Двоедушцы

***

      Разбуженная после стазиса девушка оказалась миниатюрной блондинкой с огромными голубыми глазами и личиком, похожим на удлиненное сердце. Представилась Ниной, сообщила, что она и пилот — сотрудники ОЗК, забирали киборгов с какого-то астероида, без имени, но с длинным номером, где те были охраной. Навигатора на маленькой частной яхте с претенциозным названием «Ведьмак» не было, летели по программе, и очередной прыжок оказался весьма неудачным. Они попали не куда хотели, а почти прямиком во встречный метеор. Больше узнать от нее ничего не успели. Катерина вытолкала всех из медблока и запретила беспокоить потерпевшую до завтра.       Время было уже позднее, день выдался тяжелый, все устали. Но взбудораженная команда и не думала расходиться. Что посреди рейса в открытом космосе на корабле окажутся четверо чужих людей — не ждал никто. Это следовало осознать, с этим предстояло сжиться.       Про ОЗК уже, пожалуй, слышали все — не все четко понимали, что это такое. Серия громких скандалов с «DEX- компани» не могла не остаться незамеченной. Но во что и, главное, кому верить — пока было не очень понятно. Вопросы о количестве разумных киборгов, собственно, качестве их разума, возможном положении в обществе, безопасности для этого самого общества, экономических, социальных и политических последствиях обнаруженного синтеза Гибульского муссировались на головидении, в медиа и в инфонете на все лады. Кто-то ратовал за немедленное предоставление киборгам всех прав, кто-то предлагал их отстреливать, как бешеных животных. Кто-то обзывал всех владельцев киборгов рабовладельцами, кто-то требовал утвердить институт опекунства.       Ролики и программы ОЗК на этом фоне выглядели довольно здраво, но из-за обилия мнений и громких, зачастую агрессивных выступлений антидексистов, терялись в информационном шуме.       Команда «Нагльфара» с киборгами сталкивалась мало. Все служили в армии — но никто не сделал это своей профессией, служба прошла тихо, мирно, без операций в горячих точках. Максим — отдавший военным гораздо больше своего времени, чем остальные, тоже в основном общался с людьми. Работа инструктора предполагает тесный контакт с людьми, а топографа — с измерительными приборами. На станциях терраформирования киборги были в основном охраной, тягловой силой или обслуживающим персоналом. Но подотчетны были не ученым, а службе охраны, техникам или службе обеспечения.       Твердой идеологической позиции в отношении разумных киборгов никто в команде не имел. То есть весь экипаж «Нагльфара”придерживался примерно одного мнения в этом вопросе. А именно, что использовать, как официальных рабов, разумных существ, относиться к ним, как к имуществу, и делать все, что заблагорассудится, — в корне неправильно. Потому что не этично и не по-человечески. Что нужна законодательная база и социальная работа, которые изменят существующую ситуацию. Но в целом — этот вопрос не касался их лично.       А вот, кажется, коснулся. Загадочная потерпевшая крушение яхта, на борту которой оказались два транспортировочных модуля с нашумевшей эмблемой, вызывала острый интерес. Лежащих в модулях мужчин пока будить не стали. Не совсем понятно с такими раскладами, кто они и как себя поведут. Может, это люди, искавшие хоть какие-то варианты спасения? А может, киборги, и хорошо если обычные или хотя бы разумные (хотя и в этом случае с уверенностью не скажешь, что придет им в головы), а если сорванные? Как с ними себя вести? Как поведут себя они?       Вот придет в себя Нина, расскажет подробности — тогда будет видно. А пока — они в безопасности, жизни и здоровью лежащих в модулях ничего не угрожает. Время для принятия решений есть.       Максим медитировал над чашкой кофе и понимал, что нужно идти спать. А еще лучше отдать приказ «отбой» всему экипажу. Бастиан, даже несмотря на выпрошенный у Катерины стимулятор, просто валился с ног. Ночь с кошмарами, пять часов напряженного маневрирования до места крушения «Ведьмака», спасательная операция, а потом еще почти три часа предельно внимательного и осторожного пилотирования, пока «Нагльфар» удалось вывести из опасного участка и лечь на курс к станции гашения, с которым уже вполне мог справится автопилот.       