Яма стала домом

— Ты куда смотришь? — подозрительно спросила Сильвия, относя в рот очередную порцию стручковой фасоли. Девушка обернулась, громко цокнула и перевела взгляд обратно на подругу. Кира спалилась намеренно, потому что уже больше получаса не знала, как подступиться к запланированному разговору, а начало матча Лиги чемпионов между «ПСЖ» и «Наполи» стало отличным поводом. Геллани и Сильвия встретились в брассери на углу Валь-де-Грас, в котором сегодня было многолюдно. Оно и неудивительно: парижане предпочитали выбираться в бары и рестораны, которые транслировали футбольные матчи, потому что смотреть игры в компании под хорошую еду с выпивкой было интереснее. Кира пережевывала свой французский хлеб, насупившись и ожидая от подруги целой тирады нравоучений, но Сильвия лишь разочарованно покачала головой. — Я же говорила, — произнесла она, запивая бобовые апельсиновым соком. — Я же говорила, что ты и опомниться не успеешь, как втрескаешься в него. Хоть Сильвия и была самым близким человеком в Париже и никогда не отказывала в помощи, даже ей Геллани не могла доверить свой секрет. Сердце продолжало екать каждый раз, когда она вспоминала ту ночь, ставшей поворотной, и стереть ее из памяти было невозможно. Не потому, что душевная боль настигала ее внутри, едва Кира опускалась в воспоминания о минутах, когда готова была назначить своей жизни нулевую ценность. В тот день беспросветное отчаяние и последняя надежда сплелись воедино, предстали перед ней, протянули руку и спасли в своих объятиях. И теперь он был по-своему дорог ей, и вряд ли существовал кто-то, способный понять и принять это. — Ладно, рассказывай. Чувствую, ты вляпалась по самое не хочу, — смилостивилась девушка. — Он предъявил мне иск, — сходу призналась Кира. — Эээ… — Сильвия отложила в сторону вилку и склонилась вперед. — Он охренел? Что за иск? — Деньги, — мрачно произнесла Геллани. Это сейчас она спокойно могла говорить о том, что ее едва не закопали живьем в могилу. Подруга скривилась и вновь вернулась к своей тарелке, еще усерднее налегая на фасоль, которой, казалось, меньше не становилось. Кира рассеянно смотрела на то, как Сильвия мучилась со своим поздним ужином, и аппетит у нее пропал совсем. — И почему я не удивлена? А что редакция? Они ведь обязаны защитить тебя. По крайней мере, профсоюз точно встанет на твою сторону. — К редакции у них был отдельный иск, — сказала Кира, сжимая ладонями стакан с клюквенным морсом. — Но с ним разобрались. А мой был предъявлен мне как к физическому лицу. Сильвия удрученно поцокала языком, хмурясь все больше. — Послушай, дорогая. Это уже не шутки. У тебя есть какой-нибудь план? На какую сумму иск? А адвокат есть? Вопросы посыпались один за другим, даже голос девушки приобретал какой-то визгливый оттенок, и Кира поспешила остановить подругу. И хоть в брассери и без того было шумно, ей не хотелось, чтобы люди с любопытством оглядывались на них. — Из-за того, что я подгадила его репутацию, один люксовый парфюмерный бренд отказался от сотрудничества. Они предъявили претензии за то, что контракт был сорван, что, собственно, повлекло за собой финансовые потери, — объяснила Геллани. — И что теперь? — Его отец согласился пойти на мировую, но с одним требованием — я должна до середины декабря найти новую компанию, которая захочет взять Неймара в качестве амбассадора ее продукции или услуг. — Хитрый жук, — прокомментировала Сильвия, отложив столовые приборы в сторону. Облокотившись на столешницу, девушка принялась усиленно думать. Кира была благодарна подруге за догадливость: та работала в маркетинговом агентстве и, наверняка, имела какие-то полезные контакты, которые могли ей пригодиться. Прошла уже почти неделя с тех пор, как на слушании было озвучено условие