***
За время работы охотником на нечисть Давид неоднократно сталкивался с самыми странными вещами. Однако это было явно выше его понимания. — Я те отвечаю! — твердил, активно жестикулируя пальцами, Гондурас и периодически не без опаски озирался по сторонам. — Пацаны, я ж не вру? — Пацаны, выражая полнейшую солидарность со словами друга, активно замотали головами. — Да ну не-е-е-е, — не поверил Давид и, взъерошив волосы, одарил троицу скептичным взором. — Вы чё, опять пивасом обдолбились? — Хочешь дыхну? — абсолютно серьёзно спросил Гондурас. Получив вежливый отказ, он продолжил: — Это точно Зэ-Зэ, его работа! Ну сам посуди, кто ещё мог у нас мобилки отжать и потом свалить целым и невредимым? Я ему в жбан с вертухи прописать хотел, а нога… — Выдержав паузу, парень сглотнул образовавшийся в горле ком и, боясь, что его услышат, тихо-тихо прошептал: — А нога прям сквозь башку прошла! Ты у нас тут, конечно, фигню умную почитываешь и шансон не уважаешь, но, Димас, извини меня за такие заявления, я там чуть не обосрался! Я уже собирался с жизнью прощаться, да он свалил. — Свалил? — переспросил уже намеревающийся покинуть развесёлую компанию Давид, который был уверен в том, что над ним просто издеваются. — Ну… растворился. Типа так раз! И нету. Да блин, Димас! Если нам не веришь, приходи во двор сёдня. Он в час ночи появится! Только возьми с собой чё-нить из этих своих штучек шаманских. А то он и твою мобилку отожмёт! — Я подумаю, — поднявшись с лавочки, пообещал Давид. — Но Гондурас… не дай бог окажется, что вы меня решили развести. Учти, если я и впишусь в это, то приду обязательно с сапёрной лопаткой. Отделаю так, что мама родная не узнает.***
Загадочно улыбающийся Давид скинул кеды, встрял в тапки и, пройдя на кухню, вручил специи Свете, недовольно постукивающей ногтями по крышке кастрюли. — Почему перец горошком? — Потому что другого не было! — огрызнулся парень. Плюхнувшись на табурет, он привалился к холодильнику и устало прикрыл глаза. — И где ты вообще так долго шлялся? — не унималась сестра, которой пришлось самой нарезать новую партию помидоров. — Где надо! Меня Гондурас с компанией выцепил. — Неуже-е-ели? — ехидно поинтересовалась Света. — А где тогда корректировки, внесённые в твоё лицо? В жизни не поверю, что тебе тёплый приём не организовали. Вы ведь друзья! — Завали, морда еврейская! Не друзья они мне… — вспыхнул Давид. — Я пока точно не уверен, но вполне вероятно, что им нужна помощь. Ну или киноакадемия не тем людям «Оскары» раздаёт. — Чё уже случилось? — моментально став серьёзной, спросила Света. — Помнишь, мы с тобой года два назад думали, что в городе кицунэ завёлся. Мы тогда ещё придурков с аниме-фестиваля подозревали. Они там руны чертили какие-то по приколу. — Ну и? — Ну и мы с тобой случайно наткнулись на историю про… сиримэ. Света, зажав рот рукой, прыснула в кулак. Не в силах сдерживаться, она согнулась пополам и захохотала в голос. — Было дело! — Отдышавшись, мелко вздрагивающая от смеха девушка вытерла полой халата крупные слёзы и сказала: — Там ещё и легенда идиотская такая! Самурай возвращался ночью домой, услышал шаги, обернулся, а на него ёкай, у которого глаз на заднице, смотрит! Я только не пойму, к чему ты клонишь? — У наших гопников, кажется, есть похожая страшилка в запасе. На лице Светы отразилось недоумение. Присев рядом с братом, она вкрадчиво поинтересовалась: — Что, прости? — Я не шучу! Гондурас на полностью серьёзных щах полчаса затирал мне лютейшую дичь о Золотом Зубе! Типа однажды ровный пацан по кличке Золотой Зуб пообещал натянуть глаз на жопу одному фраеру, зашедшему на Машмет. И натянул. И вот теперь дух неупокоенного фраера ходит по району, моргает на гопников. — Бред какой-то… — сделала вывод Света. Выключив томат, она принялась вытирать стол. — Только не говори, что тебя попросили сиримэ поймать. — Лучше. Меня попросили разобраться с Золотым Зубом. Он третьего дня у Гондураса и компании мобилки отработал. И теперь они боятся, что супер-гоп Зэ-Зэ им, как и тому фраеру… — Не продолжай! — заткнув брата ватрушкой, воскликнула девушка. — Я всё поняла. Мы в это не полезем. У нас кролик и куча помидоров!***
