Нити сплетающихся судеб

      Закутавшись в теплый плащ, травница сидела чуть поодаль от костра, с испугом смотря на танцующие языки пламени. Сердце болезненно ныло и стонало, жаждало успокоение и поддержки, Леви отчаянно нуждалась в крепких объятиях, ласковых словах, ощущении защищенности, но все это было недоступно. Девушка поежилась, учащенно задышала — она не могла отделаться от ощущения, что огонь тянется к ней, что в любой момент может перекинуться на нее и вновь принести боль, ощущение холода и отчаяния. Казалось, что костер медленно подползает к ней, что он все ближе…       Леви осознавала, что нет никакой угрозы, что опасность всего лишь плод её воображения, последствие ужасающих событий, чьи следы до сих пор красуются на её лице и теле. Она все это понимала, но была не в силах переступить через это и взять себя в руки. Травнице казалось, что она никогда больше не сможет приблизиться к костру. Девушка прикрыла глаза, надеясь на то, что это поможет, но надежды мгновенно рухнули, ведь она ощущала запах гари, слышала угрожающее потрескивание костра.         — Ты в порядке? — Жерар присел рядом с сестрой, протянул ей кусок жареного мяса. Если бы только он мог что-то изменить, помочь Леви, взять на себя все её страхи и сомнения, разделить с ней свою боль.       — Да, все хорошо, — Леви открыла глаза и натянуто улыбнулась. Она слаба, но не стоит это показывать, нужно держаться, показать, что её не сломить, что она способна позаботиться о себе и других.       — Тогда поешь. Тебе нужны силы, а еще не помешает набрать вес, — охотник придирчиво оглядел миниатюрную девушку. — Ты всегда была худенькой, а сейчас и вовсе исхудала. Того и гляди, растаешь полностью.       — Этого не случится, — травница осторожно приступила к ужину.  Мясо было жестким, невкусным, но это единственная еда, которая у них была в этот момент. Они добрались до болота, в это время года, здесь не так уж много ягод и съедобных кореньев, да и не может она уйти, чтобы все это найти. Её не отпустят, не позволят в одиночестве бродить среди деревьев. Леви подняла взгляд на брата, он был более свободен, чем она. — Лучше расскажи, как себя чувствуешь?       — Все хорошо.       — Не ври мне.       — Даже не думал, — мужчина опустил голову. От его сестры ничего не скрыть, но он все равно надеялся уберечь её.       — Тогда говори правду. Как ты?       — Я… — на миг Жерар замялся. Стоит ли говорить все? Наверное, да, ведь если соврать, утаить часть сведений может стать лишь хуже. Леви та еще упрямица, если почувствует, что он врет или что-то скрывает, то попытается все выяснить иначе. Тогда точно пострадает. — Я чувствую, как Ночное око растет, а вместе с тем, внутри меня что-то появляется. Это началось, когда я увидел, как тебя вели на костер. В тот миг, во мне что-то изменилось, я перестал быть собой. Это было настолько сильно, что я потерял сознание. Кажется, что внутри меня есть кто-то еще и мне это не нравится. Чем больше луна, тем сильнее это ощущение.       — Раньше так не было, — нахмурила брови травница. Ей не по силам разобраться с тем, что творится с Жераром, здесь нужны опытные целители или жрецы. Травы в этой ситуации бесполезны. Еще один повод для тревоги, еще одна причина быть сильной, перебороть себя и все страхи, что появились в её душе.       — Не было. Но ты не бойся, я смогу это контролировать. Да и зелий у нас предостаточно. Все обойдется, — охотник говорил с сестрой, но мысли его были направлены на другое. Он не мог отделаться от ощущения, что за ними наблюдают, что кто-то выглядывает из-за деревьев. Тихо. Незаметно. Скрываясь в нарастающей темноте. Это не к добру. Жерар чувствовал это.       — Не уверена, что это поможет.       — Не забивай этим себе голову. Просто ешь, и отдыхай. Договорились?       — Я попытаюсь.       Леви отвернулась в сторону и сразу же увидела Гажила. Воин стоял, облокотившись о ствол дерева, и смотрел на нее. Сразу же вдоль спины пробежали мурашки, и что-то теплое зародилось в районе солнечного сплетения. Они почти не говорят, но взгляды постоянно пересекаются, и они красноречивей слов. Сердцебиение участилось, стало громким, заполнило все её естество — травница была не в силах оторвать взгляда. В этот момент казалось, что их души соприкасаются, что возникает волнующая связь, нить, что навсегда свяжет их судьбы, и даже Богиня-мать ничего не сможет изменить. Чем больше времени они проводили вместе, тем заметней становилась эта странная мистическая связь. Разве это возможно? Щеки девушки запылали от смущения, стали пунцовыми, но Леви не отвела взгляд. Она в плену чужака, в плену, из которого не хотелось бежать. В этот самый миг травница готова была поверить в то, что этот человек женится на ней, что он вернулся только ради того, чтобы снова увидеть её, забрать далеко-далеко. Его взгляд пленил её сердце, но разум все еще был полон сомнений, настороженно шептал, что все не может быть так просто.       — Тебе стоит быть осторожней, сестра, — грустно произнес Жерар. — Не стоит доверять чужакам, даже если они спасли нас и пообещали новую жизнь. Я не уверен в том, что цена за помощь не окажется непосильна для нас.       — Я знаю, брат. Знаю, — прошептала травница, не отводя взгляда, продолжая тонуть в кровавом омуте. — Но, что мы можем изменить? Близятся холода, у нас больше нет дома, а мир вокруг не готов принять нас с распростертыми объятиями. Я не знаю, какой будет плата, но надеюсь, что мы сможем быть счастливы, несмотря, ни на что. Ты ведь и сам говорил, что нам не место в племени. Нам остается лишь идти вперед, ведь за нами лишь пепелище.       — Да, говорил… — то, что пробудилось в его душе, не собиралось успокаиваться, оно настойчиво шептало о том, что нужно хватать сестру и бежать, бежать со всех ног.