мировой, но Геллани пока терялась в поисках. Прошерстив интернет и подняв прессу за последние две недели, девушка выделила для себя несколько марок, первым делом останавливаясь на молодом французском бренде спортивной обуви ASFVLT. Правда, оставалось неизвестным, имел ли Неймар право сотрудничать с другими производителями обуви, заключив долгосрочный контракт с Nike. Вторым вариантом стал седьмой аромат Woodissime от дома Mugler, который планировал обновление своей коллекции. Кира очень рассчитывала на то, что древесно-дымчатый одурманивающий аромат сможет стать достойной альтернативой Ambre Topkapi, за который уцепился да Сильва Сантос старший. Для обеих компаний Кира составила письма с обоснованием целесообразности использовать Неймара в качестве рекламного лица, предложила свою помощь на переговорах и заверила, что сможет посодействовать информационной поддержкой кампании в одной из ведущих французских газет. Правда, со стороны все это выглядело слишком наивно, и Геллани хотела во что бы то ни стало заручиться помощью профессионала. — Я подумаю, обещаю, — произнесла собеседница, внимательно глядя на Киру. — Но это будет сложно. Что-то ответить Геллани не успела, потому что брассери заполнилась недовольным гулом, и девушка метнула в сторону экрана взволнованный взгляд. Игра у «ПСЖ» с импульсивными итальянцами не ладилась, и болельщики были разочарованы, потому что на Парк де Пренс проигрывать было просто возмутительно. *** Неймар остался недоволен игрой, которая закончилась ничьей, и одним из первых быстро покинул поле. Казалось, в его жизни вновь наступила черная полоса, потому что вслед за очередным расставанием с Бруной Маркезини, безрезультативным для команды матчем в СМИ всплыла информация об иске к «Барселоне» за невыплаченные футболисту деньги. Финансовые скандалы преследовали бразильца по пятам, и Кире очень хотелось сделать что-нибудь, чтобы ему не было так тяжело морально. Его бразильские и испанские друзья попеременно гостили в Буживале, потому что нападающий «ПСЖ» был… одинок? По крайней мере, именно такое впечатление складывалось у Киры, когда вместо того, чтобы вслушиваться в то, что говорит Неймар на интервью, она смотрела в его глубокие грустные глаза и видела сплошную вязкую печаль. В канун Хеллоуина очередная сплетня о финансовых махинациях при переходе из «Барселоны» в парижский клуб возобновила удары по стабилизовавшейся репутации бразильца. Она понятия не имела, насколько сильно растиражированная новость задела Неймара, но охватившая ее злость на собственных коллег по цеху вынудила ее бросить всю свою ярость в написание материала о том, что Ангела Меркель приняла решение больше не баллотироваться в канцлеры Германии. Статья получилась дерзкой, саркастичной, нашпигованной практически открытыми обвинениями политика в миграционной катастрофе в Европе. Кира отыгралась на Меркель от души, словно это она была виновата в том, что Неймара вновь и вновь обвиняли в нечестной финансовой игре, и ее свежая обзорная статья получила наивысшую оценку у довольного Этьена Ламбера. Наверное, у нее все начало налаживаться. По крайней мере, именно так хотелось думать Кире, несмотря на то, что ее сердце сжимало тисками, а по ночам она просыпалась от противной мелкой дрожи, охватывавшей ее тело. Левая рука обычно была высоко закинута над головой, она немела, и ее приходилось стаскивать с подушки и некоторое время ждать, пока кровь вновь не начнет нормально циркулировать по венам. Геллани убиралась в своей спальне, когда услышала, как где-то в гостиной на черном буфете заходился вибрацией мобильный телефон, возвещая свою владелицу о входящем вызове. Бросив перебирать свое белье, Кира, спотыкаясь о расставленные на полу плетеные коробочки, поплелась на звук. Номер