Накрапывал дождь. Пыль под ногами медленно, но верно превращалась в грязь. Удручённая Света плелась за Давидом. Мясо не приготовлено, томат не доварен! Ну, Гондурас, ну, погоди! При следующей встрече получишь так, как никогда до этого! — Чё там, скока времени? — уточнил Давид и шмыгнул носом, в предвкушении потирая ладони. — Полночь, — раскрыв забавный зонтик с ушками, буркнула Света. — Целый час тут торчать непонятно ради чего… И ладно бы правда сиримэ! Так нет, всего лишь мифический дух какого-то там гопаря! Небо совсем заволокло тучами. С каждой минутой дождь усиливался. Давид достал из внутреннего кармана трубку. Вырвав у брата зажигалку, Света не слушающимися от холода мокрыми пальцами выудила из сумки пачку сигарет и тоже закурила. Паршивый способ согреться, но лучше уж так… Заметив, что сестра замёрзла, Давид фыркнул. Накинув свою мастерку на плечи девушки, он молча уставился на лужи, неумолимо подбирающиеся к его ногам. Света нахохлилась, когда почувствовала, как предательски заурчало в животе. Поужинать нормально так и не удалось, а потому она уже с чистой совестью собралась дать доверчивому Давиду хорошую затрещину, взять его за ухо и отвести домой, но тут случилось непредвиденное. Руки в чёрных перчатках раздвинули завесу дождя, и из портала вышел совершенно незнакомый охотникам чародей. Приподняв указательным пальцем шляпу и одарив замершую в напряжении парочку улыбкой Фернанделя, он насмешливо изрёк: — Здра-а-аствуйте! Ой, я так рад нашей встрече! Всё боялся, что моя уловка не сработает и вы не придёте. — Уловка? — попробовал отвлечь потенциального оппонента Давид и, аккуратным движением задрав край футболки сзади, покрепче схватил черенок сапёрной лопатки, прикреплённой к штанам. Фокус с пожирателем удался. Почему бы не повторить его на бис? — Мне очень хотелось познакомиться, но я не знал, как к вам подступиться, — хитро прищурившись, сознался маг. — Я использовал свою проекцию, чтобы припугнуть ваших знакомых. Надеялся, что они попросят у вас помощи. Понимаю, план шит белыми нитками, но я уже не мог ждать. Света, всё это время держащаяся за значок, была не в силах скрыть усмешку. Клоун! Чёрный плащ, дурацкая широкополая шляпа и красный шарф. Он что, серьёзно? — А к чему такая спешка, юноша? Боялись пропустить повтор старых серий «Улиц разбитых фонарей»? Давид подавился слюной. Этот тип и вправду был очень похож на Казанову. — Нет, — слегка обиженно ответил чародей. — Я опасался, что вы угробите себя раньше положенного. — Победно улыбнувшись, он важно заявил: — Мне известно о вас абсолютно всё! Например, недавно вы столкнулись с метаморфом. — Я, наверное, сейчас должна в обморок упасть от услышанного. Ведь, о боже мой, ты сообщил мне то, что знает каждый третий охотник в городе, — поднявшись со скамьи, сказала Света. — Значит так, ты… Как тебя зовут? — Евгений, — охотно представился парень и отвесил небольшой шутливый поклон. Кажется, у него получилось войти в доверие! Лёд тронулся, господа! Скоро поставленная цель будет достигнута и Воронеж падёт ниц пред величием своего тайного правителя и защитника! — Но мне привычнее обращение Прядильщик. — Ага… Ясно. Короче так, Женёк, — взяв Давида под руку, с угрозой в голосе произнесла девушка, — мы тебя запомнили. И если ещё раз ты выкинешь что-нибудь подобное, я лично организую тебе встречу с теми ребятами, которых ты решил шугануть, чтобы подобраться к нам. Мы на колдунов не работаем. Оставив озадаченного Прядильщика мокнуть наедине с собственными думами, Давид и Света удалились. Им ещё завтра, в конце концов, рано вставать и снова ехать к бабушке, у которой, наверняка, найдётся куча работы для любимых внуков. А тут какой-то полоумный диверсии по ночам устраивает. Только этого местным не хватало для полного счастья! Прядильщик глубоко задумался. Неужели он и правда похож на Казанову? Кошмар, надо срочно это исправлять! Быть может, заменить шарф шёлковым платком? А что? Стильно и изящно! Заправив длинные пшеничные пряди под воротник пальто, молодой человек вдруг улыбнулся: — При следующей встрече мне пообещали тяжёлые телесные. Хм… Это ли не начало прекрасной дружбы?