Я всегда буду тебя ждать

      Этой ночью никто не мог заснуть. Все были в ожидании грядущего дня, ведь сегодня будет церемония воскрешения.       Марсель всю ночь разговаривал с Ребеккой о том, что нужно быть готовым к любому исходу событий. Девушка была абсолютно уверена, что через несколько часов она сможет обнять старшего брата, а в перспективе — и всех членов семьи. Слова мужа заземляли её, и она была за это благодарна. Ведь, в самом деле, что угодно может пойти не так: какая-то старая книга, готовность Бонни Беннет помочь, сомнительно собранные ингредиенты… Вдруг крови гибридов будет недостаточно? Действительно, нужно быть готовым к любому из возможных исходов. Марсель прав, решила для себя Ребекка.       Бонни раздражённо реагировала на любые звуки, доносившиеся с улицы. Она понимала, что для воскрешения Клауса ей нужно набраться сил, но засыпать с мыслью о том, что завтра она может вернуть к жизни одного из самых опасных существ на планете, вызывало у неё неприязнь к самой себе. Если она откажется, ритуал всё равно состоится. Его проведёт Хоуп — и неизвестно, чем это обернётся. Так что Бонни, по крайней мере, создавала для себя видимость контроля над ситуацией. Может, создать иллюзию неудачи? Совершить преднамеренную ошибку? Нет, не получится — Хоуп всё поймёт. Бонни не раз ловила себя на мысли, что хочет, чтобы ритуал не сработал. И если быть честной с самой собой, то, как бы сильно она ни хотела помочь Хоуп, ведьма всем сердцем надеялась на провал.       Хоуп ворочалась всю ночь. Ей хотелось, чтобы время пошло быстрее. Она лежала с твердой уверенностью, что завтра увидит отца. Об ином исходе девочка пыталась не думать. Всё получится, Бонни справиться, она очень сильная. Если нет, то Хоуп сама это сделает, даже, если ценой этого будет ещё какое-то время борьбы с темнотой внутри себя. Она не подведет семью ещё раз. Не подведет саму себя.       Кэролайн всю ночь думала о грядущем дне. Ей очень хотелось верить, что завтра она сможет увидеть Клауса, но страх, что что-то пойдет не так, становился сильнее с каждым часом. На днях было решено, что ритуал будет происходить в её доме. Кэролайн тяжело представить, каково ей будет здесь находиться, если ничего не выйдет. Надеяться на успех или готовиться к провалу? Девушка так и не смогла решить, с какой мыслью ей заснуть.       Всем хотелось, чтобы ритуал состоялся как можно скорее, потому что ожидание разрывало и мучило каждого из них.       Когда настало долгожданное утро, Бонни сообщила, что ритуал пройдёт на закате. Ждать ещё несколько часов стало просто невыносимым испытанием. Время, казалось, шло медленнее, чем обычно. Весь день был очень напряжённым, и вот наконец-то настало время готовиться к ритуалу. Бонни достала камень, расставила свечи, Хоуп наполнила тарелку своей кровью, а Кэролайн поехала за гибридами. Вернувшись, она увидела, что почти всё готово.       — Кэролайн, неси платье и приглашение, — сказала Бонни.       — Хорошо, сейчас.       Кэролайн поднялась в свою комнату, открыла шкаф и около минуты молча смотрела на синее платье. Ей не хотелось с ним прощаться, но если так можно будет вернуть Клауса — оно того стоит. Затем она подошла к столу и достала оттуда приглашение на бал. Прочитав его в последний раз, она вынесла платье с конвертом и аккуратно положила их на столик в ванной.   — Отлично, — сказала Бонни, положив платье в специальную ёмкость.       Кэролайн ещё раз посмотрела на платье и вышла из комнаты.        — Инсендио, — сказала Бонни, и платье загорелось.   Затем ведьма высыпала пепел в другую ёмкость, где уже лежал пепел от сожжённой фотографии. Хоуп открыла конверт, чтобы достать приглашение. «Потанцуй со мной» — было написано почерком её отца. Она едва заметно улыбнулась, затем молча отдала его Бонни. Ведьма вновь произнесла:   — Инсендио.   Приглашение сгорело. Она перемешала пепел и вылила туда кровь Хоуп.       У Кэролайн зазвонил телефон.       — Привет, Аларик, у тебя что-то важное?       — Вообще-то, да. Тут небольшое ЧП. Можешь приехать?       — Кто-то пострадал?       — Нет, но мне нужна помощь.       — Ты точно сам не справишься? — спросила Кэролайн.       — Нет. Я бы не стал звонить в таком случае.       — Ладно, я скоро буду, — разочарованно, сказала девушка.       — Жду.       Кэролайн взяла сумку и направилась к двери.       — Эй, ты куда? — спросила Ребекка.       — Я скоро вернусь, в школе что-то случилось. Нужна моя помощь.       — Возвращайся скорее, — сказала Хоуп.       — Конечно, — ответила девушка и закрыла за собой дверь.       Через несколько минут Бонни сказала:       — Ведите сюда гибридов.       