С первым снегом я вернусь

      Элайза чувствовала себя Фрекен Бок, у которой «Карлсон улетел, но обещал вернуться». Вообще в мире существует много ужасных вещей: бедность, голод, болезни. Но одной из самых отвратительных является ожидание. Наверное, поэтому мы все так бесимся в очередях.       Всю весну Элайза провела в одиночестве. Делать ничего не хотелось. Всем близким девушки это казалось очень странным. Ведь обычно весной люди испытывают воодушевление и подъём после протяжных холодов. В конце концов, мать Лайз, Кэрри Роусмэн, решила, что её дочь просто безответно влюбилась. Поэтому, во что бы то ни стало, хотела свести дочь с каким-нибудь сыном своей подруги. Но миссис Роусмэн это не удалось. В сердце юной Лайз надолго поселился Джек Фрост. – Элайза, познакомься, – начала миссис Роусмэн, указывая на хорошо одетого молодого человека, – это Патрик, племянник нашей соседки Дороти. – Рад с Вами познакомиться, – парень склонился, чтобы поцеловать руку Лайз, но она быстро вырвала свою ладонь из его. Патрик сделал вид, что ничего не произошло, и продолжил, – миссис Роусмэн много о Вас рассказывала.       После этих слов он получил от самой миссис Роусмэн под дых. – Только хорошее, – весело подмигнул Патрик, своей манерой на секунду напомнив другого. Элайза аж вздрогнула.       Вечер молодые люди провели вместе, пока их родственники переговаривались между собой, какая бы из них двоих вышла отличная пара. Но Элайза ни на секунду не забывала о том, кого она так сильно ждёт.       Вечная зажигалка по имени Элайза превратилась в тихую и задумчивую тень, которая слонялась от одного окна к другому. Частенько зависала и буравила взглядом горизонт. Скука и тоска потихоньку съедали девушку. Все школьные тетради были изрисованы снежинками и исписаны заветным именем. Днём она могла предаваться мечтам и светлым воспоминаниям, но по ночам, остававшись один на один с собой, Элайза давала волю горячим слезам. Но долго зависать в таком состоянии не хотелось.       Май был идеальным месяцем для того, чтобы отвлечься и с головой погрузиться в учёбу. Лучше уставать, как собака, чтобы ночью моментально отключаться и не видеть перед глазами болезненные картинки прошлого. Пускай снятся бензольные кольца, а не черты любимого, который сейчас далеко.       Но экзамены имеют свойство заканчиваться. Поэтому Лайз пришлось думать, чем занять себя летом. Благо, существует Netflix и бесконечный мир сериалов. Выходить из дома практически не хотелось, ведь жара и палящее солнце с недавних пор начали раздражать девушку. Когда большинство британских и американских сериалов было пересмотрено, Элайза перешла на корейские дорамы.       Прошло лето, и Элайза вздохнула свободнее. Прохладный свежий сентябрьский ветер оповестил её, что зима близко. Чёрт, она даже фразами из сериалов заговорила.       Примерно с октября Элайза начала основательно готовиться к Рождеству. Она пекла имбирных человечков, напевая Рождественские песенки, украсила комнату мерцающими огоньками и даже сменила обои на телефоне.       Ноябрь. Элайза одна гуляла под музыку, которая барабанила из наушников. Носком ботинка она разбрасывала опавшие тусклые листья, которые ещё неделю назад были золотистыми. В ладони врезались ручки тяжёлых пакетов, набитых только что купленными продуктами. Хотелось поскорее добраться до дома, переодеться в уютную одежду и за раз съесть плитку шоколада.       Обычно, когда ты думаешь над чем-то очень-очень сильно, мечтаешь о встрече с конкретным человеком, в мыслях прорисовываешь все детали встречи, точно знаешь, как всё произойдёт, и даже знаешь, что скажешь, но этого никогда не происходит. Но стоит хотя бы на минуту забыть обо всём, ты наткнёшься на этого человека в самый неподходящий момент. Мысли рассеет ветер, и будешь перед ним «экать и мэкать».       