Шрам. Прыжок в будущее.

Аттический Траверс. «Нормандия» SR-1. Дата: 20 марта 2183 года. Бортовое время: 10:45 по Гринвичу.        Сидя в своей каюте, Шепард, с полусонным видом неторопливо заполнял судовой журнал, за который выступал отдельный защищенный файл в голо-компьютере.        «Продолжаем идти заданным курсом, нарушений в работе систем корабля и экипажа не выявлено, никаких происшествий за всё время пути не было…» — примерно такими были строки в судовом журнале фрегата «Нормандия».        Собственно, за эти два дня с ними действительно ничего не происходило. За пределы Альянса они вышли только вчера, и посему, максимум что могло произойти с кораблём, это какая-нибудь небольшая поломка в его периферийных системах, которая будет устранена менее чем за час. Да и такая возможность стремилась к нулю — «Нормандию» строили на совесть, как и экипаж к ней подбирали. Особенно учитывая тот факт, что оба действа велись при активном содействии турианцев, а эти ребята своё дело знали прекрасно.       Закончив писать отчёт, коммандер, закрыв журнал, с неудовольствием взглянул на внушительную стопку бумаг скопившихся в углу его стола.        Откровенно говоря, всю эту писанину Джон возненавидел ещё в детстве. Причины, по которой он её так не возлюбил, тот уже не помнил, но письменную, а особенно, работу на «древней» и «архаичной» бумаге, коммандер с ранних лет терпеть не мог.        Однако его давняя вражда с писаниной сильно сказывалась на его успеваемости в школе, за что он знатно получал от мамы и от отчима Дерека. Коммандер до сих пор, помнил жалящие удары отчимского армейского ремня.        Особенно он хорошо помнил, как в четырнадцать лет, за паршивую успеваемость (из-за чего Шепард-младший стоял на грани отчисления) Дерек так его отхлестал ремнём, что бедолага почти неделю спал на животе. Но отчим постарался хорошо — ненависть к писанине на долгие годы покинула Джона, сменившись пониманием, что это совершенная необходимость. Даже сейчас, вспоминая эти события, коммандер понимал, что скорее благодарен своему отчиму за старый метод воспитания.       В дальнейшем он призвался на фронт, а уже оттуда — поступил в академию ВКФ, и забытая им нелюбовь к писанине снова дала о себе знать во время теоретических занятий. Разумеется, она уже не была столь сильна как в детстве, и к счастью не взяла над ним вверх. Выдержка, полученная строгими наставлениями Дерека, позволила ему окончить академию на отлично. Оглядываясь назад, Джон понимал, что в ином случае он бы наверное сейчас, спивался в какой-нибудь тыловой части, а не командовал «Нормандией».        — М-да… новая должность, означает ещё большую возню с бумагами… Да и спихнуть её как назло не на кого! — с кисло-мрачной физиономией отметил СпеКТР, глядя на кучу бумаг и подавляя в себе тлеющее желание кинуть её в печь.        — Ладно, посмотрим, что у нас дальше, — про себя сказал новоиспечённый командир, сунув в зубы сигарету и подпалив её зажигалкой.        Достав с верхней полки документ, коммандер хотел уже было перевернуть его синюю обложку, когда его голубые глаза вдруг вцепились в написанную, большим тёмно-жёлтым шрифтом надпись:       ЛИЧНОЕ ДЕЛО        Над надписью красовалась эмблема РУАС, а снизу, прямо под ней, было указано фамилия и инициалы, того кому оно принадлежало.        — Полковник Краут А.С. — негромко произнёс Джон, прочитав написанное на обложке. Сделав ещё одну затяжку, он скосил глаз ниже — там шла типичная вотермарка и чёткая, но мелкая надпись:        «Снятие копий запрещено и считается преступлением!»        Шепард усмехнулся. Да уж, секретики-секретики. Ничто не ново под луной. В системах разрешений, допусков, паролей и протоколов РУАС и сами саларианцы не разберутся никогда. Хотя, тут уж как посмотреть…        — Ну посмотрим что из себя представляют эти Ликвидаторы... — про себя произнёс СпеКТР, перевернув обложку. Всё таки, стоило бы получше узнать о прикомандированных бойцах из ЦМГ РУАС...

***

Двумя днями ранее. Земля. База ВКФ АС «Рамштайн».        Ясным утром, экипаж «Нормандии» начал подготовку к предстоящему отлёту. Оставив на борту лишь рулевых, инженерное отделение (включая Тали) и штурмана Прессли, Шепард вместе с остальным экипаж, приступил к погрузочным работам.        К работе были подключены практически все. Даже новые члены экипажа в лице инопланетян и Шрама.        Особенно отличился Рекс, который в силу своей могучей физической силы и выносливости, работал что называется «за двоих», вызывая одобрительные взгляды окружающих. Хотя конечно, для крогана-то вес этих ящиков был смехотворным. И как он за всё время работы не сломал лифт — оставалось тайной, покрытой плотным туманом, как и вопросы в стиле «почему он вообще всех не послал с такими «просьбами»?».        Весь этот рабочий процесс проходил под строгим контролем новоиспеченного капитана корабля — коммандера Шепарда. Без особой бодрости расхаживавшего взад-вперёд с планшетом в руках и наблюдавшего за движущейся живой цепочкой, протянувшаяся от шлюза, до расположенного неподалёку громадного грузового подъемника. Именно оттуда члены экипажа забирали ящики и перетаскивали их на борт.        Работа длилась с достаточно редкими перерывами. Поглядывающие на часы, флотские недовольно замечали, что «сейчас почти пол первого, а погрузка началась ближе к одиннадцати!». За это время Шепард, провожая один ящик за другим, несколько раз успел сбиться со счёта. Сколько команда успела за это время перетащить на борт, он точно установить не мог, но по мысленным прикидкам — как минимум сотню-полторы, если не меньше… И по правде говоря, такое количество ящиков уже вводило в недоумение. Джон хоть и осознавал, что всё это в будущем пригодится, но глядя на всё это, в его голове вставал вопрос:        «А не слишком ли много? У нас тут разведывательный фрегат, а не крейсер. Грузят как на войну…»        Однако содержимое впечатлило его ещё сильнее. Удосужившись в короткие минуты перекура спуститься в трюм, Шепард, осмотрев некоторые вскрытые контейнеры с маркировкой Альянса, обнаружил вполне ожидаемое: контейнеры содержали в себе провизию, медикаменты, всякого рода и предназначения оборудование, спецсредства, инструменты, самые разнообразные запчасти, и конечно же, снаряжение с оружием… «Да, неудивительно», сказал бы себе СпеКТР, если бы не последний ассортимент…        Вот такие образцы вооружения, он даже на перспективных выставках не видел. А этот факт чертовски поднимал настроение. Радовало ещё то, что судя по характерному запаху и блеску всё оружие и снаряжение, было абсолютно новым, только с обкатки… Это заставляло настроение приподниматься ещё сильнее — всё-таки РУАС, что о них ни говори, если уж «кормят», то по полной программе… А ещё всё это отвечало на вопросы, «зачем это грузить именно их экипажу?» — секретность…        Однако, всё было далеко не так уж и гладко, как хотелось Джогу. И даже здесь была своя«ложка дёгтя», которой выступали представители спецназа РУАС из Управления «L», или в простонародье — Ликвидаторы — которых Шепард должен был принять на борт в качестве новых членов экипажа.        О том, что к нему на борт в особом порядке будут зачислены эти самые лица, Джон практически сразу после допроса. Руководивший процессом допроса генерал Вернер, взяв с него после подписку о неразглашении, сообщил ему об этом лично. Коммандер этому был отнюдь не рад.        «Да вашу ж бога в душу мать! Понятное дело, что элита спецназа разведки, но нельзя же настолько сильно сомневаться в силе и компетентности нашей команды! Мы же блядь не какие-нибудь там салаги. Как будто мы без этих надсмотрщиков не справимся…» — с обидой подумал СпеКТР, вспомнив вчерашние события.        Да, Шепард относился к РУАС с должным уважением, как офицер. Но как и любой кадровик, он терпеть не мог их привычку без спросу и предупреждения совать свой нос туда, куда тех вообще не звали, и где можно было справится и без них.        «Всё-таки неприятно, когда с твоего молока снимают все сливки…» — про себя провёл аллюзию СпеКТР, в очередной раз глянув на планшет для проверки отчётов, — «И кажется, теперь я ещё лучше стал понимать, за что серых не любят в войсках»        Мрачновато ухмыльнувшись самому себе, коммандер убрал планшет за спину. Подойдя к краю, он позволил себе бросить взгляд на красавицу «Нормандию», которая досталась ему от капитана Андерсона.        Андерсон покинул базу «Рамштайн» ещё вчера, перед этим тот сообщив Шепарду, что решением командования флота, капитаном «Нормандии», был назначен именно он, новый СпеКТР. Слухи и подозрения об отстранении капитана, были в корне подтверждены.        И вроде как Шепард был приятно удивлён тому что этот фрегат, поступил в его распоряжение… Но подленькое ощущение, что он «подсидел» почтенного офицера, и почти что друга, не могло покинуть его. У того ведь за плечами не одна пройденная военная кампания и операция, более чем солидный послужной список, в конце концов, он мать их за ногу, один из самых результативных боевых офицеров флота Альянса! И чем только думало командование — оставалось только гадать.        Да и сам Дэвид, очевидно тоже этому был не рад. Но против приказа не попрёшь, особенно против спущенного с такого уровня.        Прощались они недолго. Андерсон, дав пару советов, сказал ему несколько тёплых слов, и разумеется, строго-настрого наказал Шепарду беречь «Нормандию» с её экипажем, после чего почти сразу сел в челнок и улетел. Куда именно его перевели он не сказал. Очередная военная тайна…        — Чего киснем, командир? — сзади подошедший Кайден, хлопнув Джона по плечу, встал рядом с ним        — Думаю, — словно не хотя ответил Шепард, после чего, скосив взгляд на товарища, суховато спросил: — А ты чего не на погрузке?        — Так мы почти закончили, вот я и…        — Решил отлынуть от работы, — саркастично хмыкнул коммандер, осклабившись, — разленился ты совсем, Кайден…        — Да брось, Джон, — махнул рукой Аленко, — Ей-богу, ты сам на себя не похож уже. Там и без меня справятся, а мне руки ещё дороги…        — Ну-ну, — хмыкнув, покачал головой Джон, — Сам попробуй после недосыпа, да и после всего того, что было вчера, оставаться спокойным.        Кайден понимающе кивнул.        — Не отпустило?        — Да не только… — процедил коммандер, развернувшись к работающей команде и оперевшись о перила, — Учитывая ещё то, что вчера произошло и то, что ещё будет… Будешь тут спокойным, как же…        — Ты про отстранение Андерсона, и наших новых «гостей»? — лейтенант вопросительно взглянул на друга.        Джон кивнул.        — Понимаю, шеф. Мне тоже не по душе сотрудничество с этими, — Аленко пожал плечами, — Но куда ж деваться!..        — Будто мне в радость с ними работать, — пробормотал коммандер, но друг его всё же услышал, — Нам и Совета в надзоре хватает, а теперь ещё и эти коршуны… Не отцепятся, пропади они пропадом!        Кайден, слушая короткую гневную тираду друга по отношению к РУАС, молчаливо с ним соглашался. Да, он целиком и полностью был солидарен с его мнением касательно назойливости разведки Альянса. Всплывали в памяти и неприятные случаи из службы до встречи с Джоном, в которых косвенно виднелась рука Разведывательного Управления… Один из таких случаев молодой лейтенант до сих пор им не мог простить. Это давнее воспоминание и по сей день пробуждало в нём бессильную злобу по отношению к РУАС.        На миг погрязший в мыслях Кайден, уловил краем глаза, движение справа где-то вдалеке. Автоматически повернув голову в нужном направлении, глянув через плечо друга, он негромко пробормотал:        — А вот и наши гости...        Джон скосил взгляд на товарища, а затем в ту сторону, куда он смотрел.        — Явились всё-таки….        Через множественные открытые рабочие секции, сквозь движущуюся толпу рабочих, в их сторону двигалась группа из пяти человек. Облачённые в тёмно-серую офисную форму РУАС, и с баулами в руках, на фоне множественных рабочих фигур они выделялись как гарь на снегу, и не могли не приковывать к себе внимание местного персонала. Проще простого было догадаться, кем являются эти люди.        Выйдя на открытое пространство, отряд точно ускорил шаг к шлюзу «Нормандии». Может Джону и показалось, но дистанция между ними всё сокращалось всё быстрее и быстрее. Ровная, чёткая походка, вбиваемая строевыми подготовками, выдавала военных всегда и везде. Эта группа не была исключением…        — Ладно Джон, я пойду.        Кайден оторвался от перил и повернулся к шлюзу.        — Не хочу даже их рожи видеть.        Бросив напоследок брезгливый взгляд, Кайден скрылся за шлюзом одновременно с Рексом и Гаррусом, затаскивающих очередной контейнер. Шепард, отойдя от перил, встал посередине, терпеливо ожидая «новичков», которые уже нацелились на него.        Отряд стремительно приблизился. Шедший впереди всех мужчина, очевидно являющийся командиром, отделившись от остальных, двинулся в сторону Шепарда. Его подчиненные остались на месте, выстроившись в шеренгу.        «Сейчас поглядим, что из себя представляют эти Ликвидаторы…»        Командир, оставив позади себя отряд, заученно перейдя на строевой шаг, буквально вколачивая подошвы армейских ботинок в пол, подошёл на положенные уставом три шага к выровнявшемуся коммандеру.        Шепард бросил взгляд на человека. Высокий, под метр девяносто, крепко сбитый, седеющий мужчина, с грубыми и крупными чертами лица. Смотрелся он устрашающе — почти вся его физиономия, была покрыта приличной сеткой застарелых рубцов, вместо левого глаза — глазной имплантат с красной подсветкой, кожа вокруг которого была украшена страшными шрамами от ожогов. Всё лицо представляло собой редкостно жуткую, зловещую, точно неживую маску. Даже Шепарда слегка пробрало от его страшного лица, хотя он за всю свою жизнь видал зрелища и пострашнее…        — Коммандер Шепард, — Ликвидатор, вскинув руку в воинском приветствии, представился: — полковник Арен Краут. Первый отряд ЦМГ РУАС «Ликвидаторы», прибыл в ваше распоряжение и готов приступить к выполнению задания!        Голос у него был похож на лязг механизмов корабельных орудий.        — Вольно, — не моргнув произнёс Шепард, и протянул ему руку, — Добро пожаловать на борт, полковник Краут.        — Благодарю, сэр, — кивнул ему Арен, крепко пожав руку в ответ. Хватка у него была что надо — такие могут ломать конечности и без особых приемов. Уж не усилен ли он имплантами?        — Это все, полковник? — Джон кивнул в сторону его подчиненных.        — Да сэр, — утвердительно ответил Краут, — Группа в полном составе.        — Хорошо, — покивал головой СпеКТР, — Подымайтесь на борт. Старший помощник Пресли покажет вам ваши места и ознакомит с кораблём.        — Есть, — козырнув Краут, повернулся к своим бойцам, которые тут же выровнялись, единым движением. — Отряд, напра-во!        Ликвидаторы синхронно развернулись, дробно стукнув подошвами, и Арен коротко гаркнул:        — На борт, шагом-марш!        Повинуясь приказу, спецназовцы, сопровождаемые взглядом Шепарда и некоторых членов экипажа, поднялись на борт.        «Не солдаты, а машины. Серьёзный аргумент…» — произнёс про себя коммандер, глядя на закрывшуюся за ними дверь шлюза. Что ж, по крайней мере на первый взгляд эти оперы не производили впечатление шибко спесивых засранцев.        Хмыкнув, коммандер оторвав взгляд от двери, повернулся к всё ещё занятым погрузкой подчинённым.        Тут его взгляд зацепился за Шрама, стоявшего чуть поодаль и повернувшего голову к шлюзу. Наёмник вцепился в створки задумчивым и оценивающим взглядом. Очевидно этот «раски» тоже заметил появление Ликвидаторов и наверняка, как и остальные члены экипажа делал в голове какие-то свои собственные выводы.        Впрочем, долго он на дверь не смотрел. Словно ощутив на себе чей-то взгляд, он повернул голову к Джону, вновь встретившись с ним взглядом. В этот раз наёмник предпочтя не играть с новоиспеченным командиром в гляделки, лишь коротко и уважительно кивнул, после чего зашагал в сторону конца цепочки. В глаза коммандеру бросилось, что немолодой русский выглядел каким-то осунувшимся, и его шаг не имел какой-то собранности, что он демонстрировал до того…        —…сё! Это последняя! — откуда-то с конца донесся приглушенный мужской голос.        — Сэр, — к Шепарду подбежал азиат из его команды с погонами лейтенанта, — Погрузка окончена. Это последние.        — Отлично, Чанг, — удовлетворённо кивнул коммандер, — все на борт! Скоро вылетаем!..

