Сборник реакций

Чонгука швыряют в открытую комнату. Из-за неустойчивости на ногах от крышесносного выступления, он спотыкается о собственную ногу и кубарем катиться до кровати, ударяясь о ее деревянную часть спиной, сдавленно шипя. Челка от пота прилипла ко лбу, капельки стекают по вискам и исчезают за воротом белоснежной, мокрой рубашки. Устало прикрывая глаза и откидывая голову на край кровати, Чон шумно дышит и пытается привести дыхание в порядок. Только он дергается от громкого хлопка двери и сразу же открывает глаза, но не успевает ничего предпринять. Его поднимают за шиворот и швыряют на кровать, и все, что он успевает сделать, это только пискнуть. — Папочка.. — Заткнись! — грубо прорычал низкий голос с легкой хрипотцой, — Мои слова для тебя ничего не значат, да, щенок? Парень опускает взгляд и прижимает руки к груди, пытаясь вспомнить, где он проебался, что снова получит наказание от своего "хозяина". Нервно начинает сжимать рубашку и слегка ее теребить, поднимая мимолетный взгляд на мужчину. — Она тебе сейчас совершенно не нужна. — давя ухмылку и приближаясь к постели, тот нависает над лежащим и убирает руки, поднимая их над головой. Сам же "хозяин" разрывает резким движением рубашку, снова слушая тихий писк и наблюдая, как грудная клетка его кролика от тяжелого дыхания поднимается часто вверх. — Ты так подо мной стонешь каждый раз, но все равно ведешь себя, как девственник. От "комплимента", какими каждый раз обсыпает его мужчина, он отводят взгляд от черных омутов напротив, начиная невольно заламывать пальцы над головой на руках. "Хозяину" каждый раз в наслаждение наблюдать за тем, как ведет себя его малыш. Он смущается, отводит взгляд и кусает губы, все время их прокусывая. Впивается своими маленькими ноготками в ладони, оставляя следы-полумесяцы, хотя больше они идут не ему, а самому мужчине. На малыше лучше всего выглядят засосы, следы от плетки или от веревок и укусы, куда же без них. А какое наслаждение от того, как он мучает Чонгука? Как наказывает самыми извращенными способами за любую провинность. Но скорее это не наказание, это доставление удовольствия обоим. Ведь особых причин гневаться не было. Но только не сегодня. Вспоминая, что было на сцене, добрая улыбка, что ранее сверкала на губах "хозяина" медленно исчезает, уступая место зверскому оскалу. — Ты же хороший кролик, должен понимать, за что я хочу тебя наказать. — он встает на колени, стягивая медленно со своих брюк ремень и разок им хлопая, заставляя Чона вздрогнуть и начать совсем немного дрожать. На свой же страх и риск Чонгук отрицательно машет головой и уже мокрыми от слез глазами наблюдает за мужчиной. Следом прилетает удар кожаного ремня по нежной кожи на груди. — Врешь. Парень ответить пытается, что не знает причину надвигающего наказания, но слишком поздно замечает, что шею обвивает тот же кожаный ремень, постепенно перекрывая поступление кислорода в легкие. Мужчина наматывает постепенно кожаное изделие на кулак, наблюдая, как парень лишь открывает и закрывает рот, начиная жадно хватать воздух. — Н-Намджун... — сдавленно легко хрипит кролик, получая звонкую пощечину следом же. — Зови меня правильно! — слегка прикрикивает мужчина, дергая рукой на себя, сильнее сжимая горло того ремнем, придушивая. — Па-апочка... Папочка... — Чонгук прикрывает глаза и тихо хрипит с едва заметным пищанием. Ким ослабляет ремень на шее, но не снимает его. Чон пользуется, подскакивает и откашливается, но снова от дерганья ремня укладывается на спину. — Я говорил тебе, не стой ближе, чем на метр, рядом с другими мемберами. Говорил? — кивок, — Говорил. А ты меня слушал? — Но я же.. — Я сказал молчать, щенок! — снова отвешивая звонкую пощечину все той же, только уже покрасневшей щеке, раздраженно рычит Намджун, — Я предупреждал тебя, я грозил тебе, даже ебучий стальной пояс, тебя и то не удержал! В следующий раз что, тебе в задницу вибратор с мой член засовывать?! — Папочка.. — жалобно всхлипывает Чонгук, поднимаясь и прижимаясь щекой к груди мужчины, начиная слегка тереться в знак извинений. — Уйди от меня. — Намджун легонько толкает парня в грудь, снова вынуждая лечь на лопатки. Кролик всхлипывает жалобно, хоть и знает, что "хозяину" на все подобные звуки наплевать. Поэтому парень позволяет себе лить слезы из-за грубости в свою сторону, утирая тут же соленые дорожки, сопровождая все частыми всхлипами. Через пару минут он все же берет себя в руки, потому что не первый раз он это все переживает. Поднимаясь и усаживаясь на колени, Чонгук медленно стягивает с себя вещи. Разорванную тряпку, что висела ранее на Чоне теперь нельзя назвать рубашкой, вместе и с теми цепочками, что по случайности порвал Намджун. Стягивая ремень и брюки, Чонгук поправляясь на ногах милые бело-розовые гольфы, ведь надел их только по приказу Намджуна и стафф подобного не видел. На аккуратном члене, что сейчас был в возбужденном состоянии, красовалось железное изделие, что закреплялось небольшим золотистым замочком, в какой-то степени слегка сдавливая орган, вызывая небольшой дискомфорт. Но раздвигая стройные ножки, на глаза попадается белый и пушистый кроличий хвостик, что украшал небольшую серебристую пробку, находящуюся в парне на данный момент. — Намджун-и.. — шепчет на грани очередных всхлипов кролик, наконец-то наблюдая этот хищный и злобный взгляд на себе от мужчины, но теперь и услышав усмешку. — Надо же, ты меня решил порадовать, лишь бы смягчить наказание? — сразу же поворачиваясь и нависая над раскрепощенным телом, мужчина тянется к хвостику, хватая и вытаскивая пробку, резко вводя следом. — А-ах, папочка..! — простонав на высоких нотах, Чонгук шире разводит ноги, призывая без слов взять его. — Нет, кролик, не все так сразу. — оставляя пробку в покое, Намджун отстраняется и начинает раздеваться. Чон на это спокойно смотреть не может, сразу же тянется тоненькими ручками к рубашке, расстегивая оставшиеся пуговицы и опускается на брюки, стягивая ремень и собачку на ширинке, уже готовясь сделать "хозяину" приятное. Но мужчина останавливает попытки малыша, хватая аккуратно за подбородок и приподнимая личико к себе, мягко и с какой-то даже заботой чмокая в искусанные губы. — Как на счет позы шестьдесят девять?