Дочь Смерти

      День первый Swim out to the ocean Drown your thought out at sea. And dip your hands in the water, The same deep water as me. You've been watching for cloudbursts, You've been praying for rain, Drench your soul in the water, Cleanse your heart of the stain, Cleanse your heart of the stain.*       Лина и не заметила, как наступило утро. Всю ночь она рисовала под музыку, обдумывая то, как проведет эту неделю. Солнце застало девушку в кресле с блокнотом в руках. Дочь Всадника откинулась на спинку, закрыв глаза и уйдя глубоко в свои размышления. Поэтому она не обратила внимания на чуть заметный шорох крыльев, прозвучавший в комнате.        — Доброе утро, Вьетнам! — громкий голос заставил Лину вздрогнуть от неожиданности и распахнуть глаза. На нее смотрела пара хитрющих голубых глаз. Аккулина не знала, что за мысли сейчас блуждают в этой голове, но могла сказать одно — Люцифер явно в хорошем расположении духа, что ей только на руку.        — Это твой новый прикол? Я в восторге, — прокомментировала Лина, усмехнувшись. Девушка встала и потянулась, глядя на рассвет за окном. Рыжие волосы блестели в лучах солнца, а в карих глазах отражалось чрезвычайное довольство собой.        — Уверен, это быстро пройдет, — хмыкнул Люцифер, оттолкнувшись от стены, на которую опирался. — Ну что, как поживают твои грандиозные планы? Вижу, ты всю ночь не спала, обдумывала, чем бы меня развлечь. Я польщен, малыш. Жаль, что твои страдания пропадут даром.        — Ключ от каламбура у тебя, — едко ответила Лина, собирая волосы в хвост, на что архангел лишь насмешливо поднял бровь. После девушка щелкнула пальцами, и вместо домашнего костюма на ней появилась рубашка в клетку и новенькие джинсы. Она подошла к архангелу и протянула ему руку. Люцифер проигнорировал этот жест, всем своим видом показывая, что не царское это дело — за руки холопов брать. Поэтому Лина закатила глаза и сама взяла Падшего за руку. В ту же секунду они оказались на Небесах, посреди буйной растительности.        — Ну и зачем ты сюда меня притащила? — хмыкнул Люцифер, выдернув руку из хватки Аккулины. — Теперь это мои владения, малыш, а еще я здесь вырос. Мне здесь все известно.        — Значит, ты многое забыл, — ответила девушка и пошла вперед, продираясь сквозь заросли.        — Ты всегда говоришь загадками? — спросил архангел, цокнув языком, но не получил ответа, а потому был вынужден пойти за Линой. — Было бы намного легче, если бы ты сказала, куда хочешь попасть. Я с радостью сэкономлю свое время и перемещу нас туда.       Ответом ему послужило молчание. Они шли несколько минут, и создавалось впечатление, будто эти двое ходят по кругу. Люцифер уже собирался возмутиться или вовсе уйти по-тихому, оставив Аккулину одну ходить среди зелени, но Лина неожиданно остановилась, отодвинув ветвь какого-то дерева. Падший посмотрел в сторону, куда был устремлен взгляд девушки, и тоже замер.       Они будто стояли на границе двух миров, но только теперь вместо белоснежной пустоты на них смотрел мрачный и мертвый Эдем. Над райским садом провисло серое небо. Казалось, что-то очень тяжелое давит на него сверху. Деревья завяли, а трава, некогда радующая глаз своей ослепительной зеленью, сейчас могла рассыпаться от любого прикосновения. Вдалеке над этим мертвым царством возвышалось массивное дерево, под которым лежали почерневшие яблоки.       Лина услышала позади себя шаги и обернулась. Девушка увидела, как от нее стремительно удаляется Люцифер. В следующую секунду она оказалась прямо перед ним, заглядывая в его хмурые голубые глаза.        — Твой любимый сад уже ничем не спасешь, мне безумно жаль. Отойди, Лина, — произнес архангел с холодной усмешкой. — Погуляешь там в одиночестве.        — Это тоже твои владения, Люцифер. Мне кажется, реставрация Эдему не помешает, разве нет? — подняла бровь Аккулина. — Я понимаю, что ты не хочешь туда возвращаться, но давай хотя бы попробуем. Люцифер, у нас ведь был уговор. Всего неделя, но ты идешь туда, куда я скажу.        — Что-то я не помню подобного пунктика в нашем «договоре». Ах, вспомнил, никакого договора же не было, — фыркнул архангел. — Даже если бы он был… Я Король лжи, малыш. Просто держи это в своей рыжей голове.        — Люцифер! — воскликнула Лина, схватив Падшего за руку. — Я выпросила у тебя этот несчастный шанс не для того, чтобы ты сбежал при первом же неприятном воспоминании, которое придет в твою голову! Прошу тебя, Эдем был нашим любимым местом. Неужели ты ничего не помнишь? Дай мне пару минут. Всего несколько минут, я хочу показать тебе… Только показать кое-что.       Архангел скривился, но потом посмотрел в карие глаза Лины. Настырный голосок вновь зашептал о том, что стоит уступить. Люцифер злился, что вообще согласился на весь этот цирк, но потом вздохнул. Одна его часть упорно хотела отбросить Аккулину в сторону и уйти, другая же настаивала на том, что не стоит этого делать, ничего не узнав.        — Что ж, ладно. В конце концов мне интересно узнать, на кой черт я оставил тебя в живых, а потом еще и таскался с тобой по этим дебрям добрых полчаса, — проворчал архангел. — Пошли.       Лина не смогла побороть улыбку. Она направилась в сторону Эдема, а Люцифер пошел вслед за ней, сверля спину девушки холодными глазами. Как только Аккулина ступила на траву, сад будто содрогнулся. В лицо дочери Смерти ударил холодный ветер, принеся с собой сухие листья. Она сделала несколько шагов, шурша почерневшей травой и вслушиваясь в вой ветра. Люцифер остановился на границе, недоверчиво глядя на раскинувшийся перед ним пейзаж. Лина обернулась и посмотрела на Падшего, вопросительно вскинув брови, но потом взгляд ее остановился на лице архангела. Девушка подошла к Люциферу и осторожно дотронулась до его руки. Архангел едва заметно вздрогнул, когда его теплых шершавых пальцев коснулась нежные пальчики Лины, чуть сжав их. Дочь Всадника потянула Люцифера за руку, заглядывая ему в глаза. Падший сделал шаг, но потом будто опомнился и вырвал свою ладонь из мягкой хватки Лины.        — Я не нуждаюсь в проводнике. Это мой дом, — ответил архангел и встал на сухую траву. Эдем вздрогнул, будто от землетрясения, а с райского дерева попадали последние яблоки и ударились об твердую землю. — Бывший дом.        — Нет, Люцифер. Это и сейчас твой дом. То, что Бог изгнал тебя, ничего не значит. Он ушел, бросив все это: своих детей и этот сад. А ты вернулся сюда, и Эдем помнит тебя, — произнесла Лина, глядя на архангела. — Ты должен лишь понять это и вспомнить.       Люцифер настороженно посмотрел на Лину, и она заметила в его глазах недоверие. Ветер трепал оборванные крылья, и глядя на эти крылья, Аккулина могла понять недоверчивость со стороны архангела. Он боится обжечься. Слишком много ожогов осталось на его крыльях и душе, и новые принесут невыносимую боль. Вскоре недоверие сменило холодное равнодушие и недобрая усмешка. Архангел прошел мимо Лины и направился в сторону дерева, на котором когда-то росли райские плоды. Дочь Всадника лишь тихо вздохнула и отправилась за ним. Вскоре они стояли под деревом, которое было намного мощнее самой большой секвойи на Земле, но сейчас выглядело не очень впечатляюще из-за голых ветвей и почерневших яблок.        — Дотронься до него, — произнесла Лина, посмотрев на Падшего.        — Смысл? Будто это что-то изменит. Признаться, я до сих пор не понимаю, зачем ты притащила меня сюда, — ответил Люцифер, и глаза его недовольно сверкнули. Аккулина приблизилась к архангелу.        — Люц, доверься мне. Пожалуйста, — девушка протянула руку, глядя прямо в эти недовольные глаза. На лице Люцифера появилась странная усмешка, но после он взял руку Лины в свою. — Закрой глаза и дотронься до дерева.       После коротких размышлений архангел исполнил и эту просьбу. Лина положила вторую руку на кору дерева и тоже закрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Люцифер уже вновь хотел уйти, но раздраженные мысли о том, какая же это глупая затея, перекрыл слабый голос. Архангел вздрогнул от неожиданности. Этот голос он узнал бы из тысячи. Волна воспоминаний накрыла его с головой.