***

Аттический Траверс. «Нормандия» SR-1. Бортовое время: 12:28 по Гринвичу.        Сидя в грузовом трюме, Шрам был занят сборкой доверенного ему футуристичного вида автомата. Не спеша, спокойно, тщательно скрывая внутренний интерес и напряжение. Каждая деталь плавно и осторожно ложилась на своё место под руками сталкера, словно бы тот боялся их повредить — он старался как можно лучше запомнить расположение деталей в оружии и как следует запомнить его устройство… Как его учил и Душман. В условиях оторванности от привычных оружейных систем нужно изучать оружие противника, дабы хорошо разбираться в том, чем собираешься воевать.        Общее базовое устройство запомнить Алексей смог, но он не останавливался на достигнутом, вновь и вновь напоминая себе прописную истину:        «Повторение — мать учения!»        Изначально Шраму по очевидным причинам было тяжело освоится с новым оружием. Всё таки это тебе не что-то привычно-механическое, вроде системы АК или AR — это абсолютно новое, футуристичное оружие, которое словно вызывало какое-то неприятие. Сказать что наёмник впал в короткий ступор, когда увидел этот автомат в полной разборке — не сказать ничего.        Столько незнакомых ему деталей, непонятных вещей, и самое главное — так много электроники в оружии ему видеть никогда не приходилось. С таким оружием, он никогда дел не имел. Если конечно не считать реквизированной у «Монолита» Гаусс-пушки. Да и то, с ней ознакомиться и времени не было — пришлось усвоить лишь самые базовые принципы.        Путём множества проб и ошибок, глубокого стыда и неприязни к самому себе, к оружию, будущему и всему на свете, отвратительно себя чувствующий Шрам наконец более-менее, смог освоиться и перестать тупить как студент-двоечник на зачёте.        По местным меркам этот ствол был отнюдь не таким сложным, а вовсе наоборот — как АК-система во времена XX–XXI веков. Конечно таким оно было для тех, кто каждый день имел с ним опыт… Наёмник, даже наконец став делать это относительно быстро, всё ещё был напряжён, точно делал полевую операцию раненому. И лёгкости в его движениях не прослеживалось абсолютно.        Автомат М-18 «Blade», как его ему представили, впрочем, чем-то даже понравился ему. Отсутствие большого количества мелких и движущихся деталей, небольшие габариты и размеры, регулируемый телескопический приклад, встроенная оптика…        А вот электроника, на которой чуть ли не само функционирование оружия было завязано, тот же прицел, да и система охлаждения — наёмника заставило лишь хмуро покачать головой. Его «закостенелый» разум требовал простоты, унификации и отсутствия уязвимостей в оружии. А электроника в стандартном общевойсковом вооружении, им воспринималась как слабость.        «А в остальном… А в остальном, конечно, да!» — наёмник всё-таки подвел итоги. — «Неидеальна эта M-18, но если верить словам оружейников о темпе стрельбы и кучности, о том, что даже такой старикан как я сможет научиться с ней обращаться за считанный час, о пробивной и останавливающей силе боеприпасов… Да уж. Спасибо и на том! В команде-то все с ней, небось, идеально обращаться умеют. Значит и я сумею.»        Мысль о членах команды заставила Шрамова как-то на автомате повернуть голову в их сторону. Намётанный глаз, по старой привычке тут же начал всё фиксировать всё происходящее. Хотя в данный момент в этом в не было необходимости — все были заняты своей работой.        Оружейная команда, в которую его и зачислили (чему Шрам даже слегка удивился), даром времени не теряла, целиком и полностью погрузившись в работу, занятая проверкой, чисткой, сборкой-разборкой корабельного арсенала стрелкового оружия.        На борту таких команд было две. Работали они согласно внутреннему распорядку, посменно, сменяя друг друга каждые десять часов. В оружейной команде, в которую зачислили Алексея, кроме него были и вполне знакомые ему личности, представленные в лице ковыряющейся в автомате Эшли, (которая старалась на Алексея вообще не смотреть, чему тот был вполне рад) занятого чисткой своего дробовика инопланетянина Рекса. А также те двое «новичков» из РУАС.        Кроган отчасти напоминал Алексею самого себя: Оценивающим взглядом наблюдая за каждым кто был на палубе, помалкивая и ни с кем толком не общаясь, воевода всегда держался особняком. Особенно часто его хищно-оценивающий взгляд цеплялся за новых членов команды, и как ни странно — за самого Шрамова. Именно поэтому сталкер предпочёл держаться от этого здоровяка в стороне.        «Одно дело — псевдогигант. Другое дело — разумный, опытный и вооруженный псевдогигант, покрытый хитином. Против него не поможет ничто. Наверное даже какая-нибудь АСВК с разрывными…» — подумал наёмник поглядев на ксеноса, после чего скосил взгляд на «новеньких».        Новоприбывшие спецы, действительно были делом особенным. Почувствовали это абсолютно все. Изначально Шрам счёл что это лишь «стандартное внимание» к новичкам на борту — прямо как в военной части. Но достаточно быстро, его наблюдательность и никогда не засыпающая паранойя, дали ему знать, что тут дело отличается от обычного.        Вежливо отклоняя любые жесты приятельства, как и простые контакты, вербальные или невербальные, эти ребятки действительно вели себя почти как машины. Или, как показалось ему — почти как монолитовцы.        Молчаливые, постоянно собранные, замкнутые, становящиеся неуловимо-закрытыми рядом с инопланетянами… В какой-то момент могло показаться, что такая реакция у них чуть ли не приобретенный рефлекс. Шрам только спустя время понял:        Эти бойцы напоминали ему себя — они постоянно, каждую секунду анализировали ситуацию, точно всю жизнь были в бою. В бою, в котором не было конца — иногда бывали перерывы, в которых просто чуть меньше стрельбы, чем обычно.        Только вот ему было до них далеко в этом навыке: Эти бойцы в сравнении с ним были как военный суперкомпьютер против простенькой станции наблюдения…        Бамс!        — Ай, блять! — в какой-то момент, излишне отвлекшись наёмник, случайно прищемив себе палец деталью, негромко выругался. Было не очень больно, но весьма неприятно.        Короткое ругательство, и резко лязгнувший металлический звук, заставил оружейников чуть ли ни синхронно повернуть головы. Шрам на миг даже похолодел, но те тут же отвернулись. Угроза отсутствовала — концентрации их внимания это не стоило. Кроме одного…        — Я вижу, ты уже закончил, — сухо заметил молодой, два метра ростом, светловолосый оружейный мастер по имени Андерс, назначенный командиром их оружейной команды. Отложив в сторону пулемёт (до этого представленный как MG-52, который, как заметил Шрам, порядочно смахивал на своего древнего «предка» MG-42), на ходу протерев тряпкой маслянистые руки, тот подошёл к наёмнику.        Взяв в руки собранную штурмовую винтовку, спецназовец до мельчайших деталей оглядел её, словно школьный учитель проверяющий диктант и ищущий у чему придраться. Оглядел он не только внешнюю часть, но и внутреннюю, подняв крышку ствольной коробки, которой сталкер и умудрился случайно прищемить себе, большой левый палец.        Наблюдая как Андерс оглядывает автомат, Шрам про себя отметил, что в его руках М-18 выглядел как игрушечный, с учётом того что ствол был достаточно компактных размеров, и не говоря уже о том что и сам оружейник довольно здоровый. Да, этот здоровяк уж точно был на голову выше Гарруса или даже того ящера Рекса, не говоря уже о самом Шраме. Во всяком случае, это слегка отвлекло наёмника от не самой приятной мысли, что его сейчас, как зелёного новичка будут поучать. Его, ветерана горячих точек!        — Хорошо, — опустив винтовку, оружейник положил её на стол, — ну что ж, Алексей, пора приступить ко всему, что взрывается. В принципе этим можно и сейчас заняться, правда…        Ликвидатор кивнул в сторону рабочего стола, за которым сейчас работала основная часть оружейной команды.        — Правда у нас тут работы навалилось, так что этим займемся чуть позже. А сейчас… — Андерс взглянул на наручные часы, и произнёс: — А сейчас даю тебе минут пятнадцать на перерыв, потом подходи — продолжим. Свободен.        Блондин вернулся к своему пулемёту, а Шрам, бросив короткий взгляд на М-18, медленно приземлился на ближайший ящик. Наёмник только сейчас понял, как его утомило всё это двухдневное обучение. Причём больше, чем всё то время, что он пробыл на Цитадели. Да даже пребывание на Земле его так сильно не вымораживало. Хотя там-то было всё совсем иначе…        Воспоминания событий двухдневной давности, вызывали у сталкера лёгкую головную боль. Даже не хотелось раздражаться...        Да, нахождение в казематах разведки Альянса, оставило на нём свой след. То, что произошло два дня назад, там на Земле, до сих пор не давало ему покоя. Видение из прошлой жизни, этот чекист, задающий ему непонятные вопросы, часть которых он как-то уже и позабыл, все эти наводки, полунамёки, не свойственные разведке на «своем поле»… Крайне странно.        Но допрос ещё ладно. А вот что было на следующий день…

