То, чего они хотят

      На воде играли сверкающие блики, словно тысячи живых алмазов, рассыпанных в объятиях солнца. Погода распахнула своё лазурное платье, не испещренное ни единой тенью облачка. Чайки, словно музыканты природного оркестра, создавали витиеватую мелодию, играя своими криками на струнах бескрайнего небесного инструмента. Яхты медленно раскачивались из стороны в сторону на прозрачной голубовато-зелёной воде, танцуя причудливый вальс. Раннее утро в марине приобретало особую ауру. Не было толпы, лишь яркое солнце, тихий ветер и Аделаида Драбмен, порхавшая где-то между своими рабочими.       Холли всматривалась в лица проходящих мимо людей, но в их числе находились лишь местные рыбаки и персонал, занятый обслуживанием яхт. Однако утро стало заметно бодрее, когда на горизонте замелькала светлая макушка нужной женщины. — Эй, Аделаида! — прикрикнула Холли в надежде, что её цель обернётся, но удача была не на её стороне, и пришлось устроить небольшой забег по сырой древесине.       Конечно же, Драбмен заметила её сразу и прекрасно была осведомлена, кем являлась эта девушка. Она надеялась смыться как можно быстрее, чтобы избежать этого разговора на корню, но рука, которая приземлилась на плечо, и нотки клубничного парфюма, которые успели осесть в ноздрях, говорили об обратном. — Привет, приятно познакомиться, я Холли. — девушка протянула свою изящную ладонь, чтобы поприветствовать новую знакомую. Холли Пеппер репетировала свою речь всю ночь, проговаривая каждую фразу и перебирая все возможные события. Ей казалось, что если она создаст дружелюбную атмосферу, то обязательно расположит к себе взрослую женщину. Однако мечты разбились после холодной фразы: — Я в курсе, что-то хотела? — с чужаками Аделаида и вправду была немногословна. Но всё же статная красавица решила проявить хоть каплю заинтересованности. Она сняла свои тёмные очки и слегка приподняла кепку. Всё-таки ей и впрямь стало интересно, какого чёрта от неё хотела подстилка Джона Сида. — Эм, если ты не против, то я бы пообщалась за чашечкой кофе. Надеюсь, ты ещё не завтракала? — уверенность в голосе заметно убавилась, но решимость всё ещё была с Холли.       После сухого «Я не против» Аделаида действительно повела их в местную забегаловку. Они расположились у окна, наблюдая за причалом и пляжем, который тянулся далеко за пределы их поля зрения.       Аромат свежемолотого кофе нежно ласкал ноздри. Взрослая женщина, сидя напротив Холли, перекрестив руки на уровне груди, пристально вглядывалась в неё. В глазах Аделаиды мелькали ожидание и любопытство. — Итак, для чего же ты меня отыскала? — не выдержав ожидания, владелица марины разразилась громким голосом, как раскаты грозы на небесах. — Ах, кхм, да… — Холли сильно замешкалась, так как не знала, с чего начать свой расспрос. — Ты же знаешь Помощницу Шерифа, Лилит Фостер? — Естественно, знаю! Кто же не знаком с ней? Она у нас местная знаменитость. Лилит лично помогла мне отвоевать мою марину у вас, — тон голоса Аделаиды приобрел более мягкий оттенок, а её лицо окутала игривая, на грани с сарказмом, эмоция. Она чуть помотала головой из стороны в сторону, сощурив глаза и потянув уголки рта вверх. — Грёбанные эдемщики… — Вы с ней, похоже, в хороших отношениях. Рассказывала ли она тебе о своих планах, о Джоне? — Зачем тебе такое знать? Ревнуешь своего психопата к нашей Лилит? — Конечно, нет! Просто… просто стараюсь на всеобщее благо, — выпалила Холли, начав бессмысленно оправдываться. Однако раскрасневшиеся щёки пылали, выдавая её обман. — В общем, мне просто стало интересно. — Настолько интересно, что ты проделала такой путь, приехав в наш регион из Долины Холланд? — Аделаида усмехнулась и уставилась в окно, что находилось от неё по левое плечо. — Всем и так известно, что Джон не гнушается связями с последовательницами. Если тебе ревностно и неспокойно на душе от его взаимодействий с Помощницей, то не зря. Джон неровно дышит к Лилит, уж поверь мне, а тобой просто пользуется, как дешёвой резиновой куклой с китайского сайта.       