Devil's eyes.

Кацуки пришёл в школу как обычно - не в настроении. Вот только сегодняшнее "не в настроении" отличалось от обычного. Обычно он находил с самого утра козла отпущения и затевал с ним войну на ближайший день. Ну как день. Часа два, а дальше всегда находился козёл, который будет бесить в разы больше. Но сегодня Бакугоу был в состоянии желе. Он пытался быть агрессивным, вот только после вчерашнего вечера (и ночь в том числе) сопливых мелодрам со счастливым концом, мыслях о Шото и как бы всё могло бы быть хорошо, если никакой агрессор не выводил из себя. Кацуки просто впал в огромную апатию, которая как с неба свалилась. А глаза были предательски красные от слёз вчера. Да Бакугоу никогда в жизни столько не рыдал, даже будучи младенцем, как за вчерашний день! Чертов Шото, который ломает судьбы. Такой Кацуки показался страшнее одноклассникам. Он пялился в одну точку, не отвечал ни на какие недошуточки в свою сторону и просто молчал. Да он не в силах что-то сказать! Вот утром делаешь себе яичницу. Кетчупом залил белок... И всё - комбинация красный-белый готова. От этого Бакугоу не позавтракал. Родители ещё, словно издевались, выбирали всё утро, какое вино лучше - белое или красное. Спросили у сына, а тот на автомате - вместе. А что? Ведь бело-красные волосы у одного уёбка. Тодороки, как уже все успели привыкнуть, ввалился к класс в середине урока. Такое экстравагантное поведение Шото не вызывало уже никаких эмоций - только интерес, что за приключения он пережил сегодня. И приключения начались с того, когда он подсел к Мидории. Прямо нагло поставил свой стул за одиночную парту Мидории и обнял его за плечо, нагибаясь к его уху. Бакугоу всё видел, ведь он сидел ровно за Мидорией. Резало. Но стоило этого ожидать от Шото - тот не успокоится, пока не уничтожит всё, что было у Кацуки. Но Тодороки произносит весьма странные слова, которые слышали все, кто сидит вокруг Шото и Мидории. - Я в говно,- пьяно произносит Тодороки.- Нихуя не понимаю. Эти слова выводят даже Бакугоу из мира апатии и безнадёги. Что? Шото в говно? А с ним что такое уже? Но довольная лыба на лице Тодороки, которую Бакугоу видел даже сквозь затылок Шото, пьяное кивание головой на слова учителя подтверждали его слова,Тодороки и правда был неадекватен по меркам нормальности. Но почему такое внимание было уделено Мидории? Чёрт его знает, Шото не знал просто наверное, кому ещё можно это сказать. Изуку ж его друг, наверное поэтому. Но всё-таки.. Это странно услышать от Шото, что он в говно. Очень странно. Хоть Тодороки и был последнее время бэд боем, явно он был не таким, какой он был пьяный. К тому же, он весь в пластырях и бинтах, что свидетельствовало, что вчера была драка. К такому Кацуки все привыкли, а вот для двумордого - что-то новенькое. Стоило только начаться перемене, Тодороки тут же повернул свой стул на 180 градусов и принялся сверлить взглядом блондина. От неожиданности Кацуки скрючил рожу наподобие "забирай его, а не меня", чуть отодвигаясь назад. Эта ситуация со стороны напоминала такую: к девушке приходит пьяный парень и взглядом пытается её закадрить, но та не в силах ничего и сказать. Вот тоже самое происходило и сейчас. - Кацуки, я уже третий раз напился,- сообщает Шото для блондина. О да, теперь Бакугоу слышит, насколько пьян его "друг". - Важная информация,- с сарказмом произносит блондин, поднимаясь с места. Он не может сидеть в такой близости от Шото. Им надо держаться подальше. Лучше Бакугоу пойдёт в коридор, найдет уголок уныния и будет