Thru these tears

      В обратную сторону я уже не бегу. Потому что от самого себя не убежать. Я убедился в этом даже сейчас, когда старался физической усталостью заменить моральную. И я правда устал. Я не расстроен теперь. Просто морально истощён. Хотя в какой-то степени стало легче. Хорошие воспоминания помогают. Они как бинты и мази ложатся на побитое сердце и немножечко усмиряют боль. Они являются теми уголёчками, готовыми превратиться в пламя.       В наших же отношениях пламенем скорее был я. Порой был очень вспыльчивым, злился по пустякам. А его я бы сравнил с воздухом, который подпитывает и, в моём случае, разжигает настоящий пожар. Но здесь в мою голову сразу приходит случай, когда я готов всецело отдать Тэхёну право быть королём огня.

***

      В университете Тэхёну выдали два приглашения на культурный вечер, на котором собираются молодые, подающие надежды творческие личности. Там должна быть выставка фотографий однокурсника Тэхёна и какой-то небольшой концерт. Для них это не обязательно, но, по словам Тэхёна, преподаватели не любили, когда кто-то пропускал этот вечер. И тем более, почему студенты всего раз в год не могут выделить вечер, чтобы посетить его?       У меня, безусловно, был выбор. Он состоял из «идти» и «конечно же идти». Я почти сразу начал ныть о том, что у меня нет подходящей одежды для подобных мероприятий. Единственная официальная рубашка, и та черная. И лучше бы я этого не говорил. Потому что в его голову пришла, как ему кажется, замечательная мысль: купить парные костюмы. В моём представлении это что-то в духе, я в зелёных штанах и красном пиджаке, а он в красных штанах и зелёном пиджаке. И когда я сказал ему, что совсем не согласен идти в парном шмотье, то он скрестил свои руки на груди и очень недовольно посмотрел. На самом деле, мне было всё равно в чём идти, но вредина во мне проснулся как раз вовремя.       — Я жду три аргумента против того, чтобы идти в парных костюмах, — он звучал очень серьёзно. Для пущей убедительности ещё устало закатил глаза, будто бы разговаривал с надоедливым ребёнком, а не со мной.       — Я могу просто не хотеть? Хотя бы раз в жизни без причины не хотеть делать что-то? — я тоже скрестил руки на груди, показывая, что вообще-то ещё более серьёзен, чем он.       — Ты и сам знаешь, что причина есть всегда. Не хочешь, наверное, чтобы все поняли, что мы вместе, я прав? — выжидающее стал смотреть на меня. Он знал, что попал прямо в точку. Потому что я ненавидел, когда он думал или даже шутил о том, что я стесняюсь его или скрываю. Он же и сам прекрасно знал причину, по которой за руки можно браться только, если людей нет вокруг. Что выставлять фото, где мы целуемся, мы не будем. И дело совсем не в том, что я не хотел этого. Я хотел этого, может быть, даже больше, чем он. Но дабы не создавать себе проблем, мы немного ограничивали себя. И теперь этот засранец в очередной раз пытался развести меня на эмоции. И у него получалось. Всегда получалось.       Я подошел к нему, сначала ничего не говоря. Просто смотрел на это красивое самодовольное лицо. Лёгким касанием пальцев поднял его подбородок. И придвинулся так, чтобы он чувствовал моё дыхание, но не касался его губ.       — Ким Тэхён, раз ты так заговорил, то я пойду туда. Мы купим зелёный и красный костюмы и поменяемся половинами. Возражений не принимаю. Парные, так парные, — и пошёл в комнату, чтобы уйти с этого ринга упрямства в роли победителя.       Но знаете, не так-то просто думать, что ты выиграл, когда он подбегает и обнимает со спины, щебеча, что так и знал, что я соглашусь. Укладывает свою голову мне на плечо, расспрашивая о том, когда и куда мы пойдем выбирать наши костюмы.