Аделаида навешивала лапшу на уши Холли, это было бы очевидно для кого угодно, кроме бедной девушки, приехавшей в регион «Река Хенбейн» в поисках хоть какой-то информации о Лилит Фостер. Хозяйка марины была хорошо известна в этих краях как искусный информатор и сплетница, а также была относительно дружелюбно настроена к некоторым последователям культа «Врата Эдема». Аделаида, сидя на диванчике дайнера, весело уставилась на Холли. Её глаза сверкали, а уголки губ подрагивали, словно играя с воображаемой нитью загадок. «Ты пришла в мой мир, дорогуша», — казалось, говорили её хитрые глаза. «Теперь давай посмотрим, как ты будешь танцевать под звуки моей музыки». — Как ты… — «смеешь» почти вырвалось из уст Холли, но та вовремя осознала, что Аделаида — возможно, её единственный шанс выудить хоть какую-то информацию о взаимоотношениях Джона и Лилит. — Ты знаешь, встречаются ли они время от времени, и если да, то где? — Отель «Кингс Хот Спрингс». Каждую пятницу, после десяти вечера, наши влюблённые встречаются там. — Аделаида усмехнулась. Её слова, словно множество маленьких ножичков, резали Холли на живую. — Если поднимешься на второй этаж, то можешь услышать, как в коридоре разносятся стоны Лилит из-под твоего любимого психопата. Приходи и убедись в этом сама.       Что же ты задумала, Аделаида?       После информативной беседы Холли чувствовала себя разбитой. Ей трудно было поверить, что Лилит могла вызвать такой интерес у Джона, настолько глубокий, что последний рисковал быть пойманным с поличным, лишь бы оттрахать ту девушку. Холли Пеппер ощущала сильную обиду на своего возлюбленного и питала ненависть к Лилит Фостер. Она твёрдо решила проверить правдивость всего сказанного Аделаидой сама. В предстоящую пятницу эдемщица собралась завалиться в «Кингс Хот Спрингс» и выяснить всё.

Вторая половина дня следующей пятницы

      Лилит прицелилась, а затем совершила точный выстрел, предварительно сломав сигнализацию, чтобы враги не смогли вызвать подмогу. В воздухе повис запах пороха, ставший уже столь привычным для девушки после многих лет службы. Звуки выстрелов пронизывали воздух, превращая его в решето без видимых зияющих дыр. Каждое движение Фостер было выверено и избавлено от лишних эмоций. Весь мир сокращался до прицела, и в этом узком пространстве она чувствовала себя непобедимой.       В обзор Лилит попали новопоступившие газовые баллоны, предположительно с пропаном. Помощница решила, что проверить это — отличная идея. Ведь если бы её план оказался рабочим, то при попадании в них пули, они бы взорвались, что отвлекло бы врагов и предоставило бы возможность переместиться на другую позицию.       Её пуля пронзила металлическую оболочку баллона, создав тонкую дымку вокруг. В тот момент, когда сверкающий след пули встретился с металлом, зажигая искры, в воздухе взорвался пропан. Раздавшийся грохот был сопровождён внезапным всплеском пламени и густым дымом, который медленно поднимался ввысь. Этот неожиданный взрыв привлёк внимание эдемщиков, захвативших ранчо Келлетов. Лилит, воспользовавшись моментом отвлечения, уверенно двинулась к новой позиции, сохраняя леденящую уверенность в каждом своём движении.       По словам пастора Джерома Джеффриса, чья католическая церковь находилась в Фоллс Энде, семья Келлетов три поколения занималась говядиной. Эти гордые республиканцы решили, что «Врата Эдема» олицетворяли дух настоящей Америки, но когда Джон Сид предложил им послужить на благо Проекта, они ответили «нет», за что поплатились, потеряв своё ранчо, которое перешло во владения Проекта. Сектанты захватили эту животноводческую ферму, чтобы забивать коров на мясо.       