Darkness Captivity

Дышать тяжело. Вокруг не хаос — пустота. Нога и плечо ноют от боли, но нет сил пошевелиться. В голове проносится тысяча мыслей, но не могу поймать ни одну из них. Судорожно стараюсь держаться в сознании и не упасть в манящую бездну темноты. Хочу плакать. Не от досады, боли и обиды. От опустошения. Вцепляюсь в Лекса, и он в ответ сильно сжимает мои бока. Это отрезвляет, заставляет чувствовать хоть что-то, кроме полного безразличия. Не будь здесь Лекса, я бы вряд ли нашел в себе силы дышать: сейчас все кажется таким бесполезным. Но как только хочу расслабиться и закрыть глаза, Лекс, будто все понимая, до боли впивается в запястья, дергает за волосы, сжимает плечи, не заботясь о ранах. Не отстраняюсь ни на дюйм и только вжимаюсь в его тело еще сильнее. Так сильно, что он дышит беспокойно, через раз. Как и я. На грани истерики и безумия. Не знаю, сколько проходит времени. Живу не секундами. Хриплыми вздохами Лекса, шевелящими мои испачканные в крови светлые волосы. Тихим потрескиванием потухающих оранжево-красных огоньков пламени. Но не секундами. Лекс вдруг садится и дергает меня за здоровое плечо на себя так резко, что мы едва не сталкиваемся лбами. От неожиданности упираюсь руками ему в грудь. Его зрачки расширены, взгляд бегает по моему лицу. Останавливается на поврежденном плече. В этот момент я понимаю… Понимаю прежде, чем он открывает рот, чтобы сказать. — Я вижу тебя. Чуть не захлебываюсь воздухом. Что, если я могу говорить? Хочу открыть рот, но мне не хватает то ли смелости, то ли сил. По спине пробегают мурашки. Пробую снова, и губам не больно, но я не могу. Охваченный паникой, пытаюсь встать, но Лекс настойчиво удерживает меня. Прикрываю глаза и дышу через раз, но губы будто парализует. — Нет ниток, — говорит Лекс и в доказательство проводит по моим губам кончиками пальцев. От этого снова бросает в дрожь. Только если раньше я не чувствовал ничего, то сейчас меня охватывает спектр ощущений. Это чересчур. Слишком сильно. — Кайл? Тяжело сглатываю. Медленно открываю рот и вдыхаю полной грудью, из-под ресниц наблюдая за усмехающимся Лексом. — Почему… — Говорить тяжело. Голос хрипит, и сразу закашливаюсь. — Почему все прекратилось? — Не знаю, — отвечает Лекс. — Нужно выбираться отсюда. — Он косится на мою поврежденную ногу. — Идти сможешь? Неловко пожимаю плечами и стараюсь сделать шаг. Голень сразу же пронзает вспышка боли. Жмурюсь, впиваюсь ногтями себе в ладони и с трудом перевожу вес на ногу. Все-таки умудряюсь шагнуть и смотрю на Лекса с гордостью и самоуверенностью, но он качает головой, должно быть, угадывая мое притворство. Шумно выдыхает, подходит ближе и перекидывает мою руку через плечо. Опираюсь на него и прикрываю глаза от плавного расслабления мышц. — Как ты вообще сбил меня с ног? — направляясь к выходу, спрашивает Лекс. Со мной двигаться выходит крайне сложно: все вокруг в развалинах, и ему приходится буквально поднимать меня, чтобы переступить через массивные перекладины, обугленные бревна и… трупы. — Адреналин, — предполагаю. С опасением смотрю на убитых, боясь найти среди них Кассию или Джейми. Я видел, как ушла Эвелин, и Джейми кричал мне, когда я бежал к Лексу. Не знаю, успели ли спастись остальные. Когда мы выходим на улицу, не сразу понимаю, что произошло. Съеживаюсь от внезапного холода и невольно прижимаюсь к Лексу сильнее. Вокруг нас густой туман, будто кто-то капнул в воздух белой краской. Звуки словно растворились в пелене тумана: не слышно ни голосов, ни шагов, ни порывов ветра. Создается ощущение, будто мир погряз в серых дымчатых облаках. Лекс сильнее сжимает мое запястье, будто