Show me what you're feeling

Этой ночью Луи не ночевал дома. Он часто так делал, и всегда без предупреждения. Обычно ему это сходило с рук, потому что Джоанна попросту закрывала глаза на то, что на следующее утро её сын не появлялся к завтраку. Тяжелей всего приходилось, если об этом узнавал Марк. Вот тут скандала было не избежать. Но в этот раз отчим был в командировке, и Луи ничего не грозило. Как правило, местом ночёвки ему служила спальня Элеонор, но в этот раз ему пришлось заночевать в гостевом домике Лиама, что, в принципе, было не так уж и плохо, но всё равно Луи всю ночь снились кошмары. Он долго ворочался, прежде чем принять удобную позу и отключить поток непрошенных мыслей. В памяти постоянно всплывало обеспокоенное лицо отчима Гарри, а также картинки нового огромного торгового центра, куда трёхлетний Луи и его отец пришли на открытие. Мальчик был так увлечён яркими воздушными шарами, что в какой-то момент отстал от папы и потерял его в толпе. Луи морщится в полудрёме, вспоминая чувство страха и незащищённости, которые охватили его в то мгновение. Он вспоминал, как со слезами на глазах стоял рядом с отделом спортивных товаров, пытаясь высмотреть папу. Но всё, что он видел, — это огромное количество ног, которые спешили от отдела к отделу. Маленькому Луи казалось, что он находился там уже тут целую вечность, пока к нему не подошёл охранник. И Луи смог произнести только: «Папа!» — прежде чем зарыдать в голос. Его отца нашли на другом этаже, и он совсем не заметил исчезновения сына. Его нисколько не волновало то, что Луи на какое-то время остался один-одинёшенек в этом огромном, полном людей торговом центре. И те самые чувства потерянности и непреодолимого страха того, что про него однажды забудут и не найдут, до сих пор не отпускают Луи. Чертыхаясь и переворачиваясь с одного бока на другой, Луи всё-таки заснул тревожным сном. И во сне ему приснился отец, который стоял уже напротив взрослого Томмо, и снова и снова повторял слова, которые навсегда отложились в голове парня с самого детства: «Чего ты скулишь, как подстреленная собака?!» Луи проснулся от звонка будильника на его телефоне. Ему показалось, что он проспал от силы час. Голова не болела, так как выпили они вчера совсем немного, но был жуткий недосып из-за того, что они просидели до глубокой ночи, и потом Луи долго не мог заснуть. Томлинсон простонал, уткнувшись носом в подушку. Возникло огромное желание прогулять школу: ему бы снова пришлось столкнуться с проблемами в виде его бывшего друга и бывшей девушки. Но к черту всё, Луи не позволит себе прогулять из-за них школу, это будет выглядеть слишком жалко. Как будто он очкует. Он протер глаза и потянулся, пальцы ног выглядывали из-под одеяла, Луи пошевелил ими. Нащупал рядом с собой телефон. Занятия начнутся только через три часа. Томмо решил подремать еще полчасика. Его дом недалеко, так что он успеет еще зайти туда за рюкзаком. Проснувшись через полчаса, парень пожалел, что позволил себе ещё поспать. Он чувствовал себя куда более разбитым. Зевнув и потянувшись, Луи встал, сделал небольшую зарядку, чтобы мышцы не были каменными, и покинул домик. Лиам его точно не потеряет. Они встретятся в школе. Мать с его сёстрами завтракали, когда Луи прошёл мимо них. Ему никто ничего не сказал. Они были заняты друг другом, и Томмо не хотел мешать их идиллии. Он принял душ, переоделся в чистую одежду, захватил необходимые книги, быстро перекусил и пошёл в школу. Только Джей спросила, будет ли Луи сегодня дома сразу после уроков. Некому посидеть с сёстрами. Луи обещал прийти.

