Розовый самый тёплый цвет

      Чимин был всё ещё в пижаме, пока Тэхён бешено бегал по дому, пытаясь найти свой любимый шарф. Он сидел на диване, попивая кофе и наблюдая за тем, как Тэхён бежит в комнату Чимина, чтобы перевернуть её с ног на голову в поисках шарфа.       – Ты можешь просто надеть другой шарф. Тэ, это ведь не единственный шарф, который у тебя есть, – сказал Чимин. На самом деле, Чимина раздражало то, сколько времени Тэхёну было нужно, чтобы убраться из дома. Чимин тоже должен уже собираться, но он не хотел, чтобы его лучший друг узнал, куда он идёт или с кем собирается встретиться. В таком случае, Тэхён всё не так поймёт и начнёт его дразнить. Чимин не хотел, чтобы младший подумал, будто между ним и Юнги что-то было. Они были просто друзьями, которые время от времени встречались и хорошо проводили время. Чимину нравился Юнги, и он уважал его, но Чимин не хотел допустить неловкостей только из-за того, что Тэхён мог над ним подшутить.       – Нет, ты не понимаешь! – ныл Тэхён, – он подходит под мой костюм, и с ним я выгляжу милее! Смотри! – сказал Тэхён, поворачиваясь к Чимину и показывая ему своё кремовое пальто.       – Да к этому пальто что угодно подойдёт, – Чимин выдавил с кислой миной. – Ты выглядишь мило в чём угодно. Не говоря уже о том, что Чонгук не заметит отсутствие этого «чего угодно», – сказал Чимин, игриво поведя бровями. Слова застряли у него в горле, а сердце немного кольнуло. – Кстати, не заставляй Чонгука ждать. Я уверен, он нервничает так же, как и ты.       Тэхён залился краской.       – Я не нервничаю! – он произнёс, заикаясь, но отвернулся от смущения, когда Чимин взмахнул бровью вверх. – Неужели видно, что я нервничаю? – он спросил, выдержав паузу. Чимин поднялся с дивана, подошёл к младшему и с нежностью погладил по спине.       – Видно только одно: как ты сейчас описаешься от счастья, если честно, – он хихикнул, когда Тэхён ответил: «Вау, спасибо». – Всё будет хорошо, поверь мне. Тем более Чонгук выглядит как влюблённый щенок. Невозможно не влюбиться в эту милую моську, – Чимин старался скрыть грусть в своём голосе.       Тэхён заволновался:       – А чем ты займёшься тогда? – он спросил. Чимин прикусил нижнюю губу и пожал плечами.       – Я останусь дома. Ты же знаешь, что я был слишком занят в последнее время, – он нежно улыбнулся. Тэхён кивнул головой, но не был убеждён до конца.       – Позвони мне, если что-то случится, я сразу прилечу, – он сказал, проверив время на часах. Его глаза увеличились от удивления, когда он увидел, что опаздывает. – Блять, опаздываю, бля, бля, бля! Я вернусь через пару часов, Чимини, не скучай по мне слишком сильно, – он выбежал за дверь и закрыл её за собой, когда Чимин прошептал в ответ: «Не буду». Чимин стоял в полной тишине, смотря вслед Тэхёну, пока не вспомнил, что ему тоже следует собираться.       Он открыл свой гардероб и начал в нём рыться, пытаясь найти что-нибудь привлекательное, но в то же время повседневное (как раз то, что он посоветовал надеть Юнги). Они не собирались идти в слишком роскошное место, но и не в какой-нибудь захудалый ночной клуб. Чимин не рассказал Юнги, куда именно они пойдут, но он наделся, что рэперу понравится небольшой ресторанчик, который он выбрал. Чимин был счастлив снова увидеть Юнги. Он всегда был счастлив его видеть. Они дружили практически месяц, гуляя почти каждый день, но что-то изменилось. Чимин был рад каждой встрече с Юнги, и неважно, сколько раз они виделись. Он чувствовал, что стал ближе к старшему, и хотел узнать того получше, потому что, если честно, Юнги был по-своему интересным и загадочным: то включая, то выключая свою эгоистичную личность, чтобы посмеяться вместе с Чимином или над ним. Айдол не обращал внимание на шуточки, он считал милым то, что Юнги запоминал детали о Чимине, чтобы потом над ним подшутить.       