был ей незнаком, и некоторое время она поколебалась с ответом. С тех пор, как ее настигли в подворотне, она с опаской относилась ко всему, что было ей незнакомо. Девушка запиралась на все засовы, перед тем, как лечь спать, гасила в квартире свет и долго всматривалась в ночную мглу, пытаясь уловить размытые силуэты. Она не была трусихой, когда речь заходила об асоциальных личностях, заполонивших центр и окраины Парижа. Но тогда это были поклонники Неймара — самая обычная молодежь, агрессивно настроенная и не имевшая никакого понятия, что Кира вела свою собственную игру. А они ввязались в ее сценарий случайно и к черту послали все ее старательно выстроенные стратегии. — Слушаю? — громко произнесла Кира, на всякий случай отходя вглубь квартиры, чтобы ее не было видно в окне гостиной. — Здравствуй, Кира! Это Лор Булло! — послышалось на другом конце провода, и Геллани слишком громко с облегчением вздохнула. — Я тебя ни от чего не отрываю? — Добрый вечер! Нет-нет, я ничем особым не занималась, — Кира присела на диван, поднося руку к губам. Если Лор Булло звонила вечером на мобильный телефон, номер которого Кира ей не давала, значит, у нее была на то веская причина, и сердце девушки оживилось. — Послушай, у нас завтра будет пресс-конференция перед матчем с Лиллем. Мы будем снимать репортаж, хочу, чтобы ты присоединилась к нам. У тебя получится? — Да! — гаркнула Кира в трубку слишком поспешно, а затем добавила: — Да-да, конечно, я смогу договориться с моим боссом. Наверное, Булло была немного удивлена первой реакции, потому что Кира услышала тихое хихиканье в трубке. — Хорошо, договорились. Подъезжай завтра к часу дня к Парк де Пренс и сразу набирай меня — я встречу тебя. Кире хотелось задать еще несколько вопросов. Например, кто будет присутствовать на пресс-конференции помимо Томаса Тухеля? И разрешат ли ей тоже посетить журналистское мероприятие? И можно ли потом будет прогуляться по стадиону? Вопросы вертелись у нее на языке пару мгновений, но она не знала, как лучше подступиться к ним, чтобы Лор невзначай не подумала что-то неправильно. Прошло несколько секунд, драгоценное время было упущено, и Кире оставалось лишь попрощаться со своей новой знакомой. Она очень рассчитывала на то, что Этьен Ламбер не станет сильно возмущаться свободным графиком сотрудницы. В любом случае Кира собиралась отработать время, которое она проведет в Парк де Пренс, тем же вечером и, немного подумав, подошла к жужжащему холодильнику. Завтра предстоял долгий и тяжелый день, и девушка решила позаботиться о своем питании, приготовив несколько бутербродов и салат из свежих овощей. *** Неймар появился на Парк де Пренс в сером свитшоте на молнии и черной бесйболке. Он выглядел посвежевшим и отдохнувшим и, поздоровавшись с Жаном, ответственным за съемку, подошел к Лор Булло. Слегка наклонившись к девушке и придерживая ее за предплечье правой рукой, он обменялся с ней вежливым поцелуем в щеку. И если чаще всего это типичное французское приветствие больше походило на касание щеками, то Лор он действительно мягко поцеловал, и у Киры что-то резко скрутило в животе. Она стояла поодаль, так, чтобы не попадать под объектив камеры, впервые наблюдая за тем, как происходили съемки для канала «ПСЖ». Стояла и сгорала от желания врезать самой себе по лицу за то, что ее глаза зачем-то защипали. — Ты как? Готов? — спросила Булло. Неймар пробормотал что-то, улыбнулся и кивнул, и дизайнерские сережки в мочках его ушей качнулись. А затем, легонько похлопав футболистку по плечу, удалился к фотозоне, где его уже ждали репортеры. Киру он просто проигнорировал. Лор что-то произнесла на камеру, указывая взглядом за спину, но Кира уже с трудом различала, что именно. Она стояла в прострации в тени смежного