***

Этой ночью Гарри спал плохо, голова снова заболела — сильнее, чем прежде, и его даже вырвало пару раз. Парень очень надеялся, что родители не слышали его ночных похождений до унитаза. Гарри не знает, как он пойдёт сегодня в школу. Он чувствует себя отвратительно. Возможно, стоит сказать об этом маме, но та сразу начнёт задавать вопросы и отправит Гарри к врачу. А парень этого совсем не хочет. Первым делом он как обычно идёт в душ, но это нисколько не улучшает его состояния. Он два раза поскользнулся в душевой кабинке и чуть не упал. — Доброе утро, солнце! — поприветствовала его мама, когда он спустился к завтраку, — Ты какой-то бледный! Всё хорошо? Гарри просто состроил кислую мину и, сев за стол, приступил к хлопьям. — Гарри? — настойчиво позвала его мама. — Голова опять болит, — поморщился парень. Он заметил, что Робин пристально на него смотрит, и уткнулся в тарелку. — Может, стоит пойти к врачу? — как бы между прочим спросил мужчина. Гарри испуганно на него посмотрел. Иногда он совсем забывает, что его родители очень проницательны. И если Гарри думает, что он ведёт себя неприметно, делая вид, что всё хорошо, то для мамы и отчима это слишком очевидно. Это он может упустить что-то, но точно не они. — Давай после школы съездим к терапевту, — предложила Энн, — я отпрошусь пораньше с работы. Гарри перевёл взгляд на неё. Фигура мамы начала расплываться перед ним. — Сынок? — её голос звучал очень озабоченно. — Хорошо, мам. — Вот и славно. — Ничего не хочешь мне рассказать? — спросил Робин, когда они уже сидели в машине и направлялись в школу. — Нет.

***

После того, как Робин проводил Гарри до кабинета, где проходил его первый урок, он сразу же направился в кабинет директора. — Он так и не сказал, что произошло, — вздохнув, сказал мистер Твист, — Энн мы тоже ничего пока не стали говорить. — Хорошо, я что-нибудь попытаюсь выяснить, — успокоил мужчину мистер Джеймс. — И ещё… я очень переживаю за его самочувствие. — Так как мистер Хоран отсутствует, я попрошу кого-нибудь присмотреть за Вашим сыном. — Спасибо.

***

Сегодня второй день без Найла, и Гарри не знает, как переживёт это. Он теряется в ощущениях — их слишком много для него. Он нервно теребит листок бумаги, когда рядом с ним кто-то садится. — Можно? — спрашивает звонкий голос, отчего Гарри кажется, что у всех звуков вокруг словно прибавили громкость. Он поворачивается и видит Луи. — Ты уже сел! — бубнит Стайлс и слегка отодвигается. Томлинсон на это только широко улыбнулся. — Хорана всё равно нет, поэтому посижу с тобой. Может быть, от этого моя успеваемость повысится. Гарри раздражённо вздыхает. До звонка ещё где-то десять минут — Гарри точно не знает. Он уткнулся лицом в ладони. Боже, его сейчас опять стошнит. — Ты в порядке? — словно издалека до него доносится голос соседа по парте. Гарри игнорирует вопрос. — Слушай, — не унимается Луи, — тебя вчера на последнем уроке из-за Келвина не было? Теперь же Гарри смотрит на Луи. Что-то не так. Перед глазами всё двоится, и Гарри пытается подавить зарождающуюся панику. — Да, — еле выдавливает он. Голову кружит. — Он угрожал тебе? И перед тем, как ответить, Гарри колеблется.Он не знает, стоит ли рассказывать это Луи, ведь Келвин его лучший друг, и Томлинсон может всё ему рассказать. Но вчера они так сильно поругались в столовой! — Он сказал, что я должен ему денег за моральный ущерб, — Гарри говорит медленно, каждое слово даётся ему с трудом. Он видит, как Луи пристально смотрит на него. В голубых глазах нет обычной злости, в них теперь что-то непонятное. Гарри не нравится этот взгляд. — Я так и знал! — Луи ударяет по столу, и Гарри вздрагивает. Стук резко отдаётся в его голове. — Мы сильно поссорились, — продолжает Луи. И Гарри не знает, к чему вообще тот это говорит. Не то, чтобы его это интересовало. Он ничего не отвечает и снова возвращается к несчастному мятому листку, продолжая теребить его уже резко и болезненно. И он чувствует на своей коже взгляд Луи. Гарри плохо разбирается в эмоциях. Испуг? Недоумение? Интерес? Беспокойство? Отвращение? Или всё вместе? Ему неуютно, ему страшно, ему плохо. Он словно на ладони. Как перед родителями. — Не смотри на меня, пожалуйста, — дрожащим голосом просит он Луи. — Ты же не в порядке, — и это звучит не как вопрос, а как констатация факта. Гарри смотрит прямо в глаза Луи. Он думает о том, что они такие же голубые, как и у его мамы…и всё темнеет.

