Я поделюсь с тобой своей зоной комфорта

Старая квартирка, которую Чимин снимал до переезда в их с Юнги общую квартиру, кажется до боли неуютной и давящей своим одиночеством. Но Пак решительно раскладывает по полочкам вещи и даже не жалеет, что на время решил съехать от Мина. Благо, квартира была свободна, и хозяйка с радостью разрешила ему въехать, даже не став поднимать цену за съём, потому что Чимин ей очень нравился: милый обходительный мальчик, в котором невинности больше, чем в только что родившемся котёнке. Она его даже сыном называла и время от времени приносила вкусную домашнюю еду, потому что считала Пака излишне худым. Чих эхом разносится по пустой комнате, когда ему в нос залетает пыль. Видно, уборкой эта женщина решительно не занималась. Ну а правда, зачем? Никто, видимо, так и не снимал квартиру после Чимина. Причин не снимать её вагон и огромная тележка, но у Пака тогда выбора особо не было, чтобы размениваться, поэтому он как мог декорировал это несчастное подобие места, где, вроде как, можно жить людям. Главное, что есть всё необходимое. Хоть и старое, но есть. Прохудившийся матрас на кровати так и лежит нетронутым, но покупать новый нет смысла, потому что он не собирается долго здесь задерживаться. Даже если сейчас в его голове полный сумбур мыслей и чувств из-за недавних событий. Ему просто надо немного подумать и решить, что будет правильным решением в такой ситуации. Юнги был твёрдо настроен не разрешать ему переезжать, но потом с тяжёлым сердцем отпустил своего малыша в недальнее плавание, потому что самому надо было переварить всю полученную в мозг информацию. Хотя был вариант, что именно ему стоит терпеть не лучшие дни своей жизни где-то за территорией их квартиры, но Чимин решительно настоял на том, что это будет именно он, потому что иначе живым Юнги можно не ждать. Он старается не обращать внимания на пиликающий телефон, потому что настоятельно попросил Мина не тревожить его какое-то время. Чимин просто его отключает. В голове настойчиво всплывают картинки того злополучного утра, в которое они проснулись вместе не так, как обычно. Точнее, были моменты, когда они во сне, не контролируя своё тело, крепко обнимались, но… голыми вместе они никогда не просыпались. Это, хочешь не хочешь, дало им повод усомниться в безобидном проведении ночи. К тому же недвусмысленно на простыни присутствовали последствия их ночной страсти. Они тогда молча смотрели на это безобразие, включая друг друга, а потом старались по максимуму избегать разговоров, дабы не сгореть со стыда окончательно. До жути стыдно было Юнги потому, что он отчётливо помнил, как сам подстрекнул Чимина на это. Но тот, в общем-то, был не особо против, как видно. А Паку вообще за всю ситуацию в целом, потому что до этого они никогда не переходили дозволенную черту. Да, было дело, когда они вместе принимали душ, но тогда это не казалось чем-то слишком неправильным. Хотя стоило. Они даже целовались однажды в самом начале дружбы из-за тупого спора. Или, точнее, только из-за этого поцелуя они и сблизились, как бы странно это ни звучало. Они дружат уже на протяжении восьми лет, потому то, что они сделали, кажется диким и странно-неправильным. Такого не должно было случиться ни под каким предлогом, но случилось. И теперь они страдают из-за полученных последствий. А Пак даже и не помнит, как и почему это вообще произошло, но Юнги вскользь упомянул, что помнит немного, поэтому предложил через какое-то время встретиться и обсудить данное недоразумение. Чимин включает телефон ближе к вечеру, сразу же открывая в сообщениях диалог с Юнги, чтобы хоть что-нибудь ответить. «Я знаю, что не должен писать». «Но я также знаю, что мне и тебе не нужны недопонимания». «Я дам тебе время подумать, но, пожалуйста, Чимин, не игнорируй меня». «Скажи, если ты захочешь закончить со мной все отношения». «Пожалуйста, сделай это при встрече со мной, когда я всё объясню тебе». Объяснить? Значит, у Юнги есть то, что он скрывает? Значит, то, что произошло между ними, не совсем случайность? «Когда мы сможем встретиться?» «Точнее, сколько времени понадобится, чтобы ты набрался сил для встречи со мной?» «Чимин, не заставляй меня волноваться и просто ответь хоть что-нибудь». «Ну пожалуйста…» Чимин бы послал его прямо сейчас, если бы у самого в сердце и душе не было бунта. Он не может уловить в себе хоть какую-нибудь эмоцию, потому что их бесчисленное количество. Но единственное, что он более-менее понимает, — это отсутствие желания оборвать с Юнги все связи и прекратить любое общение. Потому что Мин ему дорог, несмотря на те трудности, которые им сейчас приходится переживать. Пак знает, что старший страдает не меньше его, но для него, видимо, эта ситуация имеет немного иной смысл. Чимин точно не знает, что таит в себе Юнги, но от этого просыпается желание всё узнать и попытаться выбраться из этой путаницы. Вместе. Потому что они не раз служили друг для друга спасательной шлюпкой. Они способны помочь друг другу даже в такой ситуации. «В конце недели. Давай встретимся в конце этой недели».

***

Юнги нервно отпивает глоток кофе, совсем не заботясь о его температуре, посему обжигает чувствительный язык. Такой чувствительный, что он словно до сих пор чувствует на нём касание чужого языка. Мин дёргается, когда его плеча касается небольшая тёплая ладонь. А он тут язык о нёбо трёт, вспоминая их недавний поцелуй. Даже стыдно стало. Он покраснел. — Привет, — тихо говорит Юнги, когда Пак присаживается напротив, избегая зрительного контакта. Старший понимает, что тому всё ещё немного неловко, но факт того, что он всё же пришёл, очень радует. Чим кивает в ответ, берёт чашку кофе Юнги и быстро отпивает, тоже обжигая язык. Придурки. — Сука, — шипит младший, раскрывая рот и высовывая язык, чтобы остудить. — Я тоже обжёгся, — смеётся брюнет, и Пак тоже тихо посмеивается, всё еще не осмеливаясь взглянуть Юнги в глаза. — Нам нужно научиться пить осторожнее. — Ты хотел мне кое-что объяснить, — решает не терять времени Чимин. Он долго думал над тем, как лучше будет начать разговор, но слова вылетели сами по себе, словно не он управляет своим ртом. Как, в общем-то, в тот день, когда они с Юнги целовались. Хотя он не может утверждать, что не хотел этого. — Ты мне нравишься, — спокойно сообщает брюнет, наконец удостоенный пристального удивлённого взгляда. — Я не хочу оправдываться, потому что это бессмысленно. Это не то, что он собирался услышать. Чимин думал о всех возможных вариантах, но этот был в последнюю очередь. Трудно было подумать, что Юнги действительно испытывает к нему что-то на уровне романтических чувств, так как внешне не был похож на человека, которого может это заботить. К тому же Мин говорил, что никогда не испытывал к кому-то сильную симпатию и даже не признавался в своих чувствах. — Как давно? Они говорят совсем негромко, чтобы их не услышали. Зачем они вообще выбрали кафе для встречи? Но их квартира — не лучшее место, потому что хранит воспоминания о той ночи. — Не знаю, — пожимает плечами Мин. — Предполагаю, что довольно давно, хотя понял я это буквально недавно. Это действительно странно, но ты почему-то правда нравишься мне. — Тогда своих мотивов я объяснить не могу, — горестно вздыхает Пак. — И не надо: ты был пьян. И ты совсем неадекватный в нетрезвом состоянии. Просто скажи мне, чего ты хочешь. — Мы можем продолжать дружеское общение?