Внешнее и внутреннее: сопартийцы DA2 и DAI

Каллен. На момент DAI он выглядит удивительно молодо для человека, видевшего восстание магов в Киркволле и пережившего ужасы, устроенные в ферелденском Круге Ульдредом. Странно, но в DAO, где ему было едва девятнадцать-двадцать лет, Каллен казался даже более зрелым мужчиной. Возможно, дело исключительно в том, насколько со временем становилась больше его роль в сюжете игр. В DAI из Каллена, которому уже было около тридцати, явно попытались сделать нечто похожее на «прекрасного принца». Это подтверждает сходство романов с ним и с Алистером в DAO, куда более молодым, тоже бывшим храмовником и настоящим принцем. В определенной ситуации может даже оказаться, что они любят одну и ту же женщину. В DAO Каллен влюблен в Стража-мага, у которой может потом выйти роман с Алистером. Вполне возможно, что вкусы молодого храмовника сформировались именно в условиях Круга, и он привык находить привлекательными в основном девушек человеческой или эльфийской расы (какие только и могли попасть в Круг). Это может объяснить его равнодушие к женщинам-гномам или кунари. У Каллена, даже если и есть опыт романтической влюбленности, нет опыта серьезных отношений с женщинами, что опять-таки роднит его с Алистером. Такая ситуация, похоже, не является чем-то необычным для храмовников. Хотя известен женатый храмовник (Уэсли) и храмовники, посещающие бордель, уставы ордена и зависимость от лириума вряд ли способствуют реализации сексуального влечения, даже если таковое имеется. В случае влюбленности Каллена в Стража, при попадании в плен его искушают образом желанной девушки, вызывая амбивалентные чувства. Он помнит, что именно маги послужили причиной произошедшего в Круге, и понимает, что испытывает чувства к магу. В такой ситуации остается два выхода: принять, что плохи все чародеи, кроме Стража, или что плохи вообще все. На тот момент Каллен не может заключить, что плохи только некоторые маги – условно «хороших» он не видит. Или малефикары, или одержимые. Собственно, на момент DAO отмечается, что «на место энтузиазма, которым он был когда-то охвачен, пришел фанатизм». Неудивительно, что в Киркволле Каллен быстро находит общий язык с Мередит. Однако, несмотря на то, что на словах он осуждает мягкость храмовников и доверие магам, Хоук на удивление легко может повлиять на него в этом смысле. Можно сказать, что того требует игровые условности, но к событиям DAI Каллен действительно приходит не ужесточенный еще больше по сравнению с DAO, а наоборот, удивительно (учитывая, что он пережил) терпимый и спокойный. Да, он видел злоупотребления Мередит, но видел и малефикаров, и демонов, и одержимых. В DA2 хороши обе стороны конфликта. Почему Каллен, попав в Киркволл уже предубежденным против магов, со временем заметно меняет свое мнение? Можно принять официальную версию – Каллен, видя напряжение и страх в глазах подопечных магов, начал воспринимать их, как живых людей, таких же, как и он сам. После падения киркволльского Круга маги, даже изначально лояльные, сами оказались в опасности – она исходила от оставшихся без лидера храмовников и обозленных происходящим жителей Киркволла. Оказавшись вынужденным защищать магов, Каллен мог кое-что понять… Но, тем не менее, это не объясняет всего. Основная проблема Каллена в DAI – борьба с зависимостью от лириума. Честно говоря, непонятно, почему именно в этот период времени подобный вопрос встал так остро. Каллен был в храмовниках больше десяти лет, и, скорее всего, лириум он принимал если не постоянно, то часто. В Киркволле работы для храмовников было много. Судя по всему, в наркоманов превращаются куда быстрее, чем за эти самые десять лет. Или Каллен начал принимать лириум совсем недавно? Тогда зачем? Если Каллен продолжит принимать лириум, в эпилоге будет сказано, что за год с небольшим это вещество довело его до полной потери памяти и личности. Довольно резкие изменения, если учесть, что в DAI Каллен выглядит мужчиной, способным как заниматься физически тяжелой работой, минимально отдыхая, так и решать задачи, требующие умственного напряжения (один из наглядных примеров – выигрыш у Дориана, который в силу своей профессии и образования является серьезным противником в подобной шахматам игре). Конечно, в реальности «тяжелые» наркотики способны превратить человека в развалину даже быстрее. Но тогда опять-таки вопрос – когда именно Каллен начал принимать лириум? Фраза «Я не могу быть менее полезен Инквизиции, чем был полезен Церкви» намекает, что все же не в последнее время. И именно отказ от лириума мог оказаться тем, что помогло Каллену мыслить иначе. Кроме этого, есть и кое-что еще – семья. Спустя два года после прибытия Каллена в Киркволл ему начали приходить письма от родственников, особенно от сестры Мии. Это напоминание о том, что есть те, кому он дорог, возможно, сыграло важную роль. Даже если никак не оценивать внешность Каллена, есть и объективные факторы, показывающие, что в своем возрасте и положении он может быть очень привлекателен. Во время бала в Орлее он пользуется большим вниманием, причем сам того не желая. Над этим можно задуматься. Каллену, как минимум, тридцать, он не высыпается, много работает, страдает от лириумной ломки… И привлекает внимание на фоне тех, у кого есть все средства для того, чтобы тщательно заботиться о своей внешности. Или поклонников и поклонниц привлекает, скорее, его мужественность, чем объективная красота и гармоничность черт? На момент DAI в Каллене есть что-то от… Тора из «Мстителей». Каллен светлокож и светловолос (хотя в DAO он явно был более рыжим и загорелым), его фигуру можно описать таким словом, как «статная», а осанка и манера держаться выдают опытного боевого командира. Облик не просто воина, но полководца дополняют меха, как элемент роскоши. В его одежде преобладает красный цвет, за исключением металлических деталей, и выбор такого цвета очень интересен. Самое очевидное в контексте игры – ассоциации с красными храмовниками и красным лириумом. Красные храмовники своего рода «заблудшие братья», определенное родство с ними Каллен не может не чувствовать (тем более, что он знал Самсона). Но есть и другие нюансы. Сняв доспехи храмовника, которые он носил на протяжении долгих лет, Каллен не может задаться вопросом… «Что надеть?». Инквизиция только-только создается, равно как и стандарты формы для тех, кто ей служит. Тем более, что Каллен занимает особенное положение, ему нужно каким-то образом выделяться среди общей массы солдат. Красный в таком случае – как раз цвет, который его выделяет, привлекает внимание сильнее, чем любой другой. Помимо этого, красный – цвет крови, подходящий для командира армии. О цветотипе в случае Каллена судить сложно, поскольку в трех разных играх он выглядит по-разному. Но почти всегда его внешность, скорее, «теплая». В DA2 его попытались визуально «подогнать» под серо-стальные доспехи храмовника, но выглядит все равно не очень гармонично. В DAO похожие доспехи более «теплого» оттенка и Каллен в них смотрится лучше. Теоретизируя, можно связать это с тем, где и при каких обстоятельствах он находится. Ферелден – родина Каллена, в то время как в Киркволл его отправили, образно выражаясь, «остудить» чувства после того, что случилось в башне Круга. Изменившись, он возвращается с теплом по отношению к своей семье и к своей земле.