Шлюшка

Значит, стою я на кухне и готовлю завтрак. По дому разносятся приятные ароматы жареного яйца и солёного бекона. А ещё дождя и мокрой земли. Мой запах изменился, как и говорила Ханджи. Теперь я пахну по-другому. Профессор говорила, что это из-за смешения наших феромонов и из-за беременности. Третий месяц, а мой живот уже округлился, я не помещаюсь в свою куртку, а покупать омежье тряпье не собираюсь. Я постоянно хочу есть и бегаю ссать каждые пять минут, а еще метка на шее ужасно чесалась первое время, зуд был просто ужасным — это, пожалуй, самые худшие моменты. Ибо когда я посреди ночи встаю пожрать, Леви встает и идет за мной, мы сидим на кухне, а потом я иду спать, а он уже идет собираться на работу или просто не может уснуть. И тогда в бой вступает секс. Это то, что заставляет заснуть Леви, кроме, конечно же, его любимого травяного чая с мятой. Я переехал к Леви сразу после того, как у него закончился гон. И сейчас я стою на его кухне и готовлю завтрак. Быстро разложив все по тарелкам, тянусь за перцем к полке. Руки обхватывают талию и я тихо охаю. Хватаю перец и разворачиваюсь. — Доброе утро, — шепчу я и целую. — Доброе, — выкручиваюсь из сильной хватки и иду к столу. — Садись кушать. — Ага. Я заметил, что у Леви военные привычки, например, вставать ни свет ни заря, злость выплескивает в тренировки, моется три-пять минут и слишком быстро ест. — Ты снова пялишься, когда я ем. — А ты снова ешь слишком быстро. Сколько раз повторять, ешь спокойно, я не буду бегать за тобой с палкой и смотреть на время, постоянно напоминая, что ты опоздаешь на две с половиной секунды. — Зато ты уже справился, и быстрее, чем я, — намекнул на пустую тарелку Леви. — Я беременный, мне можно. — Говорят, омеги после родов поправляются, думаю, тебе стоит это учесть. — Что, перестанешь меня любить, если я стану круглым, как мяч? — Да, Эрен, уйду к красивой, смуглой, длинноногой шлюхе. Я подавился. — Леви Ривай Аккерман*… — зло прошипел я. — Прости, прости, я опаздываю, мне пора, — сказал он, подскакивая, и, быстро поцеловав меня в лоб, вылетел из кухни. — Вечером не отделаешься! — кричу я, когда дверь уже закрылась. Он постоянно подкалывает меня на тему шлюх. Сейчас я даже подумать не могу о такой работе. Смотрю на часы — мне до выхода осталось всего ничего. Лениво подняв свою задницу я подхватил портфель и пошел в университет. На улице неприятный холодный ветер. Он нещадно бил в лицо, заставляя щеки больно щипать. Укутавшись в шарф по самые уши и сложив руки на животе я шел по бордюру у самой дороги. Все же надо купить какой-то кардиган, что ли, живот мерзнет, а потом еще больше чешется. Сзади послышался топот ног, и на меня навалился Армин. — Привет, Эрен! — крикнул тот нежным голоском. — Ага, и тебе доброе утро, — я посмотрел на друга и обнял в ответ. — Ты читал про Заха Хадид*? Ибо я нет, желания не было, да и времени. — Меня заставили. — Хах, даже так? Слушай, перескажешь мне на перерыве? — Куда я денусь. — Люблю тебя. Мы с Армином поступили в один университет на один и тот же факультет. Микаса тоже хотела, но отец настоял на профессии врача, и она согласилась. Армин всегда был очень умен. Казалось, что в его голове крутится вся информация, о которой хочешь знать. Но иногда было так, что Армин просто не успевал сделать что-то тогда-то, тогда я и приходил на выручку. Каждый альфа хотел получить Армина. Милый и скромный, достаточно умный и когда надо строгий. Большие, нежно-голубые глаза, маленький, аккуратный курносый нос и пухлые губы. На щеках всегда присутствовал детский румянец, а его волосы были очень нежными, прямо шелковистыми, желто-золотистого цвета, они были немного выше плеч, и Армин всегда их собирал в мальвинку. Армин казался ангелом во плоти. Не высокий и не совсем маленький, на вид хрупкий и совершенно беззащитный. Но по силе мог потягаться даже со мной. Я немного ему завидую, по сравнению с ним я больше похож на недобету недоальфу. Высокий, с зелеными ядовитыми глазами, непослушными грубыми волосами и грозной статурой. Даже сейчас Армин шел в свободном пальто, хоть его живот был еле заметным. А я упрямо носил парку, даже не думая натянуть гольф вместо