Влюбиться в жнеца смерти

— Чанбин, что это за хуйня?! — низким голосом тянет Хван, у которого испуг, возмущение, злость, недоумение и тревога смешались в нечто единое, способное разрушить психику к чертям собачьим. — У меня-то зачем спрашиваешь?! — в схожей интонации отвечает Со. Юноша тоже напуган и понятия не имеет, почему за спиной Чонина стоит призрак (хотя Бин не уверен, что это на самом деле). Но, как эту сущность увидели Минхо и Чан, парню гадать не приходится.       Тем временем силуэт полностью обретает человеческий образ. Лицо девушки бледное-бледное с оттенками тёмно-бардового и синего; ужасно покрасневшие глаза и сухие потрескавшиеся губы, испачканные кровью; длинные светлые волосы, с которых, по необъяснимым причинам, безостановочно капает вода.       Грязная школьная форма… Чанбин и Хёнджин замечают на ней знак их школы. «Кто она?» — задаются вопросом ребята почти одновременно.       Чонин, чувствуя позади себя леденящий холод, медленно оборачивается, после чего застывает в ужасе. — Ким Бора, это ты? — дрожащим голосом произносит Ян. Тело юноши мгновенно покрывается мурашками, когда их взгляды встречаются. В чужих глазах Чонин видит себя, но проходит секунда, и картинка резко меняется. Дождь / Кладбище / Небольшая группа людей, собравшихся возле могилы / Белые лилии, игрушки/ Изображение Боры на надгробной плите.       Ян невольно вздрагивает и чувствует, как тревога охватывает всё внутри. Юноша в полнейшей растерянности, он совершенно ничего не понимает. «Это какая-то шутка ребят?» — возникает в сознание, словно механически. Но разум спешно отвергает всякие догадки, говоря: «Нет, этого не может быть. Бора умерла три месяца назад, её присутствие здесь нереально при любых обстоятельствах.» — Она злой дух, — объясняет Чан, думая, как обезопасить друзей от чужой чёрной силы.       Жнец создаёт серебристо-фиолетовое нечто, похожее на вакуум, и щелчком пальца хочет поместить туда девушку, но это оказывается непростой задачей, и парню приходится повозиться, используя много сил и энергии. — Ты не знаешь, почему она преследует тебя? — тяжело дыша, спрашивает старший, но в ответ лишь получает немое мотание головой. — Мне кто-нибудь может объяснить, что, чёрт возьми, здесь происходит?! Какой ещё злой дух?! Кто она?! И как Чан-хён сделал это?! — психует Хван, у которого уже голова кругом идёт от увиденного сумасшествия.       Сумасшествие… Хёнджин не знает, как ещё это можно назвать. — У твоего парня есть сталкер и он, как видишь, не человек уже, — проговаривает Чанбин, в котором просыпается жалость к незнакомке. «Она выглядит такой юной…» — Сталкер? — заметно растерявшись, буркает Хван.       Джисону же, который, по сути, просто свидетель всего этого хаоса, становится конкретно не по себе, что даже сил, чтобы стоять, не остаётся. Рыжеволосый медленно приземляется на кресло и почти шепотом изрекает: — Боже, что за кошмар?.. — Помните, тот день, когда вы едва не попали в аварию? — начинает Минхо, окидывая взглядом Чанбина и Чонина, те же недоуменно глядят в ответ. — Я думал, мне показалось, но теперь, увидев её снова… — Подожди, ты хочешь сказать, эта девушка подстроила всё? — перебивает ангела Со, на лице которого блеклыми красками вырисовывается испуг. — Похоже на то… — Твоё место в Аду! — хрипит озлобленно Чан, после услышанного. Парень подходит к «клетке» и глазами, словно лазером, выжигает на бледной коже духа таймер. 02:00 — ярко-красным горит возле шеи, в то время, как Бора издаёт нечеловеческие, душераздирающие звуки от безумной невыносимой боли. «Как эта девчонка посмела играться с жизнью Чанбина?! Была бы моя воля, спустил бы через чёртов овраг к господину Дьяволу!» — появляется в мыслях Бана.       