливает из себя Антон. Делится этим с кем-то тяжело. Особенно с Уильямсом. — И как там у него дела? — без удивления осведомляется Майкл. — Он… он в порядке. Кажется. Он в каком-то древнем мотеле, где все еще есть проводные телефоны и не просят документы. — Разумно, — соглашаемся Уильямс. — И почему эта информация натолкнула тебя на мысль, что ты идиот? — Я боялся… боялся спугнуть его. Тянул время, говорил о ерунде. А когда наконец спросил его об адресе, было уже поздно. Эрасмос вернул контроль. — А номер отеля у тебя есть? — Есть, но я же не какой-то крутой хакер, чтобы отсле… — Ты идиот, согласен, — с ухмылкой кивает Майкл. — Как думаешь, отели случайно не пишут номера телефонов на сайтах или там рекламах? А еще они там обычно пишут адрес…       Антон смотрит на него широко распахнутыми глазами. А потом с силой бьет себя по лбу. Да, он идиот. Почему такая простая мысль просто не пришла ему в голову?

***

      Чернов тратит на это два часа, но в самом деле находит мотель с таким номером. Это заведение располагается в трех часах езды от Афин, и фотографии его, найденные все на том же сайте, совсем не вдохновляют.       Антон не знает, сколько у него есть времени. Эрасмос мог уже уехать из этого чертова мотеля. А может выезжать из него прямо сейчас. Чернов ясно осознает, что приехав в отель, он рискует ничего не найти, так что не может больше терять времени. Поэтому быстро бросает в рюкзак самое необходимое и выбегает из комнаты.       Чтобы наткнуться на ждущих его в прихожей Майкла и Шера. Он даже не заметил, когда жрец пришел к ним, слишком увлеченный своими поисками. — Я подумал, что в переговорах с Богом может пригодится профессионал, — хмыкает Майкл. — А я так, в качестве группы поддержки. Буду танцевать на фоне и махать помпонами.       На этот раз Верховный выглядит лучше, чем в прошлую их встречу в больнице. Никаких ссадин и синяков, на глазах больше нет повязки. В коридоре ночью (или ранним утром) не очень хорошее освещение, но Чернов замечает, что радужка Дамиана выглядит странной. Обесцвеченной. — С помпонами, и обязательно в форме. Эротичной, иначе ничего не получится, — экспертно заявляет Дамиан, а потом смотрит на Антона и кивает в сторону выхода. — Но это уже обсудим в машине.       Брошере кидает ключи от автомобиля Уильямсу, и тот их ловко ловит. Жрец то ли не верит в способность Антона водить, то ли не доверяет его нервному состоянию. Но он никак это не комментирует, а Чернов предпочитает быстрее спуститься вниз по лестнице. Он сейчас мог бы поехать на лифте, но своеобразная привычка осталась даже тогда, когда Бог увел Даню далеко отсюда. Парень перепрыгивает через две ступеньки, и только чудом не путается ногах и не разбивает себе лицо. — Полный бак, да ты подготовился, — ухмыляется Уильямс, усаживаясь на водительское место. Дамиан же садиться на переднее пассажирское, а у Антона просто не остается выбора. Он говорит нужный адрес, пока Майкл заводит машину. — Ехать часа три, не меньше, — говорит Шер, оборачиваясь к Чернову. — Так что тебе стоит поспать. Я послежу за Уильямсом, чтобы мы не сбились с курса, а твои силы могут понадобится, когда мы найдем Даню. Если мы все будем разбитыми, то велик риск, что упустим его.       Антон кивает, устраиваясь на заднем сидении. Мозгом он понимает, что жрец прав, учитывая то, как мало он спал этой ночью до звонка Дани. Только вот сон никак не идет, мыслями Чернов то и дело возвращается к тому, что же он будет делать, когда найдет сильфа. И что, если этого ему не удастся. — Значит, жрецы вернули Верховного в норму? — спрашивает Антон ради того, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Они выехали из центра без проблем и остановок, в такое раннее время дорога была свободна. — Ага, жрецы, конечно, менее эффективны, чем улучшенная регенерация, но тоже не бесполезны, — отвечает на вопрос Майкл, не отвлекаясь от дроги. Дамиан же молчит и смотрит безучастно в окно. — Хотя, стрелять из пистолета я ему больше не доверю. Ах да, и никаких вещих снов.       Кажется, последнее даже радует бывшего охотника. Потому что голос его не звучит сочувствующим или извиняющимся. Это будто даже хорошая новость. Верховный лишь пожимает плечами, не стараясь как-либо оспорить эти слова. Антон видит, как Уильямс бросает короткий взгляд на Брошере, будто ждет от него какого-то ответа. — Оказывается, высыпаться на постоянной основе удивительно приятно, — подытоживает жрец, и Майкл ухмыляется так, что на его лице появляется выражение «я же говорил». — А еще никаких цветов.       Чернов впадает в ступор при этой фразе. При чем тут цветы? Или это какие-то внутряковые шутки, которые поймет только Майкл? Антон хмурится и ловит взгляд Шера в зеркале заднего вида. Жрец вздыхает и поясняет: — Цвета. Красный. Синий. Желтый. — Линси сказала, что они могут вернуться, — парирует Майкл, пусть и на несколько мгновений его лицо становится серьезным. — Не вернуться, — качает головой Дамиан. — Прошло уже дней десять, так что наверное глупо как-то надеется, что все изменится. Но я не жалуюсь, потому что само по себе видеть лучше, чем не видеть. А цвета — приятный бонус, без которого вполне можно жить.       В машине повисает тишина. Шер все еще смотрит в окно, Майкл бросает взгляд то на навигатор, то на дорогу. А Антон думает о том, что еще больше убеждается в том, что ему нужно обязательно найти Даню и убедится в том, что он в порядке. Потому что этому Богу определенно нельзя доверять. — Значит, твоя жизнь теперь — это «пятьдесят оттенков серого»? — ухмыляясь спрашивает Уильямс, а Брошере в ответ смеется. — Ага, только без плеток. — О, ну это вообще не проблема. Этим я тебя могу обеспечить…       Антон чувствует, какими тяжелыми становятся его веки, и он медленно проваливается в сон под убаюкивающую чужую болтовню.