***

Двумя днями ранее…        Разумеется, Шрама не отпустили после «допроса» просто так.        Этот разведчик, оказавшийся его земляком, кажется понимал Шрамова просто прекрасно спрашивая его так, что ответы не приходилось «вытаскивать клещами». Наёмник в какой-то момент точно впал в странно-спокойное состояние, подобное рассеянностью. И было бы это поводом к его подозрению, если бы не искренность, с которой Александр с ним общался.        Странная искренность, не отдающая маской, фальшью или другим стандартным «приёмом».        Но диалог — это ничто по сравнению с тем, что было после вопросов. Александр вывел его из подземных казематов и без охраны повёл куда-то в другое крыло, через длинные и пустые коридоры. Мужчины шли молча, каждый думал о чем-то своём. Шрам, помимо всех привычных мыслей и воспоминаний, пробужденных шевроном, не мог не думать о том, что по-факту этот боец, Александр… Он ведь хронологически ему в правнуки годится, если не в праправнуки. Ох, злая ирония…        Ох, Зона, творение рук человеческих…        Они приблизились к шлюзу. Шрам обвёл глазами предупредительные знаки и косые шевроны жёлто-чёрного цвета. Где-то на английском языке красовалась подпись, предупреждавшая о герметичности…        Александр, дойдя до самой границы шлюза и приложив руку к соответствующему терминалу, который согласно пикнул, развернулся к Шраму, смерив того взглядом. Искусственный голос произнёс: «Идёт продувка шлюза», а РУАСовец сделал полшага в сторону наёмника, который едва заметно подался назад.        — Медобследование и базовая проверка боевых навыков, — офицер разведки кивнул на дверь за своей спиной. Шрам полуприкрыл глаза, прикидывая, что именно ему предстоит. С высокотехнологичной медициной он слишком плотно не знакомился.        — А после?        — Возвращаетесь в команду Шепарда. Никаких обвинений от Разведывательного Управления вам не предъявят, за отсутствием состава преступлений.        «Звучит так, словно я сорвал джекпот», — про себя произнёс Шрам невольно ухмыльнувшись, после чего моментально переключил мысли, — «Значит они что-то знают. Всё это не просто так. Шеврон… Есть риск того, что этот земляк врёт.»        Хмуро смерив разведчика взглядом, Алексей приготовился к худшему варианту. Первым пунктом было «терпеть». Это могло быть гарантом выживания в любых условиях. Стиснуть зубы — и терпеть.        Правда продумать второй пункт Шрам не успел — двери с лязгом распахнулись, и седой РУАСовец прошёл внутрь шлюза. Сталкеру ничего не оставалось, кроме как двинуться за ним.        Пока в закрытом шлюзе шла продувка, мешавшая из-за громкости нормально думать, сталкер с закрытыми глазами старался сосредоточиться на собственном разуме и постараться не думать о том всепронзающем взгляде, которым его одаривал разведчик.        «Русский или нет… Точно не один из тех, кому я доверял бы.» — эту очевидную истину сталкер скорее сам себе повторял, дабы паранойя не отступала, дабы быть готовым абсолютно ко всему.        — Можешь мне не верить, но я рад что ты здесь.        Шрамов открыл глаза и исподлобья взглянул на разведчика, стоявшего у стены с самым спокойным видом. Тот, судя по всему, действительно не испытывал никаких душевных терзаний. И не врал.        «Так резко на «ты» перешёл?..» — подумалось Алексею.        — С чего бы это вдруг? — наёмник приподнял брови, а Александр усмехнулся.        — Редко умудряешься встретиться с человеком, который имеет такой интерес для сразу нескольких разных ведомств Альянса. Как правило, такие встречи вырывают из бесконечной рутины.        Туманное объяснение не дало сталкеру никаких конкретных данных. Кроме одного намёка, осевшего в его памяти, о котором он решил поразмыслить чуть позже.

***

       Из освещенной «пасти» шлюза навстречу генералу Вернеру шагнули двое — его доверенное лицо и лицо, которое и вызывало всю эту бесконечную череду приказов, недомолвок и хитрой запутанности, точно одну паутину сразу стало плести два паука, мешая друг другу.        Немец удостоил обоих русских острым взглядом, как только Александр поприветствовал его, приложив руку к козырьку. Шрамов лишь молча кивнул ему, да ещё и с таким взглядом, будто был готов был вцепиться в горло. Рудольф этот взгляд, однако, даже не воспринял, лишь воззрившись в ответ. Русский, судя по всему понимал правила «игры» так как еле приметно дернул головой и отвернулся, отводя глаза, точно от испуга или неприязни.        Вернер уже знал, с кем имеет дело, и догадывался, чего стоит ждать от этого неожиданного комбатанта. А суть того, откуда этот русский прибыл… Что ж, это не столь важно. Для прагматика.        — Проходите, — коротко бросил Александр сопровождаемому, кивнув на стоявший чуть поодаль сложный комплекс обследования, напоминавший чрезвычайно высокотехнологичный томограф. Шрам, которому этот приказ и адресовался, чётко кивнул, и чуть ли не чеканя походку, направился куда указали. Там его уже ждали сотрудники медслужбы, одетые в белые халаты.        Оба РУАСника проводили «пришельца из прошлого» взглядом, подмечая его легкую хромоту. Затем генерал повернулся к полковнику.        — Ситуацию объяснили?        — Так точно, — кивнул полковник с каким-то мрачно-торжествующим выражением лица, — За пределы этого комплекса данные не уйдут. И Шрамов Алексей тоже.        Удовлетворённый этими словами генерал повернулся в сторону медкомплекса. Пора было проводить плановую «проверку», а в этом медики РУАС смыслили побольше других.

***

       На протяжении всего того, что чекисты называли словом «медосмотром», Шрам отчаянно старался не выдать своих эмоций, которые бурлили в нём как в автоклаве без стравленного давления. Это было неудивительно, потому что осмотр абсолютно отличался от того, как он себе это представлял. Наёмник считал, что его заставят снять одежду, будут просматривать-просвечивать всякими приборами, компьютерами, брать анализы…       А вместо этого, ему приказали оголиться до пояса, лечь на койку, где его…        Ну, Шрам действительно, еле-еле подавил рвущееся возмущение, когда хитроумная пыточная машина медиков, соединенная с койкой обвила его кабелями, трубками и датчиками, попутно постоянно информируя стоящих вокруг «извергов в белых халатах» какими-то непонятными Алексею сигналами.        Когда сталкер оказался «скручен» по рукам и ногам, и кабели, трубки и прочие непонятные устройства стали присоединяться к его частям тела. Где-то сами, где-то их направляли рукой немногословные врачи, которые молча смотрели на русского. Лишь один из них, взглянув в лицо Шрамову, сочувственно кивнул.        — Вот гады… — еле слышно прошипел наёмник, почувствовав, как иглы прокалывают его кожу в нескольких местах тела, — Может ещё наживую резать будете, без наркоза, а?..        — Ни в коем случае, — послышался знакомый голос.        Скосив взгляд, Шрам узрел своего «земляка», который приблизился на определенное расстояние, но стоял чуть поодаль медиков.        — Мы лишь проводим комплексный осмотр. С помощью этого приспособления, которое называется «Эшмун».        Разведчик помолчал, смерив взглядом механизм, который был до ужаса похож на исполинского хищного спрута или растение, впившееся своими ловчими листьями в беззащитную добычу.        — Финикийский бог врачевания, Эшмун, — пояснил скорее сам себе РУАСник, переводя взгляд на одного из врачей и ловя его взгляд.        Тот, почти синхронно вместе с ним кивнул и указал ладонью на стоявший чуть поодаль экран. И как назло поставленный так, чтобы сталкер этого не видел. Когда оба отошли прочь, скрывшись с его глаз, наёмник опустил веки. Паранойя внутри, была подобна поднимающемуся шторму бушующего пламени лесного пожара — так сильно навевали ассоциации эти трубки с щупальцами кровососа…        Шраму неоднократно доводилось встречаться с этими тварями, в очень близком контакте, и видеть «наживую» последствия их трапезы, а также быть объектом их охоты…       К счастью, наёмник более-менее знал и понимал, как себя нужно вести в таких ситуациях. Поэтому он ни разу не совершал тех микроскопических ошибок, которые совершало большинство новичков… Встреча с этими монстрами всегда оседала в памяти, заставляя мозг делать слепок ситуации. Отпечаток события, закреплять его за собой, и запоминать. Благодаря этому, благодаря развитой паранойе и перекошенному восприятию, Шрам хорошо знал и помнил, как нужно себя вести при встречах с кровососами. И что пока ты двигаешься — ты можешь выжить.        Но тут… Тут его поймали! Обездвижили! И уже жрут!.. Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт!!!        «Спокойно… Местные эскулапы хотя бы наживо не режут… Пока что не режут… А вот травануть… Запросто могут.»        В какой-то момент Алексей почти потерял счёт времени, закатив глаза. В голове тяжко пульсировало от перенапряжения. Ощущения притупились. Он вдруг впервые постарался осознать, что с ним и где он. Впервые за эти долгие, насыщенные дни, он дал проклюнуться ростку его обычного, человеческого мышления, которое наверняка не выдержало бы осознания таких абсурдных для XXI века вещей, как перенос во времени вперёд… Чего там — даже для сталкера это было как-то… Из ряда вон.        Но это продолжалось недолго. Шраму стоило только наткнуться на давнюю сцену, запечатлённую в его мозгу — когда с ним тихо и обрывисто говорил Душман. Этот наёмник-афганец, судя по его истории, бывший одним из шурави, взял себе подобный позывной в качестве злой насмешки над своими «собратьями», против которых, если ему верить, он воевал, помогая советским войскам…        Тогда он говорил со Шрамом, уже заработавшим свой шеврон наёмника, о пси-полях:        «Натренировавшись, ты сам можешь определить, что реально для тебя, а что нет. А когда определишь — действуй! Никогда не позволяй себе потерять контроль над ситуацией, всегда действуй. Даже если окажешься в загробной жизни — действуй! Хочешь выжить — оставайся неизменным внутри, но адаптируйся внешне. И не давай запудрить себе мозги. И действуй. Выживает только приспособленный.»        Шрам открыл глаза и оторвался от размышлений когда его позвали уже во второй раз. По ощущениям от него наконец отсоединили этот жуткий механизм, достойный доктора Франкенштейна, и теперь призывали подняться. Наёмник сделал это с нескрываемым облегчением.        «К чёрту теорию. К чёрту идеи, размышления и философию, по крайней мере сейчас… Шанс в будущем упускать я не стану. С меня хватит практики.»