Пилот выглядел так, будто его выжали на высоких оборотах и забыли погладить. Тина, тоже изрядно уставшая во время спасательных работ, ухитрилась построить Джека, приспособив к полезному труду. Ритка успела разобрать и заново собрать забарахлившую посудомоечную машину и заперлась в машинном с таким зверским выражением лица, словно собиралась там кого-то расчленять. Эль, помогавший в игре в «тетрис» в трюме, а потом отработавший смену коком, сидел под голоплатформой и занимался головоломками с сосредоточенным видом человека, для которого остальной мир не существует. Катерина продолжала хлопотать в медотсеке, скорее уже для того, чтобы занять себя чем-то, чем из-за действительной надобности.       А Дани с Максимом, тоже уставшие после спасательных работ, чтобы снять нервное напряжение до недавнего времени пытались выковырять хотя бы часть данных со скачанного бортового журнала «Ведьмака». Само собой, у них ничего не получалось — при аварии рубка была очень повреждена, электроника сбоила, то, что удалось скачать, было неполным, а расшифровать «черный ящик» и вовсе можно было только в полиции. Максим плюнул на бесплодные попытки, а навигатор все еще пытался что-то мудрить. Впрочем, судя по выражению лица, безрезультатно.       Капитан оторвался от созерцания чашки и поднял взгляд, намереваясь объявить отбой и пусть уж если не усталость и здравый смысл, то хотя бы капитанский приказ разгонят всех спать… И остолбенел.       Полупрозрачная тень стояла прямо перед ним. Силуэт слегка мерцал, как изображение на плохо откалиброванном экране или при плохом сигнале. Все звуки на корабле будто замерли, не слышно было привычного гула работающих механизмов, работы системы кондиционирования. Только навязчивый, едва различимый шепот. Максим не мог произнести ни слова: ни прошептать, ни закричать, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Тень подняла руку и потянулась к Максиму.       — Ты что? — удивилась Катерина, прижимая к груди ладонь, от которой только что шарахнулся Максим. — Шел бы ты в каюту, спишь над чашкой, — сказала она сочувственно.       Мужчина неуверенно кивнул. Значит, он просто сам не заметил, как уснул и увидел кошмар…       — Действительно, — сказал он хриплым, несвоим голосом. — Давайте все по койкам. День был тяжелый.       Но надежды на спокойную ночь не оправдались. Не то краткий сон над чашкой кофе перебил сонливость, не то привидевшийся в нем кошмар. Смутное беспокойство не давало закрыть глаза. Мужчина повертелся с боку на бок минут пятнадцать и взялся за чтение. Помогло мало — смысл текста ускользал, буквы плыли, мысли все время возвращались то к Джеку, то к спасенным, то к полосе мелких неприятностей, которые посыпались на «Нагльфар» после отлета с Туами.       И, как назло, ничего не придумывалось. Разве что самые простые варианты. На следующей станции гашения позвонить по межпланетке на Туами и в участок галактической полиции. Первым сообщить, что нашли их пропажу, он жив-здоров и команда передаст его полиции. Вторым сдать и мальчишку, и потерпевших, пусть разбираются.       Довезти, наконец, груз до колонии, закрыть контракт, а на заработанные деньги поставить свой транспортник на ремонтную верфь и перебрать по детальке. Потому что даже мелкие незначительные поломки способны вызвать серьезный невроз, когда ты в открытом космосе и жизнь твоя и команды зависит от исправности систем.       Варианты были правильные, логичные. Но что-то в них не нравилось Максиму. На уровне интуиции, скорее иррационально, чем по конкретным причинам. Мальчишку было жалко, спасенный экипаж «Ведьмака» чем-то настораживал, а в то, что на верфи докопаются до причины сбоев, до которой не докопалась Ритка, верилось мало.       Максим промаялся с час и решил, что его спасет горячий чай. Сна не было ни в одном глазу, хотя усталость давила. Та недопитая чашка кофе, похоже была лишней. Стоило попробовать лечить подобное подобным — может, травяной чай поможет расслабиться?       Рубка не была пуста. Проходя через кают-компанию на кухню, Максим заметил многочисленные открытые вирт-окна, бросавшие синие отсветы на рыжую макушку.       — Ты чего не спишь? — удивился Максим, подходя к навигаторскому пульту.       — Остался на вахте, — обернулся к нему рыжий. — Тут уже не так опасно, но сектор все равно сложный. Мы решили подежурить. Первая вахта моя. Все еще с данными копаюсь. Решил попробовать расшифровать черный ящик.       — Не оставил? — удивился капитан. — Только это все-таки без толку. Нужны специальные полицейские программы, чтобы расшифровать данные с ящика. А бортжурнал настоящая каша.       — Мне удалось немного… не все, сложно, так что медленно идет, — огорошил его рыжик. — Буквально несколько последних файлов.       — Да ты что? Черный ящик? — тут же забыл, зачем сюда пришел, Максим и подошел к пульту навигатора, вглядываясь в открытые окна. — Это же не совсем законно, — на всякий случай уточнил он и поинтересовался. — Ну, и что?       — Они не случайно сюда вывалились. Вышли неудачно, расчет плохой. Но прыгали они именно сюда.       Капитан стоял, задумавшись. Зачем сотрудникам ОЗК прыгать в этот сектор? А главное, почему спасенная сказала о сбое программы? Может, ошиблась? Перепутала что-то. Например, имела в виду, что ошибка была в выходе из червоточины? Да и зачем им сюда прыгать? На задворки обитаемой галактики?       — Ты уверен? — уточнил Максим, хотя сосредоточенное лицо навигатора не оставляло сомнений. — Может быть, ты неверно расшифровал?       — Уверен. Заданные координаты невозможно трактовать двояко, — ответил тот. — Мне кажется, они от кого-то убегали. Хотели скрыться.       «Час от часу не легче…»       — С чего ты взял?       — Последнее принятое сообщение перед прыжком, приказ заглушить двигатели.       Наступила тишина. Рыжий смотрел на капитана, капитан на рыжего.       — О! — раздалось за их спинами так неожиданно, что оба вздрогнули и резко оглянулись. — Хорошо, что вы не спите! — обрадовалась Ритка, стоявшая возле двери в рубку, в руках у нее был какой-то массивный прибор, судя по виду, собранный ею же на коленке. — Я тут кое-что нашла, пока искала причину сбоев… — она замялась. — Только пока не могу понять что это. В системе какой-то… блуждающий энергетический импульс. Он причина скачков напряжения, мигания света и мелких неполадок с бытовой техникой.       — Блуждающий? — поразился Максим, он не был техником, но все же Риткин термин был странным. — Это как?       — Я пока не поняла. Может, какой-то приборчик… подвижный.       Максим почувствовал, как холодеет все внутри.       — Маленький и быстрый, потому что засечь я его не могу. Только остаточное присутствие. — Ритка мялась, и Максим с уверенностью понял, что это не все. — Ну, то есть, конкретно один, я поймать не могу. Но я нашла… В общем, пойдемте в трюм.       Через пару минут все трое уже стояли перед одним из ящиков, погруженных на Туами. В накладной он значился как «вещи индивидуального использования». Максим был уверен, что это предметы гигиены или медицинские личные аптечки. Прибор Ритки тихо и часто попискивал.       — Вот, слабые электрические сигналы. Слабее, чем тот, который я ищу, но я подумала, вдруг упаковка их глушит? — Ритка виновато косилась на капитана, словно ответственность за этот груз целиком и полностью лежала на ней.       — И что это, по-твоему, может быть? — кивнул на приборчик Максим.       — Не знаю, я с таким никогда не сталкивалась. Может, какая-то их новая технология? Может, там какие-то приборы. Деактивированы. А один из них как-то вывалился и включился? — девушка прикусила губу так, что стало понятно, что это еще не все неприятные новости. — Еще одна странность. Прибор, похоже, среагировал на модули ОЗК. Смотрите, — она поднесла приборчик к одному из транспортировочных модулей, тот пискнул. Сигнал был единичным и более тихим. — Видите? Похоже. Но не то. — Она пожала плечами и снова виновато посмотрела на капитана.       — Это процессоры, — негромко сказал навигатор, глядя неподвижным взглядом внутрь модуля, за стекло, на спящего там киборга. — Они в неактивном состоянии все равно продолжают испускать слабые электрические импульсы. Обычно приборы это не засекают. Потому что сигналы очень похожи на естественный животный электромагнетизм. Нужны или специализированные приборы… или вот такое, нестандартное оборудование.       — Откуда ты знаешь? — изумилась Ритка и, дождавшись легкого пожатия плечами и хмыканья рыжего «читал», — продолжила: — Хм… а ведь действительно, стандартными тестерами я не могла засечь ничего ни от модулей, ни от ящика, ни по кораблю.       — Вы хотите сказать, что у нас на борту ящик с мозговыми процессорами для киборгов? — решил озвучить напрашивавшийся сам собой вывод капитан.       Техник и навигатор не ответили.