думать о вечном. Ну иногда надо же! В коридор его не пускает Шото, перехватывая того за предплечье и усаживая к себе на колени, крепко обнимая со спины. Весь класс замер. Весь народ был готов к тому, что Кацуки похоронит сейчас просто оборзевшего Тодороки и ещё над его могилой поиздевается. Но Шото лишь нагло прижал к себе блондина, проводя носом по его спине, успокиваясь таким образом. - Никуда ты не убежишь,- приказным тоном сказал Тодороки. Кацуки как током поразило. Он хотел дать отпор, хотел ещё раз избить наглого засранца, но не смог. И не пожелал. В эту секунду против Кацуки была использована фантастическая комбинация - приказ и нежность. Это заставляло выпрыгивать сердце из груди, а внутри всё кричало "ещё раз, прошу!". В этот момент блондин просто мечтал сказать, как сильно он не хочет уходить. Он хотел повернуться, нахально притянуть за этот ослабленный галстук к себе Шото и сказать "это ты не сбежишь от меня". Много вариантов. Но все несбыточные. Удивлённые лица одноклассников вернули из мира грёз. Ведь Кацуки Бакугоу - не гей. И Шото Тодороки тоже. Это случайность. Бес попутал. С кем не бывает? А то, что Шото пьяный в стельку уж очень быстро пронеслось по классу. Да и по красным щекам и какому-то ненормальному поведению, склонному ко всяким "сюси-пуси" понятно. Ванильная розовая жвачка, ну что ж, тут она тоже имеет место быть. Бакугоу с трудом вырывается из крепких рук одноклассника, со злобой смотря на него. Тот смотрел на свои руки, словно там что-то было, а потом громко и очень звучно выдохнул. Театрально, чтобы все понимали, что Кацуки якобы недоволен сложившейся ситуацией. Только Мидория понимал по заторможенной реакции Кац-чана, что тот пиздец как доволен. - Я тебя сейчас в бетон закатаю...- говорит блондин, в привычной манере перед дракой закатывая рукава.- А ну пошли на свежий воздух выйдем. Бакугоу взял за руку Тодороки, утаскивая того вон из класса. У одноклассников короткий ступор, а затем все постарались не обращать внимание. - Да Бакугоу сегодня странный просто. - Ага, ни с кем не дерётся. Может праведником стал. - Ну, просто переговорить решил. Хотя я его всё равно побаиваюсь. Лучше не лезть. - Согласен. Как только дверь крыши закрылась и парни прошли чуть вперёд, Кацуки злобно глянул на причину всех своих проблем. Как же хотелось его убить! Почему они вернулись опять на грёбаную крышу? Шото не отпускал ручку Бакугоу, смотря куда-то в сторону, куда улетают листья. На улице не так уж и жарко, очень даже холодно в одной рубашке. - Чего тебе?- со злобой произнёс блондин. Он сделал вид, что забыл отпустить руку одноклассника. Хотелось ещё немного подержать его руку. Бакугоу запоминал. У Шото длинные холодные пальцы, чувствуются кости, а если опустить взгляд на эти богоподобные руки, то ещё и можно увидеть вены. Господи, Кацуки опять не может думать о чем-то, кроме дрочки... - Жду удобный момент поцеловать тебя,- честно признался Тодороки, смотря вдаль.- Сейчас. Свободной рукой он взялся за затылок парня, приближаясь для поцелуя. Сердцебиение Бакугоу стало ненормальным. Он хотел. Хотел, чтобы его самый первый поцелуй был украден здесь и сейчас, вот этим человеком на этой крыше. Но здравый смысл кричал одно слово: нельзя. Кацуки останавливает одноклассника пощёчиной и отходит от него. Тодороки теряет равновесие от удара.. Нет, не от силы, просто он в самом деле пьян и для него большая трудность в принципе идти и стоять на ногах. А тут ещё и такое.. Бакугоу виновато опускается на корточки перед двумордым, думая утешить его. Ну идиот! Зачем он ударил Шото? Мог бы поцеловать, отдаться ему... Нет же.. Блондин отказывался себя понимать: все мысли просто вверх дном. - Ожидаемо,- сказал Шото.