Воспитание чувств

Постепенно шли дни. Настроение у Татьяны Николаевны менялось все чаще и чаще, а мои к ней чувства все возрастали и возрастали. Учитывая, что в начале года я общалась в основном только с Алиной и изредка перебрасывалась фразами с одноклассниками, для меня стало новшеством то, что я стала все больше и больше общаться с ребятами. Я не могу сказать, что я росла каким-то замкнутым ребенком, потому что я все-таки больше люблю находиться в обществе, среди людей, заниматься совместной творческой или какой-либо еще деятельностью. Однако в классе отношения ладились не сразу. Скажем так, меня никто не трогал, и я никого не трогала. И то, что мы с Настей, которая все же когда-то, на мое удивление, оказалась не Яшневой, а Тушкенековой, стали больше общаться, поражало до глубины души. В один из апрельских дней после уроков к нам подошла Эльмира Рафисовна. - Алина, Полина, Настя, вы никуда не торопитесь? – спросила классная руководительница, однако это, скорее, был не вопрос, а утверждение. – Вот и отлично. Помогите мне, пожалуйста. - Хорошо, - хором ответили мы, обреченно вздохнув, когда учительница вышла. Через считанные секунды женщина зашла в кабинет и большими медленными шагами направилась к своему учительскому столу. Протянув мне ведро с водой и тряпку, висящую на этом ведре, она произнесла: - Полина, помой, пожалуйста, доску, да так, чтобы разводов не было. А то вчера попросила Ольхового помыть – пришлось потом перемывать. - Хорошо, - уныло ответила я. - А вы, девчонки, - посмотрела она на Настю и Алину, - пойдемте со мной. Конечно, я не знала, что они там будут делать, но догадывалась, что моя работа явно хуже. Стою я возле доски, смотрю сверху вниз в это ведро, вижу свое размытое отражение в этой мутной воде. Когда помою эту доску, руки будут вонять. То ли от этой грязной тряпки, то ли от воды, но будут вонять. А вот если бы Татьяна Николаевна попросила… да я бы доску так отдраила, что она бы сверкала. Но Эльмира Рафисовна не заменит мне эту высокую шатенку, постоянно цокающую по кафелю своими каблучками. Девчонки незаметно вышли из кабинета. Я начала протирать доску, вышагивая возле доски туда-сюда и напевая какую-то до боли знакомую мелодию. - Где Эльмира Рафисовна? – я вздрогнула и, обернувшись, увидела Татьяну Николаевну. Тряпка моя выпала из руки. То ли от неожиданности, то ли от страха. Сглотнув слюну и подобрав с пола тряпку, я все же ответила на вопрос учительницы. - Здравствуйте. - Здравствуй. Так где Эльмира Рафисовна? – опять проговорила она. - Я не знаю. Она позвала Алину и Настю, и они… - Ясно. – Метнулась женщина в коридор, когда окончательно поняла, что ничего дельного не услышит. - Татьяна Николаевна, - прокричала я и побежала за ней. – Может быть, ей что-нибудь передать? - Нет, не надо. А хотя… скажи, чтобы зашла ко мне в двести четырнадцатый. - Конечно. «Хм, а этот пиджак ей очень даже идет» - пронеслось у меня в голове, и я заулыбалась. - Чего такая лыба? Доску так понравилось протирать? – прошла мимо меня Алина, слегка задев плечом и улыбнувшись. - Нет же! Знаешь, кто сюда заходил? – воскликнула я. - Догадываюсь… - проговорила девчонка, переменившись в лице. – От чьего еще прихода у тебя может быть такой счастливый вид. - О чем шепчетесь? – произнесла Настя, войдя в кабинет с какими-то документами. - Да ни о чем. Просто, пока нас не было, кое-кто заходил, вот Полина и радуется, – ухмыльнулась Алина. - Оу, Полина, у тебя поклонники есть? – засмеялась Настя, но тут ее окликнула Эльмира Рафисовна. - Алина, что ты творишь? – подошла я к подруге ближе. - Да ладно, ты же видела, что она все равно не поняла. - Вот о своих шашнях и рассказывай, а об остальном я сама позабочусь! – разгневалась я. - Заяц, да я же пошутила. Не обижайся. Все, пойдем в раздевалку. – Потянула меня за руку та. - Ладно. Только мне нужно передать кое-что Рафисовне. - Я тогда жду тебя внизу. Взяв свою сумку и пройдя по коридору к приоткрытой двери, в которой, как я и