***

      — Спасибо вам, — негромко сказала Нина, ее взгляд обошел всех и безошибочно остановился на Максиме. — Я даже надеяться боялась, что нас найдут. Спасибо. А где мои подопечные?       Девушка сидела в углу диванчика, по иронии, там же, где за сутки перед этим сидел пойманный Джек. Она все еще зябко куталась в термоодеяло — никак не могла согреться после криокамеры.       — В транспортировочных модулях, — успокоил ее капитан. — Мы пока их не будили. Если это ваши киборги, то мы не знали, как они отреагируют на нас.       Девушка неуверенно кивнула.       — Наши. У меня даже документы на них есть… Были, — спохватилась она. — Но они официально выкуплены ОЗК. Их нельзя забрать или перепродать… — ощущалось, что она не хочет обидеть своих спасителей, но опасается за своих спутников и совершенно не уверена в том, как могут отреагировать на нее и ее подопечных незнакомые люди.       Максиму на мгновение стало ее жаль. Так, не задумываясь, инстинктивно жалеешь и хочешь защитить все маленькое и большеглазое.       — Мы не собираемся их перепродавать или забирать, — заверил он. — Мы просто не знали, как они отреагируют на чужих людей. Расскажите нам подробно, что случилось?       — Мы прыгнули неудачно, — вздохнула Нина и опустила глаза, разглядывая складки термоодеяла. — Навигатора у нас не было, мы по программе летели. Должно было быть все в порядке. Мы уже забрали ребят и возвращались. Но вместо этого вывалились здесь. И сразу влетели в какой-то осколок. Мы и понять толком ничего не успели. Меня не было в рубке. А Ежи, наш пилот, похоже, погиб сразу. Потом, очень быстро, стала сдавать электроника, ну и, само собой, система жизнеобеспечения. — Она замолчала, вздохнула и продолжила: — Я пометалась, но не смогла придумать ничего более толкового, чем уложить Далиэна в модуль. Страйка, второго мальчика, мы так и транспортировали спящим. Мы забирали его… сложно. Так что… — она запнулась, — так что я включила аварийный маяк и запустила для себя криогенку. Вариантов было немного. Хорошо, что вы оказались тут.       Капитан понимающе кивнул.       — А почему вы летаете без навигатора? — поинтересовался он, Нина недоговаривала, а может быть, так казалось из-за того, что девушка еще не совсем пришла в себя? Могла ли она не знать, куда на самом деле прыгает «Ведьмак»? Или Дани все-таки неправильно расшифровал файлы?       — У нас пока не очень много людей. А работы много, — просто ответила Нина.       Максим кивнул и мельком отметил, как переглянулись его рыжики. Сейчас, когда они были в одинаковой одежде, различить их удалось бы не с первого взгляда, да и то поднапрягшись.       — А куда вы направляетесь? — спросила Нина, сбив Максима с мысли. — Если это небольшая станция, я бы отправила сообщение в главный офис. А если большой порт, то мы бы сошли…       «И этой сойти в первом порту, — обреченно подумал капитан. — Все до первого порта… Сговорились они, что ли?!»       — Дальше у нас только автоматическая станция. А потом маленькая новая колония. Не думаю, что там есть офис ОЗК. Со станции вы сможете позвонить в свой главный офис. Мы все равно собирались там задерживаться, надо сообщить в полицию о том, что мы вас нашли. А потом мы довезем вас куда надо.       Прозвучало обтекаемо. Катерина взглянула на старого друга и повела бровью.       «Наверняка будет еще один разговор про Джека. — С легкой досадой подумал Максим, проблема с незадачливым безбилетником отодвинулась в списке его приоритетов. — Но в нашей теперешней ситуации без полиции никуда.»       Свет мигнул. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы на лицах команды «Нагльфара» появилось напряжение, а на Нинином — почти ужас. Максим откашлялся и продолжил, как ни в чем не бывало, будто и не заметил ничего странного.       — Вы пока отдыхайте, приходите в себя. И не волнуйтесь, — подбодрил спасенную Максим, в конце концов, может быть Дани действительно ошибся с расшифровкой данных или им есть какое-то разумное объяснение… «или я просто не хочу верить в худшее».       — А мои подопечные? — вскинулась Нина. — Вы разве не будете их будить?       — Вы сами говорили, что с одним из ваших подопечных все было сложно. Может, они пока поспят? Так они в безопасности, такая транспортировка ничем им не угрожает. Зачем им лишний стресс? — тактично заметил капитан.       — И нам, — неожиданно вставил молчащий до этого времени Бастиан.       Нина посмотрела на него печально и немного обиженно:       — Вы зря так думаете. Ролики про сорванных киборгов — это пропаганда. И то, в случаях, когда киборг срывался и убивал хозяина, это было по вине людей. Обычно срыв тихий, отказ выполнять какой-то приказ, например. Про такие не рассказывали по новостям и в роликах. Но киборг при тихом срыве все равно часто уничтожался. Как бракованный. Понимаете? — Девушка похоже, оседлала своего конька. — «DEX-компани» без шума ликвидировала разумных киборгов, а громкие срывы использовала для их дискредитации. Чтобы люди боялись и владелец, заметивший странное, не стал бы выяснять, почему его киборг так себя ведет, а позвонил бы в сервис компании и сдал его на проверку.       По тому, как Нина говорила, тону голоса, убежденности, глазам — было понятно, что она верит в то, что говорит, и ей это действительно важно и больно.       Максим слушал девушку и думал, что история с их прыжком и аварией, конечно, подозрительная, но вряд ли этот славный человечек, с таким жаром защищающий бесправных разумных киборгов, участвовал в чем-то дурном. Скорее уж «Ведьмак» удирал от тех, кто хотел причинить вред его пассажирам и не обязательно людям. Это следовало прояснить. Но как, капитан пока не знал.       Сказать напрямую, дескать — мы знаем, что вы нам врали про случайный прыжок, потому что незаконно влезли в ваш «черный ящик»? Прямо номер — жулик жулика обжулил. Оставалось пока помалкивать. Вот погасятся, созвонятся с полицией, посмотрят, как Нина будет вести себя при звонке — тогда и решат.       А сейчас актуальнее решить, что они будут делать с грузом. Свяжутся на станции с заказчиком и поинтересуются, а что же такое везут? И не могло одно из этого чего-то сбежать и теперь угрожать системам корабля? А если оно не сбежало? В смысле, если это что-то на борту не случайно, а Мари Лаво сознательно запустила на их борт какой-то таинственный приборчик? Но зачем? На всякий случай проследить за грузом?       Неизвестный транспортник, малопосещаемая планета, ценный груз за большие деньги, точка доставки — удаленная колония. Если ушлые перевозчики решат присвоить груз и раствориться в пространстве, известно это станет далеко не сразу, а потом ищи ветра в поле. Это имело резоны… То есть обидно, конечно, даже оскорбительно, но понятно. Но вот механизм, из-за которого все сбоит, — это перебор. Кто же пускает следить за сохранностью груза прибор, который может стать причиной аварии? Только тот, кто хотел бы, чтобы груз вообще не долетел.       Максим почувствовал, как закипает голова. Нет, не годится, так до чего угодно можно додуматься. Что у него в последнее время за мысли? Одна другой мрачней. С каких пор он принимает всех за подлецов и маньяков?       Пожалуй, с тех пор, как его и всю команду мучают кошмары, на борту оказался сначала мальчишка, от которого не пойми чего хочет туземный колдун, и груз, в одном из ящиков которого что-то испускает электрические волны, схожие с волнами, испускаемыми живыми организмами или мозговыми процессорами киборгов. Есть от чего подвинуться головой.       Кстати о мальчике. Окончательного решения по нему так и нет. Впрочем, чем больше Максим думал, тем меньше ему нравилась идея вернуть мальца на Туами. Загадочный ящик в трюме сыграл в этом немаловажную роль.       Катерина присела напротив, подвинула задумавшемуся другу чашку с дымящимся кофе — Максим до кухни дошел, кофеварку включил, но последовательность действий так и не закончил. Корабельный врач склонила голову набок и чуть заметно улыбнулась старому другу. Максим понял, что час настал. До станции гашения оставалось от силы минут двадцать. Надо было что-то решать по Джеку.       