- Я настолько тебе не нравлюсь, да? - Сколько ты выпил?- присаживается на колени Кацуки, избегая вопроса. - Начал я со вчерашней бутылки вина,- отвечает Шото. Его взгляд замечает колени Кацуки и одноклассник просто моментально укладывается головой к тому на колени, надеясь, что не прогонят. Но Бакугоу даже не отреагировал.- Затем вермут.. Потом я вспомнил о недопитом коньяке... Половину утра блевал и не мог собраться, чуть дошёл сюда. Но я пришёл чтобы сказать тебе, что ты больше не убежишь. Я не пущу. - Что ты в таком состоянии можешь сделать, идиот?- чуть рассмеялся Кацуки. - Спрыгну с крыши,- спокойно сказал Тодороки и резко подскочил. Он встал на колени, лицом к Кацуки, хватая того за плечи. - Мне не нужна жизнь, где ты ненавидишь меня,- Тодороки совершенно случайно надавил на плечи блондина, заваливая того тем самым на землю.- Скажи хоть что-нибудь... Чем я заслужил то, что ты не отвечаешь мне? - Шото, перестань...- почти шепчет Кацуки, отворачивая голову от одноклассника. Он готов разрыдаться, как маленькая девочка. И ещё потечь, ведь Тодороки завалил его. Прямо на крыше школы. Осталось только убрать эти слащавые диалоги. - Ты когда-нибудь целовался, Кацуки? Когда они начали друг друга по имени называть? Без понятия. И это сейчас был тот самый факт, который круче остальных врезался в голову. И эти слова последние... что Шото сказал? С девушками у Бакугоу не сложилось. Они его боялись. А единственная, кто не боялся - Урарака, предпочла банку зелёнки. А тот человек, с которым Бакугоу мечтает целоваться во всех уголках вселенной - над ним, пьяный в дрова и спрашивает о поцелуях. Поэтому блондин выдыхает, мотая головой. Он был весь красный, но... - Я научу,- сказал Тодороки.- Полезный навык. - Так же, как и пить?- не смог без издёвки Кацуки. Достал его весь этот цирк нежностей. Шото, наверное, тоже. Развели тут мелодраму как в тех фильмах, под которые вчера рыдал блондин. - Нет... Блять, Кацуки, оттолкни если не хочешь. Я не понимаю тебя,- опускает голову Шото.- Я запутался к чертям. - Протрезвей для начала, Шото,- сказал Бакугоу, щёлкая по носу своего одноклассника.- А затем уже приходи вести диалоги. - Ты прав. Но я хочу сказать тебе кое-что, пока я пьян,- сказал Тодороки, вставая с блондина.- Я хочу доказать, что ты важен мне. Я расскажу то, что не знает никто обо мне. - Не нужно, я... - Просто заткнись и выслушай меня,- двумордый зажал губы ладонью Кацуки, а затем убрал руку.- Прости. Но я скажу всё же... Я расскажу тебе, почему я ненавижу отца... У меня на самом деле была большая семья. Два брата и сестра ещё. И я никогда не был в любимчиках у отца. Как самый младший, я был просто для вида. Я всегда был с мамой и не вмешивался в жизнь отца. Но затем мои братья пропали, а потом и сестра. Я не знал, что с ними. Затем отец позвал меня на тренировки. Он учил меня разным языкам, боевому искусству и прочей ерунде. Я оказался самый способный к обучению и быстро осваивал всё. Чуть позже я узнал, что мои братья не выдержали тренировок и оказались слишком слабы. И знаешь, как он поступил? Он сдал их в детский дом. Моя сестра оказалась слаба иммунитетом и умерла зимой, когда мне было 5. И её могли бы спасти, но нет.. Отец и не пытался. И когда мама предъявила ему, то он отправил её в психушку... А на моём лице "подарок" от отца за то, что я не смог