боится, что и я могу исчезнуть в белом, вязком, влажном тумане. — Эй! — громко кричу, но в ответ ничего. Кажется, мы одни среди таинственного непроглядного тумана, спрятавшего пятый город, лес, мутантов, наших друзей. — Не надо. — Лекс качает головой. — Мутанты, конечно, не видят нас. Но и мы их тоже. — Думаешь, это все игра? Вроде как бой вслепую? — Вряд ли. Кассия говорила, что природа здесь любит делать сюрпризы. Мутанты вряд ли предугадали это. — Но они могут сделать ход, так? Напасть на нас, когда ничего не видно? — Возможно. — Лекс пожимает плечами. — Поэтому хуже всего сейчас — оставаться на одном месте. Мы двигаемся вслепую, и если Лекс шагает уверенно, то я чувствую себя некомфортно. — Конечно! — Говорю слишком громко, и Лекс быстро поворачивается ко мне. — Туман поглощает магию. Я читал про это. Лекс задумывается на пару секунд. — Хочешь сказать, твой завязанный рот — магия мутантов пятого города? — Они же безошибочно распознали наши слабые места, — говорю, и губы снова начинает покалывать от воспоминаний. — Но не Джейми и Эвелин. — Их пытались убить. — Почему именно их? — Может… — прикусываю нижнюю губу, — потому что они… важны для меня?.. — Точно. Весь мир ведь крутится вокруг тебя, — издевательски усмехается Лекс. — Ну… получается, когда туман рассеется, все вернется? — Думаю, чтобы этого не произошло, мы к тому моменту должны быть за пределами города. — Весело. Только вот ни черта не видно, а так все элементарно. Лекс выкрикивает имена Кассии и Эвелин. Откуда-то справа слышу топот и шорохи, и сначала даже кажется, что это сестра, Кассия или Джейми, но потом осознание отрезвляет, как резкая волна холодной воды. Если бы это были они, они бы отозвались. — Лекс! Не успевает Лекс и обернуться, как буквально в нескольких дюймах от его головы пролетает топор. Сердце словно уходит в пятки. Из-за тумана кто-то из мутантов не попал в Лекса. Но могло быть и иначе. Лекс вынимает из ножен кинжал. Специально не берет лук, потому что вторая ладонь занята: удерживает меня. Становится даже стыдно, и хочу отстраниться, но Лекс, рыча, сжимает мою руку сильнее. Вернее, так сильно, что у меня совершенно точно на запястье останется синяк. — Будете, как трусы, прятаться или… — начинает Лекс, но я резко закрываю ему рот рукой, не давая продолжить. Лекс убирает мою ладонь и с укором смотрит на меня, будто взглядом осуждая и вынуждая дать объяснение. — Нет. Даже не думай. Я не могу нормально шевелиться, а мутантов целое войско. Лекс хмурится. — Я — твое войско. Меня вдруг обуревает ярость. Насколько нужно быть самоуверенным, чтобы постоянно рисковать? Лекс никогда не думает и идет напролом, полностью полагаясь на свою силу. Конечно, он невероятно ценный боец и стрелок, но у всего есть пределы и ограничения. Непобедимых не существует. Может, именно так дезилийцы и поймали Лекса? Он был настолько уверен в своей победе, что перестал скрываться? Я помню, как безумно билось сердце Лекса, когда я брал его за руку. Может быть, ему нравится за властью и высокомерностью скрывать свои слабости. Но если на территории лайбаунского королевства это срабатывало, то здесь нет. — Не смей. Засунь свое эго подальше, ясно, Лекс? Я не собираюсь спокойно стоять и смотреть, как тебя разбирают по частям. — Ты ничего не увидишь в таком тумане, — усмехается Лекс, но мне ничуть не весело. — Это должно меня успокоить? — Я предполагал, что да. Не получилось? — Видимо, что-то в идеально спланированной системе Лекса Картера дало сбой, но нет, не впечатлило, — парирую, и Лекс расплывается в улыбке. А потом, не дав мне и сообразить, запускает кинжал в пустоту. По