***

       Расположение в мягком кресле, похожего на исполинский массажёр, для Шрама уже было поприятнее — тут его уже ни к чему не подсоединяли. Лишь попросили устроиться поудобнее и подставить голову под огромную конструкцию, в которой он без труда угадал что-то вроде шлема виртуальной реальности.        Однако реальность, в которую его забросило, уж как-то больно походила на полное погружение. С вполне реалистичными ощущениями вокруг тела — как будто он действительно стоял где-то в сером бесцветном коридоре, сжимая в руках непонятное приспособление, в котором уже через мгновение было опознано оружие…        «Добро пожаловать в виртуальную систему тестирования боевых навыков. Для определения вашего исходного уровня, пожалуйста, пройдите вводный тест. Поднимите правую руку вверх, когда будете готовы.»        Шрам усмехнулся, осматриваясь в этой серой нереальности.        «Да, вот это впечатляющие методы тренировки. Интересно, а боль они умеют реалистично передавать?»        Наёмник чуть тряхнул головой и осторожно приподнял то, что было в его руках. Бело-серое, без магазина на вид, с единственной рукоятью и прикладом, являющимся как бы продолжением оружия, с каким-то изгибом… Нелепость, да и только. Какой-то грубый макет оружия компоновки булл-пап. Причем без магазина! Но это только первое впечатление…        «Вряд-ли они бы дали мне эту херовину просто так.» — сообразил Шрам, изучающе двигая оружием, которое (видимо по правилам виртуализации) в его руках не обладало ни малейшим «весом».        — Он не знаком с моделью M-7? — в голосе генерала звучало удивление пополам с пренебрежением, которое Александр успешно пропустил мимо себя.        — По докладам экипажа, с момента их встречи, он ни разу не использовал оружие на эффекте массы. Предпочитал собственное, огнестрельное, — РУАСник не отрывал взгляда от экранов, висевших перед ним.       На них изображались самые разные показатели — от вида «из глаз» наёмника и его самого, сидящего в кресле под разными ракурсами, до показаний пульса, давления, мозговой активности и ещё каких-то хитроумно ветвящихся значений цифр и букв.        Генерал качнул головой. Что ж, по крайней мере можно будет узнать, насколько хорошо этот «proxy-soldier» может адаптироваться и относиться к абсолютно неизвестным видам вооружения.

***

       Шраму потребовалось не так много времени, чтобы успеть понять, как именно требуется держать эту бандуру. Хотя, конечно, ощущения были не самыми лучшими, и он поднял правую руку вверх только тогда, когда окончательно разобрался, как же держать эту виртуальную булл-пап конструкцию.        Вокруг него тут же переменилось с его жестом. По сторонам, под ногами и над головой всё переменилось на стальные, безликие стены, образовались проёмы и коридоры, какие-то окна, обозначения… Картинка была впечатляющей. В довершение всего, Шрам точно «увидел» за стенами ярко-красные силуэты, похожие на человеческие, которые тут же погасли, стоило ему взяться за цевье.        «Моделирование стандартной боевой ситуации в ближнем бою. Противник — три человека. Вооружение: М-7 «Лансер». Для начала испытания, пожалуйста, махните левой рукой. — Бесстрастно прозвучал смоделированный голос.        «До чего дошёл прогресс — до невиданных чудес…»

***

       Тестирование показало себя на удивление успешно. Шрамов, как будто назло всем попыткам найти в нём непригодность, сумел разобраться в том, как работает виртуальное тестирование, и показал неплохие (даже по меркам бойцов армейского спецназа) результаты.        Первый же тест, закинувший его в стандартный бой против группы противников, прошёл успешно, все цели были поражены, пусть даже в идеальный норматив Алексей не вписался, оказавшись на уровне «79%».        Второй тест, в котором русскому приказали сражаться на чем-то вроде полигона, прошёл даже лучше. Все наблюдавшие сошлись во мнениях, что у того сидит где-то в подкорке память о неких его сражениях на открытом пространстве — рельеф местности он использовал успешно… Тесты повторили ещё пару раз, на сей раз включая ему «союзников».        Результаты отличались несильно по успешности. И в принципе, Александр уже хотел было приказать провести финальные «аттестационные» тесты в ослабленном режиме для подведения неких итогов, когда старший медик, мужчина с холодным взглядом серых глаз, безапелляционно потребовал дать Шрамову передышку, после чего включить ему один из «нечестных сценариев».        В глаза ударили яркие светодиодные лампы. Шрам на миг даже сощурился — в отличии от VR-шлема, успешно корректировавшего свет под его глаза, здесь было неприлично ярко. Вопреки мнению сталкера, его не ждали ни дула автоматов, ни строгий осуждающий взгляд… Лишь требовательные жесты медиков, которые указывали на стоящие неподалёку кресла с мягкой обивкой. Отдыхай, мол, боец.        «Ну что, пока что вроде не так плохо…» — Шрам невольно бросил взгляд на сурового немца-генерала с кибернетическими протезами, который отдаленно напоминал ему генерала Воронина из его далекого прошлого, ушедшего на десятки лет назад, — «Интересно, верхи долго ещё дрючить будут?»        Проводив отошедшего наёмника взглядом, Вернер снова обратил взгляд к своему доверенному лицу. Русский понял, чего от него хотят, без единого слова.        — Налицо явный боевой опыт. Военный, скорее всего разведчик, обладает большим опытом в ведении боёв на открытом пространстве, уверен и в Close-Quarters-Combat тоже. Однако…        Полковник задержался, подбирая слова.        — Он излишне осторожен, из-за чего теряет темп.        — Причины этой осторожности? — Рудольф поджал губы, точно слово «осторожность» было для него сродни слову «трусость».        — Вероятно… Он не имел дело с боевыми силовыми костюмами. Он ведёт бой так, словно на нём нет никаких средств индивидуальной бронезащиты.        На короткое время полковник РУАС замолк. Генерал обдумывал решение.        — Значит, рапорты… — Он медленно процедил следующие слова, — Не врут.        Александр только покачал головой.        — Опыт конфликтов в Центральной Азии, на юге России… Да и… прочее… Это объясняет уровень его навыков.        — Только не объясняет адаптации и того, что у него не «поехала крыша» от переноса в будущее, — Неожиданно прямолинейно заявил Вернер, буравя взглядом полковника, — Значит, предположения становятся реальностью. Ведомство действительно заинтересуется им, а мы…        Он бросил взгляд на Шрамова. Тот, сидя в кресле с военной осанкой, которая сохранилась в нём несмотря даже на заметно большой возраст, осматривал помещение. Именно так, как говорили до того все — осматривал в поисках любой практической возможности оказать сопротивление, найти подручное оружие.        — А мы посылаем в команду Шепарда бомбу с нестабильным часовым механизмом, — Закончил за генерала полковник.        Оба офицера снова переглянулись. Да, одинаковые выводы в их головах были отнюдь не редкостью. И как правило, они отнюдь не радовали обоих.

***

       Наконец, время отдыха, за которое Шрам успел как следует осмотреться и даже перевести дыхание, истекло. Миловидная девушка из местной медслужбы, тихим и спокойным голосом попросила его снова занять тренажёр.        Пререкаться не хотелось: Не было ни малейшей причины или проблемы. Да и сами тесты… Шрам был готов на абсолютно любое испытание, которое сможет пройти. А он почему-то был уверен, что пройти тест сможет. Так что место в кресле с виртуальной реальностью он занял спокойно и решительно, приготовившись к очередному испытанию…        …и не прошёл его.        Удивление в нём смешалось с непониманием, а непонимание с какой-то странной обидой. И если бы он мог видеть обоих своих «надзирателей», то заметил бы, с каким интересом они наблюдают за процессом тестов, и тем, как он второй, третий и четвёртый раз терпит неудачу.        — Он не укладывается во время, хотя и пытается. И начинает торопиться, — Заметил генерал.        На его лице медленно появилась улыбка. Пусть даже она была снисходительной, точно высший офицер видел выходки какого-то неопытного, необстрелянного молодняка.        Наёмник раз за разом оказывался в ситуации, когда его отряд оказался запертым в каком-то тоннеле и один из членов отряда, раненый, оставался недалеко от входа в этот тоннель, куда стремительно приближались условные противники… И Шрам каждый раз стремительно срывался с места в виртуальном тесте, и бежал, чуть ли не сломя голову, к раненому бойцу. Хватал его, взваливал на себя, или цеплял рукой за горжет бронекостюма, и так же быстро отходил назад, не желая оставлять раненого врагам. И каждый раз, система оповещала его:       Испытание не пройдено, боевая задача не выполнена.        В первый раз, взвалив раненого себе на плечи, он замедлился так сильно, что опоздал на целых пять секунд — отряд ушёл без него. Во второй раз результат был лучше — минус три секунды, и отряд опять ушёл. В третий раз результат улучшился на считанные доли секунд…        Теряя время, проходя тест снова и снова, Шрам требовал от себя максимума усилий. Если бы он проходил не виртуальные, а реальные тренировки — он бы запыхался и уже давно без сил стоял бы, прислонившись к стене. Но здесь он лишь ощущал бешеный стук сердца, обманутого виртуальной реальностью, слышал щелчки таймера, реалистичные звуки стрельбы… И видел свою задачу: Вытащить раненого и уйти вместе с группой. Да, это было сложно, даже слишком, но выполнить невыполнимое… Да, чёрт побери! Наёмник настаивал на этом.        И только спустя целую череду поражений, он попытался пойти по другой дорожке: Ведя беспокоящий огонь в сторону противника, он не сдвинулся, не побежал в сторону раненого, который лежал и протягивал руки в сторону сослуживцев. Сталкер продолжал стрелять… И получив приказ к отходу, двинулся в сторону, которую указали ему на тактическом дисплее.        Испытание пройдено, боевая задача не выполнена.        Александр пожал плечами, переглядываясь с Рудольфом, однако как только они сделали по полшага в сторону кресла с наёмником, надпись на экране, демонстрировавшем вид «из глаз» Шрамова, сменилась другой.        Вы хотите попробовать снова?        Да.        Александр перевел взгляд на своего командира, но наткнулся только на безразлично-холодный взгляд.        — Похоже, наш proxy-soldier не умеет жертвовать сослуживцами, — Холодно произнёс Вернер.        Полковник на это промолчал. Он понимал мотивы генерала. И понимал, что попытки подобного геройства от лица Шрамова являются чем-то глупым в его глазах… Поэтому без лишних слов приблизился к панели управления.        Испытание прервано.        Испытание с враждебными биотиками.        «А вот это уже интереснее», — Полковник перевел взгляд с панели на экран демонстрации, — «Как он себя поведет в столкновении со, скажем… десантницами азари?»

***

       Этот бой был уже куда занятнее — поначалу, при столкновении с вражескими биотиками, в одиночку, Шрам порядочно растерялся, и принялся отступать. Потом, очевидно, что-то сообразив, предпринял попытку вести огонь вслепую… Скрытый за укрытием, где-то в обширном зале погрузки-разгрузки, наёмник не смог сориентироваться достаточно быстро… И получил удар деформацией в лицо от второй азари-десантницы, которая смогла обойти его сбоку.        Вторая попытка отличилась — теперь Алексей двигался быстро и рвано, ни на миг не переставая стрелять, давая лишь жалкие мгновения передышки своему М-7. Кроя огнём одну из двух целей, он стремился разорвать дистанцию. На сей раз ему удалось резво увернуться от биотического броска, сместиться… И тут же получить удар сингулярностью.        — Достаточно, — Отрывисто скомандовал генерал Вернер, махнув ладонью и взглянув на часы.        Повинуясь его приказу, медики освободили из «плена» ВСТБН Шрама. Наёмник выглядел не очень здоровым, даже слегка запыхавшимся, точно после тяжелой физической нагрузки. От взгляда Рудольфа это не увернулось.        Шрам успокаивал дыхание, попутно пытаясь успокоить свое сознание. Ассоциативные ряды, возникшие при виде этих летящих голубых сгустках, горевших ярче вспышек «комет», заставили его почти поверить, почти погрузиться в ощущение прошлого. Даже тест с раненым его настолько не задевал.        Только спустя время он сообразил, что это был невыполнимый тест, призванный показать, как он себя поведет в критической ситуации.