***

      Выбирать мы пошли на следующий же день очень рано, чтобы не стоять в очередях. И обошли около 20 магазинов для фриков и клоунов, иначе я не могу объяснить, почему деловые костюмы выглядели так, будто их макнули в радугу. Мы выходили из примерочных одновременно, прямо как в фильмах, меняя образы: костюмы в полоску, клетку, кислотных цветов.       Но в одном магазине. Ох. Мне кажется, у меня встаёт, даже когда я не то, чтобы думаю об этом. А лишь собираюсь начать думать.       Мы зашли в большой светлый магазин, в котором нас встретила одна единственная девушка. Из-за маленького потока людей больше и не требовалось. Расспросила нас о том, что мы ищем и в каких образах хотим появиться. Пока я рассказывал ей нашу идею с парной одеждой, Тэхён ходил и осматривал бесчисленное количество вешалок, трогал, крутился с вещами перед зеркалами. Девушка, сказав, что подберёт нам около пяти вариантов, растворилась где-то в зале. Тэхён же, наплевав на мнение продавца-консультанта, набрал вещей и расположился в одной из примерочных.       Их было около десяти. Просторные, упирающиеся почти в самый потолок. И большое спасибо с бирюзовыми шторками, не оставляющими щели над полом. В каждой было большое ростовое зеркало, подсвечивающееся по периметру круглыми лампочками. И небольшие бежевые пуфы.       Мы расположились в примерочных напротив. Я всё ещё ждал консультанта, а Тэхён уже переоделся в костюм, который его откровенно полнил. Как, конечно, он мог полнить моего изящного и стройного Тэхёна я не особо понимаю, но это было так. Позже и я оказался со своим набором вещей и начал примерку.       После многих неудавшихся костюмов, я надел чёрные кожаные штаны, которые буквально обводили все мои мышцы. И очень большую белую рубашку, которая закрывала кисти и доходила мне почти до колен. В целом, выглядело странно, но v-образный вырез мне понравился. Когда я отдёрнул шторку, то Тэхён пронесся мимо в чёрном стрёмном плаще и задернул её, впрочем, как и все остальные. Я улыбнулся как-то даже по-отечески. Он иногда был так похож на маленького ребёнка, которому только прыгать по плиткам, не наступая на их стыки.       Я переоделся в свою одежду, потому что всё, что мне принесли уже кончилось. Аккуратно развесил вещи в примерочной, открыл себе обзор и уселся на пуф. Я тщательно успел изучить рисунок коврика на полу, тканей, из которых была сделана одежда. Рассмотрел и пересчитал пальцы по нескольку раз.       Он не вышел. Просто мягко выплыл из своей примерочной, застенчиво выкручивая запястья и пряча глаза.       Не знаю, откуда он это взял. Ох. Я потерял способность думать ровно в тот момент, когда его плечо, покрытое лёгкой розовой сеткой показалось из-за бирюзовой ткани. Увидев его целиком, я решил, что это мой конец. Тэхён стоит в совершенно обычных плотных тёмно-синих джинсах. Не облегающих, но и не очень широких. Мне нужна небольшая пауза, чтобы отдышаться здесь.       Вдох — выдох. Ещё разок. Вдох — выдох. Это вообще-то не помогает, потому что всё тело покрывается мурашками. В джинсы заправлена по фасону совершенно обычная широкая футболка с овальным вырезом. Но. Я не зря вспомнил про розовую сетку. Ведь вся она состояла именно из неё. Прозрачной розовой сетки, усыпанной аккуратными розовыми цветами. Было похоже, как будто их прикрепил сверху какой-то малыш. Но сейчас не об этом.       Такая одежда не закрывает ничего. Она только дразнит и дразнит, потому что наличие ткани на теле ты отрицать не можешь, но также не можешь отрицать, что сейчас видишь, как от дыхания поднимается его живот. Как красиво выглядят почти незаметные линии пресса. Выпирающие изящные ключицы. Как к паху спускаются чёткие линии, подчеркивающие тазовые косточки, острые из-за худобы. Как его пальцы то хватаются за края футболки, то пытаются расслабиться.       Думаю, что бешенство уже начало плескаться в моих глазах. Потому что я слабо помню, как затолкнул его в примерочную и прижал к стене. Надеясь сорвать зубами с этой блядской рубашки каждый цветок. Взял за бедро и поднял его ногу, так, чтобы оказаться ближе. Ещё ближе. К этому изящному телу, покрытому розовой сеткой, которая сработала как красная тряпка для быка. Почему его губы всегда такие сладкие? И такие… Такие нереальные. А язык. Я полагаю, что невозможно так владеть своим языком, как делал он.       — Чонгук, тшш… Тихо, подожди секундочку, — он говорил сдавленно и тихо. Почти отбиваясь, выпутался из моих рук. И сделал, как я потом понял, очень умную вещь: задёрнул шторку.       Вернулся ко мне и начал пользоваться запрещёнными приёмами. Взял мои ладони и, управляя ими, начал опускать от ключиц и к кромке джинс. Я, конечно, не выдержал и притянул его за эти самые джинсы. Впился губами, в очередной раз затягивая его нижнюю губу, что, возможно, даже было немного больно для него. Но от этого не менее обжигающе.       Тэхён, как и всегда впрочем, соображал лучше меня и уже стоял на коленях, расстёгивая мои джинсы. Я только и успевал, что беспомощно хватать ртом воздух, пока он случайно задевал стояк, своими пальцами. Хотя, вряд ли случайно.       Почему это выглядит так… Так красиво и естественно. Губы Тэхёна на моем члене. Его язык, проходящий от головки до самого основания. Почему эти дурацкие причмокивания не вызывают отвращения, а лишь желание схватить его сильнее за волосы, управляя движениями. У меня подкашивались ноги: то ли от удовольствия, то ли от того, как он своими пальцами вцепился в мои ляжки. Я закусил запястье, чтобы снизить вероятность оглушить весь магазин своими стонами. И стиснул зубы может даже слишком сильно.       — Молодые люди, у вас забрать что-нибудь? — блядь, вот некстати. Мы же в ебучем магазине с одеждой, а мой парень сейчас отсасывает у меня в примерочной. Тэхён замер на секунду, не отпуская мой член, только подняв на меня взгляд. Я затормозил, чтобы хоть как-то успокоить свой голос.       — Всё в порядке, ничего не нужно, спасибо, — спокойный голос. Ну почти. Скорее выглядело, будто я готов был вот-вот разрыдаться. И это даже было почти правдой. Последовала пауза, во время которой не знаю, что было снаружи, но внутри Тэхён опять начал заглатывать, глубже и глубже. А пауза, видимо, означала, что девушка заметила моё отсутствие. И большого ума не нужно было, чтобы догадаться, чтобы мы оба сейчас находились вместе. Она медлила в нерешительности. Но всё-таки решилась.       — Молодые люди, у вас всё в порядке? — я слышал как она идёт вдоль примерочных и уже был готов увидеть её лицо, когда она увидит Тэхёна, по подбородку которого стекают слюни вперемешку со спермой, а я стою, облокотившись на стену, и, видимо, абсолютно невменяем. Я судорожно пытался сообразить как поступить, а Тэхёну было всё равно. Он ещё добавил колечко из своих пальцев, обвивающихся ближе к основанию и двигающихся в такт с его горячими губами.       — Извините, здесь есть продавец? — доносится не очень громко, но различимо. Блять, не знаю кто ты, но спасибо, за то, что пришёл именно сейчас. Слышно, как девушка спешно возвращается в зал.       Я смотрю на Тэхёна, который с лёгкой улыбкой всё ещё не отрывается. Адреналин, подкативший к горлу из-за возможности быть раскрытыми, сыграл свою роль. Хотя вряд ли большую, чем язык и губы Тэхёна. Я кончил, удивительным образом, не оповестив об этом весь магазин. Тэхен спокойно сглотнул, вытер запястьем подбородок и поднялся на ноги. Не знаю, правда, не знаю, как он не испачкал эти вещи. Но большое ему спасибо. Тэхён стал быстро переодеваться, а я так и стоял, со спущенными штанами, потерянным взглядом и немного мокрым от пота лбом.       Он быстро выскользнул, кинув короткое «жду снаружи». Я лишь обернулся вслед. Не понимаю абсолютно, почему с ним я делаю всё это. Как Тэхёну каждый раз удается втянуть меня в то, что я бы никогда в жизни не стал делать? Как он угадывал мои желания? Как он сам успевал обдумать всё на десять шагов вперед?       Я постарался привести себя в порядок. И у меня это получилось в целом. Забрал вещи и отдал их девушке на кассу. Ой, как же неловко. Она смотрела на меня с явным вопросом, будто ожидая, что я сам ей все расскажу. Но как она себе это представляет? Да, мы встречаемся и почти занялись сексом в вашей примерочной. Мне кажется, что это не лучшая формулировка. Поэтому я поблагодарил её и сказал, что нам ничего не подошло, стараясь больше не смотреть ей в глаза.       Я шёл к Тэхёну и думал о том, что половина наших прогулок заканчивается тем, что я с бешеным взглядом, кое-как подправленным внешним видом, стыдливо пряча глаза прохожу мимо людей. Но если скажу, что это мне не нравилось, то точно совру.

