Thru these tears

      Чонгук сидит на полу среди хлама. Осталось теперь только собрать это всё и выкинуть в ближайшую мусорку. Но прежде чем распрощаться насовсем, Чонгук давно от кого-то слышал о занимательной методике. Что легче расставаться с человеком, если ты пишешь письмо как бы адресованное ему. Конечно, оно не будет прочитано, его по инструкции надо просто сжечь. На бумаге ведь всегда легче изложить свои чувства. Структурировать. Понять себя. Чонгук решил, что сделает точно также. Только вот писать длинные тексты он не умел никогда. Зато умел воплощать на бумаге то, что таилось в его голове.       Сейчас было решено нарисовать свои чувства. Последнюю картину, посвященную Тэхёну, чтобы потом вместе со всем выкинуть её.       Откуда-то из-под стола достаются давно забытые тюбики масляных красок. Чёрная, жёлтая, красная и синяя. Покажется, что этого мало. Но Чонгуку достаточно. Он берёт одну из самых больших кистей и палитру. Идёт к углу, в котором стоит немного запылившийся мольберт. Рядом бумага, свёрнутая в рулоны. Разных размеров и даже цветов. И единственный, свернутый плотно и перевязанный куском верёвки, холст.       Чонгук собирает всё это, как причудливый конструктор. Кидает на пол все тюбики, кроме красного. Выдавливает много и откидывает вниз и его. Пачкает красным пиджак, располагающийся на полу, и обрывки старых рисунков. Делает два мазка чуть выше середины. Губы. На волосы почему-то тоже ложится красный, хотя Чонгук ни разу не видел Тэхёна с красными или, хотя бы, рыжими волосами. Краска падает приятно, мягко, разливая по телу бесконечное удовольствие. Чонгук очень давно не рисовал. На самом деле, с того момента, как Тэхён ушёл, так и не брался за кисть. Даже это всегда было связано с ним. Но нельзя же отказаться от своего главного хобби, от своей страсти, от любимого дела из-за него.       Чонгук наклоняется за жёлтым. Прорисовывает им почти весь силуэт. Особенно много добавляя на лицо. Создавая тем самым его тон. Не смешивает цвета, потому что хочет, чтобы было просто. Так просто, как это оно в его голове. Потому что нет ничего сложного в том, что Чонгук любит Тэхёна.       Берёт синюю, и она создаёт глаза, подчёркивает скулы, маленькой (насколько это возможно) точкой ложится на нос. Создаёт преимущественно тени, добавляя плоскому силуэту объём. Чонгук опять берётся за красный, чередуя его с синим, чтобы получить просторную футболку. Рисует его лишь по пояс, плавно сводя мазки на нет. Теперь, чередуя красный и жёлтый, рисует руку, пытающуюся дотронуться до чего-то впереди. Потому что Тэхён, в отличие от него самого, идёт дальше. Пальцы не удается сделать достаточно тонкими в силу размеров кисти, они получаются немного больше, но какая разница? Чонгуку нравится и так, а никто больше и не увидит.       Берёт чёрный. Выдавливает почти всё. И сначала будто без разбора мажет, создавая какой-то огромный овал. Постепенно дорисовывая маленькие детали, прорисовывая волосы, только чёрной краской создавая линии лица, получается кто-то очень похожий на самого Чонгука. Чёрная футболка, рука, почти так же, как у Тэхёна, вытянутая вперёд. Только пальцы, чуть сжаты, за неимением возможности схватиться, за впереди стоящего.       В некоторых местах на теле Чонгука есть цветные пятнышки, оставшиеся от грязной кисти, оставшиеся от Тэхёна.       Чонгук идёт в ванную, чтобы вымыть кисть. Моет тщательно, потому что его любовь не может быть испачкана чёрным. Она всегда была лучше и чище его самого.       Возвращается. Обновляет цветные краски. Синими, жёлтыми, красными разрисую любовь мою красками. В голове крутится эта строчка, и Чонгук знал ещё с самого начала, что так и поступит. Находит у чёрного себя место, где предположительно должно находиться сердце (на деле лишь его остатки). И тянет оттуда сначала красную линию, перетекающую в жёлтый и обволакиваемую синим. Чем ближе к Тэхёну, тем шире. Она вплетается в его спину, как паутина. Эта связь, которая оказалась односторонней, тянется к Тэхёну из последних сил.       Любовь Чонгука цветная и красивая. Сам Чонгук чёрный и пустой. Вот так заканчивает, оставаясь абсолютно довольным результатом. Наверно, впервые в жизни, правда, не желая ничего исправить.       Бросает палитру на пол ко всему уже лежащему там. Идёт и моет кисть, смывает краски с рук. И удивительно, но в раковине нет ярких и красочных цветов, есть только грязные и смешанные, которые в итоге выглядят как обычный коричневый. Чонгук усмехается, вытирает руки об полотенце и выходит, чтобы, наконец-то, попытаться заснуть.       Масло должно досохнуть, да и сил убирать весь мусор, появившийся на полу из-за самого же Чонгука, нет никаких.       Босыми ногами в очередной раз проходится по себе же. Потому-то нельзя не сказать о том, что любая работа — часть самого автора. Не обращает внимания, что обрывки прилипают к ступням. Садится на кровать и устало трёт глаза. Находит где-то рядом телефон, время на котором 6:40.       Его картина получилась. Красивой, немного шероховатой из-за масляных мазков. Но такой, какой хотелось. И думается Чонгуку, что в следующий раз он нарисует цветным себя. Потому что сейчас избавился от эмоций, выкинул их подальше. И их место займут новые, лучшие. Они не поместятся ни на одном холсте мира, потому что будут наполнять всего Чонгука изнутри.       Сегодня он перевернул страницу своей жизни под названием «Ким Тэхён». Сделал всё, чтобы оставить её хорошим воспоминанием и ничем больше. Сегодня можно попытаться нормально уснуть.