***

       Жестом подозвав к себе полковника, генерал склонил голову к подчинённому, и тихо и чётко заговорил. По мере поступления информации, лицо русского менялось — от непонимания и недовольства, до удивления, и, наконец, удовлетворения сказанным.        —…и последнее: Ответственность будет лежать на Шепарде и Крауте.        С этой фразой, генерал РУАС резко развернувшись направился к выходу. Шаги его были настолько чёткими, что понять раздражение немца можно было даже гражданскому.        Оба русских смотрели вслед Рудольфу Вернеру ещё полуминуты, не обращая ни малейшего внимания на медперсонал. После, полковник повернулся к наёмнику и направился к нему с таким выражением лица, что в Шраме всколыхнулась недобрая паранойя.        — Ну что ж, Алексей… Навыки твои удовлетворительны, — Александр покосился на систему тестирования и вернул взгляд наёмнику, причем взгляд этот стал очень и очень серьёзным, — А сейчас слушай меня очень внимательно…

***

Тау Артемиды. Сектор Кносс. «Нормандия» SR-1. Бортовое время: 16:41 по Гринвичу.        Мрачная чернота космического пространства была грубо нарушена яркой вспышкой выходящего из сверхсвета фрегата. Доложив об успешном переходе через масс-реле, Джефф провёл корабль сквозь многочисленные облака газа и астероидов. Маленькая по космическим меркам, но в тоже время юркая «Нормандия», непрерывно работая двигателями, эффектно лавировала между громадными кусками астероидов. Будь это корабль покрупнее, или менее манёвреннее, риск столкнуться с этими объектами был бы достаточно велик. Но манёвренность, скорость и всевозможные продвинутые датчики обнаружения, производили приятное впечатление. Да и у пилота руки росли из нужного места. Рулевой Моро всё-таки не зря заслужил свой пост.        — Сэр, газовое облако и астероидное поле пройдены успешно, — обойдя космические препятствия, Моро доложил командиру, — прямо по курсу всё чисто!        — Принято, — сухо ответил Шепард, — Курс на Терум. Полный вперёд!        Отдав приказ, коммандер взглянул на тактическую голо-панель, над которой сейчас была изображена голограмма второй от местной звезды планеты, с кодом DIP-TaK6, или же просто Терум, вместе с краткой характеристикой о ней. Вулканическая планета земного типа, с богатыми залежами тяжелых металлов, а также целой сетью археологических комплексов, вкупе с небольшой индустриальной колонией, принадлежавшая одной из компаний с Земли… Всё что было в основном известно про этот самый Терум.        Но информация о населении планеты, ровно как и об её инфраструктуре, сейчас у коммандера абсолютно не вызывала интереса. В данный момент, его интересовала лишь цель, ради которой они сюда прибыли. Целью была довольно важная для командования и для Совета персона…        Взревевшая сирена и замигавший янтарным цветом весь отсек отвлекли его от раздумий.        — Что за?.. — помотав головой по сторонам, на миг оторопевший Шепард повернулся к штурману, — Пресли, доклад!        — На орбите Терума вражеский крейсер! — деловито бросил немолодой офицер. Кинув секундный взгляд на голографическую консоль, он добавил: — Сэр, это — геты!        — Картинку на стол! — в голосе коммандера промелькнуло раздражение. Он еле удержался от нецензурной брани в адрес прислужников Сарена.        Над теперь уже желтой голограммой планеты, высветилась алого цвета пульсирующая точка, которая за несколько мгновений выросла до насекомообразной космической фигуры. «Нормандия» не успела первой.        «Твою мать!» — про себя выругался Шепард, приблизив изображение, зависшего на орбите тяжелого крейсера гетов, и мысленно оценив его размеры, — «Эти твари и тут нас обскакали!..»        — Каковы ваши дальнейшие распоряжения, сэр?        — Активировать стелс-систему, — не поворачиваясь бросил штурману Джон, — пилоту — продолжать движение к орбите планеты. Быстро и скрытно. Как будем на орбите — провести сканирование поверхности. Всему экипажу, боевая тревога. Пресли, — коммандер повернулся к штурману, — прикажи всей боевой группе собраться в рубке связи. Чтоб через пять минут — все были там в полном составе!        — Есть, сэр!

***

       «Экипаж, внимание: Десантной группе немедленно собраться в БИЦ! Боевая тревога! Повторяю, боевая тревога!..»        Шрама точно пощёчиной разбудили от воспоминаний, прервав даже настырную головную боль. По кораблю прокатился рёв тревожного клаксона. Мигали жёлтые маячки, а оружейная группа, оставив свои рабочие места, уже направлялась в сторону выхода из отсека...        Наёмник тряхнул головой и пару раз сморгнул, прогоняя отголоски мыслей и воспоминаний. Сидевшая внутри него паранойя ехидно усмехнулась. Пришло время для новых боёв. А для воспоминаний время будет потом.

***

       Почти ровно через пять минут, по приказу Шепарда, в связной рубке собрались абсолютно все члены боевой группы. Как заметил Шрам, войдя в отсек и усаживаясь на первое попавшееся место — помимо новоприбывших оперативников РУАС, тут были и вполне знакомые ему личности, в лицах Кайдена с Уильямс, а также инопланетян. Даже Тали, на его удивление.        «С учётом её паршивых боевых навыков, на корабле ей место где угодно, но уж точно не в десантной группе.» — сталкеру было совершенно неясно, какого лешего она вообще тут забыла. В голове никак не уживалась мысль о том, чтобы подобные не-боевые девушки принимали участие в каких-либо открытых боях. Вот Уильямс…        Шрам скосил взгляд на американку. При всей их взаимной неприязни, он не мог не признать, что она солдат. Она приучена к бою, пусть даже скептичный разум Алексея и сомневался в том, что она протянет дольше среднестатистического мужчины.        Но Тали’Зора…        «А есть ли мне до этого дело вообще?» — про себя хмыкнул Шрам, слегка мотнув головой, вдруг поймав себя на зарождавшейся мысли. С чего бы это он волнуется за какого-то нелюдя, судьба которого ему была совершенно безразлична? Да и определял состав не он, а его теперешний командир — Шепард. А коль уж этот янки решил взять её в десантную группу, то… Ему виднее.        Сам коммандер появился чуть позже остальных. Едва ему стоило войти в отсек, почти все собравшиеся чуть ли не синхронно встали со своих мест. Однако все они, тут же были остановлены нетерпеливым взмахом руки. Окинув взглядом собравшихся подчиненных, СпеКТР с решительным видом начал:        — Итак, времени у нас в обрез. Поэтому сразу введу вас в курс дела.        Несколькими движениями руки, Шепард, активировал голографическую панель. Секунда, и перед его лицом выскочила тактическая карта. Шрам только хмыкнул. Вроде и ожидал подобного… Но как-то внутри все странно крутилось, когда он видел эти технологии.        — Незадолго до нашего отлёта с Земли, — продолжил СпеКТР, повернувшись к группе, — командование Альянса и Совет Цитадели, приказали нам в срочном порядке прибыть на планету Терум. Наша задача: Задержать и доставить к условному месту доктора Лиару Т’Сони.         Панель за спиной Шепарда с писком высветила фотографию молодой азари, вместе с её личными данными, собранных в короткую рамку в левой части изображения. Шрам воззрился на молодое женское лицо, про себя подмечая, что её черты, как и черты тех азари, что он видел мельком, уж очень походят на человеческие. Если бы не цвет… Алексей тут же сделал мысленную пометку — выяснить побольше об особенностях этих синих дамочек. Воспоминания о тесте в ВСТБН и о тех… Биотиках? Это осело в памяти уж очень крепко. И требовало рефлексии.        — Как вы уже наверно, догадываетесь, она является дочерью матриарха Бенезии Т’Сони, одной из приближённых Сарена. И именно она, — коммандер указал на фотографию азари, — на данный момент, является нашей основной целью. Но, к сожалению, у нас возникли неприятности.        Голограмма тут же сменилась на изображение зависшей на орбите насекомообразной туши крейсера гетов. Шрам мысленно присвистнул, оценив его размеры. Тот был метров эдак в шестьсот-восемьсот если не больше. Здоровая махина. Внутри сталкера все нехорошо сжалось.        — Как только мы начали сближение с планетой, корабельный лидар зафиксировал эту посудину. Исходя из данных корабельных сигнатур, это крейсер гетов. Но это, далеко ещё не самое худшее…        Коммандер провёл рукой. Изображение корабля, через секунду сменилось на карту горного рельефа одного из участков планеты, со множеством пульсирующих алых пометок.        — В этом участке, — коммандер указал на карту, — где по данным, предоставленным нам от РУАС и ГОР предположительно находится Т’Сони-младшая, наши сканеры зафиксировали огромное скопление войск противника, сопоставимая с двумя пехотными батальонами.        Среди членов группы, прошлась волна удивлённых шепотков и вздохов. Даже Рекс, не говоря уже о Шраме, удивительно выпучил глаза. Полтора — два батальона против отделения это не просто много — это очень много.        А если ещё судить по небольшой части информации, что Алексей успел собрать за все дни об этих… гетах, то ситуация становилась совсем плачевной. Одно дело, когда ты сражаешься с живым существом или инопланетянином (о боевых навыках «местных», Шрам имел хотя бы малейшее представление), но совсем другое — когда тебе противостоит робот. Самая настоящая боевая машина, наделённая передовым искусственным разумом.       Нет, конечно, тогда на Иден Прайме он как-то смог выкарабкаться… Но переть против такого противника, когда он превосходит тебя числом — чистой воды суицид. Это всё равно что «чайнику» сыграть шахматную партию против гроссмейстера. А ведь гроссмейстеры проигрывали именно машинам…        Некстати начала зудеть левая нога. Несмотря на то что раны, нанесённые на Иден Прайм, благодаря здешней медицине, уже затянулись, при виде или даже воспоминании об этих гетах, они жутко зудели, словно бы предупреждая об опасности. Подобное Шрам испытывал в первое время своего пребывания в Зоне, после одной из вылазок на Свалку. Когда его, как и отряд наёмников в котором он состоял, покоцали внезапно напавшие снорки.        — …такова наша ситуация, — утонувший в мыслях и рассуждениях Шрам и не заметил, как пропустил часть сказанного Шепардом, — вопросы?        — Сэр, — выслушавшая командира, Эшли подняла руку, и после кивка задалась, — То есть получается, что мы должны буквально приземлиться на этом пустынном шарике, посреди этой кучи гетов и найти эту азари?        Коммандер в ответ лишь кивнул.        — Всё верно, Уильямс.        — Сэр, это же самоубийство! — горячо возразила девушка, чуть привстав, — лезть на эту планету — всё равно что акулам в зубы!..        — Есть варианты получше? — холодно парировал Джон, подняв бровь.        Открывшая уже рот, Уильямс была перебита Вакарианом:        — Сэр, я не хочу показаться трусом и паникёром, — взял слово Гаррус, — но она права — против такой орды гетов, мы и десяти минут не выстоим. Нас тут даже взвода не наберется, а их там целая армия. Если мы…        — Если мы будем действовать быстро и умело — у нас будет шанс на успех, — неожиданно прервал того полковник Краут, сверкнув на турианца своим красным имплантатом. На голос командира опергруппы РУАС повернулись абсолютно все.        — Вдобавок, — Арен поднял руку, с силой продолжая, пока его не прервали, — на нашей стороне будет фактор внезапности. Геты не подозревают о том, что мы здесь. Так что, — РУАСовец развёл руками, — какие-то козыри у нас есть, господа.        — С чего бы вдруг такая уверенность, сэр? — покосился на того Кайден.        — В противном случае, нас бы уже засекли и уничтожили, — сухо произнёс немец, на что лейтенант лишь брезгливо отвёл взгляд.        Повисла тишина — казалось, что прислушавшись, можно услышать звук работающего масс-ядра или даже писк приборов из БИЦ. Каждый, за исключением хозяина слов (от которого так и несло самоуверенностью), обдумывал сказанное. Невольно многие про себя признавали, что говоривший прав, и соглашались с его доводами. Даже Шрам.        — У кого ещё есть вопросы? — идиллия тишины вскоре была оборвана Шепардом.        Шрам, неожиданно даже для самого себя поднял руку. В его сторону тут же повернулись головы. Уильямс смотрела на него холодно, Гаррус — удивлённо, взгляд Краута был нечитаемым.        — Слушаю.        — Какова будет роль Тали’Зоры в составе группы?        На миг повисло удивленное молчание, прерванная саркастичным смешком Эшли, которая прошипела себе под нос нечто нелицеприятное в адрес наёмника. Кто-то удивился, а присутствовавшая Тали вообще впилась в Шрама таким взглядом, который тот подчёркнуто игнорировал, глядя на Шепарда. Коммандер еле приметно усмехнулся, понимая ход мыслей русского.        — Специалист по радиоэлектронной борьбе и защите.        — Это невозможно осуществлять с орбиты? — наёмник не обратил ни малейшего внимания на то, что взгляды, направленные на него вдруг стали неодобрительными или ехидно-едкими.        — В нашем случае — невозможно. Тали, — Шепард повернул голову к кварианке, которая посмотрела в ответ, — Идёшь только во второй линии и на рожон не лезешь. Поняла?        — Да, коммандер, — Отрывисто кивнула девушка. Джон снова скосил взгляд на наёмника:        — Ещё вопросы?        — Nikak net, — Шрам качнул головой и сел на место, уперев руки в подбородок, и игнорируя любые взгляды или тихие шепотки.        — У меня есть вопрос, — неожиданно для всех Краут снова заставил всех замолчать, подняв руку, — каков план действий, сэр?        — План действий следующий… — коммандер вновь повернулся к компьютеру.