***

Учителя ненавидят, когда Луи садится на уроках с кем-то из своих друзей, а всё потому, что он таким образом уже пару раз срывал уроки. Поэтому Луи и сел рядом с Гарри Стайлсом. Пусть учитель английского почувствует себя в безопасности. Он сразу понял, что кудрявый был не в порядке. Слишком уж тот был бледен, а синяки под глазами были такие, словно Стайлс их получил в нехилой драке. И как он вообще смог прийти в школу? Луи бы точно прогулял. Он пытался вывести Стайлса на разговор, чтобы выяснить, что же вчера произошло, но тот вовсе не был разговорчив. Луи даже показалось, что тот говорит с трудом и еле ворочает языком, настолько невнятно звучала его речь. В какой-то момент Луи понял, что что-то пошло не так. Стайлс завис на нём, но взгляд его был расфокусированным, а затем он подался вперёд и навалился на Луи, тот еле успел среагировать и подхватить его. — Хей, Стайлс, ты чего? — Луи легонько потряс его за плечо, — Эй… И тут он понял, что Гарри потерял сознание. У Луи сработала защитная реакция, и всё происходящее далее было как в тумане. Он смутно помнил, как крикнул, чтобы вызвали скорую, кто-то побежал за медсестрой и директором, вот уже Стайлсу оказывают первую помощь. А в голове флешбэки, он снова вернулся в детство, он остался со своим родным отцом один, мать ушла на смену. И папе стало плохо. Луи старается, отгоняет эти воспоминания, которые переплетаются с настоящим, когда он смотрит, как Стайлса укладывают на носилки. И в голове каша. Естественно, что ни о каком уроке не может быть и речи — все в шоке.

***

Энн и Робин мчатся в машине в госпиталь. Энн позвонил директор школы, когда она только переступила порог своего офиса. Боже, как же она винит себя. Она видела, что с её сыном что-то не то, её материнское сердце предчувствовало беду, а она это проигнорировала. Но хуже всего было Робину. Почему, почему у него не хватило смелости надавить на Гарри и узнать правду? — Послушай, — осторожно начинает он, обращаясь к жене: он знает, что это неподходящее время, что он за рулем, но лучше сказать сейчас, пока они наедине. Энн поворачивается к нему, показывая, что внимательно слушает. — Вчера мы соврали тебе. И пожалуйста, прости меня за это, но Гарри умолял ничего не говорить тебе… — Что случилось? — краем глаза Робин видит, как Энн напряглась, — Оправдываться будешь потом. Робин с силой сжимает руль и смотрит прямо на дорогу. — Я приехал за Гарри, а его не было на обычном месте, его вообще не было в школе, но потом он появился, но не сказал, что с ним случилось. Его привела девочка из школы, не знаю, вместе ли они учатся. — И ты только сейчас мне это сказал? — голос Энн полон стали. — Я пообещал Гарри… — Мало ли что ты ему пообещал!!! — крича, перебивает его Энн, — Ты обязан был сказать это мне! Ты же знаешь, что Гарри всегда замыкается в себе, когда с ним случаются неприятные вещи. Он боится, что его не так поймут. Ты же видел, как ему было плохо в последние дни из-за ссор с одноклассниками! — Прости… — только и может сказать Робин. Ему очень сильно стыдно и страшно. Они приезжают в больницу и сразу бегут к стойке регистрации, рядом с которой стоит врач. — В какой палате Гарри Стайлс? — спрашивает Энн. Медсестра уже хочет ответить, как рядом стоящий доктор жестом показывает ей, что он сам разберётся. — А вы ему?.. — спрашивает он. — Родители, — отвечает Энн, — доктор, что с ним? — Прошу следовать за мной. Энн не нравится то, что врач не ответил на её вопрос о самочувствии сына. — Гарри в операционной, — наконец говорит доктор, когда они поднимаются на третий этаж. Энн кажется, что её сердце сейчас остановится. Она пошатывается, но Робин успевает её подхватить. — Что случилось?! — спрашивает он врача, — Мистер?.. — Ой, простите, — несильно улыбается доктор, — забыл представиться, зовите меня просто Сэм. — Что случилось, Сэм?! — Робин повторяет вопрос. — Кровоизлияние в мозг. Энн судорожно вздыхает и прикрывает рот рукой. Робин понимает, что она не в себе, и берётся продолжить разговор сам. — Он жаловался на головную боль вчера и сегодня, — припоминает мужчина. Втроём они идут по длинному коридору. — На его затылке огромная гематома, которая бывает обычно при сильном ударе. При вас не было инцидентов? Он не падал? Не упоминал о падении? — спрашивает доктор. — Вроде бы нет, — Робин пожимает плечами, и тут его озаряет, — его вчера не было в школе, когда я приехал за ним, могло ли что-то случиться? — Вполне, — говорит доктор. Они подходят к двери. — Вы можете подождать здесь. Сейчас идёт операция, я вас проинформирую о состоянии здоровья вашего сына после неё. Доктор скрывается за дверью. Энн садится на стул напротив операционной и начинает плакать. Ей кажется, что её жизнь рушится. Она думает, что она плохая мать. Ей надо было с самого начала послушать своего сына и не отдавать его в эту школу. Гарри же так просил её не делать этого… Энн вспоминает все истерики, все слезы её сына, его умоляющие глаза. Она видела, что ему было плохо, но ничего не сделала для того, чтобы предотвратить беду. Спустя час Сэм вышел из операционной. — Ваш сын жив, но он в коме. Мы не знаем, выкарабкается ли… Будем надеяться на лучшее.