направлению, откуда на нас вылетел топор. Слышится чей-то приглушенный стон. Открываю рот от удивления и с восхищением смотрю на Лекса. — Они сами сдали свое местоположение. Я не слышал шагов, значит, они остались там же, — объясняет он. — А нам так делать не надо. — И резко дергает меня влево. Бежит так быстро, что у меня подкашиваются ноги, а дышать становится тяжело, хоть Лекс и помогает мне передвигаться. Вдруг резко спотыкаюсь обо что-то. Закрываю глаза, приготовившись к падению, и Лекс в последний момент хватает меня за второе плечо, удерживая. Поднимаю взгляд, но он смотрит мне за спину. — Что там… — Ты споткнулся об труп. Воздух будто выбивают из легких. Боюсь повернуться. Это может быть кто угодно. Только либо это один из мутантов, либо один из наших спутников. Например, сестра. Эвелин. Глаза Лекса горят беспокойством, и от этого к горлу подкатывает тошнота. Ненавижу, когда Лекс смотрит на меня так. С каким-то вытравленным сожалением. Мы подходим к трупу. Посмотрев на него, спокойно выдыхаю. Это один из мутантов. В груди у него торчит нож. Лекс присаживается на колени рядом с трупом и аккуратно дотрагивается до раны. — Это случилось недавно, — опустив взгляд на перепачканные в крови пальцы, говорит он. Подхожу ближе и вдруг чувствую удар по голове. Мир в один момент будто пошатывается. Голова начинает кружиться, а перед глазами на несколько секунд темнеет. Делаю шаг назад, и нога вспыхивает болью. Вытягиваю руки перед собой и судорожно дышу через рот. Лекс сразу же поворачивается ко мне. Хочу посмотреть ему в глаза, но взгляд плохо фокусируется. Я уже не чувствую место удара: вся голова пульсирует ужасной болью. Меня бросает в жар, хочу позвать Лекса, но изо рта вырывается только хрип. Лекс вдруг метает нож прямо в меня, и сердце пропускает удар. Он хочет убить меня? Лекс готов предать меня? Не отклоняюсь и не падаю на землю, в упор смотря на него, хотя голова еще нещадно кружится. Но нож пролетает мимо, куда-то за меня. Слышу чей-то приглушенный глухой стон, и хочу обернуться, но ноги подкашиваются. Лекс ловко перекидывает мою руку через свое плечо и за подбородок небрежно поворачивает мое лицо к себе. — В норме? — Лекс касается моего затылка рукой, и кожу вдруг начинает щипать. Жмурюсь и хочу отвернуться, но Лекс лишь сильнее сжимает мой подбородок. Только когда киваю, Лекс ослабляет хватку, а потом отпускает вовсе. Вдруг впереди замечаю чей-то силуэт. — Лекс… Проследив за моим взглядом, Лекс напрягается, а потом берет нож и прицеливается. — Стой! — Аккуратно опускаю его руку. — Рост… Мутанты выше. Лекс вскидывает брови и с усмешкой смотрит на меня. Понимаю, рост не лучший аргумент, но мы должны быть до конца уверены, что это мутанты, чтобы решиться на убийство. Мы плавно движемся к силуэту, и я чувствую, как с каждым шагом мышцы Лекса напрягаются все больше, и он сжимает нож в свободной руке сильнее. Некто впереди не замечает нас. Чем ближе мы подходим, тем сильнее создается ощущение, что перед нами маг, а не мутант. Сердце начинает биться чаще от догадки, что мы нашли кого-то из наших спутников, но я все равно не могу быть полностью уверен. Когда нам остается дойти совсем немного, некто, услышав приближение, резко вынимает кинжал. Меня от страха сразу же бросает в жар, а Лекс резко поднимает руку с ножом. Прыгаю на незнакомца, сбиваю с ног, вместе с этим доставая кинжал, и приставляю его к шее. В этот момент в ноздри ударяет запах. До одури знакомый. Запах воды, цветов и свежести. Сейчас смешанный с запахом крови и грязи, но до безумия узнаваемый. Незабываемый. Нож выпадает из руки, и я прижимаюсь к юноше со спины так