***

       Через полчаса, когда примерный и буквально созданный на ходу план операции был утверждён, отделение в полном составе переместилось на нижнюю палубу, где им предстояло подготовится к высадке. Заняла она почти пятнадцать минут, что по армейским меркам было слишком долго. Хотя это было простительно, с учётом того, что к этой внезапно появившейся миссии, необходимо было тщательно подготовиться — Шепард ещё во время планирования наказал оружейникам подобрать соответствующее для задания снаряжение.        К этому они отнеслись как должно, примерно представляя что из себя представляют такие противники как геты. Благо коммандер, а также Эшли и Аленко уже имели определённый опыт который они извлекли на Иден Прайм, да и Тали дала несколько хороших советов по гетам. Так что члены отряда, вооружаясь, уже имели приблизительный образ своего врага. Как говорится:        «Предупреждён — значит вооружён!»        С щелчком одев наручи бронекостюма, Шепард, повесив на плечо М-18, оглядел группу. Часть боевого отделения, включая его, уже были готовы к высадке, терпеливо ожидая тех, кто всё ещё возился с экипировкой. Возня с экипировкой, была вообще темой отдельной. В большинстве своём, загруженная на корабль броня была новой, высококачественной, но толком никем из экипажа не освоенной. Даже сам коммандер не был знаком с некоторыми моделями, не говоря уже о тех кто служил в «линейных войсках», как Эшли, где такие штуки вообще редкость.        Но вот зато с освоением оружия, к его радости, проблем ни у кого не возникло. Даже у того русского, которого Ликвидаторы, видимо, уже успели немного поднатаскать. Отряд, памятуя слова командира, выбирал себе именно то, что максимально подходило для задания. Спецназовцы-оружейники в сторонке не стояли, помогая некоторым с выбором оружия, давая короткие советы, когда видели, что кто-то колеблется.        «Итого у нас есть… — коммандер мысленно начал подводить итог глядя на подчиненных, — у нас в распоряжении автоматы, дробовики, два пулемёта, три снайпера, у Кайдена гранатомёт, гранаты, взрывчатки, мины и…»        Шепард скептически взглянул на рядом стоящий БМД, возле которого собравшиеся трое Ликвидаторов, включая Арена, что-то оживлённо обсуждали тыкая в планшет, прокладывая маршрут поисков.        «…и "Мако". М-да, не густо получается.»        Даже с М35 их отряд тянул только на небольшую разведгруппу. Тут конечно, на что-то большее рассчитывать не приходится, и придётся действовать по обстановке… Ещё на стадии планирования, Шепард твёрдо решил стараться избегать затяжных схваток с гетами и действовать на планете как можно быстрее. По иронии судьбы М35 для этой задачи, подходил хорошо.        Коммандер поморщился, плотно сомкнув глаза. Бред обкурившегося двоечника-курсанта, а не серьёзный план же! С высоты текущего опыта Шепард, неохотно признавал самоубийственность этой миссии, и он мысленно был готов к тому что кто-то, а то и все, могут не вернуться с задания.        От этих мыслей в голове СпеКТРа коротким пульсом отозвалась головная боль. Прикрыв глаза, офицер медленно помассировал лоб. Боль в голове не унималась уже второй день, зачастую не давая ему трезво мыслить. И это не говоря уже о том, что его ещё мучила бессонница. Джон не раз и не два наведывался к Чаквас с этой проблемой. Но та лишь бессильно разводила руками. Карин могла выписать ему только снотворное, да и то не шибко помогало. Засыпать если и удавалось, то с очень большим трудом. Так и ходил все два эти дня коммандер — с красными глазами, весь вялый, уставший, раздраженный и толком не выспавшийся.        — Ёбаный маяк, — про себя выругался коммандер, памятуя ту встречу с протеанским маяком, помассировав переносицу, — меня эта бессонница когда-нибудь доконает…        Рука потянулась к верхнему карману бронекостюма, и уже через секунду в ладони СпеКТРа была белая таблетка. Не хотелось прибегать к этому средству, но вот он, самый крайний случай. Это было единственным спасением, тем более, что вскоре им предстоит бой, а для этого ему как командиру нужно иметь ясную голову. Мрачно хмыкнув, Шепард не колеблясь сунул в рот первитин — сильный психостимулятор, и разжевав всухую, слегка поморщился, и оглянулся. Благо, кроме Кайдена и наёмника, то что он сделал никто не увидел. Друг еле приметно кивнул, а русский только сморгнул, ничего не сказав.        — All right, people, — произнёс Джон одев шлем, положив автомат на плечо и повернувшись к собравшемуся отряду:        — Проверить снаряжение и герметичность костюмов.        Характерные щелчки, металлические лязги, шипения и пыхтения стихали — группа была готова к выходу.        — Все готовы?        — Да сэр! — нестройно пронеслось по отряду.        — Тогда вперёд!        Проявляя чудеса ловкости, первыми захлопнув люки, в «Мако» запрыгнуло трое оперативников. Секунда-другая…        В чреве БМД вдруг послышалось низкое жужжание — словно где-то глубоко-глубоко заработал маленький, но мощный моторчик ВСУ. Фыркнуло и двигатель заурчав, монотонно взревел, оглашая своим рёвом всю палубу. Тут же, один за другим, в чрево машины начали грузится бойцы отделения. Уже через минуту весь отряд из двенадцати солдат, сидел внутри «Мако».        Операция началась.

***

       — Шайсэ! — пожалуй это было самое точное описание того, по какой неровной местности пришлось ехать лейтенанту Генриху Фаусту, сидящего за рулём «Мако». Как бы он не старался, а о нормальной езде здесь придётся только мечтать — поверхность Терума, как и вообще любой другой вулканической планеты, всегда отличалась неровными складками местности. Ямы, кочки, горы, крутые склоны и обрывы… через всё это ему приходилось ехать.        А из-за прошедшего недавно дождя езда стала вообще сущим адом — на поворотах полноприводный «Мако» часто уходил в занос, скользя по грязи, норовя влететь в какое-нибудь лавовое озеро или реку.       Спецназовец серьёзно прилагал усилия и навыки мехвода, дабы не слететь с дороги. Хотя какая там дорога… Один офф-роад кошмар.        И это не говоря о том, что они находились в тылу врага. Несмотря на то что на их пути геты ещё не встречались, Фауст, поглядывая в экраны камер и смотровые щели, был уверен, что это очень ненадолго. Они наверняка засекли их высадку, а значит встреча с ними была лишь вопросом времени.        — Эй, в кабине! — донесся из десантного отделения, недовольный возглас Аленко, — нам ещё долго ехать?!        — Ещё несколько миль. Потерпи лейтенант, — ответил ему Арен сидевший на месте командира.        — Да вы издеваетесь, блять!.. — понизив тон, процедил страж, — Я ща сблюю!..        Настроение Кайдена целиком и полностью, разделял весь отряд. Машину швыряло влево-вправо, и вперёд-назад, раскачивая, точно корабль в шторм. Хреново было всем. Особенно плохо приходилось Гаррусу, который буквально втянув голову в туловище, напоминал черепаху, и обнявшему пулемёт оружейнику Андерсу. Их крупное телосложение, броня и высокий рост в условиях тесного и узкого пространства сейчас играли с ними злую шутку. Да и наёмник, также как и все одетый в броню, чувствовал себя ни разу ни лучше. Разве что Рекс легко терпел неудобства езды, хотя и было заметно, что он тоже не в восторге.        Шрам мысленно успел отметить что от таких трясок он уже порядком успел отвыкнуть — к десятой минуте езды его начало подташнивать. А ведь в Чечне с Афганом, порой внутри этих «Братских Могил Пехоты» было куда хуже чем сейчас, особенно находясь под чудовищным обстрелом…        Внезапно со стороны кабины раздался предупредительный визг сирены. Холодный, синтезированный женский голос ВИ машины ужасающие быстро и чётко произнёс:        — Ракета справа!        — Блядь, ПТУР!!! — взревел одновременно кто-то из кабины. Тьфу, твою мать… Накликал, — налево! Налево выворачивай!        Водитель, резко нажав на педали, вывернул штурвал. Что-то внутри глухо щёлкнуло — местность вокруг машины начала покрываться густой дымовой завесой. «Мако» вильнул в сторону очень вовремя — в то место, где он находился, тут же прилетела ракета, разорвавшись слева от БМД покрыв его осколками. Отрывистый рёв клаксона замолк.        — Мощность щита — 90% — уведомил ВИ.        — Спешивайтесь, сэр! — крикнул Арен коммандеру, перекрикивая треск заработавшего танкового пулемёта, — не подпускайте их к нам!        — Понял! — кивнул СпеКТР, — Отделение — на выход! Динамическую Защиту в активный режим! Бегом! Бегом! Бегом!        Дважды повторять было не нужно. Из распахнутой двери, один за другим высыпали члены отряда, прикрываемые пулемётно-пушечным огнём БМД.        — Рассредоточиться! Залечь! Прикрывайте танк! У кого оптика — отсекайте гранатомётчиков!        Спрыгнув на землю, наёмник, пригнувшись, метнулся к ближайшему укрытию, на ходу достав из-за спины винтовку. Позади послышался непонятный визг, перемешавшийся с пулемётным грохотом, и треском автоматов — группа рассредоточившись вокруг БМД подключилась к бою, а «Мако», высадив десант, рванул вперёд, работая короткими очередями из пулемета и периодически стреляя из основного орудия куда-то в сторону гор спереди. К счастью или нет, противолазерный дым окончательно рассеялся открывая обзор всему отряду.        Сталкер прильнул к прицелу — впереди, со склона горы, растянувшись в три длинные цепи, ведя постоянный огонь, шли геты. Оптика, послушно скушав пятьсот с небольшим метров, приблизила их, а встроенная в прицел электроника, фиксируя каждого, насчитала три взвода. Хреново. Если уж не умением, то числом задавят точно.        Впрочем, Шрам не стал придаваться паническим настроениям, тут же их отбросив. Поудобнее перехватив оружие, наёмник, «перекрестив» первого гета, нажал на спуск.       «Винторез-2» мягко толкнувшись в плечо, выплюнул очередь из четырёх пуль. Первые две пули разрядили щит, последние вонзились тому в «глаз» и грудь, мигом оборвав его «жизнь».       Минус один.       Наёмник тут же перевёл прицел на его соседа — тот, не обращая внимания на уничтожение товарища, продолжил идти вперёд. На этот раз пули угодили куда-то в область «живота», что-то оттуда вырвав и круто того развернув.       Второй готов.       Третий, также как и второй, продолжал невозмутимо наступать. Прицелившись сталкер хотел снова выстрелить… Но не успел — сквозь хаотичный шум боя раздался хлесткий выстрел снайперской винтовки. Синтетик рухнул на землю беспорядочной грудой металлолома, а растерявшийся Шрам поглядел по сторонам, и лишь потом, узнав стрелка, хмыкнул.        Сидевший в отдалении за камнем справа от него, Гаррус, сжимая длинную снайперскую винтовку, собирал свой урожай. Сделав ещё один выстрел, турианец тут же нырнул в укрытие — некоторые геты, завидев снайпера, мгновенно обрушили на его позицию вольфрамовый шквал… По счастью, того уже не было там. Прикрываемый огнём из MG-52 Андерса, высокий и прыткий ксенос, словно начисто игнорируя травмы, полученные на Цитадели, пригнувшись, поспешил сменить позицию. Молодец, костемордый, знает своё дело!        Мысленно похвалив инопланетянина, Шрам прильнув к прицелу «Винтореза-2», продолжил своё дело…        Вообще у этой винтовки, было совсем другое название — БССВ «Скальпель». Однако, увидев его в первый раз, приятно удивлённый наёмник мысленно окрестил его «Винторезом-2». От своего предка «Скальпель» унаследовал уж очень много — чего стоил только один внешний вид, имевший почти стопроцентное внешнее сходство, не говоря уже о хитроумном стволе-глушителе. Да и конструкция была построена отнюдь не на «эффекте массы», как наёмник уже привык здесь видеть, а как и у пистолета СПС-22, на огнестреле.        Как ему объяснил на корабле Андерс — схема включала газоотвод с применением электрического зажигания. Калибр другой, и был несколько больше — 10×45 мм безгильзовые боеприпасы.       Ознакомление с ней по сравнению с М-18, продлилось на удивление не так долго, и за предельно короткий срок, Шрам смог вскоре вполне досконально ознакомиться с её устройством, и уже иметь в голове образ того как с ней обращаться. Тут, как ни крути, а всё же огнестрел, хоть и со своими наворотами… Наёмник про себя радовался как ребёнок. Хоть что-то отдалённо «знакомое» из его мира.        Стрелять из этой крошки было сплошным удовольствием. Винтовка по сравнению с предком, была точнее, имела большую кучность и больший калибр. Десятимиллиметровые пули значительно прибавили в дальнобойности, настильности и устойчивости в полете. Отдача практически не ощущалась — надетая броня надёжно гасила её. Благодаря этому, контроль над оружием удался прекрасно. Шрам просто переводил прицел с одного врага на другого, насаживая очередного «циклопа» на перекрестье и плавно выжимая спуск.        Расстояние по классификации «марксмана» было близкое — четыреста-пятьсот с небольшим метров. Вдобавок встроенная электроника надёжно всё корректировала, делая за него все необходимые расчёты, начиная от упреждения и скорости ветра, вплоть до силы гравитации. Чудеса да и только!        — На двенадцать! Ещё идут! — крикнул один из спецназовцев, — Циклоп обработай их!        Только сменивший магазин Шрам, вновь прильнул к оптике. И вправду, из-за горы появились ещё две шеренги. На этот раз шли не так кучно как предыдущие, держа друг от друга дистанцию, и отстреливаясь. Первые же три цепи, сильно поредев, сменили тактику — вместо того чтобы идти напролом, они рассеялись, и отстреливаясь, перебегали от укрытия к укрытию. Подоспевшее подкрепление поступило аналогичным методом, только успев попасть под плотный огонь «Мако».        — На тринадцать! Трубу тащат, твари! — рвя связки заорала в эфир Уильямс, перекрикивая грохот очередей.        Сталкер среагировал быстро. Вбитый инстинкт подсказывал уничтожить танкоопасную цель. Не время было вспоминать о былой неприязни.        — Где? Не вижу! — отозвался Шрам, переведя прицел в указанное место, и не найдя гранатомётный расчёт.        — Обозначаю! — крикнула сержант, — «Трасса» пошла!        В сторону гетов тут же ушли тонкие почти «лазерные» лучи трассирующих пуль. Наведясь на то место, куда ушли заряды, наёмник наконец-то увидел «истребителей танков». Двойка уже разворачивала ПТУР, готовясь сжечь БМД. «Скальпель» застрекотал.        «Шр-р-рх! Шр-р-рх!» — вокруг гетов взвились фонтанчики пыли и искр из пробитых корпусов.        — Вижу ещё… Твою мать!        Один расчёт они всё же пропустили. Прикрываемые огнём сородичей, геты-гранатомётчики, развернув своё орудие в сторону «Мако», дали залп. Застывший в ужасе Шрам, словно в замедленной съемке, видел в оптику как из длинной, толстой трубы, полыхая двигателем, вылетела быстрая, слишком быстрая ракета и преодолевая расстояние, летела в машину, повернувшее орудие в другую сторону…        Яростный вопль застрял в его горле, когда реактивный снаряд долетел до цели, вонзившись в лоб.       Взрыв и… ничего.        Обомлевший в этот момент сталкер, серьёзно оторопел, когда вместо покорёженной, сожжённой машины увидел целёхонький БМД. Он далеко не сразу вспомнил, что здешняя бронетехника имеет щиты. Перед его глазами, уже плясали памятные картинки горевшей техники в Афганистане и Грозном, с истошными криками пацанов, оказавшихся в компактных кремационных печах.        Реакция экипажа «танка» не заставила себя долго ждать. Остановившийся «Мако» развернул орудие — загрохотавший пулемёт ответной очередью разорвал расчёт на части, после чего, БМД тут же рванул с места, продолжая вести огонь.        — Да ёб вашу мать, снайперы! — прорычал разгневанный Шепард, — Глаза, блядь, разуйте! Коробку из-за вас чуть не спалили, сука! Проебёте ещё — лично…        Договорить свою гневную тираду ему не дали. С правого фланга, с шипением ударило сразу несколько таких же стремительных ракет. Первая, оставляя за собой дымный след, понеслась к БМД врезавшись в землю около него, другая же нацелилась на…        — …вот блять! — успел выдать наёмник, повернув голову. Оцепенение слетело с разума, захватив всё, кроме вбитых инстинктов и навыков. Всё было точно в замедленной съёмке…       Шрам оттолкнулся ногами от земли, рванув вперёд. Пущенная в его сторону ракета за несколько секунд преодолела расстояние в семьсот метров. И врезавшись в камни, служившие сталкеру укрытием, рванула.        Точно само небо ударило в него сверху, а земля — снизу. Даже шлем не до конца смог скомпенсировать звуковой удар. Взрывная волна подбросила прыгнувшего наёмника и подняв над землей, пронесла по воздуху, крепко приложив того об скалу. Слишком быстро, чтобы что-то предпринять, и достаточно медленно, чтобы разум протестующе заставил всплыть перед глазами боевые сцены из далекого прошлого.        «Только не так!»        —…права!!! С правого фланга заходят!.. — наёмник уплывающим сознанием услышал из динамика голос Шепарда.

