I'm all yours...

      Воскреснуть можно целым и невредимым, выйдя прямо из адского пламени. Однако, нельзя сказать наверняка, что в мире живых ты останешься без сломанных костей. Шерлок же, представ перед Джоном, отделался лишь парой царапин, что было для него весьма ожидаемо, но и отчасти обескураживающе. Поэтому следующие несколько часов он говорил из дальнего угла комнаты, постоянно меняя свое местонахождение, читая явную злость в глазах друга. Но он даже не представлял, что могло его ожидать в ближайшее будущее, а именно: в момент встречи с тобой. Ведь мужчина также скрыл от тебя факт инсценировки своей смерти. А после долгих лет дружбы со стороны мужчины и влюбленности — с твоей, несомненно скрытой от великого детектива, заявление «мертвеца» могло бы стать действительно роковым для Холмса.       — А теперь, Шерлок, подумай о том, что ты скажешь Т/И! — Дослушав рассказ, в котором объяснялись весь процесс театрального самоубийства и план по обману Мориарти, серьезно проговорил Джон, представляя, какое впечатление на тебя может произвести умерший два года назад любимый человек.       — То же самое, что и тебе! — Холмс непринужденно пожал плечами. — Я знаю ее характер и могу смело утверждать о том, что она отреагирует более сдержанно.       — Ты ее совсем не знаешь, Шерлок! — Возразил Ватсон, вспоминая то, как ты плакала на похоронах.       — Это мы и узнаем! — Потирая ладоши, с предвкушающей ухмылкой проговорил Холмс.       Для него это было очередной игрой, спором, который он намеревался выиграть, как и делал раньше. Только не предвидел того, что ты прекрасно можешь сломать нос.       Что ты и сделала.       На следующий день после «воскрешения»…       Работы оставалось совсем немного, когда в дверь постучали. В голове возникла мысль, что сейчас слишком поздно для гостей: на часах было почти час ночи. Но ты все же открыла дверь, не посмотрев в глазок, о чем тут же пожалела.       Возможно, это была галлюцинация. Возможно, просто наваждение, вызванное недосыпом и усталостью. Только перед тобой стоял Шерлок Холмс, который спрыгнул с крыши два года назад для того, чтобы спасти всех знакомых от смерти. В том числе и тебя. Однако, глупая улыбка, застывшая на его лице, словно в театре у начинающего актера, отталкивала. Ее хотелось поскорее стереть с все еще жутко привлекательного лица детектива, что, в принципе, ты и сделала, хорошенько ударив Холмса прямо в нос, кажется, сломав его. Услышав болезненный стон, пришла к выводу, что все-таки сломала. Но от этого легче почему-то не стало. И ты захлопнула дверь.       — Т/И! — Холмс ударил в дверь. — Нам нужно поговорить!       Ты смотрела на дверь, желая раствориться в воздухе, чтобы не слышать знакомого до боли голоса, который слышала во снах каждый проклятый день все эти два года. Шерлок не знал о твоей любви к нему, хотя это было очевидным для любого другого человека. Но скрывая свои чувства, ты руководствовалась тем, что это просто не нужно Холмсу. И он в каждый удобный случай не забывал упомянуть об этом, конечно, в общем смысле, но звучало это так же обидно.       А сейчас, пусть мужчина действительно не должен был отчитываться перед тобой… Но что за черт?! Он симулировал свою смерть, пропал на два года, не дал ни единого знака о том, что он жив. И после пережитого тобой личного Ада, после смирения собственной души, расколотого сердца — Шерлок вдруг заявился, целый и невредимый. Ты не хотела его даже видеть.       — Я понимаю, что ты зла. — Ты была в ярости. — Но так было нужно! Никто не должен был знать о симуляции! Поверь же мне! Это было опасно! — Утверждал детектив, все еще стоя за дверью.       Но эти отговорки были для тебя ничем, так как ничто не могло оправдать жестокого обмана близкого друга. Ну или же… почти ничто.       За дверью все стихло — Холмс замолчал, и ты решила, что мужчина, повинуясь собственному эго, ушел. Однако, после минутной тишины, дверь распахнулась. За ней стоял растрепанный, окровавленный Шерлок, держа в руках набор отмычек, среди которых ты заметила и ключи от своей квартиры. Ты ведь и забыла, что дала их мужчине пару лет назад после того, как он взломал замок на двери, сломав его. И вы условились о том, что если Холмсу поднадобится убежище, то он найдет его здесь.       — Проваливай туда, откуда явился, — резко встав на ноги, от чего закружилась голова, прохрипела ты. В глазах плыло от еле сдерживаемых слез, а горло саднило от крика.       — Прошу, выслушай меня! — Холмс сделал шаг к тебе, протягивая руку, но ты одернула ее.       — Ни за что! После того, что ты сделал, — можешь забыть обо мне навсегда. Впрочем, как и обычно.       Ты отвернулась от детектива, намереваясь уйти в спальню, но рука, сковавшая твое запястье, не позволила сделать этого.       — Я предполагал, что это тебя разозлит, но не думал, что ты будешь так страдать по мне. Разве ты не утверждала, что ненавидишь меня? Я думал, ты и желала моей смерти больше, чем кто-либо! — Вспоминая вечер трехлетней давности, когда Холмс, после очередной неудачной и довольно жестокой шутки, остался один на Рождество в пустой комнате. Он сильно обидел тебя, и эмоции вылились в слова. Шерлок запомнил, как и ты. Только он не принял их ко значению тогда. Что изменилось теперь?       — Я ненавижу тебя. И хочу, чтобы ты вновь вернулся в могилу. — Ты взглянула на Холмса, впервые улавливая смену чувств на его лице: привычное спокойствие вдруг сменилось смятением и удивлением. — Но только в том случае, когда я последую за тобой.       — Ты ведь понимаешь, что физически это просто невозможно, — вновь вернув себе прежнее самообладание, заговорил мужчина. — Наши тела будут погребены в разных местах, и все мелкие частицы, в которые они и превратятся, усвоятся в землю или исчезнут, поэтому…       — Ты поцелуешь меня или мне еще что тебе сломать? — Закатив глаза, спросила ты, после мило улыбнувшись, заставив тем самым дергаться глаз Холмса. Буквально.       — Так мне теперь каждый раз умирать, чтобы по возвращению слышать данное предложение? — Хитро улыбаясь, спросил Шерлок.       — Костей не хватит…       Ты поцеловала его сама.