Да, любовь вещь особо опасная. А влюблённые — существа, часто теряющие рассудок, поддавшись порыву чувств. Ведь Чан хочет по-настоящему отомстить Ким, но думает он об этом только из-за Бина, забыв про главного героя событий — Чонина. — Когда таймер будет по нулям, ты исчезнешь, — хладнокровно произносит жнец смерти.       Чонин, наконец-то найдя в себе силы, поднимает глаза на Ким и спрашивает: — Это правда? Бора, ты действительно хотела убить меня? — Ты…! — слышится устрашающий голос в ответ. — Это всё из-за тебя! — слёзы блеском отражаются в стеклянных глазах злого духа. — Я призналась тебе, но ты отверг мои чувства! Никто прежде не отказывал мне! А ты даже думать не стал… Ненавижу тебя! — У меня была причина для отказа, и ты знаешь об этом. Моё сердце принадлежало и принадлежит другому, — проговаривает Чонин, выглядя намного смелее, чем раньше. — Заткнись, сволочь! Если бы не ты, я бы никогда не спрыгнула с моста! — злясь, изрекает Бора. Девушка зомбирует Яна взглядом, что тот и не осознает, как за секунду попадает под чужую власть и оказывается прямо напротив «клетки». На лице духа рождается ядовитая ухмылка. — Пускай меня сейчас не станет, но я всё равно отомщу тебе!       Ким, будто кошка, взмахивает рукой, создавая магические лучи, которые вот-вот пройдутся по лицу Чонина.       Мгновение, и Чан, быстро сообразив, чем всё может закончиться, отталкивает младшего.       Глубокие раны появляются на щеке жнеца. Он сильно стискивает зубы, пытаясь стерпеть дикую боль, брови его невольно хмурятся, а руки сжимаются в кулаки. 00:00! Злого духа больше нет. — Чан! — обеспокоенно выкрикивает Чанбин, подбежав к старшему. Он внимательно осматривает чужое лицо, после чего тараторит с не на шутку взволнованным видом. — Как ты? Больно, да? Боже, эти царапины такие большие… Что же делать? Сейчас, сейчас, подожди, я аптечку принесу!       Но Бан вдруг останавливает его, взяв за руку. — Не беспокойся, скоро всё придёт в норму. Я же говорил тебе, что в земном мире мне ничего не будет, независимо от того, кто меня ранит, человек или существо, — тихим голосом поясняет парень и следом поднимает взгляд на Чонина. — Вот если бы она ранила человека, то было невозможно что-либо исправить. — Чан-и, спасибо тебе, — прижимая брюнета к себе, изрекает Со, чьё всерьёз напуганное сердце наконец-то начинает успокаиваться.       Хёнджин подходит к Яну и приобнимает его за плечи, спрашивая, всё ли с ним в порядке, а тот, ещё находясь в шоковом состоянии, с трудом кивает и продолжает пялиться на Чана. — Слышь, макнэ, будь осторожнее в следующий раз. Я жнец смерти, а не ангел-хранитель какой-нибудь, не моё это — людей спасать, — оживлённо выдаёт Бан. Парень по-настоящему рад, что всё так закончилось, хоть в начале его и мучили сомнения, а мысли о том, что есть реальная опасность для жизни Чонина, даже не приходило. «Мой милый Бини… Всё-таки не послушался и притащил аптечку.»       Младший осторожно проходится ваткой с перекисью водорода по ранам, наносит заживляющую мазь и аккуратно приклеивает пластыри, пока Чан тихо шипит от боли, попутно успевая улыбаться, как придурок. — Чан-а, ты огромный молодец! — хвалит жнеца Минхо, улыбаясь глазами, а после почти шепотом буркает. — Надеюсь, у тебя когда-нибудь изменится мнение о ангелах-хранителях. — Хён, ты потрясный, правда, — делится своим восторгом Джисон, чувствуя, как силы вновь возвращаются к нему. — Пускай даже я сейчас сильно сомневаюсь, было ли это реальностью или у меня попросту глюки, но я тоже благодарен тебе, — честно признаётся Хван, в чьих глазах бликами появляется неловкость. — Кажется, настало время рассказать им правду, — кидает Минхо, окидывая взглядом Чанбина и жнеца смерти.