Стар Трек (драбблы)

      Аномалия, появившаяся на корабле после визита в очень красивую туманность, напрягала весь экипаж. Она была небольшая. Появлялась внезапно, стелилась по полу и очень быстро передвигалась. А внешним видом напоминала прозрачную голубоватую энергию, окутанную прозрачным голубоватым туманом.       Аномалии сторонились, стоило ей появиться. Она спокойно проходила сквозь стены, иногда гонялась за людьми и даже пыталась на них напрыгнуть, что пару раз удалось и закончилось для неудачников медотсеком. В природе этой аномалии, несмотря на приказ капитана, разобраться пока не удалось никому.       Почти никому.       Будучи уверенным в собственной правоте, некто героически решил спасти от аномалии весь экипаж, но для этого нужен был транспортер, к управлению которым героя не подпускали в силу юного возраста. Но настоящие герои не пасуют перед трудностями, поэтому пришлось действовать окольными путями и залезть в трубы Джеффри, откуда можно было заграбастать управление транспортером в свои героические ручки. За этим занятием герой провёл почти два часа и ликующе усмехнулся, когда ему удалось поймать аномалию в буфер транспортера. И радостно поскакал в транспортаторную, потому что собак он всегда любил.

***

      — Транспортаторная — медотсеку, — раздался бледный на интонации голос.       — Что ещё? — буркнул МакКой под нос.       — Доктор МакКой, вы не могли бы прийти к нам? У нас… проблема, — закончил этот странный голос.       Прихватив аптечку первой помощи, МакКой выскочил из медотсека, а уже через пару минут входил в транспортаторную.       — Говорил, что эти штуки до добра не доведут. Что у вас? — с порога спросил он и тут же увидел проблему, остолбеневшую от шока и не решающуюся спуститься с площадки транспортации.       Несколько секунд он смотрел на проблему с каменным лицом. Проблема жалобно смотрела на него. И разве что не поскуливала. И врачебный такт дал сбой — МакКой заржал. А потом к нему подполз Кхан, чья покрасневшая рожа была мокрой от слёз, и уцепил за брюки.       — У… у… него… хвост… — всхлипнул Кхан. — Сзади в брюках… шевелится…       И снова обессилено выпал в подпространство, икая и захлёбываясь хохотом.       — Спок... стой где стоишь. Я сейчас, — с трудом и не до конца беря себя в руки, велел МакКой преобразившемуся вулканцу, ухватил Кхана за запястье и поволок за собой прямо по полу, потому что встать на ноги тот явно не мог.       — Что ты сделал? — спросил он, отволочив паршивца за угол.       — А-а-аномалия… которую мы подцепили в туманности, — всхлипнул Кхан, ещё больше краснея рожей. — Мистер С-скотт к-как-то ра-рассказал м-мне… мне… рассказал… фуууу... транспортер — опасная штука, не суйся, собака адмирала Арчера пропала, — в едином порыве выпалил Кхан и снова зашёлся хохотом. — А наша аномалия… только что лапу на стены не задирала. Би-бигль! Н-новая порода! В-вулканский б-бигль! В-вы его уши в-видели?       МакКой видел. Хорошие уши, биглевские, покрытые шерстью, свисающие с головы, поверх собственных ушей вулканца, мокрый чёрный нос и классический триколор шкурки. А что он увидит, когда Спок разденется… хвост… Кхан сказал, что у него сзади хвост… шевелится.       — А теперь объясни мне зачем?       — Д-да не виноват я! — сквозь слёзы возмутился Кхан, старательно выдувая воздух из лёгких и пытаясь взять себя в руки. — Я поймал собаку в буфер транспортера, это действительно оказалась собака и, наверно, та самая, которую мистер Скотт куда-то закинул! И хотел завершить транспортацию — материализовать её, но кто ж знал, что коммандер в эту же миллисекунду с высадки вернётся! Я не виноват. Так случайно получилось!       Когда они вернулись в транспортаторную, то почти держали себя в руках, ровно до того момента, пока Спок не открыл рот и не сказал жалобно:       — Гав…

4.8

      Как бы Кирк ни любил Спока, как бы ни сочувствовал ему, но хвост… о, этот хвост, поросший короткой, чёрно-рыжей шерстью и белый на кончике, чьё виляние гипнотизировало. Или, что случалось чаще, вызывало неконтролируемый ржач. Кирк мог смотреть на него вечно, но был оторван от этого зрелища МакКоем, который уцепил Кирка за локоть и вытащил из-за ширмы.       — Джим, я понятия не имею, что делать. В целом, жизни Спока ничего не угрожает. Я могу только хирургически убрать всё лишнее, — сказал МакКой, ухватывая Кирка за подбородок и поворачивая его голову лицом к себе.       — Что лишнее?       — А по-твоему у него ничего лишнего нет? — возмутился МакКой. — И две пары ушей — это норма? И два сердца? И хвост!       — А можно хвост оставить? — спросил Кирк.       — Джим!       — Ну ладно, ладно! Не буянь! Врач ты. Делай, как считаешь нужным, — Кирк, как примагниченный, снова сунулся за ширму, где стоял частично укутанный в простыню Спок, с двумя парами ушей, наполовину рыжей головой, пятном чёрной шерсти на спине и заветным хвостом… Эх… вот бы оставить хвост! Который, едва Споко-бигль унюхал заглядывающего Кирка, тут же завилял, а умилённый до тахикардии Кирк отпрянул от ширмы.       — Боунс, умоляю, что хочешь, но оставь хвост! — воскликнул он, пятясь к двери, и выскочил из медотсека.       — Дурдом! — возмутился МакКой ему вслед, обернулся и тут же наткнулся на нехороший взгляд Кхана, который успел выйти из-за ширмы, где он присматривал за Споком, чтобы тот не задрал ногу на третью койку.       — Я тут услышал, доктор, что вы мою собаку собираетесь удалить хирургически? — угрожающе поинтересовался мелкий террорист.       — А как ещё?       — Вы не доктор, вы живодёр, — отрезал Кхан, а МакКой поперхнулся, ибо так его ещё никто не оскорблял.       — И что ты предлагаешь? — рыкнул он.       — Давайте наоборот.       — Что наоборот?       — Удалим вулканца из моей собаки.       — И это я живодёр?!       — Видите, вам не нравится, и мне тоже не нравится, когда меня пытаются лишить друга. Так что развиваю мысль: создайте маркер на основе ДНК вулканца, и будем разделять.       МакКой на миг задумался и спросил:       — Ты хочешь подсветить ДНК Спока, настроить на его клетки транспортер, выдернуть все его клетки из собаки в буфер транспортера и материализовать заново?       — А потом собрать оставшиеся клетки обратно в нормальную собаку. И никто не будет никого убивать, — с намёком сказал Кхан.       — Джим будет разочарован, — пробормотал МакКой, отодвинул ширму и всплеснул руками: — Да что ж такое! Фу! Плохой Спок! Плохой!       Спок повесил уши, поджал хвост и виновато опустил ногу.