***

      Все наши походы по магазинам привели к тому, что Тэхён решил подобрать всё самостоятельно и без моей помощи. Он знал мои размеры (ну, и «этот» тоже, да), поэтому купить подходящий костюм не составило бы труда. А я, устав от бесконечных вешалок и примерок, абсолютно не возражал.       В назначенный день он зашёл в квартиру, пока я спал, и оставил вещи на диване. И ещё записку. Как будто у нас не было телефонов, и мы вернулись на век назад. Но было в этом что-то уютное и милое.

«Господин Чон.

Мы сделали всё в точности по вашему заказу. Надеюсь, Вам понравится. Не забудьте надеть серые линзы, которые лежат на столе. А также попросите вашего стилиста немного завить Вам волосы и поработать над макияжем.

Ваш секретарь, Ким Тэ.»

      Секретарь… На этом вечере мы и правда будем немного похожи на начальника и подчинённого. Не потому что я командую Тэхёном, конечно, нет. Лишь потому, что мы, как и они, вынуждены скрывать наши отношения от посторонних глаз. На людях делая вид, что мы лишь хорошие друзья.       Приготовления заняли около часа. Когда я встал перед зеркалом, чтобы внести в свой образ последние поправки, то подумал, что вовсе не похож на себя. Всё-таки цветные линзы делают взгляд немного неживым и искусственным, но выглядят притягательно. Лёгкие кудри иногда смахивали на растрепанные волосы, что грустно. Но если прикрыть один глаз, повернуться немного и посмотреть, то вроде бы и сойдёт. А костюм. Ну здесь отдельное спасибо Тэхёну за его вкус. Я, конечно, всегда замечал, что он чувствует в одежде то, чего я сам не вижу. Но это… Во-первых, всё сидело идеально. Будто было сшито на заказ (хотя я и не знаю, откуда он взял его). Во-вторых, чёрные брюки и такого же цвета пиджак выглядели очень элегантно. Белая рубашка без ворота. Самая важная деталь — манжеты пиджака были усыпаны мелкой серебряной крошкой. Которая будто рассеивалась от запястья к локтю. Так просто, но так элегантно. Прямо как он. Казалось бы, самый обычный Ким Тэхён, но сверкающий изнутри и притягивающий этим. Я был доволен. Надел черные туфли, взял телефон и вышел.

***

      Мы договорились встретиться у входа на выставку. Только вот их было два, и они были абсолютно одинаковыми. И у всех толпился народ. Между входами располагалось длинное окно, открывающее вид на коктейльные столы и небольшую сцену в центре зала. Я спрятал руки в карманы и остался ждать примерно посередине, чтобы видеть оба выхода. Он появился почти сразу. И если бы я не знал, что это реальный человек, то непременно бы упал на колени и просил разрешения целовать его чёрные туфли.       Если мне нравился мой внешний вид, то для того, как выглядел он, у меня даже не было слов. Экспонат? Произведение искусства? Я бы поставил его за стекло, защитив миллиардами сигнализаций, приходил бы и смотрел с утра до вечера, делая лишь перерывы на сон. Он шёл спокойно, то и дело улыбаясь своим знакомым и кивая. Чёрные брюки, сидящие идеально. Пиджак, сидящий ещё более идеально. И внимание. Это чёрный бархатный пиджак. И белая рубашка. Весь ворот усыпан точно такой же серебряной крошкой. Глаза голубые, а взгляд дьявольский. Затемнённые уголки глаз и чуть розоватые веки. Возможно, в его образе не было ничего особенного. Но для меня вся красота мира сейчас приближалась шаг за шагом. Оставляя глупо хлопать глазами.       — Думаешь, всё-таки слишком заметно, что наши костюмы связаны? Извини, я хотел сделать связь менее явной, но… — он поднял мою руку, виновато смотря на блёстки. А я даже потерялся. Мне было всё равно теперь, что кто-то заметит, что наши костюмы парные. Потому что я бы не заметил в этом зале никого, кроме Тэхёна. Серьёзно.       — Думаю только о том, что скрывать наши отношения не такая уж хорошая идея. Потому что я даже не могу поцеловать своего парня, когда он выглядит как принц, — бережно убрал его руку от своей. И для него, видимо, мои слова были самым важным сегодня, — Тэ, ты знаешь, что эти блёстки смотрятся шикарно? А ещё они похожи на звезвёздное небо.       Он быстро наклонился к моему уху и заставил нас обоих покраснеть: «Потому что ты — мой космос.»