Элайза натянула на голову массивный капюшон, так как начало моросить. Мелкие капельки стучали по плотной ткани куртки. Она прибавила шаг, так как мысль о поглощении шоколада – средства, которое залечивает все душевные раны – всё больше и больше радовала Лайз.       Тёплый душ приятно расслабил тело девушки. Она облачилась в мягкое хлопковое бельё и накинула длинную майку с большими проймами. Редкая возможность побыть дома одной в максимально удобной одежде.       Что-то щёлкнуло в сердце. Лайз посмотрела в окно. На улице дождь перешёл в мокрый снег.       Она прикрыла веки, чтобы ничего не мешало ей прислушаться к своим ощущениям. Лёгкий прохладный ветерок прошёлся по шее. Она повернулась, открыв глаза. – Джек Фрост? – Элайза протянула в пустоту руку. Её ладонь наткнулась на препятствие. Воздух начал густеть. Элайза увидела, что она упёрлась пальцами в чью-то грудь. Любимая синяя толстовка, покрытая серебристыми нитями снега. Взгляд поднимается выше. Оголённая шея, дрогнул кадык. Бледные тонкие губы снова ухмыляются, а в голубых бездонных глазах пляшут черти. – Я готовилась к твоему приходу, – тихо сказала Элайза. Было странно снова с ним говорить после такой долгой разлуки.       Джек накрыл её ладонь, которая до сих пор лежала на его толстовке. – Как? – Пила витамин С, – синяя ткань под её пальцами смялась. – Как ты поняла, что это я? – усмехнулся Джек. – Как только ты появляешься, становится ужасно холодно, – она добродушно улыбнулась, рассматривая позабытые черты лица. Джек внезапно отошёл от Лайз, судорожно ища глазами что-то. Наконец, его взгляд зацепился за мирно лежащий на спинке стула плед. – Прости. Вот, накинь, – он набросил плед на оголённые веснушчатые плечи.        Элайза замотала головой, вырываясь из его заботливых объятий. – Не извиняйся. Мне нравится, – она скинула с себя плед, переступив через него босыми ступнями, которые обжигал холодный кафель. Элайза сделала стремительный шаг и поцеловала Джека.       Боже, она словно наткнулась горячими губами на ледяную скульптуру. Через мгновение она оторвалась от парня, чтобы встретиться с ним глазами. – Я очень скучала, – её пальцы чертили узоры на острых скулах, – очень… – Я тоже, – серьёзно сказал Джек. – Я…       Он осёкся, и многозначительно опустил глаза. Элайза проследила за его взглядом. Джек смотрел на глубокое декольте с выражением, мол, мадам, прикройтесь. – Ты неодета, – голос дрогнул, поэтому пришлось прочистить горло, прежде чем Джек констатировал факт, смущённо опуская взгляд и отворачивая голову в сторону.       Лицо Элайзы озарила милая улыбка. Она сделала полушаг к Фросту. Пальцы осторожно дотронулись до подбородка и развернули его лицо обратно. Элайза привстала на носочки и мягко коснулась губами его неподатливых губ. Её руки обвили холодную шею парня.       Джек поддался вперёд, углубляя поцелуй. Ледяные руки Джека легли на хрупкую талию, обтянутую тонкой белой майкой. Тонкими длинными пальцами он впился в кожу девушки, когда она легонько укусила его за нижнюю губу.       От сильного холода, идущего от духа зимы, хотелось поскорее забраться под одеяло, но Элайза не подавала вида и продолжала целовать возлюбленного. К сожалению, её тело реагировало должным образом. По телу девушки пробежали мурашки. Джек почувствовал, что доставляет Лайзе дискомфорт, поэтому спешно разорвал долгий поцелуй и убрал руки. – Прости, – он спрятал руки за спиной, до хруста сжимая их в кулаки. Джек проклинал себя за то, что он холоднее мороженой курицы бройлер.       Элайза нагло водворила их обратно на свою талию, которую морозило каждое, даже самое лёгкое, прикосновение. Она взяла его ладони в свои, и принялась водить ими по своим бокам, спине, животу. Затем она поднялась выше.       