Сонечка

***

      Утро началось для Сони крайне плохо. Голова неприятно ныла и гудела, а содержимое желудка очень хотело выйти через верх. Она даже встать не могла оттого, насколько сильно ей было хреново.       Карелина осматривает комнату и довольно поздно понимает, что это не квартира Андрея. Она ошарашено пристаёт с кровати и сразу же жалеет об этом. Голова заныла с новой силой. Соня взялась за неё и простонала от тупой боли.       Кто-то вошёл в спальню, она посмотрела на этого человека и обомлела от быстро пронзающего её тело шока. Это был... Фёдоров. Причём одет он был не в привычный строгий костюм, а в самые обычные спортивные штаны и синюю майку. На её щеках сразу расцвёл неловкий румянец. Она не привыкла видеть его таким домашним. Ей стало немного стыдно. Перед ним ей не хотелось показываться в подобном состоянии.       — С добрым утром, Соня. — спокойно проговорил Янович, подходя к ней. Она покраснела вдвойне, когда он потрогал её лоб своими холодными тонкими пальцами. Ох, ей было до жути приятно. Карелина едва сдержала стон. Он, наверное, впервые касался её по своей воле. Раньше она всегда его толкала и трогала. Теперь ей было до ужаса неловко за это.       — Температуры вроде нет. Это хорошо. Тошнит? — спросил Мирон и дал ей бутылку холодной минералки. Девушка сразу же начала жадно пить её. Сушняк после алкоголя обычное дело. Ей привычно подобное. Пока она пила Мирон до неприличия голодно смотрел на неё. Он и не заметил, как стал глядеть на неё не моргая и не отводя взгляда. Когда Соня напилась вдоволь, то всё-таки заметила на себе его жадный взгляд и вновь покраснела.       — Как себя чувствуешь? — сказал он, наконец оторвавшись от созерцания Карелиной. Мирону уже самому стало немного не ловко от себя самого. Такое поведение было слишком неприличным. Так нельзя обращаться с гостями.       — Нормально, вроде. — проговорила она и попыталась встать с кровати. Но голова загудела ещё сильнее. Из её уст срывается несдержанный полустон. Фёдоров мог поклясться, что у него встал только от этого. Он никогда не чувствовал ничего подобного.       Нет, у него конечно же был секс с другими девушками. Но, чтобы так просто он захотел женщину, причём такую как Соня. Девушку, образ жизни которой Янович всегда презирал всей своей душой. Мирон вообще относил себя к сапиосексуалам. Но оказалось, что нет.       — А где я? — спросила она, когда вспомнила, что так и не знает где находится. Мало ли, куда могли притащить её в полуживом состоянии. Ей очень не хотелось верить в то, что сейчас она дома у Мирона. Нет, Карелина не хотела оказаться здесь при таких обстоятельствах.       — У меня. — спокойно и холодно сказал Фёдоров. Он старался говорить с ней также, как и всегда. Ей совсем не нужно знать, что он узнал о ней много нового. Но видимо, его тон только сильнее её напугал. Несмотря на то, что он совсем не хотел это делать.       — А что я делаю у тебя? — спрашивает Карелина, вообще ничего не понимая. Она действительно не знает, что могло заставить самого Фёдорова Мирона Яновича привести её к себе домой. Это же было нечто невообразимое. Такого она даже представить себе не могла.       — Я не мог оставить тебя спать на лавочке. — всё также выдержано, отвечает парень. Ему искренне не хотелось, чтобы Соня заметила его напряжение. Хоть и внутри парня всё горело от лёгкого возбуждения.       — Оу, тогда... Спасибо. — слегка ошарашено проговорила Карелина. Она не ожидала от него подобного. Обычно Мирон был всегда максимально холоден к ней и остальным людям. Он вообще ни к кому не был добр. Но это только не учитывая Вани, естественно. Только с ним парень был по-настоящему искренним.       Соня не помнит, когда в последний раз слышала, чтобы Фёдоров смеялся. Или смеялся ли он вообще. Такого серьёзного и правильного человека она никогда в своей жизни не видела. Но он ей нравился, очень. Карелина не знает точно почему, но её безумно тянуло к нему. Но она, конечно, не признавала себе, что чувствовала что-то к нему.       — Пожалуйста, Соня. Будешь завтракать? — спросил он скорее ради приличия. Всё-таки Мирон был очень вежливым парнем. И он ни мог не предложить завтрак своей "гостье".       — Нет, но спасибо. — сказала она и мило улыбнулась ему. И он улыбнулся ей в ответ. Ей почему-то стало так хорошо. Девушка даже мечтать не могла просто так сидеть рядом с ним.