***

      Мы вошли в это помещение с коктейльными столами и сценой. Справа располагалась большая арка, открывающая некоторые фото с выставки. До начала программы оставалось ещё около получаса, поэтому мы отправились посмотреть. Безусловно, прерываясь на то, что Тэхён представлял меня своим знакомым, количество которых стремилось к бесконечности.       Мы очень долго фотографировали там. Потому что Тэхену нравился стиль этих фото: минимализм. Все достаточно светлые, сосредоточенные на одной или паре деталей, явно притягивающих внимание. Мы по очереди вставали к ним, ловя все существующие ракурсы. За этим занятием даже немного задержались к началу программы.       Мы вернулись в зал, когда ведущие уже объявили выступление какого-то профессора. Мы встали достаточно далеко от сцены, рядом с курсом Тэхёна. Встали с уже известными мне Седжином и Хёсоном. Но, как выяснилось, мы посмотрели ещё не всё, и Тэхён убежал обратно, оставляя меня в компании этих парней. Они оказались очень интересными. Хёсон — друг автора выставки, рассказывал, что помогал с некоторыми снимками и их обработкой. А Седжин помимо актёрской игры увлекался живописью. Я даже не заметил, как начал расспрашивать его об этом. О том, чем больше всего любит работать, как давно начал, занимался ли в художке. Я не заметил, когда вернулся Тэхён, когда поменялся выступающий. Потом, вроде бы, были музыканты, но я точно не помню. Потому что так классно разговаривать с человеком, интересы которого совпадают с твоими. Серьёзно, мне кажется, что Седжин разбирался абсолютно во всём. А вот когда он заговорил о зданиях в своих рисунках. Ну я почти поплыл. Я могу разговаривать об этом часами, уснуть, проснуться и продолжить. И так всю оставшуюся жизнь.       Мы ненадолго замолчали, послушав музыкантов. В этот момент Тэхён подошёл к нам. Не обратив внимания на моего собеседника, он обратился ко мне с предложением о фото. На празднике присутствовал профессиональный фотограф, и все по очереди подходили к стене с логотипами, дабы попасть на снимок. Брали друзей, однокурсников. Он смотрел на меня очень зло. И не так, как обычно. Обычно его взгляд означал, что он придумал что-то такое, от чего может пострадать психика окружающих людей, и моя в том числе. Но сейчас голубые глаза были устремлены почти в мою душу. Искры буквально вылетали на мой костюм. Я не до конца понял, в чём была причина, но догадался, что отказа он не примет. Я сказал ему, что подойду к месту для фотографии после окончания песни. Тэхён стрельнул глазами теперь уже в Седжина и удалился.       Но я не пришёл. Ни через одну, ни через две, ни через пять песен. Когда музыка исчезла совсем, я вспомнил о Тэхёне. Забегал глазами по толпе, в поисках чуда в бархатном пиджаке. Его нигде не было. Седжин заметив моё беспокойство, предложил пойти к стенду и поискать его там. Однако и там его не оказалось.       — Может быть, сфотографируемся вместе, Чонгук? Раз уж мы всё равно здесь, — он чуть смутился от своего предложения, но всё равно указал рукой в сторону, как бы приглашая. Я подумал, что в этом нет ничего такого.       Когда мы встали перед фотографом, то Седжин пальцем указал на мой пиджак: «Ты видимо, где-то испачкался». Я опустил подбородок, а он как в обычной детской шутке, легонько меня по нему ударил. Как забавно. Я раньше сам всегда обожал так делать. А теперь стою весь такой важный, в официальном костюме, и смеюсь над глупой шуткой.       В общем, фото получилось примерно следующего содержания: мы стоим с Седжином, очень счастливо улыбаясь, а его рука лежит на моей груди, как раз в том месте, куда он указывал пальцем. Молодожёны одним словом. И пока мы возвращались в зал, я заметил, совсем недалеко от фотографа, того человека, с которым действительно должен был выглядеть как молодожёны. И теперь его взгляд не то, чтобы искрился, он буквально пылал. А вместе с ним ещё всё в радиусе тысячи километров. Ну, а самое главное, Седжин, который всё ещё шёл рядом со мной, был уже, скорее всего, кучкой пепла. От меня и её уже не осталось.       