Про обнаруженные Риткой сигналы знала уже вся команда. Не в курсе были только Нина и Джек, как в эту самую команду не включенные. И это было еще одним аргументом против Туами. Но все же… все же…       Катерина уже явно приготовилась начать разговор, когда в коридоре раздался пронзительный женский визг, потом забористая мужская ругань.       Максим и Катерина вскочили со стульев почти одновременно и кинулись на крик. Увиденное не утешило ни разу. На полу коридора без чувств валялась Нина, ее спешно приводил в себя один из рыжиков, похоже, Дани. Бастиан стоял так, чтобы прикрывать обоих и заковыристо ругался, правда, уже вполголоса. В дверях своей каюты застыла Тина с бластером наизготовку. А из шлюза трюма, медленно, двигаясь с явным трудом и подергиваясь в жутком нервном тике, пытался выбраться труп пилота «Ведьмака».       — Чего ты стоишь?! Пристрели его! — заорал Бастиан, указывая рукой на ожившего покойника, тот в ответ захрипел.       — Да он и так мертвый! — огрызалась Тина, все равно явно примериваясь, чтобы выстрелить.       На шум выскочил Джек, охнул и застыл, прижавшись спиной к перегородке между каютами. Мертвец будто почуял его, дернул головой и закатил затянутые белыми бельмами глаза.       — Ты-ы-ы, — просипел труп. — Ты-ы-ы ну-ужен.       Джек стоял даже не белый, а серый от испуга. Тина перещелкнула регулятор мощности бластера на минимальный и выстрелила в голову зомби. Но тот как раз дернулся в тике, и заряд ушел по касательной, в основном оплавив перегородку между коридором и трюмом. Мертвая плоть обуглилась, по коридору поплыл тошнотворный запах.       — Отставить! — гаркнул Максим. — Тинка, ты же корабль продырявишь!       Дани подхватил на руки все еще бесчувственную Нину и занес ее в ближайшую каюту, сам снова вышел, сосредоточенно наблюдая за мертвецом. За спиной Максима тихо охнула Ритка.       — Попробуй из станнера, — посоветовал навигатор.       Тина метнулась в свою каюту и через несколько мгновений показалась уже со станнером. Но даже несколько выстрелов ничего не дали. То, что было способно заставить двигаться мертвую плоть, чихать хотело на парализатор.       — Го-ворить, — уже чуть внятнее просипел зомби. — Хо-чу го-ворить. Бу-ду го-ворить с-с-с-с вами.       Воцарилась мертвая тишина, все застыли как парализованные. Это уже вовсе переходило все границы.       — Джек, иди в каюту и запрись там, — ровным голосом, сам себе поражаясь, приказал Максим. — Кто вы и что вы хотите нам сказать?       — Ош-шала, — прошелестел мертвец, подергиваясь. — Лоа Ошала. Взял тело. Хочу говорить, — каждый раз у него получалось разговаривать все лучше.       — Лоа? — уточнил Максим, вспоминая, где слышал это слово.       — Дух, — выдохнул Джек, прикипевший к месту и не исполнивший приказа капитана.       — Как вы тут оказались?       — Маль-чик мой, — просипел зомби и, наконец, справился с задачей перешагнуть через порог шлюза в трюм. — При-вя-зан ему. Погибну.       — Вы привязаны к мальчику, поэтому здесь? — удивляясь, что еще не сошел с ума и способен нормально разговаривать, расшифровал Максим. — И можете погибнуть. Почему?       — Нет дома. Есть маль-чик.       — Вы погибнете из-за Джека?       — Без.       — Значит, вы не причините Джеку вреда? — уточнил Максим, видя, что мальчишка не может сойти с места, и понимая, что, пожалуй, неправильным будет лишить его возможности тоже разобраться в том, что происходит и непосредственно его касается.       — Нет. Дам. Силу. Хо-ро-шо.       — А зачем вы взяли это тело? Как вы в него… кхм… вселились? — спросил Максим.       — Мер-твые души не со-против-ля-ются… — с трудом ворочая языком мертвеца, ответил лоа.       — Может, расположимся как-то удобнее для разговора? — предложила Катерина, которая уже успела оправиться от шока и теперь горела профессиональным любопытством. В конце концов не каждый день врачу удается посмотреть на живого мертвеца.       Команда ошалело рассматривала уже не зомби, а капитана и врача.       — Ну, а что, — пожала плечами Катерина. — Нам же надо понять, что тут происходит…