освоить всё. Я ненавижу его. Как политик он достаточно скандальный, но грамотный. Но как человек - он насквозь прогнил. И отец меня всю жизнь готовил, чтобы я тоже женился по расчёту и ушёл в политику за ним... Но я не хочу. Шото закрыл глаза, потирая переносицу. - Только не рассказывай никому. Не хочу проблем себе, и так хватает. Блондин просто лежал на крыше. Как ему сказали, он заткнулся и слушал. Слушал всю эту историю. Немудрено, что Тодороки "лучше вены себе вскроет, чем будет спать в одном номере с отцом". Понятно было, почему любой диалог с родителями ему в тягость. Понятно, откуда появилась цена за помощь родителей. И уж точно стало ясно всё. Энджи Тодороки пытается подкупить сына, выделяя ему крупные суммы денег на жизнь. Шото был от части избалован такими суммами и для него было нормально иметь сколько всего. Совершенно нормально подростку иметь свой собственный дом, выкидывать огромные суммы на гулянки в клубах. Но было так же понятно, что Шото ни с кем из одноклассников не мог найти общий язык именно поэтому. Он не понимал проблем, которые знали другие - ведь все проблемы Тодороки легко решались нужной суммой или "ты сын Энджи Тодороки? Тогда проблем нет". Когда лет 5 назад ты специально творил всякую хуйню, проверяя, насколько далеко ты можешь зайти. Вернее ты надеешься, что тебя остановят любящие родители. Но отец грозит лишь пиздюлями, на которые тебе уже плевать. Это как от уличных хулиганов получать - нет никакой обиды и осадка. Простые пиздюли. Кацуки мгновенно понял, почему Тодороки почти всегда носил маску. И даже то, какой он был последний месяц - маска. Он опять пытался чего-то добиться, выпендриваясь как маленький капризный ребёнок. Блондин хотел отвести эти мысли от себя. Вообще все мысли. Слишком много информации о Тодороки Шото... И о боги, как же хотелось сейчас его поцеловать. Такого настоящего, потому что именно сейчас он не был ни заучкой без эмоций, ни суперзвездой, а простым человеком со своими проблемами. Пьяный правда. Неужели алкоголь всегда так снимает маску? Наверное, да. Бакугоу делает внезапный для себя жест. Вернее, ожидаемый, но он всё равно удивлялся с себя же. Ну обещал же себе ещё вчера, клятвенно говорил самому себе, что хватит всего этого дерьма, а сейчас залазит на колени Тодороки и обнимает его за плечи, нагло заглядывая в глаза двумордого и чуть нагибаясь к нему. - Научи меня целоваться,- говорит Кацуки и практически сам целует Шото. Но тот отворачивается, выдыхая. Ну и что это такое? Бакугоу ведь проявил инициативу. - Не жалей меня,- говорит Шото. - Я блять похож на человека, который с нихуя такой "хм, отличная идея сжалиться над тобой, залезть на колени и пососаться, просто заебись"? Тодороки блять, ты ебанутый,- злится Кацуки.- Целуй меня блять уже, а потом нахуй домой вали проспаться. Тодороки плохо переваривал большой поток информации, но у Бакугоу очень живые и говорящие глаза. Он злился, но хотел поцелуя. Прямо сейчас и прямо тут. - Медлишь нахуй,- блондин сам поцеловал Тодороки. И да, целоваться он не умел. Просто делал это, как подсказывает ему сердце и куча фильмов, где были сцены поцелуя. Шото мгновенно подхватывает поцелуй, опуская свои руки на талию. Чувствовалось, что Кацуки был совершенно неопытный, но у него были амбиции и талант. Почувствовалось это ровно в тот момент, когда Бакугоу, будучи увлечённым своим делом, совершенно случайно повалил Шото, прижимая того к крыше. В этот момент поцелуй прекратился, и парни посмотрели друг другу в глаза. Бакугоу слегка