Тэхён прошел мимо нас, бросив короткое «счастливого вечера». А меня обдало жаром. Захотелось снять пиджак, расстегнуть пуговицы, вылить на себя ледяной воды.       Я в очередной раз склоняюсь к тому, что особо не отличался умом, поэтому сообразил, что Тэхён ушёл только через пару минут. Ничего не сказав Седжину, я бросился к правому выходу, зная, что он всё равно по улице пойдёт в ту сторону. Свет во всём зале выключили для показа фильма, что мне совсем не помогало. Я лавировал между уставшими и еле перемещавшимися людьми и все-таки вылетел на улицу.       Не знаю, какие боги меня услышали, но моё разъярённое чудо не спеша плелось от левого входа прямо к тому месту, где теперь стоял я. Очень знакомая картина, только вот в начале вечера я сказал, что не обратил бы ни на кого, кроме Тэхёна, внимания, а на деле только его своим вниманием и обделил. Я побежал ему навстречу, но не прикоснулся. Нельзя. Он опять одарил меня своим горящим взглядом и попытался обойти. Я безоговорочно двинулся наперерез ему. Не мог же я отпустить его сжигать всё, что встретится на пути.       — Тэхён, нам нужно поговорить, — я не был намерен отступать. Знаю, что проебался, но не поздно всё исправить. Для нас не может быть поздно. Мне, наверное, стоило продолжить, но мозг не выдавал ничего подходящего. Тэхёна же уже начинала раздражать эта ситуация. Он не вытерпел и начал говорить почти спокойно, но каждым словом оставляя маленькие ожоги на моём теле. Он всегда умел подбирать слова так, чтобы это задело меня сильнее всего.       — Что, хочешь рассказать мне, как дела у твоего друга Седжина? Хотя, ты так мило улыбался ему весь вечер, и так охотно прикасался к нему, что, может, и не друг вовсе? — я попытался вспомнить, когда прикасался к нему. Оказалось, что и правда часто хлопал по плечу, как бы поддерживая его слова. После фото снял его руку, аккуратно уложив свою ладонь сверху. Блин, ну и дурак. — Вспомнил, да? А ещё о чём вспомнил? О том, что какой-то парень подходил к тебе несколько раз за вечер, но не был удостоен королевского внимания? О том, что всё тот же непримечательный паренёк ждал ваше высочество минут сорок рядом с этим дурацким фотографом, успокаивая себя тем, что «ну он наверно задержался просто», «да сейчас придет». Ну да пришёл, спасибо большое. Только вот об этом парне и мысли не было. Повестись на уловку с пятном на одежде? Серьёзно? Так откровенно отвечать на откровенный флирт. А знаешь, я понимаю, почему так произошло. В смысле, я предполагал, что это должно случиться. Тебе просто наскучил я. Наскучили все эти мои странности. Наскучило каждый день видеться со мной. Я же неинтересный. Правда, я это понимаю. Всё хорошо. Только можно было просто сказать мне об этом, а не портить вечер. Ладно, да? Прости, что я не закончил художественную школу и не знаю, каким карандашом лучше рисовать листья деревьев. Прости, что в свободное от твоей учёбы время не обсуждаю с тобой архитектуру, которую вы обсуждаете каждый день более шести часов. Прости, что пристаю с дурацкими рассказами про свою учёбу. Прости, что тебе вообще приходится ограничиваться из-за меня. Знаешь? Не хочу быть бездушным ограждением. Всегда лучше уйти, когда чувствуешь, что не нужен человеку, да?       