думала, находились Эльмира Рафисовна, Настя и завхоз, я сказала Насте, что мы уходим, и Эльмире Рафисовне, что Татьяна Николаевна попросила зайти её к ней в кабинет. - Полин, вам с Алиной в какую сторону? – произнесла Настя, когда классная руководительница отпустила ее. - Нам налево. – Проговорила я. - Блин, значит, на такси поеду – не хочется домой идти одной. - А мы с Алинчиком на автобусе ездим. Через пять минут мы с Алиной уже были одеты и ждали лишь Настю, которая переодевалась дольше всех. Но тут мимо нас прошла Эльвира Ивановна, которая явно направлялась в столовую. - О, Полина, ты-то мне и нужна. - Да? А что случилось? – удивилась я такому заявлению женщины. - Ты помнишь, что через две недели мы выступаем? – проговорила учительница, сложив руки на груди. Конечно же, Эльвира Ивановна сразу поняла по моему выражению лица, что ничего я не помню. - Да… Помню. – Утвердительно ответила я, кивая головой. - Никогда ты врать не умела, Полина, - при этой фразе улыбнулась не только учительница, но и девчонки. - Это точно, - воскликнула Алина. - В общем, Полина, пора бы начать ходить на репетиции. - Что поем-то хоть? – нервно положила я руку на затылок, вспоминая наш репертуар. - Пароходик. – Произнесла та. - Хорошо, Эльвира Ивановна, я подойду. Песню-то я помню, осталось только повторить. - Да, конечно. В общем, Полина, жду тебя завтра. До свидания. - До свидания. К этому времени и такси, которое вызывала Настя, уже подъехало, и мы вместе отправились к выходу. - Полин, так кто тебе нравится? – поинтересовалась Настя. - Да это неважно, Насть. Так, пустяки, забудь. – Пыталась уйти от ответа. - Ну, пожалуйста. Я правда никому не скажу, честное слово. Должна признать, что эта девчонка обладает даром убеждения. Или просто я так легко поддалась, но все же слова с моих губ так и не хотели срываться. Я чувствовала, что ей можно доверять, но зачем ей знать это? Она, скорее всего, потом тоже расскажет, кто ей нравится, но что мне это даст? Моя тайна все равно важнее, ведь мало людей, которые поймут это. - Хорошо. - Ну, говори же, - торопила девчонка, приоткрыв дверцу такси. - Это... Татьяна Николаевна. – Мой взгляд уперся сначала в асфальт, затем я стала нервно поглядывать на Настю в ожидании осуждающих слов. «Что? Это же неправильно? Как так можно? Полин, ты нормальная?» - это все, что я ожидала услышать. Но в ответ шатенка лишь ухмыльнулась, шире раскрыла дверцу такси и, перед тем как сесть, произнесла: - Я нисколько не удивлена, Полин. Это было предсказуемо. С этими словами она села в такси и уехала, а мы с Алиной направились в сторону остановки. - Меня бесит Лиза. – Нервно проговорила я. - А Лиза-то тут причем? – Засмеялась подруга. – Рассказала секрет Насте, а бесит Лиза. Полин, ты гениальный человек. - Да нет, - засмеялась я в ответ, - в Насте я как раз таки уверена. Я вроде бы ее совсем не знаю, но чувствую, что ей можно доверять. Она выглядит такой тихой, скромной, неприступной, редко вступает в контакты. А Лиза меня с каждым днем все больше и больше бесит. - Хм… Твоя любовь ее вроде бы вчера на уроке не спрашивала. Или есть какие-то более существенные причины ее ненавидеть? – подняла одну бровь подруга. - Нет. Ты же знаешь, что больше причин нет. Меня просто она бесит. Бесит, что Татьяна Николаевна обращает на нее больше внимания, бесит, что она ее хвалит, а меня – унижает. Все бесит. - Какая ж ты у меня глупая, Полин… - отвернулась в сторону. - Ну а что? Что я такого сказала? – развела руками я. - Мне кажется, что она это делает тебе назло. К тому же, я понемногу общаюсь с Лизой. Поверь, она не в восторге от твоей Татьяны Николаевны. Напротив, она ее даже бесит. И вообще, давай придумаем для твоей старухи какое-нибудь прозвище, чтобы в школе, на всякий случай, не запалиться? - Во-первых, не называй её старухой. Во-вторых, идея с прозвищем мне понравилась. Спустя несколько минут раздумий, мы остановились на прозвище «тедди». - Вот, теперь менее палевно! – и мы обе заулыбались.