Используя момент неопределённости, Лилит ловко метнула осколочную гранату в направлении скопившейся группы противников. Вместе с картечью различные металлические осколки разлетелись в разные стороны, изуродовав тела и лица сектантов. Она оперативно сократила расстояние до поредевшей группы противников. Её точные выстрелы создавали стену огня, оставляя после себя лишь гору изуродованных трупов.       После того как Лилит израсходовала весь магазин, звук перезарядки винтовки нарушил благодатную тишину, которая окутала воздух. Она вгляделась в окружающую обстановку, замечая, насколько громогласной была тишина. Осмотревшись, девушка увидела дрожащего противника. В его глазах мерцали последние искорки сопротивления. — Нет, прошу тебя, — он хрипло захлёбывался собственной кровью, напоминая Лилит о безжалостных реалиях этого мира.       Помощница сблизилась с лежащим в собственной крови эдемщиком и холодно расправилась с ним, выпустив несколько пуль. Спокойствие взгляда Фостер осталось неизменным, как будто каждый её жест был тщательно прописан где-то на подкорке головного мозга.       Лилит взглянула на своё предплечье и заметила неглубокий порез. Это не доставляло особых проблем, но могло привести к воспалению, что явно не входило в её планы. Теперь по возвращению она была должна обработать свою рану. Неужели тот чёртов фанатик не мог промахнуться?       Девушка вернулась в машину, которую ей временно одолжил Дейв. С внимательностью к деталям, которая была ей свойственна, она поправила зеркало, предварительно протерев руку от стекающей по кисти крови. И обработав рану спиртом, принялась копаться в бардачке. В отражении заднего вида она уловила странный силуэт серой машины, которая раннее там не стояла, а учитывая местность и звуки перестрелки, казалось маловероятным, что кто-то из мирных граждан решил остановиться в этом напряжённом месте. — Блять, да неужели? Что же за день-то такой?! — у Лилит сдавали нервы, никакая слежка ей сейчас не была нужна. Она хотела покоя и стаканчик чего-нибудь покрепче.       Она сжала руль изящными пальцами и надавила на педаль газа. В академии её учили проверять, ведут ли за ней слежку, и Помощница знала тысячу способов, как это сделать. Однако она предпочла самый лёгкий: четыре поворота налево.       Неспешно она повернула на первом перекрестке, затем на втором. Незнакомая машина продолжала следовать за ней, хоть и держала приличное расстояние, явно, чтобы её не заметили. Третий поворот, Лилит даже показалось, что от неё отстали, пока она не проверила зеркало заднего вида ещё раз. На четвёртый поворот, когда она оказалась на том же месте, что и вначале пути, она поняла, что серая машина и не планировала её оставлять.       Помощница Шерифа медленно выжала педаль тормоза. Потянулась рукой к заднему сиденью и достала свою слегла грязную винтовку. Зарядила магазин, взвела курок. Тем временем серая машина остановилась в ста метрах от её авто. Фостер спешно высунула оружие вместе с головой из окна и сделала три точных выстрела. Попала — все три раза. Машина попыталась сдвинуться с места, но без передних колес и с пробитым плечом преследователю было очень сложно.       Серая машина успела сдать назад всего на пятьдесят метров, пока путь ей не перегородила машина Фостер, и её тёмная макушка не покинула авто. Ли подошла к серому авто и просунула руку в открытое окно, схватив сектанта за копну волос. — Ты пойдёшь со мной. — девушка одним ловким движением вывалила окровавленное тело на землю, сев сверху. Звук щелчка. Наручники были надеты на руки преследователя, которые были выгнуты за спину. — Что же мне с тобой делать?