сильно, насколько вообще могу. В последний раз я видел Джейми, когда он боролся. Слышал, когда он кричал мое имя во время обрушения. Джейми резко разворачивается лицом ко мне и неверяще проводит по моим щекам и шее. Его руки дрожат, на лице ссадина, а губа разбита. — Кайл, — говорит он шепотом. — Дьявол… Кайл, я думал… я думал, ты умер! Ты и Лекс… Вы остались… Прижимаюсь своим лбом к его. Только сейчас понимаю, что Эвелин и Кассия даже не знают, что я жив. Чуть опустив голову, Джейми тянется ко мне для поцелуя. Выдохнув, отстраняюсь. Сейчас не время, и он должен это понимать. Джейми помогает мне подняться и задерживает взгляд на ранах. Смотрит на меня с жалостью. Черт возьми, нет! Ненавижу это. — Лекс! — Заметив его, Джейми вновь расплывается в улыбке. — Рад тебя видеть. Лекс в упор смотрит на него, но даже не меняется в лице. — Все рады меня видеть. — На его лице появляется ухмылка. — Ну, кроме тех, кто нет. Закатываю глаза. — Ты знаешь, где Кассия и Эви? — спрашиваю, и Джейми пожимает плечами. — Я видел, как они выбежали. Но мы разминулись. Я пытался их найти… Не получилось, да. Разворачиваюсь и вдруг неподалеку замечаю чей-то силуэт. На секунду в глазах все расплывается. — Там. — Указываю, дергая Лекса за запястье, но он только хмурится. — Что? Но я вижу. И отчетливо понимаю, что это не мутант. Рост даже ниже моего. Как у Эвелин. Прикрываю глаза. Под веками словно искрятся звезды. Эвелин рядом, она буквально в паре метров от меня. Не чувствую боли. Даже голова перестает кружиться, а на больную ногу опираться непривычно легко, будто ничего не произошло. Отталкиваю Джейми и хочу бежать к сестре, но ноги меня не держат. Падаю на землю, на ладони тут же выступает кровь. Но боли все еще нет. Ни капли. Ползу, не слушая крики позади. Чувствую руку Лекса на плече и брезгливо сбрасываю. Подтягиваюсь на локтях и ползу дальше, ору имя сестры. Почему она не слышит меня? Даже не оборачивается? Грудь горит от ощущений. Это похоже на то, что я чувствовал, когда прижимался к Лексу после взрыва. Ненавижу это. Зажмуриваюсь, полностью концентрируясь на том, чтобы двигаться дальше. Не хочу ничего испытывать. Не будет чувств, и никто не сможет причинить боль. Нет боли — нет слабости. Подползаю и поднимаю голову. Меня тут же бросает в жар. Передо мной не Эвелин. Падаю назад, отчаянно отползаю. Губы шевелятся, но звуки никак не могут собраться в слова. Как это возможно? Он же мертв. Он мертв? Лекс убил его? Лекс. Где он? Поворачиваюсь. Но сзади никого. Лекса нет. Рядом только мальчик из лагеря искупления, у которого я посмел отнять чертову кофту. Мальчик, который должен был сгореть, но сейчас смотрит в упор. Бледный. Живой. На его губах выступает кровь, брови сведены к переносице, руки безвольно висят вдоль тела. И надета форма заключенных. Герб нашего королевства. Заляпанный кровью. Я могу обвинять Лекса сколько угодно. Но я понимаю, что убил сотню заключенных красных магов не он. Это был я. Я не уследил. Я позволил. Я не помог. Кровь на моих руках. Хочу спросить у мальчика, как он выжил, но слова не слушаются меня. Он настолько худ, что, кажется, можно пересчитать каждую косточку на бледном теле. Настолько юн, но вся его жизнь состояла только из работы и смертей. Сколько смертей увидел этот маг в свои тринадцать-четырнадцать лет? Сколько раз проклинал меня и отца? Страх вызывает ненависть. Мальчик выдыхает, и из его рта вырывается облачко дыма. Как от огня. Огня, в котором он умирал. Задыхался. Как громко он кричал в ту ночь, и его тонкий голос смешивался с воплями других красных магов? Как долго умирал, давясь проклятым дымом? Как отчаянно стучал в