Марсель завел двух парней, которым было велено не бояться. Бонни посмотрела на двух гибридов, смиренно готовым к смерти. Чем один из них достоин жить меньше, чем Клаус Майклсон?       — Идите сюда, — сказала Бонни, смотря на них, — все остальные, уходите.       Хоуп, Марсель и Ребекка вышли из ванной. Теперь им оставалось только ждать.       Кэролайн приехала в школу и стремительным шагом направилась к кабинету директоров.       — Что случилось? — спросила она, открывая дверь, и резко умолкла.       На столе был ужин и вино. Они часто вместе ужинают. Кэролайн всегда относилась к этому как к дружеским вечерам. Она любит Рика как отца своих дочерей, как хорошего друга и как неотъемлемую часть своей жизни.   Для Аларика же в течение нескольких лет это было нечто большее, чем просто вечера с подругой. Трудно быть рядом с такой красивой, умной, сильной, смелой и доброй девушкой, которая всем сердцем любит твоих детей и всегда придёт к тебе на помощь. Трудно быть рядом — и не любить.   После смерти Стефана Рик больше никогда не говорил Кэролайн о своих чувствах. Со временем они переросли исключительно в тёплые, семейные и дружеские отношения, хотя какое-то время он всё же немного ревновал девушку к ее поклонникам.       — Рик, ты сказал, что случилось ЧП, а ты просто позвал меня на ужин? — в недоумение спросила Кэролайн.       — Последнее время ты часто молчишь, где-то пропадаешь, а на все мои открытые приглашения давала отказ, говоря, что у тебя много дел.       — И это правда. У меня есть дела.       — Какие?       — Важные.       — Так, я понял. Давай просто поужинаем, и ты, если захочешь, расскажешь, ладно?       Кэролайн хотела отказать, но затем подумала, что если у Бонни ничего не получится, ей придётся держать лицо, быть сильной для всех. Если что, Хоуп сможет утешить Ребекка, а её — Марсель. А если всё получится, то для Клауса встреча с семьёй, с дочерью будет гораздо важнее.   Кроме того, Рика обижать совсем не хотелось, да и вечера с ним действительно всегда были очень душевными и весёлыми.   — Хорошо, — сказала Кэролайн, садясь рядом с Алариком.       Тем временем Бонни произнесла первую часть заклинания, держа в руке танзанит. Заклинания потребовало особой концентрации и длилось больше получаса.       Она подошла к обоим гибридам. Девушка не верила, что действительно готова сделать это. На мгновение она передумала и сделала шаг назад, но затем вновь осознала, что заклинание свершиться в любом случае. Если Бонни отступит, за дело возьмется Хоуп. Уж лучше это сделает она, чем девочка.       Бонни перерезала горло обоим парням ножом и наклонила их над ванной. Та начала быстро наполняться кровью. Ведьма быстро шептала на латыни. Когда кровь заполнила ванну доверху, один из гибридов просто упал на пол, медленно и тяжело восстанавливаясь. Другой же молча стоял, а из его глаз потекла черная жидкость с мерзким запахом.       — Прости меня, — сказала Бонни со слезами на глазах, и вонзила ему в сердце кол.       Парень покрылся венами и загорелся, подобно первородному. Он быстро потух, оставив после себя лишь прах, который Беннет смешала с кровью с помощью магии.   Ведьма начала читать заключающую часть заклинания. На её руках стали проявляться вены. Бонни продолжала читать, чувствуя, как у неё заканчиваются силы… и вдруг ощутила новый приток энергии. Такой чистый и родной. Она увидела бабушку. Та помогает. Значит, ей было дозволено вмешаться. Быть может, она все делае правильно.   Прошло несколько непростых минут. Заклинание завершилось. Погасли свечи — и сразу же вновь зажглись. Из ванны начала медленно показываться рука. Бонни напряглась.   Резко из ванны вынырнул человек, жадно хватая воздух. Он посмотрел прямо на ведьму.   Бонни прекрасно знала это лицо. Его черты были легко узнаваемы, несмотря на то, что всё лицо, как и всё тело, было покрыто кровью.   Неужели она действительно это сделала? Она вернула Клауса Майклсона.       — Какого черта? Что происходит? — не понимая происходящего, спросил Клаус.       Бонни не знала, что ему сказать, пусть это сделают другие.       — Ты был мертв. Теперь нет. Прими душ и смой кровь. Одежда возле умывальника, — сказала Бонни и вышла из ванной комнаты.       Она вошла в гостиную и словила на себе взгляды всех присутствующих.       — Получилось. Он смывает с себя кровь. Сейчас выйдет.       Все улыбнулись со слезами на глазах и начали ждать. Ребекка закрыла лицо руками от переполнявших её чувств. Марсель ласково положил руку на её плече, чувствуя, как его самого переполняют эмоции. Хоуп не отрываясь смотрела на дверной проём в ожидании отца. Неужели она сейчас сможет его обнять?       