Step down

Рассвет. Зачем ты так быстро приходишь. Рассвет. Изгоняет из пространства вокруг спасительные тени ночи. Рассвет. Огненные стрелы майского солнца прорезают юную, еще невысокую траву, в которой мы так заметны в темной форме гарнизона. Капитан прячет волосы под грубую ткань, чтобы они не цеплялись за дикие побеги высокого сорняка, и бежит дальше. Нам нужно передохнуть. Ночь исчерпала добрую половину выносливости, и пусть нас подгоняет адреналин, расходовать остатки нужно с умом. Мне жутко. Я будто чувствую коварную паутину, что тянется по нашему следу, не давая отдалиться от гарнизона так далеко, как нам хотелось бы. Блестящая, приметная, она приминает траву и оставляет противные отметины на деревьях, к которым мы прикасались. Думать о том, что в погоню за нами вряд ли выедут пешими, значит сорваться вниз с крутого обрыва. Мысленно повторяю молитву, которую всегда читал отец, прежде чем в который раз идти в море. Услышат ли меня здесь, в глуши, боги, следящие за Японией? Не забыли ли они про меня? Я молюсь не только за нас. Молюсь за тех, кто остался сзади, в пекле, не забывая о соотечественниках. Пусть и они как можно скорее спокойно вернутся домой. Лес все дальше. То и дело все внутри меня вздрагивает – мне чудится звук моторов. В голове звенит напряжение, словно слишком натянутая на колки гитарная струна – готова порваться. Сотни метров мелькают под сапогами. Я не чувствую пальцев, сжимающихся в кулаки. Дай мне сил, сил, больше не прошу ничего. Дай только сил. Взгляд обернувшегося Скуало застигает меня врасплох. Он читает все мои мысли, словно журнал с отчетом. – Отдыхаем, – без обсуждений, это ясно по тону его голоса. – Мы ведь почти добежали до леса, – слова с трудом вырываются из пересохшего горла. – Не хочу, чтобы лес был последним, что мы увидим. Капитан останавливается и, открыв флягу, протягивает ее мне. Вода сладким нектаром касается языка. Порой это самое лучшее, что есть на свете. – Собирается ливень, – Скуало кивает на горизонт. Там над землей расползаются непроглядные тучи. Словно гигантский дух закурил гигантскую трубку. И выпустил в небо клубящийся серый дым. Утренний холодный туман поднимает мурашки на разгоряченной движением коже. Капитан сидит рядом и задумчиво смотрит на приближающиеся тучи. Когда первые капли падают на землю рядом, мы поднимаемся и готовимся к новому расстоянию. Еще один марш-бросок на двоих. – Я всегда очень любил дождь, – произносит Скуало, прежде чем продолжать путь. А в следующую секунду воздух прорезает выстрел.