Пари

Вечер. Гокудера проснулся от шума в комнате. Когда блондин открыл глаза и поднял голову, то увидел, как Такеши копошился в пакетах с какими-то вещами для тренировок. брюнет повернул голову в сторону кровати.  — Прости, Гокудера, что разбудил, — как обычно, улыбнулся Хранитель Дождя и, сложив последние пакеты, убрал их на самую нижнюю полку шкафа. Гокудера отвёл взгляд и сел на кровать, осматривая сонными глазами комнату. Почувствовав, что в горле у него пересохло, Хаято начал осматривать столик на наличие хоть какой-нибудь жидкости.  — Гокудера, ты ведь таблетки должен был выпить? Я подготовил тебе воду, — Ямамото подошёл к компьютерному столу, взял с него стакан с водой и на расстоянии вытянутой руки поднёс его Гокудере. — Шамал-сан мне всё рассказал, — пояснил парень, улыбаясь. Гокудера взял из пакета пузырёк с запиской. В ней было написано, что таблетки растворяются в воде. Хаято так и сделал: приняв стакан с водой, он закинул в него одну таблетку. Та легко растворилась с шипящими звуками. После этого Хаято выпил часть содержимого и поставил стакан на стол.  — Странный вкус, — Хаято гонял по рту остатки жидкости с непонятным привкусом. — И для чего они?.. — спросил себя блондин, взяв в руки пузырек и внимательно разглядывая содержимое.  — А вот этого Шамал-сан мне не сказал, — ответил Ямамото, взяв пакет в руки и заглядывая внутрь. — Тут никаких записок больше нет, — сообщил брюнет, положив пакет на место. Хаято кинул короткий взгляд в сторону Такеши и поставил пузырёк на стол. В комнате настала неловкая тишина. Хотя… кому как. Такеши не знал, о чём вообще можно поговорить с подрывником, а вот Гокудере было плевать — он пытался понять, для чего эти таблетки. — Гокудера, — нарушил тишину брюнет, — о чём вы разговаривали с Тсуной? — не очень удачно начал разговор Ямамото, садясь на компьютерный стул. — Не твоего ума дело, — в своей манере ответил Хаято, взглянув своими глазами цвета зеленого изумруда на собеседника. — Снова ты грубишь, — сказал Такеши, улыбнувшись. — Кстати, Гокудера… — что-то вспомнил брюнет и продолжал говорить, но блондин его не слушал, посчитав его речь пустой болтовнёй. Да и не то, чтобы посчитал… просто он сейчас, сам того не понимая, расслабился и не мог сосредоточиться на словах Ямамото. «Что за..? — не мог сообразить блондин. — В глазах всё мутно… а его голос режет по ушам… Чёрт! Надо собраться с мыслями!» — пытался сопротивляться Гокудера какому-то непонятному, для него, чувству. — …и через неделю будет проходить турнир по бейсболу… — ни о чём не подозревая, всё так же продолжал брюнет, иногда жестикулируя руками. Хаято, почувствовав сильную слабость в теле, попробовал напрячься, сжав в руках простынь, но ничего не получилось. Гокудера, опустив голову, не понимал, что происходит: в глазах все расплывалось, голова начинала болеть, температура тела повысилась, ритм сердца ускорялся, темп дыхания увеличивался, от чего блондину пришлось уже прерывисто дышать через рот, а в области паха он чувствовал нарастающее давление. -…и, в общем… — не договорил брюнет, так как, посмотрев на раненого, он резко замолчал. — Гокудера? — в ответ Такеши услышал уже громкое прерывистое дыхание. — Гокудера, что с тобой?! — испугался кареглазый, сорвавшись с места к Хаято. Блондин не отвечал, продолжая тяжело дышать, после резко упал на кровать, сжимая в руках простынь. — Подожди! — крикнул Ямамото, выбежав из комнаты, но вскоре вернулся с еще одним стаканом воды и охлаждающим пластырем. Брюнет поставил стакан на столик и, открыв пластырь, наклеил его на лоб Хаято, после чего вновь взял стакан в руку. — Гокудера, выпей, — встревоженно сказал парень, протягивая емкость с водой. Испытывая дикую жажду, блондин попытался встать и выпить воды, но из-за слабости не мог подняться. Такеши подошёл к Гокудере и, приобняв его за плечи, приподнял. Ямамото взял стакан со столика и, приложив его край к губам блондина, потихоньку поднимал емкость, давая Гокудере насладиться прохладной водой. Когда Хаято выпил пол стакана, Ямамото положил блондина обратно на постель. — Позвони Шамалу… — прохрипел Гокудера, пытаясь держать тяжелеющие веки открытыми. — Это… всё его дрянь!.. — злился блондин. Ямамото быстро отыскал в своей комнате телефон и, набрав номер Трайдена, стал ждать ответа. Послышались гудки, и Такеши переключил на громкую связь. — Трайден на проводе, — наконец послышался голос врача. — Шамал-сан! — в панике выкрикнул Ямамото первое, что пришло в голову. — Э?! — в удивление выкрикнул Шамал от неожиданности. — А! — дошло до мужчины. — Ямамото, я как раз хотел тебе позвонить. Ни в коем случае не давай Хаято те таблетки, что я принёс. — О-он их уже выпил!.. — нервно и испуганно ответил Ямамото, переводя взгляд то на Гокудеру, то на пузырёк с таблетками. — Идиоты… — издал Шамал на той стороне провода. — Значит, осталось только