Северус Снейп и испорченное зелье

Зелье не шло. Не то чтобы Северус не помнил рецепт. Рецепт он помнил, а перед глазами лежал раскрытый «Расширенный справочник зельеварения», для проверки действий. Он все делал как обычно, но цвет в котле не хотел меняться на нужный. Это была уже третья попытка — далее продолжать не имело смысла, потому что следующие ингредиенты были редкими и дорогими. Северус взял палочку, чтобы очистить котел, и понял, что рука дрожит. Нет, с магией было все нормально, испорченная жидкость розового цвета исчезла, как будто ее не было, а рука перестала дрожать. Тогда Северус вновь положил на доску флоббер-червя и взялся за нож. Правая рука опять затряслась. Было ли это связано с его мыслями о будущем деканстве над Гриффиндром? Вряд ли. Он привык варить зелья в условиях тяжелого стресса, который был постоянным спутником почти всю его сознательную жизнь. Тем более зелье от интоксикации он уже варил много раз. Он вновь взялся за нож и принялся за нарезку. Да, рука с ножом подрагивала, и кусочки были не тех размеров. Прошлые попытки он делал на автомате и не приглядывался. Северус вновь поглядел на руку. Тремор был едва заметен, но откуда-то он взялся? Левая рука, которая держала червя, подрагивала сильнее, и пальцы то и дело соскальзывали со шкурки. Северус потянулся к банке, где хранилась шкурка бумсланга. Рука затряслась сильнее. Несколько раз сжав кулак, Северус взял банку и вынул шкурку. Дрожь стала сильнее, он выронил шкурку на доску. Это начинало раздражать. Он взялся за нож, но рука тряслась так сильно, что тот норовил выпасть. Северус достал из стола специальный зачарованный платок из очень плотной ткани, таким он обычно брал опасные ингредиенты, которые нельзя было перемещать щипцами или магией. Накинув на шкурку несчастной змеи платок, он трясущимся руками поднял ее и сложил в банку, а потом закрутил крышку. Руки перестали трястись. Для проверки теории он снял крышки еще с трех банок сильнодействующими магическими ингредиентами. Стоило поднести руки к банкам, как они начинали медленно трястись. Северус проверил это восемнадцать раз, по три раза на каждую руку и каждую банку. Эффект был тот же. От любых сильных магических компонентов у него начинался сильнейший тремор. Варить зелья он с такими руками не сможет. Не прошло и часа, как он стал деканом Гриффиндора, а уже успел превратиться в Лонгботтома! В том, что это были последствия зелья Дамблдора, сомнений не оставалось. Уж очень опасные компоненты там были. С неизвестными магической науке побочными эффектами. Когда эта война закончится, он сможет написать статью в журнал по зельеварению… Северус прогнал мечты об академической науке. Сейчас ему нужно было найти способ избавиться от тремора. Он подошел к камину и зачерпнул горсть летучего пороха. Почему-то руки на него не среагировали, значит, он реагировал только на компоненты животного и растительного происхождения, или на компоненты, не обработанные магией. Или летучий порох делали из слабоактивных компонентов. Даже будучи опытным зельеваром, Северус не знал его состава, но знал от чего примерно можно отталкиваться. В камине появилась голова мадам Помфри. — О, Северус, я так рада вас видеть. Мне нужно сварить парочку зелий. — Сами их варите. Через пять минут уже он сидел на кушетке перед ней в Больничном крыле. — Могу сказать, что вы полностью здоровы, — сказала мадам Помфри, когда закончила махать палочкой перед его носом. — Полностью здоровы для затворника из подземелья. Вам стоит обратиться в Мунго, потому что я вижу такое впервые. — Чтобы все узнали, что я помогал варить Дамблдору зелье, после которого он исчез? К счастью, Помфри была в курсе истории, наравне с Минервой. Дамблдор предупредил ее на случай какого-нибудь эксцесса. — И кстати, почему вы не заглянули в мой кабинет? Я всю ночь пролежал в отключке среди разлитого неизвестного зелья, сваренного из компонентов сомнительной сочетаемости. Представляете, я дышал этим всю ночь! — Но я встретила Дамблдора в коридоре, он сказал, что эксперимент удался. Северус подпрыгнул на кушетке. — Во сколько это было? — В часов пять утра, совершенно точно помню. Меня разбудили чьи-то шаги, — сказал она. — Я думала, это пациент, но никого не было. Я выглянула в коридор и увидела профессора Дамблдора. Котел рванул в два часа ночи, Северус точно это помнил. — Это точно было в пять часов, а не в час? — Когда я просыпаюсь, я всегда смотрю на часы. — Это точно был Дамблдор? — Он был самым обычным и шел со стороны подземелий. Мадам Помфри ушла в комнатку за лазаретом и принесла ему зелья от интоксикации. Северус опрокинул его в себя, и руки затряслись сильнее, чем когда он пытался готовить зелье, и склянка выпала из ладоней. — Что… — ругаться при мадам Помфри не следовало. — Похоже, ваш организм реагирует на зелья сильнее, чем обычно. В ближайшее время я вам советую ничего не пить. Снейп хлопнул себя ладонями по лицу. От гриффиндорцев всегда одни проблемы. Стоило ему возглавить их факультет, так сразу начались проблемы. Может быть, Дамблдор успел проклясть должность декана Гриффиндора? И поэтому Минерва спихнула все на него. — Северус, вы не волнуйтесь. У меня есть успокоительные травы… — У меня тоже есть травы, и я в состоянии их заварить, — сказав это, Северус соскочил с кушетки и пулей выбежал из больничного крыла. Следовало проветрить голову.