***

       — Люцифер! Люцифер, где ты? — раздается звонкий голос Михаила в Эдеме. Архистратиг идет по тропинке, взглядом разыскивая брата. И вот он замечает его. Маленькие белоснежные крылья виднеются за зеленым кустом. Архангел сидит, боясь пошевелиться. Михаил быстро подходит к брату и вздыхает, качая головой. Люцифер поднимает на него небесно-голубые глаза, полные слез.        — Помоги, — шепчет он, и Михаил начинает осторожно выпутывать крылья брата из зеленой ловушки, попутно ругая его за неосторожность, но Люцифер знает, что за этим кроется волнение. Шипы впились в крылья, и каждое неосторожное движение приносит боль, но Михаил все делает аккуратно, не желая навредить брату. Подумать только, еще пару минут назад архистратиг сильно поругался с Люцифером, а сейчас сидит здесь и возится с его крыльями, а потом так и вовсе бережно обнимает, вытирая слезы. И в глазах старшего архангела видна любовь.

***

       — Хей, Рафаил, в чем дело? Я ведь вижу, что с тобой что-то не так, — Люцифер пристально смотрит на младшего брата, прищурившись.        — Я поссорился с отцом, — тихо отвечает архангел, потупив взгляд.        — Пфф… Подумаешь, проблема. Поверь мне, Рафаил, я спорю с ним каждый день. Это нормально, — усмехается Люцифер. — И это вовсе не делает тебя плохим, что за глупые мысли? У папы просто был тяжелый день. Если хочешь, мы вместе с тобой попросим у него прощения.        — А тебе есть за что? — удивляется Рафаил, хлопая карими глазами.        — Эх, ну вот чем ты меня слушал? Я каждый день с ним спорю. И иногда, когда у меня есть настроение, прошу прощения. Будем считать, сегодня оно у меня есть, — Люцифер подмигивает брату, и тот кивает, улыбаясь. Архангел видит в его глазах доверие, и это бесценно.

***

       — Я боюсь, Люц… Здесь слишком высоко, — малыш жмется к ноге старшего брата, глядя вниз. Золотистые перышки чуть ерошатся от теплого ветра. Младший из архангелов поднимает на Люцифера большие ореховые глаза, полные страха и нерешительности.        — Брось, Гавриил. Я ведь рядом. Тем более у тебя отлично получается летать. Пора переходить на новый уровень, братишка, — улыбается Люцифер, взъерошив кудрявые волосы ребенка. Он протягивает руку, и Гавриил хватается за нее, сжав ладонь маленькими пальчиками. Архангел жмурится, а после делает шаг и прыгает с обрыва вместе со старшим братом. Люцифер через пару секунд раскрывает крылья. Они ослепительно-белые в свете солнца и очень мягкие. Большая тень от этих крыльев ложится на землю, и вскоре рядом появляется вторая, поменьше. В ушах Люцифера звенит смех Гавриила. Он смотрит на брата и видит счастье на лице младшего архангела. И в тот момент Люцифер знает, зачем живет. Он живет ради этих доверчивых ореховых глаз и этого смеха, который заставляет сердце биться чаще.

***

      В определенный момент Лина открыла глаза и посмотрела на архангела. К своему удивлению увидела на его губах улыбку. На нее, будто со старой фотографии, смотрел прежний Люцифер. Лицо его было спокойным и умиротворенным, а крылья постепенно расправились за спиной. Аккулина услышала тихий шорох и посмотрела вниз. Из-под земли, прямо под ногами Падшего, пробивались зеленые ростки, подминая под себя пожухлую траву. Медленно ростки расползались по земле, наполняя Эдем жизнью. Дерево под рукой Лины будто встряхнулось, в нем забилась жизнь. Люцифер все стоял, закрыв глаза и улыбаясь, пока на дереве не распустились внезапно появившиеся почки. Тогда архангел распахнул небесно-голубые глаза и посмотрел вокруг. Постепенно райский сад оживал, теплый ветер заиграл в волосах Люцифера.        — Вот видишь… Ты не тот, за кого себя выдаешь, Люц. А это, — Лина обвела рукой зеленеющий сад, — не просто твои владения. Это твой дом.