рубашки. Кстати говоря о беременности. Пускай срок друга был больше, чем мой, живот был маленьким и аккуратным. Армин не жаловался на зуд или что-то еще, а вот меня распирало. Живот невероятно чесался, рос не по дням, а по часам и даже по минутам. Скрывать было все тяжелее, а когда в универе все прознали, начались великие опросы про то, как оно все это. Да никак! Просто ходишь с ощущением, что на поясницу повесили гирю, и тебе приходиться греть и гладить ее! Пока я пребывал в своих мыслях Армин что-то упорно пытался донести до меня. Уловил я лишь окончание фразы. — … и мы купили синюю коляску, хотя толком и не знаем кто будет. Эрен, ты вообще слушаешь меня? — Да, — серьезно ответил я. — И о чем же я тебе толковал? — О кроватке и коляске, о подборе цвета и так далее. — Блин, и как тебе это удается? — Я везучий, — я поднялся по ступенькам и зашел в теплое здание университета. Пары шли на удивление быстро, несмотря на то, что был понедельник. Мы сидели с Армином в кафетерии. На моей половине стола лежала огромная гора булочек и два сэндвича, а со стороны Армина бульон, кекс и чай. — И сколько еще в тебя влезет, а то скоро в дверь не влезешь, — усмехнулся проходящий парень. Это был Жан Кирштайн. Мы ненавидели друг друга, срались по каждому поводу и все равно были друзьями. — Фатгнись, лофадиная мода! — вспылил я. Армин рассмеялся, громко хлопая ладошкой по столу, Жан широко улыбнулся и упал на стул возле Армина. — Ладно, Жан, ты выиграл! — Армин снова залился смехом, сгибаясь пополам. — Офо… О чем это вы? — проглотив кусок булки спросил я. — На, ххахвхв, прошлой неделе… Ой, фух… — успокоился Армин. — На прошлой неделе мы с Жаном поспорили, что он из тебя сделает злого хомячка, так вот, хахахаха! — Я выиграл спор, — закончил Жан. — Он еще с такой уверенностью сказал, что обязательно это сделает, что я даже не поверил… Ххва! — Шутники, бл… Пары постепенно подошли к концу. Армина у универа, как всегда, ждала одна из самых дорогих карет мистера Ирвина Смита. А я пешочком домой. Хотя Леви настаивал на том, чтобы возить меня домой, но каких-то два квартала — это не два километра. Сам дойду. На улице было уже теплее. Через тучи пробивалось солнце, немного грея лицо. Быстро дойдя до подъезда я поднялся на свой этаж и зашел в дом. Леви был дома. — Леви, я дома! — крикнул я, закрывая дверь. Я бросил ключи на тумбу, снял обувь и по пути к кабинету альфы снимал шарф. Из комнаты доносился разговор. Говорил только Леви. Видимо, по телефону. Я думал тихо пройти на кухню, но меня зацепили одни слова. — Да люблю… — кого это? — Нет, для него это будет шок, он не выдержит… Да откуда он знает про тебя?.. Он беремен… И ребенок не будет мешать видеться с Майклом… Ты же знаешь, что дороже вас никого нет… — Леви… — я толкнул дверь в кабинет. Руки дрожали. Он мне изменяет? — Эрен? Прости, я перезвоню, — Леви быстро кинул трубку и перевел взгляд на меня. — Что случилось? — Ты мне изменял… — Что? — Или просто игрался, пока за спиной были сын и жена или кто она там тебе?! — Эрен, ты всё неправиль… — Заткнись! Боже, да почему именно я?! — я выскочил из кабинета, быстро натянул обувь и вылетел на улицу. — Эрен! — этого я уже не слышал. На улице стало еще холоднее. Я бежал, долго, и почти не видя куда. Слезы наворачивались, катились по щекам, высыхая так же быстро, как и появлялись. Больно, так больно. Его снова предали, снова это ужасное чувство пустоты. Добежав до остановки хер знает где я сел на лавочку. Тяжело дышалось и хотелось выкашлять легкие. На остановку приехал автобус №33, а он ведет, если я не ошибаюсь, до моей улицы. Встав я зашел и уселся на заднем сидении. Отдав проводнику деньги, что завалялись в парке, уставился в окно. В транспорте укачивало и хотелось спать. Через пятнадцать минут пошел дождь. Мне все равно на конечную, можно поспать. Открыл я глаза, когда меня будил проводник. Он вышвырнул меня на улицу под дождь, подумав, что я наркоман или алкоголик. Что-то в этом роде доносилось со стороны удаляющегося автобуса. Полчаса ходьбы под дождем и я, наконец-то, под своим домом. Огромный забор тут же открылся и ко мне выбежало пару служанок. Они и отвели меня в дом.