***

       — Справа!!! С правого фланга заходят!.. — эфир разрезал отчаянный вопль коммандера, — Циклоп, огонь на правый фланг, на правый фланг!        — Понял, работаем! — отозвался по рации Арен, тут же переключившись на выполнявшего роль наводчика, товарища, — Gareth — drei uhr! Infanterie! Splittergranate laden! ¹        — Geladen! ² — отозвался спецназовец, развернув орудие в указанную сторону, одновременно с лязгом зарядившегося орудия.        — Feuer!        Стомиллиметровое орудие коротко рявкнуло. Осколочный снаряд, пролетев пятьсот метров, лёг прямо в середину наступающего отряда гетов, ведомых трёхметровым сородичем, в котором узнавался Прайм. Взрыв. Выпущенные на волю, сотни поражающих элементов, косой смерти прошлись по рядам синтетиков, разнеся на обломки около дюжины.        — Treffer! — произнёс Краут, не обратив внимание на ухмылку медика, глядя в монитор. Уловив пошатнувшегося, но не рухнувшего от взрыва Прайма, он тут же скомандовал, — Ziel — Prime! Drei uhr! Sprenggranate laden! ³        — Gesichtet, feuerbereit! ⁴        — Feuer!        — Getroffen!.. — оскалился наводчик, наблюдая как поймавший фугасный снаряд в корпус Прайм, разлетелся на части.        — Циклоп — Текиле, — на связь вышел Шепард, перекрикивающий трески очередей, — У нас трёхсотый! Прикрывайте, пока мы им займемся!        — Плюс, работайте, — Гаркнул в гарнитуру полковник. В этот момент, на мониторе перед ним выскочило уведомление, — Аспид, к пулемёту! Коси их!        Без лишних слов, вышеназванный Аспид, он же Гарет, втопил гашетку спуска. Остывший четырнадцатимиллиметровый пулемёт вновь загрохотал. По рядам гетов снова прошёлся вольфрамовый вихрь, сеющий смерть и опустошение. Эффект от попаданий пуль крупного калибра был впечатляющим — разогнанный до сверхсвета снаряд, если не разрывал, то пробивал насквозь точно, что даже для ИксИна, было смертным приговором. Следом к огню подключился отряд, залив агрессоров плотным огнём.        Синтетики среагировали быстро, мигом разбежавшись по укрытиям. Но успели или смогли это сделать далеко не все — обстрел который вёл отряд, был просто чудовищным.        — Ракета спереди! — уведомил ВИ.        Словно бы подтверждая слова, со стороны холма по которому вёлся огонь, понеслась ракета, которая через несколько секунд, уйдя в сторону, взорвалась позади машины — бесперебойно работающая радиоэлектронная защита снова спасла экипаж. Наводчик с ответом не замедлил. Очередь, вторая — и с расчётом ПТРК было покончено. Поводя перископом, Краут вдруг увидел что к гетам подоспело подкрепление. Привычно РУАСовец скосил взгляд на обозначение прицельных иконок…        … и тут на миг застыл от удивления.        — Was zum?! ⁵        Приблизив изображение, Арен увидел как из-за холма, сбившись в несколько небольших групп по пять стволов, начали появляется серые, гуманоидного вида фигуры. И это, судя по тому, что видел взгляд полковника, и тому, что говорила система наведения, были не геты. Автоматизированных, четких движений, свойственных всем синтетикам, у них не было. Действовали они отнюдь не как бесстрашные геты, а… Как обычные боевики. Или скорее…        — Наёмники, — процедил немец, увидев в мониторе человекообразную фигуру, резво перебегающую из укрытия к укрытию. Переключив канал связи, Краут прокричал в микрофон, — Всем внимание! На одиннадцать вражеское подкрепление! Это не геты, повторяю — это не…        — Плазма слева!        БАХ!        Раздался грохот и треск протестующего металла. В борт ощутимо что-то ударило, заныли и зазвенели внутренности машины. Загорелись яркие алые огни.        На командирском визоре тут же выскочило предупреждение: Внимание, мощность щита — 0%!, однако оглушённый Арен от поплывшего на мгновенье сознания, не заметил её. В это же самое время, в броню «Мако» вонзился второй плазменный заряд…