туманным взглядом от накатывающего возбуждения, а Тодороки от количества выпитого алкоголя. Да боже мой, это был самый охуенный поцелуй! Непонятно почему, то ли неумение целоваться так умилило Шото, то ли просто он так сильно ждал этого, что любой поцелуй с Кацуки свёл бы его просто с ума. Вот смотря на такого Шото, Кацуки просто невольно задался вопросом: а скольких он целовал? Скольким он позволял вот так сидеть на нём, целовать и думать, что он - единственный. Почему эта мысль закралась именно сейчас? - Твой первый поцелуй теперь мой,- сказал Шото.- Нужны будут ещё "тренировки", но мне и так нравится. - И сколько "первых поцелуев" ты собрал?- спрашивает Кацуки. Ну знает же, что пиздец ему. Знает же, что зря поднял эту тему. Тодороки не соврет, а если и соврет - это будет видно. Особенно если судить по его последнему месяцу разгульной жизни.. - Без понятия,- пожал плечами Тодороки. - Мне интересно, насколько ты опытен,- опять зря ляпнул Кацуки. Внутри себя он уже давно бил себя по лбу и приговаривал "ну нахуя, а?". Знает же, что идёт по ооочень скользкому и тонкому льду, и всё равно нахер ему надо воды подлить на свой путь. Ну вот что в голове было? Почему всё, что связано с Шото - так больно и интересно? - Начиная с 14 лет я понял, что единственное, за что я могу быть благодарным отцу помимо денег - моя внешность,- проговорил Шото, проводя рукой по боку Бакугоу.- И начал активно этим пользоваться. Девушки любят красивые пафосные фразы и дорогие подарки, а если ко всему ты ещё похвастаешься начитанностью и угадаешь её любимую книгу - она твоя, даже не смотри. Можешь назвать меня подонком, но это вызывало у меня азарт - закадрить совершенно незнакомую девушку. Но потом девушки надоедают. И ты ищешь интерес среди парней. С ним ещё проще, потому что парней поменьше. Затем тебе надоедают и парни - ты ищешь уже двоих. А затем тебе настолько докучивает всё, что ты занимаешься самым подлым делом,- Шото притянул к себе за воротник рубашки Бакугоу, готовясь его поцеловать. Бакугоу поднял голову чуть повыше, словно не согласен. Но это вранье. Конечно согласен.- Уводить девушек из отношений. Разбивать сердца тех, кому ты в самом деле нравишься. Превращать натуралов в геев. Но затем, в одну из ночей, когда мне надоели все эти игры, я зашёл в бар. Просто потрахаться, заебался я молоть языком. Владельца этого клуба мне как-то довелось "знать" в один из вечеров, и меня всегда пропускали туда без проблем. Я пришёл в поисках парня, потому что в тот вечер мне хотелось трахнуть какого-нибудь парнишу, который даст мне за один коктейль. Я был настолько расстроен всем днём и тем, как глубоко я опустился на социальное дно, что в какой-то мере хотелось чего-то такого же. Я даже угостил в тот вечер юношу коктейлем и мы почти ушли в приват-комнату, как вдруг меня оставило что-то. То ли шнурок развязался, то ли у меня что-то упало - не помню. Я никогда не смотрел на стриптизёров, я не понимал прикола. Какой смысл смотреть на танцы, если всё равно можешь купить их всех, раздеть и трахнуть? Но вышел тот, кого я не ожидал увидеть,- Шото поцеловал в шею своего одноклассника, а затем продолжил:- Я потерял дар речи, когда увидел, как главный хулиган нашей школы, которому хоть слово не то скажешь - и тебе сразу прилетает кулаком или с ноги, а он танцевал. Так развратно, так умело... И стоило к нему протянуть руку, он тут же бил по ней. Он запрещал даже дышать на себя. Я забыл уже, что я стою за руку с каким-то парнем, и тот недовольно смотрит на меня. Больше я никого не хотел, кроме того парня в кожаных сапогах на сцене. С тех пор мне не доставлял удовольствие никто, ведь ты, Кацуки смог меня свести с ума. Признаться, эти слова льстили как ничто другое. Последние. Но вот предыдущая часть... - Ну и подонок же ты, Шото,- сказал блондин.