коридора, искоса поглядывая туда, куда только что ушел Неймар. Действительно ли он не заметил ее или специально прошел мимо, направляясь прямо к Лор? Кира несколько раз моргнула. Какая же дура, она ведь даже глаза подкрасила, и теперь черная подводка, наверняка, оставит неуместные следы на ее щеках. — Кира, Кира! — не сразу услышала Геллани, как футболистка зовет ее. — Идем! Послушаем, что там Ней рассказывает. Определенно точно она не знала, что Кира была автором здорово нашумевшей на всю Францию статьи, иначе бы ей в голову не пришло тянуть ее поближе к человеку, которого она обидела. Девушка украдкой пальцами промокнула уголки глаз, но пелена все еще держалась, и Геллани чертыхнулась. Не хватало еще расплакаться на Парк де Пренс прямо перед Булло и Неймаром, который, наверняка, и это проигнорирует. Нацепив на лицо натянутую и неестественную улыбку, девушка вышла из тени и слишком сильно засуетилась, чтобы поскорее прогнать желание разрыдаться. К счастью, Лор не обращала на свою коллегу никакого внимания и первой зашагала к фотозоне, у которой стоял Неймар, наспех переодевшийся в толстовку «ПСЖ», и давал короткое видео-интервью. — Неймар неплохо говорит по-французски, но не рискует общаться на нем с журналистами, — заметила Булло, поворачиваясь к Кире. Геллани предпочитала рассматривать логотипы спонсоров чемпионата на вывешенном на стене матерчатом полотне, на фоне которого спортсмены давали интервью. — Языковой барьер, да, — рассеянно пробормотала Кира, косясь на бразильца. Тот стоял к ней полу-боком и, казалось, до сих пор не замечал ее присутствия в нескольких шагах от него. — У тебя есть с собой журналистское удостоверение? — загадочно шепнула Лор Булло. — Конечно, — кивнула Кира. — Оно всегда со мной. — Отлично! — засуетилась футболистка. — Сейчас договорюсь, чтобы тебя тоже пропустили на пресс-конференцию. Томас Тухель уже, правда, отработал, но зато у Нея можешь что-нибудь спросить. Геллани озадаченно взглянула на Булло, чтобы убедиться, что она не шутит, но футболистка, подозвав к себе какого-то мужчину с бейджиком на шее, принялась что-то тараторить ему, время от времени указывая на Киру. Журналистка бросала взгляд то на бразильца, то на свою новую знакомую. Она точно была не в курсе, кто такая Кира Геллани, и на мгновение девушка даже испугалась за Лор: ей, наверняка, может влететь после от Неймара за эту самодеятельность. Пресс-конференция проходила в достаточно просторном затемненном помещении, отдаленно смахивающем на мини-кинотеатр. Черные стулья были выставлены в несколько рядов перед импровизированным подиумом, на котором был выставлен длинный стол для тех, кто будет принимать участие в пресс-конференции. Многие стулья были свободны, поэтому неудивительно, что руководство клуба позволило журналистке «Либерасьон» поприсутствовать на встрече футболиста с прессой. Лор Булло осталась вдоль поручня у стены, чтобы встретить Неймара и перекинуться с ним какой-то фразой. Бразилец вошел в зал в сопровождении мужчины в строгом костюме и, подмигнув футболистке на ходу, поднялся на подиум. Он развернул черную бейсболку назад, открывая лоб, из-за чего он выглядел совсем юным и даже немного смущенным, домашним и теплым, и его жутко хотелось обнять, потому что в этом брендовом свитшоте десятый номер парижан был мягким, определенно мягким — Кира была в этом абсолютно уверена. Девушка вслушивалась в вопросы и ответы, стараясь смотреть куда-нибудь в сторону и колеблясь. Она ведь имела право задать один вопрос, почему же она сидела как мышь, забившись в самый угол и скукожившись так, чтобы ее вообще не было видно. — Чего молчишь? — удивленно спросила Лор, толкнув Киру в бок. — Задавай скорее, на все про все минут двадцать времени. Опомниться не успеешь, как всех выгонять будут. Геллани удивленно взглянула на девушку и машинально подняла руку. Все, обратного пути не было. Оставалось только надеяться, что Неймар не запустит в нее бутылку воды со своего места. Кира поднялась, и ее рюкзак, выскользнув из рук, опустился на пол с глухим стуком. Именно в этот момент глаза Неймара остановились на ее фигуре и слегка сощурились. — Здравствуйте. Сейчас «ПСЖ» занимает первую строчку в турнирной таблице Франции, и вряд ли найдется кто-то, кто способен оспорить тот факт, что вы на голову, а то и две сильнее ближайшего конкурента, — начала Кира, не сводя с футболиста взгляда. Неймар внимательно слушал ее, стараясь не прибегать к помощи переводчика, который сидел рядом и приходил бразильцу на помощь, когда это требовалось. Внешне он сохранял полнейшее спокойствие, но что творилось у него внутри — знал лишь он сам. Бразилец коротко улыбнулся на последней фразе и слегка поерзал на своем месте. — Как вы настраиваете себя на игру с равными по силе клубами? Что вас мотивирует? Как вам удается перестраивать игру и сохранять целостность команды? Ведь психологически очень сложно занимать лидирующую позицию, а потом окунуться в ситуацию, когда за лидерство придется сражаться. Спасибо. Кира на одном дыхании закончила свой вопрос и отдала микрофон сотруднику «ПСЖ», который обслуживал пресс-конференцию. Неймар кашлянул и пододвинул микрофон поближе к себе. Его глаза уцепились за лицо девушки, и Геллани затаила дыхание. Ее вопрос балансировал на грани провокации, и в этом была вся ее журналистская натура. — Спасибо за вопрос, очень хороший, — по-французски ответил футболист, вызывая в зале одобрительные улыбки. Дыхание у Киры перехватило от одной этой фразы, и она крепко сжала зубы, потому что ей вдруг сделалось слишком душно и жарко, хоть ее ладони и оставались холодными. — Эээ… На самом деле, — продолжил Неймар на португальском, и его ассистент принялся за дублированный перевод, — было бы глупо подстраиваться под силы соперника и играть на минимальных возможностях. Потому что для нас не важно — внутренний это матч или матч Лиги чемпионов — мы всегда хотим показывать достойную игру. Чем быстрее кто-то уходит вперед — тем сильнее хочется его нагнать. Мы стараемся не делить соперников на слабых или сильных, когда готовимся в игре. Мы концентрируемся на победе. Это очень важно для укрепления командного духа. Мы стараемся отрабатывать в полную силу, часто выходя за пределы своих возможностей, потому что всегда есть кто-то, с кем нам придется нелегко. Наоборот, это подстегивает. Так что сама по себе игра, у которой есть свой характер и настроение, — и есть наш мотиватор. Ответ Неймара был традиционно тактичным и вежливым, и Кира лишь догадывалось, сколько усилий ему пришлось вложить в выстраивание правильного поведения с представителями средств массовой информации. За вопросом девушки последовало еще несколько, а затем футболист поднялся и, поблагодарив журналистов за внимание, сошел вниз, чтобы покинуть помещение. Кира оглянулась на Лор, которая вновь отошла от стульев и на выходе быстро попрощалась с Неймаром. Наверное, они дружили или хорошо общались, и Геллани впервые подумала, что завидует. Потому что она хотела быть ему другом, очень хотела, безумно хотела… Кира вздрогнула, когда ее мобильный телефон коротко завибрировал, возвещая о пришедшем сообщении. Девушка испуганно взглянула на экран, предвкушая sms с угрозами срочно явиться в офис от Матиса или — того хуже — Этьена Ламбера. Но отправителем оказался не главный редактор, и не кто-то из коллег. На экране высвечивалось имя Неймара, и Кира осторожно раскрыла уведомление. Внутри стоял один единственный смайлик — подмигивающая рожица с высунутым языком — никак иначе альтер-эго форварда «ПСЖ»!