Через несколько минут Клаус неуверенно вошел в комнату.       — Папа! — в слезах бросилась к нему Хоуп.       — Господи, Хоуп, — сказал Клаус, крепко обнимая свою дочь. Она выглядела чуть старше, чем при их последней встречи.       Когда он несколько лет назад покидал их дом в Новом Орлеане, он не думал, что когда-нибудь сможет снова увидеть, услышать или обнять её.       — Как же я скучала, — сквозь слезы сказала девочка.       Несколько минут она жадно обнимала отца, захлебываясь слезами. Она верила в то, что всё получится, но ей всё равно было трудно осознать, что он на самом деле рядом.       — Ник.. — сказала Ребекка, подойдя к брату, с её глаз также текли слезы.       — Иди сюда, сестрёнка. — сказал Клаус и крепко обнял её. Затем крепко обнял Марселя.       — С возвращением, друг, как же я рад, что ты здесь.       Взглянув на свою взрослую дочь, он подошел к ней и вновь её обнял. Сколько лет она его ждала? Для него время шло иначе.       — Что произошло? Почему я здесь? — не разрывая объятий с Хоуп, спросил Клаус.       — Это длинная история. Я тебе потом всё обязательно расскажу. Мы нашли способ вернуть тебя. Бонни вернула тебя, — сказала Хоуп.       Клаус посмотрел на Бонни, только что вошедшую в зал.       — Ты... помогла мне? Я перед тобой в долгу, Беннет.       — Я помогала не тебе. А долг ты уплатишь, если мне не придется жалеть о содеянном.       Клаус понял, о чём говорит Бонни. Больше никакой боли для её близких.       — Даю тебе слово.       Клаус вновь посмотрел на дочку, но Бонни продолжила с ним разговор.       — Мне надо проверить тебя на наличие Пустоты.       У Хоуп пробежали мурашки. Если вдруг Пустота всё еще в её отце, то всё было зря. Клаус нехотя отпустил руку дочери и подошел к ведьме. Она положила на его грудь обе руки, закрыла глаза и начала читать заклинание.       — Её больше в тебе нет, — с облегчением сказала девушка, открывая глаза. — Я оставлю вас. Вам нужно время побыть вместе.       — Бонни, спасибо, — с улыбкой, но еще с мокрыми от слез глазами сказала Ребекка.       Бонни слегка улыбнулась, посмотрела на Хоуп и вышла на улицу.       Еще несколько долгих минут семья обнимала Клауса. Затем он нежно поцеловал свою принцессу в лоб и закрыл глаза на несколько секунд. Такое счастье быть рядом с ней.       — А где мы? Полагаю, Мистик-Фоллс, — спросил Клаус, посмотрев в окно гостиной.       — Да. Мы в доме Кэролайн, — сказала Хоуп.       — Кэролайн? А где она?       — Что-то случилось в школе, ей пришлось уехать. Не знаю, когда она вернется. Должно быть, что-то серьёзное, — сказала Ребекка.       — Я ей сейчас позвоню. Скажу, что всё получилось, — сказала Хоуп.       — Не надо. Я бы хотел увидеться лично.       Семья больше часа сидела в гостиной. Они очень давно не говорили, вот так, по душам. Такая светлая грусть. Такое искреннее щастя.       Ребекка взглянула на часы и нахмурилась:       — Что-то Кэролайн давно нет. Видимо, правда что-то серьёзное..       — Может быть, поехать в школу, проверить? Заодно показаться ей живым и полным сил, — с улыбкой ответил Клаус.       — Давай. Я поеду с тобой. Только позвоню гибридам, чтобы они убрались у Кэр в ванной, — сказала Хоуп.       — Эффектное появление? Клаус, тебя даже смерть не исправит, — с улыбкой сказал Марсель.       Кэролайн ела салат, пила вино и постоянно проверяла свой телефон. Ей уже должны были позвонить, но не звонят. Неужели, у Бонни не получилось? Рик старался не обращать внимания на суетливость подруги, а в те разы, когда все же спрашивал, получал ответ, что всё хорошо.        Клаус приехал в школу и направился к кабинету директоров, где в прошлый раз общался с Кэр, и постучал в дверь.       — Войдите, — сказала Кэролайн.       Клаус зашел в кабинет. Кэролайн замерла с бокалом в руках при виде Клауса, а у Аларика буквально пропал дар речи. В кабинете играла красивая музыка, на столе фрукты и вино. Уважительная причина не ждать его возвращения. Она и не должна.       — Простите. Не хотел помешать, — сказал Клаус и закрыл за собой дверь.       Он совершенно не ожидал увидеть сейчас подобную картину. Наверное, стоило бы остаться, поговорить, пошутить над Алариком, но Клаус просто не справился с эмоциями. Глупо как-то вышло, нужно просто уйти, и встретиться позже.       — Кэролайн, что происходит? — неуверенным голосом спросил Рик, но Кэролайн его не услышала. Она поставила бокал на стол и быстро вышла из кабинета.       Клаус быстрым и уверенным шагом шёл по коридору по направлению к выходу. Кэролайн не знала, что ему сказать. Еще немного, и он исчезнет из виду, завернув за угол. Наконец, девушка громко произнесла:       — Ты должен мне новое платье.