закрытые на ночь железные двери? Он умирал один или держал кого-то за руку? Он так юн. Он попал в ловушку. Он заслуживает жизни больше, чем я, Лекс или кто-либо другой. Мальчик не сделал ничего, кроме незаконного пересечения границы. Я же убивал, продолжаю убивать. Он стал моей жертвой. Не чьей-то. Моей. Рвался ли мальчик на свободу, окруженный дымом и огнем? В то время как я стоял в неподалеку и смотрел на расползающиеся языки пламени?.. Вдруг узкие губы мальчика расползаются в скромной улыбке, он протягивает руки ко мне. Не смею даже пошевелиться. — Холодно, сэр? — спрашивает. А потом его руки смыкаются на моей шее. Зажмуриваюсь, вцепляюсь в его запястья, беспомощно открывая рот. В следующий момент мальчик замирает, его взгляд становится стеклянным. Руки расслабляются. Я хрипло вздыхаю, не в силах оторвать от него взгляд. Мальчик заваливается набок. Надо мной стоит Лекс. — Ты убил его! — восклицаю, но Лекс смотрит на меня изумленно. Так, будто я сошел с ума. Поворачиваюсь к трупу. Не верю своим глазам. Тру их, по спине пробегают мурашки. Рядом валяется труп мутанта пятого города. Вспоминаю, как сильно он сжимал мое горло. Это не мог быть мальчик из лагеря искупления. Он намного слабее меня. — Кайл?.. — Джейми кладет мне руку на плечо. В его глазах читаю беспокойство. Должно быть, он удивлен моим поведением. Я сам не понимаю, что произошло. — Ты думал… это Эвелин? Ты звал ее. Нервно сглатывая слюну, киваю. Лекс помогает мне подняться и перебрасывает руку через свое плечо. А потом наклоняется и шепчет в самое ухо, чуть ли не касаясь кожи губами: — Это была не она, так? Вздрагиваю. Лекс замечает это и сильнее сжимает мою руку. Несколько секунд выжидающе смотрит, но я отворачиваюсь, не в силах терпеть его прожигающий взгляд ярких фиолетовых глаз. Наверное, догадываясь, что я не хочу ему отвечать, пожимает плечами и говорит, что надо идти дальше. Дальше. Только вот куда — мы не знаем. — Стойте, — говорит Джейми. — Вы слышите? Чуть прищуриваясь, Лекс напрягается. Как ни стараюсь услышать, ничего не получается. Внезапно доносится лязг металла. Испуганно смотрю на Лекса, и он указывает куда-то в сторону. — Там кто-то борется. Бросаемся вперед. Стараюсь бежать как можно быстрее и вместе с этим не очень сильно опираться на Лекса, но как только чуть ступаю на больную ногу, все тело пронзает судорогой болью. Туман начинает медленно рассеиваться, и лучи солнца проникают в густую пелену. Замечаю впереди два силуэта. Мы приближаемся, и вижу неподалеку трупы трех мутантов. К горлу подкатывает тошнота. — Кайл?! Сердце пропускает удар. Сначала не верю. Медленно поворачиваюсь. Эвелин смотрит на меня. Смотрит, смотрит, смотрит. Нож выпадает из ее руки. Рот приоткрыт от удивления. Чуть позади нее Кассия. Хочу поздороваться с ней, но в этот момент сестра прыгает мне на шею. Прижимаю ее к себе. Она могла умереть, могла задохнуться. Обнимаю так крепко, как не обнимал никогда. Никого в своей жизни. Ее розовые волосы приятно щекочут кожу шеи, когда она встает на носочки, чтобы быть одного роста со мной. Кажется, словно мы затерялись в детстве, мы все еще в дезилийском королевстве. Рядом с мамой. Вместе. — Я знала, что ты жив! — радостно восклицает Эвелин. — Я верила! Лекс сзади усмехается и говорит самодовольное «конечно», будто это только его заслуга. — Я скучала, — говорит Эвелин. Хочу ответить «я тоже», но губы вдруг пронзает дикой болью. Улыбка сползает с лица Эвелин, когда она поднимает взгляд на меня. Ранее покоящаяся на моем плече ладонь Лекса плавно сползает по руке и сжимает мне запястье. Понимаю все без слов. Оглядываюсь. Туман почти рассеялся.