От холода грудь моментально приподнялась, а соски затвердели и просвечивались через тонкую майку. С губ Элайзы сорвался стон.       Джек приподнял Элайзу над полом, позволяя ей обвить ногами свою талию.       Фрост застрял в двух чувствах. Он безумно желал эту девушку и хотел продолжения. Но другая часть него сильно смущалась. Странно, но подобные вещи он не испытывал ни разу за столько десятилетий.       Лайз стянула свою майку через голову, открывая вид на красивую грудь. Но Джек по-прежнему смотрел ей только в глаза. Элайза замечала его робость, поэтому взяла инициативу на себя. Она, оттянув ворот батника, впилась влажными губами в его шею. На этот раз тяжёлый вздох вырвался из груди Джека.       Он утянул девушку на её же кровать. Они неловко плюхнулись на постель, запутавшись в руках и ногах друг друга. Элайза во снах видела, как стаскивает синюю толстовку с Фроста, и вот теперь это происходит по-настоящему.       Белые пряди окончательно спутались. Элайза прильнула всем телом к оголённому торсу духа. Кажется, она шикнула от мороза, раздиравшего её тело. – У тебя тут… – Джек указал на припухшие от долгих ласк губы Элайзы. Они слегка посинели и покрылись инеем. Лайз провела языком по рту, слизывая хрустящие белые крупицы, а затем прикусила губы, чтобы восстановить кровоток. Чёрт, это было так сексуально, что Джек почувствовал, как внизу живота мгновенно напряглись мышцы.       Его голубые глаза потемнели, и от наплывшей волны страсти стали абсолютно синими. Джек подмял под себя Лайз, носом выводя непонятные узоры на её шее. Между пальцев Джека из ниоткуда возник маленький кубик прозрачного льда. Как только влажная ледяная поверхность коснулась тёплой кожи, с губ Элайзы слетел короткий стон.       Джек провёл кубиком по шее, косточкам ключицы. Затем он спустился ниже, к груди. Очертив соски, дух принялся терзать выступающие рёбра.       Элайза извивалась под Джеком, невпопад шепча и выкрикивая какие-то слова. Джек прошёлся по животу и остановился у каёмки хлопковых трусиков. Лёд оставлял за собой длинные влажные дорожки, которые щекотали кожу, растекаясь в разные стороны. Джек снова навис над Элайзой, приникнув к её дрожащим губам.       Забытый на животе кубик начал стремительно таять. Мокрые дорожки побежали вниз, намочив хлопковую ткань. Бесстыдная вода затекала в самые чувствительные места, заставляя Лайз выгибаться дугой и стонать от удовольствия в рот Джеку.       Руки обоих потянулись к штанам Джека, поспешно стащив их. От болезненно-приятных ощущений внизу Джек потерял рассудок. Он быстро стянул промокшие трусики в сторону и пристроился между ног Лайз. Их руки сплелись в замок, когда Джек вошёл.       На лицо Элайзы приземлилась пара крупных снежинок. Она заглянула за плечо тяжело дышавшего парня. В комнате шёл снег.       Джек тоже это заметил. Всем своим видом он показывал, как ему жаль. – Всё хорошо, – прошептала Лайз, оставляя случайный поцелуй на его плече.       Ещё несколько толчков и комната наполнилась шумными вздохами и стонами обоих. Мирно падающий снег превратился в настоящий снегопад, покрывая тела влюблённых. У Элайзы даже возникла мысль, что она занимается любовью в снежном шаре. Она хихикнула, сильнее прижавшись к бёдрам парня.       Всё стихло. Сугробы на полу и столе, разбросанная одежда и сбивчивое дыхание напоминала о том, что здесь творилось несколько минут назад. Джек и Элайза держались за руки и не думали ни о чём. Джек пригладил ладонь Лайз. – Ай! – пискнула она. Кожа на руках Элайзы заметно покраснела и начала покалывать. Джек поднялся с кровати. – У тебя обморожение, – немного печально объявил Джек. – Идём греться.