***

— Этот Стайлс так напугал, — говорит Лиам. Он с Луи курит за школой. Томлинсона до сих пор трясёт. — Ты в порядке? — спрашивает его Лиам. — Надо спросить Келвина, что вчера произошло, — Луи стряхивает пепел с сигареты и делает затяжку, игнорируя глупый вопрос Лиама о самочувствии. Конечно же, он не в порядке. Стайлс чуть кони не двинул прям на его глазах. — Его сегодня нет в школе. — Укурился, наверное. Луи видит, как к ним направляются парни из их класса. И ему не хочется по новой рассказывать о случившемся, ведь он был рядом со Стайлсом. Этот кудрявый даже тут умудрился ему напакостить. Луи говорит Лиаму, что подождёт его в школе, тот только пожимает плечами и приветствует подошедших парней. Луи с ними не здоровается. — Что это с ним? — спрашивает один из них. — Стресс. По дороге обратно в школу Луи звонит Келвину. — Что ты сделал со Стайлсом? — сходу спрашивает он бывшего друга. — Тебе-то какая разница? — Мне никакой, но его на скорой увезли без сознания. Пауза на том конце провода. — Вот чёрт! — Келвин начинает испуганно тараторить, — Клянусь, я ничего не делал, хотел припугнуть, чтобы стрясти с него денег за моральный ущерб! — Куда ты с ним ходил? — Луи даже противно слышать голос Роджерса, но надо же понять, что случилось. — К Сиду. — Ты совсем охренел? — Успокойся, интим-услуги они больше не оказывают, — хмыкнул Келвин, — я просто ушёл потом один, а этого кудрявого толкнул на лестницу. — Ты больной ублюдок, — шипит Луи в трубку. — А ты у нас святой, да? — Заткнись! — Это всё? — спрашивает Келвин, — а то ко мне Эль должна прийти, — ехидно добавляет он. И Луи хочется разбить его лицо о стену. — Да. Повеселитесь там, — с деланным равнодушием отвечает он и вешает трубку. Блять. Луи проводит ладонью по лицу. Как же он зол. Только бы не натворить сейчас дел, о которых он потом будет сожалеть. Но как же хочется заявиться сейчас в дом Келвина и убить и его, и эту сучку, которая называла себя его девушкой. Луи снова повторяет весь недавний разговор с Келвином в своей голове. Может, это заставит его чуток успокоиться. «Толкнул на лестницу». Толкнул. На. Лестницу. Мигом перед глазами появляется образ бледного Стайлса. Лиам ещё вчера говорил, что тот был какой-то странный, странней обычного. Словно что-то у него…болело. Оу. Понимание постепенно завладевает Луи. Кажется, у Келвина будут большие неприятности. И в первый раз за весь период, пока Луи знаком со Стайлсом, он очень хочет, чтобы с тем всё было в порядке.