Нити сплетающихся судеб

      Гажил не понимал смысл вопроса, да и не знал, что ответить. Его никогда не интересовали традиции и история их возникновения, так что, и ответить по большому счету ему было нечего.       — Так было заведено изначально.       — Ты еще скажи, что веревочный ритуал проводился со дня сотворения мира, — фыркнула Леви, чувствуя, что ухватилась за что-то важное. — Так не бывает. Все происходит совершенно иначе и по другим причинам. Мне нужно понимать, кто разработал веревочный ритуал, как это обосновывали.       — Обосновывали? Издеваешься что ли? — раздраженно бросил мужчина. — Ты же все вспомнила, так что должна понимать, как все устроено. Жрецы и старейшины никогда ничего не объясняют, они просто говорят, как делать, а все остальные подчиняются. Никто не пойдет против авторитетов, особенно, если в дело вступает страх. Никто не скажет тебе, кто придумал веревочный ритуал, точно так же, как никто не вспомнит, кто придумал сажать Эльзу в черный ящик и топить.       — Так значит, жрецы?       — А кто еще? Они обладают знаниями и влиянием, умеют говорить так, чтобы найти отклик в сердцах, проникают в мысли.        — Ясно. Это вполне ожидаемо, но не то, что мне нужно. В Железном городе почиталось три божества, именно их культы были основными. Из-за этого теперь существует три племени. Есть культы Богини-Матери, Ока ночи и Серебряного змея. Все они важны и имели своих последователей, но ритуал разработал кто-то один?       — Все очевидно, — подал голос Жерар. — Это дело рук жрецов Серебряного змея.       — А если нет? Учитывая мое непростое отношение с солнцем, я бы сказала, что это Богиня-мать развлекалась. А если копнуть глубже, то и Ночное око могло приложить к этому руку.       — Вряд ли мы узнаем ответ, — Гажил пристально всматривался вдаль, выискивая угрозы. Разговоры мало его заботили, чего не скажешь об обитателях холодных мутных вод. — К чему этот интерес?       — К тому, что в этой истории что-то не так. Ритуал на время спасал город и его жителей, но не решал самой проблемы. Если верить легендам о детях Ночного ока, то так не должно было быть. Во всех упоминаниях они приносили избавление и исцеление, а не временное спокойствие. Что если ритуал был призван дать людям надежду, укрепить власть жрецов, но не избавить город от угрозы? Что если цель противоположная, поддерживать Серебряного змея и его ярость?       — И после этого ты будешь утверждать, что я помешан на теории заговоров, — фыркнул Жерар.       — Это не теория заговора, а гипотеза, имеющая под собой логическое обоснование. Я помню взгляд змея. Он не говорил, в прямом смысле этого слова, но мне показалось, что я услышала что-то. Если бы тот момент я не боялась за Гажила, не видела, что с ним творится, если бы придала значение легкому ощущению внутри, то все могло бы сложиться иначе…       — Ты еще скажи, что со Змеем поговорить стоило.       — По крайней мере, попытаться услышать. Если я права, то наш враг не столько бог реки, сколько те, кто прикрываются его гневом и могуществом. Кто сказал, что по его воле, реки выходят из берегов? Кто сказал, что он снова грозит поселениям?       — Поверь, все именно так, — Гажилу не нравился разговор и то, к чему клонила Леви. — Я видел змея, и речь не о прошлом воплощении. Он все еще там, у руин Железного города. Да и змеи появляются явно по его воле.       — И все же, все не так однозначно, как кажется… Не думаю, что после падения города вас настигло проклятье Змея. Он должен был успокоиться и забыть о вас.       — Логично, — согласился с сестрой Жерар. А вот теперь и он задумался над происходящим. На первый взгляд все было просто и предельно ясно, но если рассуждать, как Леви, то все приобретало новый смысл.       — Этот разговор ни к чему не приведет, — буркнул Гажил.       — Ошибаешься, он даст нам толчок к размышлениям. В этот раз мы не просто жертвы, мы можем видеть, слышать, понимать, искать выход. Я не собираюсь рассчитывать только на тебя и древнюю броню. На этот раз мы с братом тоже участвуем. Не только сопровождаем тебя… Ты понял?       — Понял…       Редфоксу было сложно принять действительность, и тот факт, что его безупречные планы летели к чертям. Но еще тяжелее было от того, что он внезапно осознал, что упустил из вида нечто существенное и важное, то, что могло давно разорвать круг перерождения. Очевидным было одно — веревочный ритуал существовал всегда, жрецы проводили его снова и снова. До этого дня никто не ставил его под сомнение. Неужели зря? Но, кто тогда их истинный враг? Гажил никогда не доверял богам, не почитал их и не преклонялся, всегда верил, что все в руках людей. После слов Леви, эта убежденность приобрела иной смысл, более пугающий и необъяснимый. То, что происходило с племенами, можно было объяснить лишь действиями богов, но никак не людей. Но, что если все не так? Что, если виной всему древние технологии? Сама мысль об этом заставляла все внутри холодеть — этот вариант он не просчитал.       — Что это?       — Где? — на этот раз Редфокс обернулся, ведь в голосе девушки уловил тревогу.       — Вон там, в воде… Оно приближается к нам, — Леви нервно сглотнула, сильнее прижав к себе Лили, то ли пытаясь защитить его, то ли ища поддержку.       — Может, просто кусок дерева? Здесь полно таких плавает, — Жерар замер, держа наготове весло. Мало ли что. Если придется отбиваться — неплохое оружие у него уже есть.       — Змеи, — судорожно прошептала Эльза, заметив то же самое, что и Леви. — Дети Серебряного змея…