Я не знаю, как его мозг доходил до этого. То есть, наверно, такие мысли были логичными в некоторой степени, но ведь. Ведь всё было не так. Ведь ничего из этого не соответствует моей действительности. Я смотрел на него и не понимал, почему он так сильно сомневается во мне. Знаю, что поводов хоть отбавляй, но всё же? Мой взгляд отвлекла открывающаяся дверь. Чуть вдалеке, за спиной Тэхёна. Из-за неё показался уж очень знакомый силуэт — Седжин. Голова сработала вовремя. Тэхён собирался повернуться на звук шагов, но я опередил его. Не дав времени на размышления, ладошками схватил его щёки и поцеловал. Точнее просто прижался своими губами к его. Он, что не удивительно, попытался вырваться, но я переместил руку на талию, что значительно всё затруднило. Мне нужно было на самом деле всего пару секунд. И у меня получилось. Когда я ослабил хватку, то Седжина уже не было на улице.       Так, с одной проблемой разобрались. Теперь Тэхён. Тэхён, который не смотрел на меня, но и не уходил.       — Чонгук, ты же… Ну… Здесь же люди… Ты же знаешь, что нельзя. Да и так не строят диалоги. И… — выносить его слова было уже невозможно. Я положил руку ему на плечо, как мог бы сделать любой его знакомый и сказал то, что было позволено только мне.       — Ты не успел посмотреть, но из здания пару мгновений назад вышел тот, чьё имя нам обоим уже надоело за сегодняшний вечер. Ты можешь уйти и обижаться, проклинать меня до конца жизни и делать всё, что захочешь. Но он должен был знать, что я уже занят. И что я не боюсь показать это ему или кому-то ещё. Пусть мы не кричим о наших отношениях на каждом углу, но я готов. Если ты ещё раз усомнишься во мне, то поверь, поцелуем всё не закончится. Я знаю, что весь вечер вёл себя как мудак. Прости. Вот мне-то точно нужно извиняться. Но давай пойдем домой вместе? Как и планировали изначально. Я не хочу, чтобы моё отсутствие мозгов и существование Седжина влияли на наши отношения. Потому что я люблю тебя, и мне всё равно, даже если бы все люди смотрели на нас через это огромное окно.       Я выдохнул. Ну должно было сработать. Потому что ссоры это нормально. Нормально видеть недостатки в друг друге, раздражаться из-за чего-то. Нормально чувствовать недостаток внимания или его переизбыток. Он будто всё ещё сомневался или, что скорее, хотел подольше оставаться обиженным, ожидая, как я отреагирую. Но на самом деле кончиками пальцев коснулся моих и поднял глаза, пламя в которых постепенно стихало.       — Знаешь, я не понимаю почему. Почему каждый раз, выходя из дома, я хочу привязать тебя к себе верёвками и повесить огромную табличку «собственность Ким Тэхёна»? Я не отношусь к тебе как к какой-то вещи, ты же знаешь. Просто в любом человеке, которого встречаю, я вижу угрозу. Как будто они все хотят забрать тебя. И я тоже хочу. Хотя ты у меня есть. А ещё ужасно бесит, когда пользуясь положением люди позволяют себе большего. Тогда-то я и готов убить их всех, а тебя самым первым. А больше всего сейчас меня бесит, что я так долго старался, выбирая наши костюмы. А у нас даже нет блядских совместных фото! — он толкнул меня в грудь. — Ну почему ты такой? Я так сильно хочу придушить тебя, но ещё сильнее хочу сначала поцеловать, а потом всё же придушить. Пойдём уже, чтобы я опробовал свой план в действии. И с тебя верёвки и табличка «собственность Ким Тэхёна».

***

      Нам сказочно повезло тогда. Потому что одно фото всё же нашлось. Именно с того момента, как мы с чуть порозовевшими щеками, входим в зал. Я показываю на галерею с фотографиями, и моя рука находится близко к его шее. Отчего сочетание костюмов заметно ещё лучше. И где-то сзади среди нескольких людей, входивших за нами, тот самый Седжин. Я нашёл эту фотографию случайно и подумал, что даже хорошо, что он туда попал. Напоминал о моей тупости. Ну, и о ревности Тэхёна. А ещё у меня есть вторая фотография, где мы, по воле случая, тоже входим одновременно. Только обстоятельства другие. И она напоминает о моей безысходности. Ну, и о безразличии Тэхёна.