***

      — Вот это ты ловелас, Мирон. Я даже не думал, что ты так можешь. — радостно проговорил Ваня и по-дружески ударил друга в плечу. На его лице играла хитрая ухмылка, а глаза сверкали от радости. Он был просто счастлив.       — О чём ты? — с непониманием спросил Фёдоров. Он оторвался от книги и внимательно осмотрел на Евстигнеева. Но так и не понял, почему его друг такой оживлённый. Что же случилось?       — Думал скрыть это от меня, да? Вся школа говорит о том, что вы с Соней провели ночь вместе. — с довольной улыбкой проговорил Ваня. — А мне говорил, что она тебе не нравится.       Он и раньше предполагал, что Софья нравилась Фёдорову. И последние новости подтвердили это. Евстигнеев был рад за друга, он наконец-то нашёл себе девушку. К тому же, эта леди просто идеально дополняла его. Если Мирон был нелюдимым, молчаливым и холодным, то Соня наоборот была очень активной, общительной и открытой девушкой. Идеальная пара.       — Это всего лишь ложь и глупые слухи, Ваня. Я не спал с ней. Это точно. — всё также спокойно проговорил Янович. Но на самом деле у него всё внутри перевернулось. Кто же мог говорить о них в подобном ключе? Он не знал. Любой на той вписке мог увидеть их уходящими вместе и додумать лишнего. Но в любом случае, осталась всего неделя школы. И он уйдет из этого страшного места.       — Эх, а я-то уже успел всё это себе представить. Жалко-то как. — чуть грустновато проговорил Евстигнеев. Он надеялся, что у его друга наконец появилась девушка. Но увы, оказалось что нет. А ему ведь так хотелось, чтобы друг наконец стал счастливым.       — Но в моей постели она действительно побывала. — с ухмылкой сказал Фёдоров. Он решил всё-таки не расстраивать своего лучшего друга и подогреть его интерес. Парень и так собирался рассказать другу о их ночных приключениях.       — А вот с этого момента поподробнее, пожалуйста. — с интересом говорит Ваня. Такого поворота событий он явно не ожидал. Он буквально сгорал от жаркого нетерпения.       — Она была сильно пьяна и не хотела идти к себе домой. Мне пришлось нести её к себе. — с лёгкой улыбкой сказал Мирон. — Но я был вынужден поступить именно так.       — Постой-ка, "нести"? — удивлённо проговорил Евстигнеев. Для Фёдорова уже прикосновения к подобной представительнице женского пола были победой. Обычно его отношения длились очень недолго. Всего лишь несчастные две недели и они расходились по разным причинам. Это было довольно печально.       Мирон ни разу не показал своих эмоций. Ну расстались и расстались, чего волноваться и расстраиваться? Такого мнения насчёт этого был Янович. Видимо, ни к одной из этих девушек он не испытывал настоящих чувств. Ему было просто-напросто всё-равно на них. А вот Соня вызывала у него просто бурю эмоций. Пускай и негативных, но это всё-таки было чем-то.       Мирон никогда не показывал своих истинных эмоций, он всегда был максимально холоден и сосредоточен. Ваня очень поражался ему и его стойкости. Сам он не мог сдерживать свои чувства. Если ему было плохо, то он показывал это. В отличии от Фёдорова. Но это было его дело, показывать свои чувства или нет. Евстигнеев это понимал и принимал.       — Да. Она была не в состоянии идти самостоятельно. Пришлось её нести. — спокойно ответил Янович и вдруг добавил. — Надо же. Всё-таки не зря пришёл на эту вписку.       — Блять, чувак. Какой ты оказывается милый. Это просто что-то. — умилился Евстигнеев, представив эту картину. Мирон со своим привычным спокойным и слегка хмурым лицом несёт Соньку на ручках к себе домой. Прелесть.       — Возможно. Но мне кажется, что всё было бы гораздо милее, если бы она была не в дрова. — с лёгким укором проговорил Янович. Видеть пьяную Карелину было очень неприятно. Но зато её лицо, когда он прижал её тело к стене, Мирон запомнит навечно. Это смесь непонимания, смущения и искреннего страха. Просто прекрасно.       