рукоприкладство… — тяжело вздохнув, сказал Шамал. — Старый хрыч… — прохрипел Хаято. — Что это?.. — Виагра, грубо говоря, мальчик мой, виагра. Я сам её создал, так что это новосозданный препарат со схожими свойствами. — Ты хоть знаешь, кто ты?! — прорычал Хаято, схватившись за горло. — Да-да. Это все? Если да, то я отключаюсь, — пофигистичным тоном произнёс доктор. — П-постойте!.. — выкрикнул Ямамото. — Что нужно сделать, чтобы ему полегчало?! — Я вам уже сказал, «рукоприкладство», — смеясь, сказал Шамал, после чего отключился. — Старый идиот… — кряхтел Хаято, поднимаясь на кровати. — Уйди, — напоследок тихо сказал блондин. — Гокудера, что ты..? — не веря своим мыслям, Ямамото посмотрел на Гокудеру. — Собираюсь избавляться от этой проблемы, — сказал блондин, опершись на одну руку, но из-за слабости снова упал. — Гокудера, д-давай помогу… — неуверенно начал брюнет. — Ты с ума сошел?! — не веря словам Такеши, Хаято вздрогнул. — Нет другого варианта, — серьезно сказал Ямамото, блондин сглотнул. Ямамото залез на кровать и, приблизившись к стене, облокотился на нее спиной, после притянул к себе Гокудеру, который теперь плотно соприкасался своей спиной с грудью бейсболиста. Такеши тяжело вздохнул от близости с Хаято и, медленно обхватив блондина за талию правой рукой, притянул его еще ближе к себе, а левой рукой стал опускать резинку пижамных штанов подрывника. — Придурок, ты совсем?! — понимая смысл происходящего, но не принимая этого, выкрикнул Гокудера, схватив брюнета за руку и повернув голову к нему. — Так надо, Гокудера, — серьезно сказал Ямамото. Хаято вздрогнул и, сдержав себя, отпустил руку Такеши. Ямамото приспустил штаны Хаято, после чего, почувствовав бугор через ткань боксеров Гокудеры, стал его поглаживать, из-за чего Хаято, подрагивая, вцепился руками и пальцами согнутых ног в простынь. — Не тяни!.. — выкрикнул блондин со стыда. Ямамото закусил губу и молча приспустил ткань боксеров, оголяя твердую, увеличившуюся плоть блондина с покрасневшей, от прилившей крови, головкой, из которой через уретру уже вытекала прозрачная вязкая жидкость. Такеши сглотнул, после чего обхватил член Хаято левой рукой и стал вести по нему. Гокудера покраснел и стал еще тяжелее дышать, откинувшись назад головой на плечо брюнета, оголяя свою шею и увеличивая обзор своей груди, которая быстро вздымалась от участившегося сердцебиения. Ямамото стал быстрее водить левой рукой по плоти Гокудеры, захватывая головку в кулак, после опуская руку, легко водя ей и крепко обхватывая основание, зажимая и оттягивая, после плавно ведя рукой вверх и зажимая головку. Брюнет делал все движения быстро, но ощутимо, сводя возбужденного блондина с ума, из-за чего, при каждом движении руки Такеши, Хаято извивался как мог. Подрывник сгибал и разгибал ноги, напряженно расставлял руки и прижимал их к себе вместе с простынями, слабо изгибался телом и активно размахивал головой, то сильнее откидываясь назад, утыкаясь носом в шею бейсболиста, то сгибаясь из-за наслаждения. Блондин стал отрывисто, быстро дышать и громко стонать из-за непреодолимого наслаждения в области паха. Блондин издал стон, излившись в руку брюнета, и расслабленно развалился на удобной груди брюнета, погрузившись в блаженную дымку сознания. Хаято откинул голову на плечо Такеши и, ни о чем не думая, продолжал тяжело дышать, поглощая желанный воздух. Брюнет стал тяжело дышать, почувствовав давление в области паха, после чего, заворожено смотря на блондина, ослабил правую руку, держащую подрывника, и, слабо обхватив его за подбородок, приподнял и резко впился в его губы глубоким и жадным поцелуем, проникая языком, который бешено и активно изучал полость рта партнёра, сплетаясь с его языком. Гокудера от шока раскрыл глаза и, упершись руками в грудь Ямамото, резко оттолкнул его, тем самым, сбросив с кровати, после чего быстро одел боксеры и натянул на себя штаны от пижамы. Дальше Хаято не стал медлить: он схватил со стула свою пострадавшую школьную форму и выбежал из комнаты, что есть сил. Благо, дома не было отца Ямамото, который утром уехал за продуктами для суши-бара. Блондин тут же выскочил на улицу в пижаме, кроссовках, на которых не были завязаны шнурки, и со своей формой в руках, убегая в сторону своего дома. Хаято повезло, что на улице уже было достаточно темно, иначе бы он не потерпел такого позора, если бы кто-то из знакомых его узнал в таком виде. А Ямамото же сначала немного полежал на полу в своей комнате, ни о чем не думая. Потом он отправился в ванную, чтобы помыть руки и переодеться в чистую футболку с домашними штанами, затем вернулся в комнату, и, ничего не трогая, рухнул на кровать, обнимая плед, от которого еще пахло Гокудерой — легким ароматом пороха и сигарет. Брюнет закрыл глаза и стал задаваться некоторыми вопросами, касающиеся подрывника, на которые он не мог дать ответы.