***

— Эрен! — крикнул Леви в пустоту. Он вылетел из дома сразу за Эреном, но так и не нашел его. Он объездил пол города, но не нашел парня. Было поздно, на улице шел дождь. Леви сидел в машине, опустив голову на руль. — Где же ты, Эрен?.. Леви звонил и Ханджи, и Ирвину. Бесполезно, Эрена нигде не было. Оставалось последнее место. Полицейский участок или дом омеги. О первом и думать не хотелось, а вот ехать к его родителям совсем не было желания. Он помнил Карлу, омегу с характером альфы. От Леви и красного пятна не останется, если она узнает, что ее сыночку угрожает опасность. Но делать было нечего. Леви поднял тяжелую голову и выехал на дорогу. Высотки быстро сменились маленькими домиками, а после — большими виллами. Леви остановил машину у поместья Йегеров. Мужчина и не заметил, как на улице встало солнце. Было около семи утра. Леви перелез через забор и постучал во входную дверь. — Кто там? — женский сонный голос зазвучал из динамика у двери. — Леви Аккерман. — Можешь ехать домо… Женщине не дал договорить мощный удар в дверь. — Если вы меня не впустите я выбью эту чертову дверь! — рыкнул Леви. Дверь открылась. На пороге стояла Карла в пижамных шелковых штанах и таким же шелковым халатом поверх. — Чего тебе? — спросила омега, все еще не пуская Леви в дом. — Где он? — прошипел тот, яростно глядя на Карлу. — У себя, вторая комната по коридору налево, — она отступила в сторону и пустила альфу в дом. Леви быстро поднялся по ступенькам наверх, увидев нужную дверь. Как только он приблизился в дверь что-то ударило. — Проваливай! — послышалось за дверью. — Нет, — прошептал мужчина, упираясь головой в двери. — Я сказал уходи! Я не хочу тебя больше видеть! — Дай я объяснюсь… — Тут нечего объяснять! Ты просто мутил с кем-то, а потом хоп — и истинный, а что же мне делать, давайте, чтобы меня не мучили приступы, я пересплю с ним, он родит ребенка и прости, но у меня уже есть жена и дети! Уйди. Я не хочу тебя видеть, — тихие всхлипы. — Да блядь! Ты даже не знаешь, с кем я говорил. — Да, и с кем же? Ты думаешь, я тупой?! — Это была моя мать и племянник! Тишина. Эрен застыл и Леви вместе с ним. За дверью послышался топот босых стоп по полу и дверь открылась. В ней стоял красный и весь опухший Эрен. — Скажи, что это правда, и я просто идиот… — Мой идиот, — Леви прижал Эрена к груди, а тот еще сильнее заплакал. — Прости! Прости меня! — кричал Эрен, утыкаясь в плечо мужчине. Всхлипы становились громче. — Хватит рыдать! Сопли развесил! Знай, я скажу это еще не один раз… Кроме вас у меня дороже никого нет. Ты это понимаешь? — Да! — Эрена еще больше разнесло. — Эрен! Хватит рыдать, я кому говорю! — Эрен вытер слезы и, подняв голову, поцеловал Леви. — Черт, — Эрен улыбнулся. — Как же я ненавижу и люблю тебя… — И я тебя…