Фёдоров на самом деле не хотел её пугать, но она сама напросилась. Впервые за долгие годы стёба и всяческих унижений он ответил ей, и ему это очень понравилось. В нём проснулось какое-то изващённое желание доминировать, быть сильным и главным. Показать, наконец, на что он способен.       Тогда, в ванной, Мирон на секунду опьянел от сладкого чувства власти. Он мог сделать с ней всё, что угодно. Ударить, избить или даже изнасиловать. Но он не сделал ничего. Янович слишком хорошо себя контролировал, чтобы так поступить с беззащитной, пускай и не самой хорошей, девушкой.       — Это ладно, Мир. Любого человека можно поставить на путь истинный. — с усмешкой сказал Ваня. Он понимал, что Соня скорее всего никогда не измениться. Но надежда всё-таки была. Фёдоров человек жёсткий и строгий, может быть у него это и вышло бы.       — Может быть, Ваня. Может быть... — тихо проговорил Янович и вспомнил вчерашнюю фразу Карелиной. — Слушай, а ты не знаешь где Соня живёт?       — О-о, кое-кто решил взять дело в свои руки? — подмигнув, спросил Евстигнеев. — Конечно знаю. У меня есть адреса всех в нашем классе. Я же когда-то был президентом класса. Эх, было время. Надеюсь, она не переезжала после пятого класса. А то будет очень неловко.       — Хорошо, она просто забыла у меня свой браслет. Нужно вернуть, а то школа уже совсем скоро должна кончится. И она точно не будет ходить последнии дни. А больше мест, где её встретить, я не знаю. — попытался оправдаться Фёдоров. Он, естественно, соврал насчёт браслета. Она ничего у него не забыла. Но честно говорить о том, что он просит адрес для того, чтобы проверить её слова об отце Янович не хотел. Это было уж слишком личное.       — Ясно. Эх, а я-то уже понадеялся. — с грустью в голосе проговорил Евстигнеев. — Так, записывай...

***

      Соня пила, очень-очень много пила. Но увы для неё это был не крепкий алкоголь, а сладкий малиновый чай. Который ей заботливо налила Юля вместо пива. Эх, если бы не она Карелина бы, наверное, давно бы померла от цирроза печени или чего-нибудь похуже.       — Так, что там у тебя с Фёдоровым, а? — чуть улыбаясь, спросила Юля. Она была хорошей подругой Сони и та, естественно, рассказывала ей все свои секреты. В том числе и тот маленький секретик о том, как она по-настоящему относилась к Мирону.       — В смысле? — непонимающе спросила Карелина, но всё же заметно покраснела. — Ничего у меня с ним.       — Не отпирайся, Соня. Я видела в окно, как он нёс тебя куда-то на руках. — твёрдо сказала она и чуть ухмыльнулась. — Вы теперь типа вместе будете, да?       — Что?! Нет конечно. Он просто принёс меня к себе домой. Потому что я была видимо немного не в состоянии идти к себе. — немного неловко сказала Карелина. — В этом же нет ничего такого.       — Оу, вот это да. Конечно "нет ничего такого". Да ты ему нравишься. Это же явно. — с радостной улыбкой проговорила Юля. Она-то заметила, как щёчки её подруги заметно покраснели. Она была очень смущена. А это означает, что что-то точно произошло.       — Ага, безумно. — саркастически выдала Софья. Но на самом деле она очень хотела верить в то, что нравилась Фёдорову. Но, к сожалению, реальность жестоко разбивала эту несчастную надежду. Карелина училась с Мироном не один год, поэтому знала его, как никто другой. Он ничего не испытывал к ней, всегда был максимально холоден и серьёзен. Соня прекрасно видела отвращение на его лице, когда она заходила в класс.       — Да блять, Соня. Ты же у меня просто охуенная бабонька! — громко сказала Юлька и по-доброму так толкнула свою подругу. — Его ботанское сердечно точно не ровно к тебе дышит.       — Хватит уже, Юля. Ты же его видела. Он такой правильный и очень умный. Я ему не ровня. — с небольшой грустью в голосе проговорила Карелина. — Кто я? И кто он. Ответ очевиден.       — Глупая ты, Сонька. — с довольной ухмылкой сказала Юля. — Просто признайся ему. Он хороший парень, можно сказать настоящий джентльмен. Не то что твой бывший Серёга. Еблан, блять, полнейший.       — Сергей просто не понимает, что если девушка с ним танцует, то это не означает, что её можно лапать. — фыркнула Соня и продолжила. — Это Ден ответил тебе на твои чувства, а Мирон на мои не ответит. Он совершенно другой человек.       — Ну вот почему ты так думаешь? — непонимающе спросила Юля. — Вот мне наоборот кажется, что он ответит тебе взаимностью.       — Может потому что он сам ко мне ничего не проявляет?! — громко ответила Софья. Ей было безумно неприятно и больно объяснять всё это. Лишь лишнее напоминание о том, что она никогда его не добьётся. Это давило на неё ещё с класса седьмого.       — Эх, ладно. — выдохнула Юля и посмотрела на часы. Маленькая стрелка показывала на двенадцать часов ночи. — Ого, уже так поздно. Давай-ка спать, хорошо?       — Хорошо, Юль. И кстати, огромное спасибо, что приютила меня на эту ночь. А то домой мне идти совсем не хочется. Ты же сама понимаешь. — поблагодарила лучшую подругу Карелина. Она и вправду была очень благодарна подруге за понимание.       Юля ушла после девятого класса и сейчас спокойно могла позволить себе снимать квартиру. Да и к тому же ей очень сильно помогал любимый молодой человек. У неё же не было того, кто мог бы ей помочь. Увы. Она была не такой, как Юля.       — Не за что, Соф. Только у меня уже завтра ночью Денис возвращаются. И тебе придётся вернуться домой. Извини. — сочувственно сказала Юля. Она понимала почему подруга не хотела идти домой. Но, к сожалению, не могла приютить её к себе на такой долгий срок.       — Нет, я туда не вернусь пока он там. Лучше на помойку пойду или к Замаю, что почти тоже самое. — проговорила Карелина и встала из-за стола. Она пошла за подругой в спальню. Соня часто ночевала у Юли, точнее она часто ночевала у кого-нибудь впринципе.       — Слушай, а если ты пойдёшь к Мирону? — с ухмылкой спрашивает Юлька. Эта безумная на первый взгляд идея появилась у неё только сейчас. Всё было возможно. Может быть Мирон примит её к себе и они узнают друг друга чуть ближе.       — Ты охуела? — грубо сказала Соня и продолжила. — Вот примерно так он мне ответит. Я уверена почти на сто процентов.       — А вот мне как раз таки кажется, что он согласиться. — твёрдо сказала Юля, всё также хитро ухмыляясь. — Ты можешь ему заплатить за это. Ты же всё ещё работаешь барменшей в том клубе? Ну вот. Возьми аванс и сними комнату. К примеру у Фёдорова.       — Да что ты заладила? Ни буду я с ним жить. — уверенно проговорила Карелина. — И кстати, идея насчёт комнаты мне очень нравится. Можно снять, но только придётся работать вдвойне. Хотя это ладно, не так страшно.       — Ну вот. Только в ночную смену больше не выходи, хорошо? А то ты же знаешь какие клиенты бывают. — с лёгким переживанием говорит Юля. — Если бы не Андрей в тот раз, чтобы с тобой было?       — Конечно. — тихонько сказала Софья и легла на небольшую двуспальную постель. Через минуту к ней присоединилась и Юля. Они часто спали вместе. Потому что были единственными девушками на вписках, которые пришли туда не трахаться, а пить. Карелина улыбается уголками губ, вспоминая их с Юлькой пьяные приключения.       Эх, сколько всего они вместе выпили, а сколько всего мешали. Но это было раньше, а сейчас Юля нашла себе очень хорошего и примерного парня. Она была влюблена в этого молодого администратора того клуба, в котором они обычно вместе пили. Юлька, в отличие от самой Сони, не зассала и познакомилась. В итоге они начали встречаться и были очень даже счастливы вместе.       Карелина тоже очень хотела бы себе такие отношения. Чтобы парень любил её и заботился о ней. А она бы тоже любила его и дарила ему свою заботу. Эх, Соня тихо вздохнула, укуталась в тёплый мягкий плед и постаралась поскорее уснуть.