***

      Звон бокалов и громкие споры местных выпивох стали неотъемлемой частью жизни Мэри Мэй Фэйргрейв после смерти отца. Липкий пол, оставшийся после пролитых коктейлей, словно являлся немым свидетельством вновь разгоревшегося веселья, которое как бы выступало в роли укрытия для тех, кто стремился погрузиться в бурю алкогольного забвения и отрешиться от ужасов дня. В самом эпицентре этого вихря стояла Мэри, ловко управляясь со всем этим миром алкогольного беспорядка. Именно в этом безобразии она находила своеобразное убежище от боли и потери, ежедневно поглощаясь атмосферой бара, где каждый звук, каждая спорная беседа казались временным спасением от собственной тяжести души.       Среди бурлившего веселья хозяйка бара радостно встретила Лилит, распахивая перед ней руки словно крылья торжественного приветствия. Взгляд Фэйргрейв, как всегда, мерцал огоньками веселья, а её улыбка, казалось, могла осветить даже самый тёмный уголок души каждого входящего в её бар. Мало кто, однако, догадывался, сколько боли скрыто за той самой заискивающей улыбкой, которой она одаривала каждого посетителя. Однако выражение её лица стало резко озадаченным. Окровавленное тело, которое Лилит вела за собой, порождало много вопросов. Тем не менее, Мэри Мэй, не проронив ни слова, молча подхватила пленника и направилась в подвал. Посетители бара были не менее озадачены этим зрелищем, но, проводив взглядом девушек, тут же вернулись к распитию алкогольных напитков и громким спорам.       Дверь с характерным скрипом металла распахнулась. Барменша переключила небольшой рычажок на стене, и помещение залилось светом. Серые стены, стеллажи с краской и строительным утилем. Просто подвал, ничего примечательного, ни окон, ни дверей. — Прикуй его к батарее и дай воды. Не хватало, чтобы он ещё откинулся тут, — выпалила Лилит и протянула наручники Фэйргрейв. — Где ты его взяла? — Мэри брезгливо опустила тело и отперла наручники ключами. Сама Помощница, в свою очередь, держала своего преследователя, чтобы тот никому не навредил, хотя это было практически невозможно, ведь она обезоружила его полностью. — Сидел на хвосте. Джон меня ищет, я не думаю, что появляться здесь в ближайшее время — хорошая идея. Мэри Мэй, я стала совсем большой, пора мне съезжать из этого дома, — пошутила девушка. Откуда в ней только были силы на шутки? — А что прикажешь делать с этим? — та ткнула пленного. — Пытать? — глаза медленно округлялись, по мере нарастания потока фантазии. — Присмотри за ним. Как избавлюсь от хвоста, обязательно займусь этим вопросом. Перед тобой в долгу тоже не останусь. — Улыбка на лице подруги заставила хозяйку бара безоговорочно поверить ей.       После двадцати минут сборов Лилит спустилась и, попрощавшись с Мэри Мэй, направилась к выходу. На плече сумка с вещами, а в руке ключи от авто. Только вот — что за пара тёмных незнакомых глаз проводила её до самого порога?       Дорога до Аделаиды тянулась, казалось, бесконечно долго. У Лилит играло радио в машине, окно было опущено, и прохладный ветер задувал в салон, играя с её волосами. Какой-то бесполезный башкотряс качал своей пустой головой из стороны в сторону, словно олицетворение бесцельной задумчивости. Сумка с наспех собранными вещами валялась на заднем сидении, а на пассажирском — рация и пистолет.       Лилит полагалось держать рацию включённой почти всегда. По рации сообщалось о неожиданных нападениях или непредвиденных ситуациях. Военная частота 225.5, настройка которой скрыта под маской обычных частот, была их своеобразным каналом связи, временами нарушаемым помехами, иногда вызванными лесниками, натыкающимися на эту частоту, а иногда… — Добрый вечер, Помощница. Долго прятаться не получится, ты же знаешь это? — голос Джона с издёвкой медленно протягивал слова.       Нет. Помощница не хотела отвечать. Она была уверена, что это провокация, чтобы узнать, где находится приставленная к ней слежка, и что Фостер сотворила с этой «крысой». — Я просто хочу, чтобы ты покаялась. Признала свой грех. Неужели ты совсем не боишься последствий? — Игра. Джон играл. И эта игра Лилит порядком надоела. — Ну же, я знаю, что ты меня слышишь. Хватит прятаться, я всё равно тебя найду! — из рации послышался самодовольный смех.       Фостер выключила рацию. Слушать этот бред она была больше не намерена. Планировала включить её через десять минут. К тому же, дом Аделаиды уже маячил на горизонте.       Дверь машины гулко захлопнулась. Перед девушкой разверзло свою нагую красоту Озеро Сильвер. В небе чайки испускали свой смех, словно насмехаясь над Лилит. Дом Драбмен возвышался прямо у её марины, его фасад был покрыт морской патиной, дарованной влагой и морским ветром.       