Чимин заметил темно-синюю рубашку, внимательно осматривая шкаф в поисках чего-то адекватного, и взял её. Рубашка выглядела красивой, но Чимин не был уверен, что она подойдет к его цвету волос: синий мог бы подойти к блондинистым волосам, но не к розовым. Чимин нервно проверил время и испугался, когда увидел «19:15». Это означало, что у него осталось около пятнадцати минут до того, как придёт Юнги. Он шёпотом обругал Тэхёна за то, что тот так долго собирался. В итоге, Чимин понял, что у него совсем не осталось времени, чтобы выбрать что-нибудь другое или нанести нормальный макияж. Чимин немного расстроился из-за своего вида. Он ощущал себя голым без тонны макияжа. И хотя, когда он проводил время дома, Чимина это не волновало, однако он не был уверен, сможет ли он уверенно чувствовать себя на публике.       Чимин начал прыгать на месте, пытаясь залезть в скинни джинсы, которые были слишком узкие, однако работа айдолом не оставляла другого выбора, кроме как привыкнуть к такому, поэтому Чимин не обращал на это внимание, пока протягивал чёрный кожаный ремень через шлёвки. Чимин, посмотрев на себя в зеркало, застегнул все пуговицы на рубашке, что заставило его чувствовать себя неловко, но симпатично. Чимин наносил мазь против жирной кожи и блеска, когда зазвенел дверной звонок, оглашая о приезде Юнги. Чимин чуть не споткнулся и не упал лицом вперед, пытаясь добежать до двери, хватая свои туфли и пальто в процессе.       Чимин открыл дверь и произнёс тихое «привет», а Юнги обернулся, взволновано улыбаясь ему в ответ. Старший выглядел обаятельно, очень обаятельно: на нём была черная рубашка и черные скинни джинсы с порванными коленями. Было заметно, что Юнги нервничал: он топтался на пороге, а длинные пальцы играли с рукавами рубашки.       – Ты, это… – промямлил Юнги, приподнимая голову и кивая, – ты выглядишь… Хорошо выглядишь. Чимин сдержал смешок, рассматривая розовые щеки рэпера.       – Просто «хорошо»? – игриво спросил он. – Ты мне делаешь больно, хён, – произнес Чимин с рукой на груди и улыбкой на губах. Юнги потерял дар речи, открывая и закрывая рот, напоминая золотую рыбку. – Я шучу, спасибо за комплимент, – Чимин мило улыбнулся и положил руки за спину, наклоняясь вперед, – ты тоже хорошо выглядишь.       Юнги возился со своими большими пальцами.       – Готов? – он спросил, избегая взгляда младшего. Чимин закрыл дверь, ухмыльнулся и кивнул перед тем, как накинуть пальто и вприпрыжку направиться к машине, которая стояла перед домом.       Чимин сел рядом с Юнги и нервно тер руками по бедрам, ожидая, когда Юнги заведёт машину. Чимин понял, что был счастлив, несмотря на то, что его лучший друг – краш – пошел с кем-то на свидание. Когда он повернул голову в сторону Юнги, Чимин увидел, как сильно рэпер нервничал: его пальцы дрожали, вставляя ключ в замок зажигания, от чего Чимин улыбнулся. Хотя на улице стояла осень, воздух был необычно теплым, лишь иногда от прохладных порывов ветра пробегали мурашки по спине. И всё же, в машине вместе с Юнги было тепло. Было тепло, и Чимин не мог сдерживать радость, поглядывая на Юнги, который нервно сглотнул и завел машину. Казалось, будто они были на свидании.       Пока они болтали, Чимин подсказывал Юнги, как добраться до ресторана, который он выбрал. Юнги был более разговорчив и открыт по сравнению с той ночью, когда они впервые официально встретились: он чаще улыбался, смеялся громче прежнего. Чимин заметил за собой то же самое, непринуждённо шутя над своей ориентацией и влюбленностью в лучшего друга. Казалось странным то, как быстро они с Юнги нашли общий язык. Никогда бы Чимин не подумал, что будет сидеть в машине с Agust D – этот псевдоним так странно ощущался на языке теперь, когда Чимин привык к «Юнги-хёну» – и спорить о том, что может случиться, если за один раз выпить половину знаменитого энергетика «5 Hour Energy» (пять часов энергии).       – Во-первых, – произнес Юнги, все ещё сдерживая свой смех, – это полная херь. Мы оба с тобой знаем, что он сможет лишь дать два с половиной часа энергии, – Чимин закатил глаза, потому что рэпер ошибался, и Чимин был твердо намерен преподать урок этому необразованному дураку.       – Хён, ты не врубаешься. Ты получишь пять часов средней энергии, потому что выпиваешь только половину энергии, – простонал из-за фрустрации Чимин.       Юнги лишь ухмыльнулся, не отрывая глаз с дороги:       – Тогда просто скажи «хрень», – сказал Юнги, не отрывая глаз от дороги. – Не обязательно всё цензурить. Ты и до дебюта был таким ангелом или потом изменился? – Юнги спросил, подшучивая, но на лице его отразилось беспокойство, когда от Чимина не последовало ответа. – Я что-то не то сказал? – Он осторожно спросил, взглянув на Чимина впервые с тех пор, как они сели в машину. Чимин ответил ободрительной улыбкой.       – Не, – ответил он, пожимая плечами, – ты ничего плохого не сделал, я просто задумался. А что насчёт твоего вопроса: я правда не знаю, что со мной случилось после дебюта. Ну, я – это всё ещё я, – Чимин говорил немного неуверенно. – Меня редко тянуло на маты, не знаю почему.       Юнги прищурился, пытаясь найти что-нибудь в глазах Чимина, но ничего не найдя, вернул взгляд на дорогу.       – Строгие родители? – нерешительно спросил Юнги. Чимин знал, что он имел ввиду, знал и то, что родители Юнги не поддерживали его решение строить музыкальную карьеру. Юнги не вдавался в подробности о ссорах с родителями, но Чимин знал достаточно, чтобы понять, что строгие родители – это щекотливая тема и лучше её избегать. Но так как Юнги был первым, кто поднял эту тему, Чимин не заострял на этом внимания, пока рэпер не выказал признаков дискомфорта.       – Не-а, – Чимин покачал головой и немного улыбнулся, уставившись на колени, – они не были строгими, тем более по отношению к плохим словам. Они не были против моих занятий, если меня это делало счастливым. Я сам не хотел ругаться на всё, и, наверное, это стало привычкой, – он улыбнулся и подтолкнул Юнги локтем, чтобы развеять возникшее странное настроение. – Более того, кто это сказал, что я ангел? Мы уже установили, что я не девственник.       Юнги рассмеялся, от чего сердце Чимина растаяло.       – Ага, конечно, но ты потерял девственность с девушкой, так? Тебя никогда не трахали в задницу так, что ты не мог ходить на следующий день. Не смотри на меня так! Это знания, которыми ты должен обладать, если хочешь окончить школу геев, – Юнги повернулся к Чимину с улыбкой на лице, когда тот издал звук отвращения, который вскоре превратился в смех.       – Школа геев? – он повторил, задыхаясь от смеха. – У тебя есть диплом окончания этой школы? – он спросил, вытирая слезы, которые появились от того, как сильно он смеялся.       – Диплом? – с сарказмом спросил Юнги. – Сопляк, я, блять, основатель этой школы. А точнее – я и Намджун, – он продолжал шутить, заставляя Чимина смеяться ещё громче. Юнги довольно улыбнулся.       – Ты? Ой, мы приехали! – Чимин радостно воскликнул, когда увидел здание ресторана. Он повернулся к Юнги с яркой улыбкой на лице, но глаза Юнги расширились от шока, и выглядел он бледнее обычного. Сердце Чимина упало при виде этого. – Хён? Что-то не так? – он спросил, волнуясь о том, что Юнги ненавидел это место.       – Нет-нет, ничего… – Юнги промямлил, сжимая перегородку носа, закрыв глаза и облокотившись на руль. – Всё в порядке, Чимин, просто… Мой друг – хозяин этого заведения. Ты его знаешь, практически.       - Друг?