- Ты переспал с многими и даже с Кириши... ТЫ ПЕРЕСПАЛ С КИРИШИМОЙ БЛЯТЬ? КИРИШИМОЙ НАХУЙ? Тодороки резко понял, что кажется где-то проёб. И кажется Бакугоу знает ближе этого владельца, чем думалось. Ну был босс. А потом Шото допирает. Не принимают школьников на такую работу, а значит, что Бакугоу или переспал с ним, или они друзья. И второй вариант наиболее вероятен, потому что его одноклассник уж точно не из тех, кто будет спать ради работы. С таким же успехом Кацуки мог бы стать просто шлюхой, а не стриптизёром, который никому не даёт. - Ну.. Я... Блять, да, но это было один раз и... Ладно, специально, не могу врать я!- говорит Шото и резко садится, хватая за плечи Бакугоу.- Но это было потому, что мне было скучно, и познакомились мы далеко не в этом клубе, а на одной из странных тусовок. Просто забудь. - Киришима, блять, да как ты мог! Ты же был моим другом... Пиздец как тесен мир!- сказал Кацуки, смотря прямо на Шото.- Ты хоть знаешь, что у него парень есть, говнюк ты эдакий блять? Как я теперь могу жить с мыслью, что мой лучший друг изменяет моему другому другу, а ещё один раз было с парнем, который мне блять нравится! Кацуки закрыл себе рот. Чёрт, это было лишним. Во всём Киришима виноват! Нехуй было спать с Шото! А Шото... Нехуй блять вообще такой образ жизни вести! Интересно, а букет он не получил от подобного... Похуй, пусть всё равно сдохнет в муках от этого всего! За все страдания. - Пусти меня...- говорит Кацуки, слезая с колен Шото, вернее пытаясь.- Иди домой и спать, а я пойду куда-нибудь нахуй. Шото молчал, опустил лишь голову, обнимая блондина. Так нежно. Так крепко. Сейчас в самом деле чувствовалось, что Тодороки никуда не отпустит Бакугоу. Сейчас и хотелось в это верить, потому что было хорошо. Но вот Бакугоу не услышал ответ. Что ж, оно и к лучшему. - Приходи ко мне завтра,- сказал Тодороки.- Я хочу сказать тебе всё трезвым. - Завтра школа..- сказал Бакугоу, выдыхая. - Ты же знаешь, что это не преграда. Не преграда. Блондин встал наконец с колен Тодороки, ведь тот наконец ослабил хватку. Были смешанные чувства. Он не знал, злиться на Шото или нет. Не знал, как себя вести. Хорошо хоть хватило ума не ляпнуть, что любит. А то это был бы тотальный проёб. Вот завтра будет пиздец. Завтра, наконец. они дойдут до того диалога, который должен был произойти ещё раньше. И больше всего Кацуки боялся услышать "прости, но я просто хочу переспать". И Бакугоу переспит, потому что думает об этом больше, чем о своей внезапной влюблённости. Но потом весь остаток своей жизни будет думать о том, что он - ничтожество, пошёл на поводу у собственной слабости и за столь короткое в сравнении с его жизнью удовольствие получил лишь комплекс и разочарование на всю жизнь. И нет, это не работает так, что ты будешь вспоминать и чувствовать себя счастливым. Это будет равняться самоуничтожению во всех проекциях. Он будет корить себя, а затем не вынесет. Такой будет конец. Поэтому к завтрашнему дню надо собрать всю свою артиллерию и дать последний отпор. Но в глубине души крылась надежда, что Шото скажет что-то вроде "я тебя не отпущу" ещё раз, только эта фраза навсегда. "Нет, бред. Это всё равно как нищий бросил деньги за землю и пошёл за пророком, такой же бред."