На пороге этого уютного домика выжидательно стояла Аделаида. «Словно сам дом терпеливо встречает меня», — промелькнуло в голове Помощницы. — Привет. — Лилит приобняла женщину. — Здравствуй, пчёлка! Джон Сид привёл тебя ко мне, как мило с его стороны. Проходи, я уже подготовила тебе комнату, — Аделаида была рада такому раскладу, ей очевидно импонировала Помощница. Такая загадочная, военная. — Будешь чай? — Было бы славно. — Лилит показала свою очаровательную улыбку и проследовала за женщиной. Та отвела её в комнату, чтобы Помощница оставила свои вещи, а затем на кухню.       Поймав взглядом повязку с проступившей сукровицей на предплечье гостьи, Драбмен не могла отвести от неё взгляда, задаваясь вопросом о том, как та получила своё ранение. — Что случилось с твоей рукой, Ли? — спросила она. — Пустяки. Во время перестрелки с сектантами пуля скользнула, повредив немного руку.       Аделаида поджала нижнюю губу и понимающе закивала головой. — Ну, тогда рассказывай! — Хоть женщина и успела уже всё узнать, но слышать из первых уст всегда интереснее. — Младший Сид совсем с ума сошёл, когда потерял тебя? — захихикала Аделаида, придавая своему уже немолодому лицу некое очарование, и подмигнула Лилит. — Я на секунду подумала, что он оставил меня в покое, но слежка за мной сегодня показала обратное. Пришлось взять в плен одну из его шавок, — Помощница пожала плечами и отпила из чашки, которую хозяйка марины поставила перед ней. — Как же я устала. Неужели Шериф действительно не понимает, почему мне стоит залечь на дно? — Он просто слишком верит в твои силы. — Аделаида села на высокий барный стул со своей чашкой кофе. Схватив из небольшой тарелки печенье, она начала жевать его. — Нас почти не осталось. Поддержки извне не поступает. Шериф держится в стороне, словно трус. Я выполняю всю грязную работу, а какой-то психопат охотится на мой зад. Не такое я себе представляла, когда отправлялась на задание сюда. Не говоря уже о том, что штаб недооценил сектантов, и теперь мы здесь заперты в ловушке без возможности запросить поддержку или вызвать национальную гвардию, — подытожила Лилит. — Да уж… У меня идея! — Аделаида подорвалась со стула. — Усилим твою маскировку, — добавила она с воодушевлением и, огибая стол, подбежала к молодой девушке.       Немой вопрос застыл на лице Помощницы, пока её волокли в ванную. Её поставили напротив большого зеркала, под которым находилась раковина. Под ногами был мягкий ковёр, а на заднем плане суетилась Драбмен, обыскивая шкафы. После она достала набор каких-то баночек и упаковок с неизвестным содержимым, вывалив это всё в раковину.       Лилит подняла одну из ёмкостей и прочла «Окислитель 6%». Она подняла глаза на зеркало, а за её спиной стояла женщина со звериным оскалом. — Сегодня сделаем из тебя блондинку! — Аделаида не спрашивала согласия. Просто факт. — Нет, нет, мне нравится и мой цвет волос, — попятилась Лилит, но осознав, что похоже это ловушка, она приняла свою участь. Глубокий вздох. Она поникла головой, и сзади послышались хлопки ладоней.       Аделаида, не обращая внимания на протесты, улыбнулась и принялась за процесс перемен. С уверенностью, которая не присуща даже профессиональному парикмахеру, она разделила волосы Лилит на пряди, аккуратно нанося окислитель. — Наши «святоши» даже не смогут тебя узнать, — заявила женщина, хихикая.       Пока окислитель делал свою работу, Фостер села в удобное кресло, на которое Аделаида решительно указала. Хозяйка извлекла из кармана пачку сигарет и зажигалку, при этом улыбаясь, словно этот момент не только она, но и весь воздух вокруг давно ждал. Видимо, до приезда Лилит ей было тоскливо, и этот вечер принёс в её жизнь оживление, нотки неожиданности, которые она с радостью встречала.       Зажегши сигарету, Драбмен наслаждалась моментом, позволяя дыму плавно скользить в воздухе. С лёгкостью и уверенностью она присела рядом с Лилит. — Иногда в жизни стоит освежить краски, попробовав что-то новенькое, не так ли? — сказала Аделаида, протягивая Помощнице сигарету. — Я не курю, — строго заявила она, опуская веки на свои янтарные глаза. — Так, чтобы не было скучно, — Аделаида метнула на Лилит многозначительный взгляд через плечо. — Мы можем придумать новое имя для тебя! Как тебе «Ли-Ли Ванилино»?       Лилит улыбнулась, понимая, что вся эта ситуация давно вышла за рамки её контроля. С шутками и смехом процесс превращения в блондинку продолжался.