***

      Из сна Чернова выводит голос, который зовет его по имени. Первые секунды Антон не понимает, где он находится, и почему у него так затекли ноги. Парень дергается, чуть не врезаясь головой в потолок машины. Машина. Точно, они же едут за Даней… Майкл от этой картины посмеивается, а Дамиан смотрит на бывшего охотника укоризненно. — Доброе утро, — на распев произносит довольный Уильямс. — Нам ехать еще минут пять до мотеля, так что тебе стоит привести себя в порядок, — комментирует Брошере и передает Чернову стаканчик кофе и какой-то круассан в пакете.       Антон заторможено берет все, что ему дают. И только с первым глотком горячего напитка думает о том, откуда у них вообще этот завтрак? Чернов давно не спал так крепко, без каких либо кошмаров. Это даже удивительно. Желудок намекает на то, что пора перестать держать выпечку и уже можно начать завтракать.       За окном уже вовсю светит солнце, на дороге все больше встречается машин, а многочисленные дома показывают, что они свернули с трассы. Майкл откуда-то взял солнечные очки, он так же пьет кофе и беззаботно рассуждает, кажется, о каком-то персонаже из сериала. Дамиан же зевает и поддакивает. Навигатор показывает, что до пункта назначения им осталось ехать пару минут. Так что Антон быстро закидывает в себя завтрак, почти не чувствуя вкуса. — Что будем делать, если его уже нет там? — озвучивает свое опасение Чернов, чувствуя внутреннюю вибрацию от волнения. — Будем решать проблемы по мере их поступления, — отвечает Майкл, на что Шер лишь кивает.       Когда Антон видит знакомый по фото мотель, то еле удерживает себя в руках, чтобы не выпрыгнуть из машины на ходу. Он открывает дверь, как только автомобиль останавливается. И бросается к входу, терроризируя кнопку вызова администратора на его столе. В глаза бросается красный проводной стационарный телефон. — Номер на троих? — с сомнением спрашивает появившийся из соседнего помещения помятый мужчина. — Нет, — качает головой Чернов, и лезет в карман, показывая фото Дани администратору. — К вам заселился этот парень. Он все еще здесь?       Мужчина смотрит на них с сомнением. Антон по реакции видит, что он узнал Дайера, просто не хочет говорить. Администратор с подозрением изучает сначала Чернова, у которого наверняка помятый видок, Майкла с кофе в руках и все еще в солнечных очках и Дамиана, который изучает обстановку. — С какой стати я должен говорить что-то о своих клиентах?       Майкл ухмыляется, отдает Антону свой кофе и показательно закатывает рукава. Шер же вздыхает и лезет в карман, доставая кошелек. На стойку администратора ложатся пара купюр, прежде чем жрец произносит: — Потому что мы скажем «пожалуйста».       Администратор смотрит то на Майкла, готового применить физическую силу, то на деньги. А потом чертыхается, берет купюры и цедит: — Он еще не съехал, спит в своем номере, как сурок. — Какой номер?! — нервно спрашивает Антон.       Теперь, когда они так близко, он почему-то еще сильнее боится не успеть. Что если прямо сейчас Даня уходит? — 112, — после некоторых раздумий отвечает администратор.       Антон разворачивается и направляется в сторону лестниц. Уйти далеко не получается, потому что Майкл хватает его за плечо и дергает назад. Чернов пытается вырваться, но он уже успел убедиться, что хватка у бывшего охотника — крепкая. — И куда ты? — спокойно спрашивает Уильямс. — К Дане, — как что-то само собой подразумевающееся говорит Антон. — Ага, и к Эрасмосу, — дополняет его ответ Майкл. — И что ты будешь делать?       Антон молчит. Потому что ответа на этот вопрос у него, конечно же, нет. Он не знает, что сделает, когда встретит Бога. Попросит его отпустить Даню? — И что тогда? — смиряется Чернов. — Будем наблюдать, — вздыхает Майкл. — Что еще нам остается?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты