Живой

      Откровенно говоря, Хэнк не любил находиться в центре Детройта. Шумно, громко, людно. Ему приятнее было возвращаться домой, на свою тихую улочку, или гулять с Сумо в городском парке, где среди таких же, как он сам, медленно прогуливавшихся людей можно было расслабиться и наслаждаться спокойствием. Шума и суеты Хэнку с головой хватало на работе. Может, старость всё-таки настигла его, хотя он упорно старался её не замечать. Будет неудивительно, если однажды он по примеру старших друзей бросит всё и махнёт куда-нибудь за город.       В мире была всего одна причина, по которой он мог заставить себя пойти гулять по центру Детройта в воскресенье: Коннор.       После принятия своей девиации андроид словно бы стремился находиться как можно ближе к человеческому обществу, ощущать себя его частью — в отличие от Хэнка, который в последние годы только и делал, что пытался отгородиться от людей. Только вот отказать Коннору в совместной прогулке ему просто не хватало сил.       О нелюбви Хэнка к толпам и чересчур оживлённому центру города дотошный андроид не знал.       Сначала Хэнк ворчал, потом начал потихоньку привыкать, потом вдруг понял, что действительно нуждается в тех эмоциях, которые он получал, гуляя с Коннором по улицам. В чём-то это напоминало прогулку с Сумо: что пёс, что андроид, то шли рядом, глазея во все стороны, то вдруг срывались с места, заметив что-то интересное — только и бегай за ними.       — Смотрите, Хэнк! — восклицал Коннор, указывая то на одну, то на другую огромную светящуюся витрину. В витрине могло находиться что угодно, Хэнк даже не пытался понять, по какому принципу Коннор выбирал, на что залипнуть.       Ещё ему очень нравились уличные музыканты, и он мог подолгу стоять возле каждого из них, вслушиваясь в мелодии и, кажется, получая от этого какое-то своё, андроидское удовольствие. Наверное, любопытство андроида было вызвано тем, что он просто начал воспринимать окружавший его мир под другим углом — по крайней мере, это было единственное доступное Хэнку объяснение.       — Я теперь ощущаю себя иначе, — сказал ему как-то Коннор. — Сложно объяснить, какие чувства я испытываю, но мне это нравится.       Однажды Хэнк поймал себя на мысли, что ему интересно наблюдать за поведением Коннора в обществе. Андроид вежливо отступал в сторону, пропуская выходивших из магазина людей, помог какому-то мужчине собрать высыпавшиеся из коробки яблоки и вообще вёл себя как образцово воспитанный молодой человек.       Но в глазах большинства людей он так и оставался машиной, и далеко не все рассыпались в благодарностях в ответ на его действия. Коннор, похоже, всё прекрасно понимал, и лишь изредка диод на его виске мигал жёлтым. Хэнк даже предположить не мог, что в такие моменты было на уме у андроида, и поэтому беспокоился за него.       — Хэнк! — оклик Коннора вывел его из раздумий.       — Что такое?       Андроид стоял возле очередной витрины, на сей раз с гаджетами, но смотрел вовсе не на неё, а на приютившегося в подворотне нищего. Хэнк подошёл ближе. Человек сидел съёжившись, лица было почти не разглядеть из-за поднятого ворота и надвинутой почти на самые глаза шапки. В ногах у него стояла картонка с надписью «Андроиды забрали мою работу». Ожидаемо.       — Коннор, — тихо позвал Хэнк, — лучше не мозоль ему глаза: никогда не знаешь, что на уме у отчаявшегося человека.       Коннор не реагировал и не двигался. Его диод мигал жёлтым, словно андроид что-то напряжённо обдумывал.       — Коннор?       — Хэнк, — Коннор повернулся к нему. — У вас не будет немного мелочи?       — Будет, — Хэнк сунул руку в карман и протянул ему несколько монет. — Я могу сделать это сам. Или тебе охота нарваться?       Коннор зажал монетки в кулаке и ничего не ответил. Хэнк наблюдал, как он подошёл к сидевшему на земле человеку и протянул ему мелочь. Нищий вдруг ухватил андроида за рукав и подтянул его ближе к себе, и Хэнк уже было сорвался с места, как вдруг Коннор выпрямился, кивнул нищему и отошёл.       — Ты в порядке? — спросил Хэнк, когда Коннор вернулся к нему. Андроид кивнул, словно бы немного рассеянно.       — Он поблагодарил меня. Искренне. Я этого немного не ожидал. То есть… Он же работу потерял из-за андроидов.       Хэнк пожал плечами.       — Наверное, ему было неважно, кто ты. Сейчас и от людей-то эмпатии не добьёшься, что уж говорить об андроидах. Я рад, что ты не ошибся.       Коннор мигнул диодом и улыбнулся.       — Это не первый раз, когда вы нелестно отзываетесь о людях, Хэнк. Вы их не любите.       — Да ладно тебе. Я и андроидов не любил. Похоже, тебе под силу заставить меня изменить своё мнение. Сегодня, например, я пришёл к выводу, что не все люди — говнюки вроде Гэвина.       Коннор улыбнулся.       — Обещаю, что не расскажу о вашей оценке детективу Риду.