Некоторое время спустя

      Лилит, стоя перед зеркалом в новом образе, раскрыла рот в полном изумлении. Её медовые глаза расширились, а руки автоматически потянулись к волосам, словно она проверяла, не исчезли ли они каким-то чудом. Драбмен, сидя в углу, с трудом сдерживала смех, наблюдая за реакцией своей подопечной. — Ну как? — спросила она, поднимая брови и улыбаясь, словно художница, довольная своим шедевром.       Лилит медленно повернулась, обращая к Аделаиде свой взгляд, который изначально можно было охарактеризовать как желание её убить. Вдруг её смех наполнил пространство, словно мощные волны, разбиваясь о стены и напитывая воздух безудержным весельем. — Такое ощущение, словно в зеркале отражаюсь не я! — воскликнула она, пытаясь придать своим новым волосам некоторый стильный вид.       Аделаида поднялась, сократила дистанцию до Лилит и принялась с удовольствием приглядываться к своему творению. — Ну, я же говорила, что переменам быть! Теперь у тебя есть не просто волосы, а целое произведение искусства! — заявила Драбмен, качаясь от смеха.

***

— Подожди, что? — держа в руке бокал красного сухого вина, Лилит сильно нахмурила брови так, что на переносице образовались волнообразные морщины. — Холли заглядывала к тебе несколько дней назад? — Да, я ей такого наплела. Тебе нужно было видеть выражение её лица, когда я сказала, что вы с Джоном устраиваете трахальные гонки в отеле каждую пятницу. — Ударив ладонью стол, Аделаида залилась звонким смехом. — Кстати, об этом, собирайся, мы едем в отель смотреть на это зрелище. Я на сто процентов уверена, что Холли явится туда сегодня поздно вечером.       У Лилит не было выбора, когда дело касалось Аделаиды. Если эта статная хозяйка марины что-то задумала, то никто не смел вставать на пути в осуществлении её планов.       У Драбмен была «2005 Chrysler Crossfire Limited» в бежевом цвете. Вдохновлённая ретро-дизайном машина стояла там, где свет луны смешивался с оттенками её кузова, выделяясь на фоне ночи.       Следуя по тропинке, освещаемой лунным светом, Лилит и главная затейница региона «Река Хенбейн» направились к парковке. Женщина ловко вытащила сигарету и закурила. Дымка, словно волшебная пелена, обрамила её фигуру.       Луна была полной и яркой в тот вечер. Аделаида шагала уверенно, демонстрируя свою решимость, в то время как дым сигареты плыл в ночном воздухе, становясь частью этой волшебной картины, нарисованной лунными лучами.       Дверь автомобиля открылась, и белоснежный кожаный салон предстал перед Лилит. Беглым взглядом она прошлась по внутреннему убранству этой красотки — в каждой детали чувствовалось изысканное сочетание элегантности и люкса, олицетворяя сущность и стиль Аделаиды Драбмен.       Двадцать минут дороги прошли незаметно, пока Драбмен делилась своими последними перипетиями с ухажерами и тем, насколько она устала от всего этого, поэтому как только на горизонте замаячила Холли со своими проблемами, она не смогла устоять перед искушением вытворить нечто эдакое.       Лилит замедлила шаги перед искусной аркой, предварявшей вход. Величественный двухэтажный отель возвышался перед ней, старательно поднимая верхушки своих крыш, покрытых красной черепицей, к звёздному безбрежью ночного неба. Несколько окон здания были запечатаны деревянными досками, придавая ему атмосферу заброшенности. В своё время, до появления «Врат Эдема» это место было излюбленным среди приезжающих в округ туристов. — Пошли, что встала? — легко прижимая ладонь к пространству между лопаток Фостер и толкнув её вперёд, поторопила Аделаида.       Внезапно главные двери отеля распахнулись, да так стремительно, что ударились о стену. Девушка с зарёванным лицом быстро покинула здание, но внезапно остолбенела, обнаружив прямо перед собой Аделаиду и Лилит, последнюю она не сразу узнала из-за светлого цвета волос. Выражение лица Холли резко изменилось, теперь оно отражало пылающую ярость. За эти короткие мгновения она испытала полный спектр негативных эмоций — от отвращения до отчаяния. — Ну, здравствуй, — ухмыляясь, протянула Лилит.