***

       — …ставай… Вставай…        Привалившийся к камню наёмник будто бы ожил, вновь зашевелившись. Гул в голове стоял такой, будто чугунной сковородой огрели, не говоря уже о красной пульсирующей боли в голове. Шрам медленно поднял веки… И застыл. Несмотря на то, что картина перед глазами плыла и двоилась, он смог разглядеть синего цвета электронный интерфейс, с непонятными надписями и показателями на английском языке. Сталкер не сразу вспомнил где он находится…        — Вставай… — точно эхом в голове прогудел незнакомый ему молодой мужской голос.        Слева послышался звук приближающихся шагов. Наёмник с трудом приподнял голову. Мышцы не слушались — сказывались контузия и шок. Тяжелую, пудовую голову с трудом удалось повернуть в ту сторону, куда нужно…        … и от увиденного его сердце едва не пропустило удар.        Нависая над ним, слева стояла высокая, тёмная человеческая фигура. Облаченная в чёрный, местами порванный кожаный плащ с камуфляжными штанами, на шее висел респиратор, а за спиной, сталкер разглядел обмотанный тряпьём АКС-74. Лица его из-за капюшона видно не было, и казалось что на его месте клубилась тьма. Холодный несуществующий взгляд был устремлён прямо на него.        В голове шумело, край сознания покрылся ледяным налётом.        — Вставай, Шрам… — вновь прогудело в голове. Неизвестный медленно протянул ему руку, — Твоя борьба ещё не окончена. Вставай...        По спине пробежал холодок, а к горлу подкатил ком. Шрам не смог проронить ни слова, лишь наблюдая за ним с плотно сомкнутой челюстью и выпученными глазами. Гул, как и алая боль будто бы куда-то ушли, а время вокруг точно остановилось в гробовой тишине.        — Вставай, — всё так же спокойно, повторил он.        —…есть, сэр! — донеслось вдруг справа.        Шрам повернулся на голос. В его сторону пригнувшись, быстрыми шагами шёл человек с М-18 в руках. Одетый в броню, белым рисунком черепа на лицевой части шлема, и шевроном N7 на руке.        «Свои…»        — Очнулся всё-таки! — воскликнул боец подскакивая к нему, — Я уж боялся, что тебя на себе тащить придётся. Как самочувствие, раски?..        Боец присел на корточки перед ним, а Шрам очень своевременно вспомнил его: Это был Райот. Один из бойцов отряда спецназа РУАС на корабле.        — Кому ты руку-то собрался тянуть?        На наёмника это подействовало как ведро холодной воды. Встрепенувшись, он резко одёрнул руку которую поднял, даже сам не заметив. После чего повернул голову в сторону где он видел незнакомца… «Чёрного» там уже не было.        — Эй! Ты в норме, старик? Э-эй, ты меня слышишь, камрад? — спецназовец помахал рукой перед его глазами, — Ты в норме? Сколько пальцев я показываю?        — Два, — произнёс Шрам, мотнув головой и сморщившись, — жить буду.        — Вот и славно, — коротко ответствовал Ликвидатор, опуская руку, закованную в броню и критически осматривая русского, — М-да... Крепко ты башкой приложился. Почти всё пропустил.        — Что именно?        — Много чего, — махнул рукой спецназовец, кинув взгляд куда-то в сторону, — Под конец эти суки дымы поставили и съебались. Но мы отбились.        — Долго я валялся?        — Да хрен его... Минут девять-десять, если не больше. Тебя ракетой как зацепило, наш колдун Аленко, и командир сразу в укрытие оттащили.        Скосив взгляд ниже, Шрам увидел лежащий на коленях, поцарапанный и вымазанный в грязи БССВ, и не менее грязную броню. Райот, чье имя — Сэм — он как-то тоже невзначай вспомнил, тоже чистотой не отличался.        — Зацепили?        — По мелочи, — смутно пояснил спецназовец, — лёгкое сотрясение у тебя. Считай что счастливчик, а так бы могло быть и хуже…        — Райот — Текиле. Что со Шрамом? — из динамика приглушённо донесся голос Шепарда.        — Очнулся, — ответил Райот, потянувшись к гарнитуре.        — Состояние?        — Цел, не жалуется. Воевать сможет.        — Тогда оба на позицию, бегом.        — Плюс, отбой! — кивнул опер, убрав рук от шлема, — Ладно, отдохнул и подъём! Хорош лежать.        Поднявшись, Сэм протянул ему руку, за которую Шрам тут же ухватился. Резким рывком, Ликвидатор с легкостью поднял его на ноги, после чего, кивнув, пригнулся направившись на свою позицию.        Шрам подобрал лежащий рядом БССВ, после чего, присев за камень, бегло осмотрел. Местами поцарапан, вымазан в грязи. В остальном — порядок, оптика цела, электроника работает, ствол грязью не засорён. Надежный. Пожалуй, понадежнее «младшего брата» из XXI века…        — Повоюем ещё... — резюмировал наёмник сменив магазин.        Высунувшись из-за камня, Шрам оглядел поле боя. А поглядеть тут было на что — холм, откуда им с фланга зашла ещё одна группа гетов, был весь усыпан покорёженными «трупами» и разбросанными остатками синтетиков, от некоторых из которых ещё шло слабое синеватое пламя — по этим явно отработал БМД. Глядя в оптику, сталкер насчитал двадцать, если не меньше «более-менее целых» уничтоженных синтетиков, и присвистнул. Нехило они тут поработали.        Оглядевшись по сторонам, сталкер вскоре обнаружил и остальных членов отряда. Все они заняв укрытия за камнями, направили стволы в сторону холмов, контролируя свои секторы огня. Чуть дальше, в отдалении стоял, распахнув люки, БМД, возле которого кружились четверо бойцов, в одном из которых Шрам даже издалека узнал Тали.        — Походу, коробку подпалили…        Знакомое спокойствие, на грани постоянной готовности его захватило с головой. Все были при деле. Наконец-то нечто знакомое и привычное, а не политика или теневые вопросы.        — Текила, мы тут нашли кое-что, — в общем канале возник голос Кайдена, — Тебе на это стоит взглянуть. Срочно!        — Понял, сейчас буду!        Мимоходом скомандовав двоим спецам следовать за ним, Шепард, стремительно взлетев на холм, вышел к участку, который Аленко прочёсывал вместе с Гаррусом, и Андерсом.        — Что у вас?        — Глянь! — лейтенант указал на находку возле которой стоял турианец, — Нашли тут кое-что. Вернее кое-кого.        Возле камня, держась за окровавленный живот, сидел наёмник, чьё лицо под стеклом шлема было бледно до синевы. Оружие его лежало в стороне, явно отброшенное. Гаррус держал раненого на прицеле.        — Не жилец, — мрачно констатировал Краут, приблизившись, — Брюшина в фарш. Меньше часа не проживёт.        — Это ты его так, Ариец? — мрачно хмыкнул Сэм, хлопнув двухметрового оружейника по наплечнику. Андерс в свою очередь, молчаливо наблюдал за умирающим «proxy-soldier».        Шепард приблизился к раненому, который слабо поднял на того взгляд. Ни единого мускула не шевельнулось на лице коммандера под шлемом — слишком часто он видел этот обреченный взгляд. Четко и без колебаний, он отодрал тому руку от раны, вызвав слабый протест, после чего резким движением вогнал ствол М-18 прямо в кровавое месиво.       Раненый хрипло взвыл от боли и задёргался. Джон не отпускал ещё секунду, которая казалась подстреленному наёмнику намного более длинной. Гаррус, мотнув головой, опустил оружие, за что удостоился косого взгляда от Арена. Ликвидаторы как и Кайден, безмолвно смотрели на пытку.        — Слушай сюда, урод… — Джон угрожающе спокойно заговорил, приблизив шлем к раненому, — Ты один хрен через час сдохнешь. Так что или ты сейчас мне всё расскажешь, и я избавляю тебя от страданий как мужчину, или…        М-18 обагрилась кровью. Неприятный влажный звук прервался, когда боец взревел, мгновенно багровея лицом:        — А-а-а! Хватит, хватит! А-а-а!..        —… или сдыхать будешь долго. Ты этого хочешь?.. — Шепард, издевательски хмыкнул, надавив стволом на рану. Гаррус снова дернул головой.        — А-А-А! Прошу, не надо! Я всё скажу!..        — Замечательно, — усмехнулся командир, слегка ослабив давление, — Итак: Доктор Лиара Т’Сони здесь? Она на этой планете?        — А-агх-х… Да, да!..        — Где она?        — В подземелье… В раскопке номер шестьдесят… мгх… четыре… в трёх километрах отсюда… Там она!.. Её там… заперло в стазис-поле, вроде бы… Мы её оттуда вытащить не можем!..        — Лжёшь! — холодно прошипел коммандер, и надавил на рану так, что наружу брызнула кровь пополам с желчью.        — А-А-А-НЕТ! КЛЯНУСЬ, ТАМ ОНА, ТАМ! В омнитуле все есть, и у командира тоже было-а-А-А-А!!!        Сказанного было достаточно, чтобы РУАСовцы тут же рассыпались вокруг, осматривая трупы, а Гаррус, опустившись на одно колено, активировал инструментрон на руке наёмника. Стараясь не смотреть на ранение и шустро пройдясь по файлам, Вакариан быстро произнёс:        — Он не врёт, сэр. Информация в его омнитуле это только подтверждает.        — Всё верно, — подтвердил Арен, оторвавшийся от тела, на чьей броне красовались специальны маркеры, непохожие на прочие, — В инструментроне их командира тоже есть нужная информация. Он говорит правду.        Раненый отчаянно закивал, часто и неглубоко дыша. Шепард хмыкнул.        — Ладно, — он убрал автомат от раны. Раненый, облегчённо выдохнув, тут же схватился за живот, — Верю.        Приставив к шлему наёмника ствол, Джон быстро нажал на спуск, не дожидаясь протестов. Выстрел. Дёрнувшись, раненый боец с простреленным насквозь черепом, рухнул на бок.        — До раскопки, о которой он говорил, где-то минут десять езды… Это если больше сюрпризов не будет, — продолжил Гаррус, прокручивая у себя в инструментроне скачанную информацию, — Охраны там… Два-три взвода наёмников.        — Хорошо, — покивал головой Шепард, после чего повернулся к Крауту, который пустым взглядом смотрел куда-то перед собой. Почему-то ему только сейчас бросился в глаза его странный прикид — вместо полновесной брони, полковник был одет в тёмный защитный комбинезон, с танковым бронежилетом поверх него, нижняя часть лица его была закрыта респиратором, а на голове красовался чёрный кепи с орлом над козырьком. И это при здешней-то жаре… — «Мако» ещё на ходу?        — Jawohl, — покивал головой немец, после чего сверкнул имплантатом на него, — машина на ходу.        — Okay… Тогда идём, — вздохнул СпеКТР, активировав канал, — Все к машине, выступаем!        Члены отряда один за другим начали спускаться с горы, идя к танку. И едва Сэм хотел сойти вслед за остальным, как вдруг заметил, что его командир так и остался стоять на своём месте в задумчивости. Приблизившись, Райот заметил, что Краут рассматривает обломки Прайма.        — Думаешь о том же что и я, командир?        — Угадал, — не глядя бросил Арен в ответ, — не нравится мне всё это.        — Согласен, — лейтенант поравнялся с командиром, — Не похоже это на них. Геты так быстро бы не отступили.        — Верно. Геты так просто никогда не уходят. Могли бы нас задавить… — полковник взглянул на участок где стоял «Мако» с их отрядом, — Тем более на открытой местности нас бы в два счёта разделали. Они нас прощупывают.        Райот понятливо кивнул, соглашаясь.        — Как тогда, в семьдесят девятом...        — Да, как тогда на Хестроме, — продолжил за него полковник, испустив вздох, — Сначала прощупывали на зубастость, как сейчас, а потом…        —…загоняют в ловушку, — Сэм кисло поморщился от неприятных воспоминаний.        — Всё правильно, — согласно качнул головой немец, — Только я не могу понять, зачем они делают это сейчас… Странно это всё…        — Ему об этом стоит знать? — лейтенант кивнул в сторону отряда.        — Нет, — произнёс Арен, поняв, кого он имел ввиду, — В противном случае — на операции можно ставить крест. А Вернеру это не понравится…        Картер молчаливо покивал головой соглашаясь — генерал Рудольф Вернер, боевой офицер, всегда был требователен до предела, и не принимал неисполнения приказов.        — Ладно, идём Сэм, — поправив кепи, Краут развернулся, хлопнув товарища по наплечнику, — мы выступаем…

***

       Данные с инструментронов не соврали — через десять минут, отряд, ехавший на сей раз в полной тишине, натолкнулся на полуразрушенный научный лагерь, отстроенный возле громадного входа в тоннель.        Охраной выступало три взвода наёмников со сторожевыми турелями. Но несмотря на то, что наёмники уже были осведомлены об их присутствии и заняли все позиции, группе, пользуясь складками местности удалось застать бойцов врасплох — почти всю территорию вокруг лагеря и входа в подземные секции, окружали горы и холмы, через которые, отряд успешно прошёл и, пользуясь позиционным преимуществом, атаковал.        К чести бойцов ЧВК, среагировали они быстро и умело, заняв укрытия и попытавшись дать бой. Однако это отчаянное сопротивление лишь ненадолго замедлило группу — уже в первые минуты боя «солдаты удачи», несмотря на поддержку двух крупнокалиберных турелей, начали нести серьёзные потери.        «Шр-р-рх! Шр-р-рх!» — Шраму повезло выцепить местного командира. «Скальпель» показал себя против бронированных людей чрезвычайно эффективно — часть пуль, ушедших ему в шею, почти оторвали ему голову. Эффект был крайне деморализующий.        Дальше всё пошло точно по сценарию. Рекс, и Кайден, совместно с Шепардом и Уильямс ударили с одной стороны, под прикрытием Гарруса и Шрама. Ликвидаторы же при поддержке БМД вонзились в ряды противников с другой, буквально в считанные секунды навязав наёмникам ближний бой.        Скорость, агрессия и умелая скоординированность дали плоды уже через четыре-пять минут — хлипкий заслон наёмников отряд СпеКТРа буквально смёл. На сей раз обошлось без потерь и даже без ранений.        Пока РУАСовцы зачищали территорию, добивая редких подранков, Шепард собрал бойцов рядом со входом в подземный комплекс. Им требовалась небольшая передышка, ведь несмотря на удачную ликвидацию внешнего рубежа обороны, самое сложное им предстояло ещё предстояло пройти.        — Расклад такой, — начал Шепард перед собравшимися у входа членов отряда, — Заходим, находим доктора Лиару Т’Сони и быстро назад. Она нам нужна живой и по возможности невредимой, так что работаем осторожно. Гранаты и всё что взрывается — применять только по мере необходимости. Это понятно? А сейчас — разделимся. Все, кого я назову, идут со мной. Остальные остаются сторожить вход. Рекс, Эшли и Тали — вы со мной!        Шрам неодобрительно качнул головой, но этого, по счастью, никто не заметил.        — Поняла, сэр! — ответила сержант. Кроган с кварианкой, молчаливо кивнули. Если в первом чувствовалась уверенность, то вторая скорее воспринимала это как серьёзное и опасное дело. И это было хорошо — свои силы следовало оценивать трезво.        — Рекс, отдай Кайдену пулемёт. Там внизу всё равно от него не будет толку.        Вышеназванные тут же выполнили приказ. Кайден, получив в руки массивный MG-52, с патронами к нему, взвалил его на плечи, а Рекс расставшийся с пулемётом, достал из-за спины М-18.        — Краут, — Джон обратился к Ликвидатору, который тут же вскинул голову, — мне понадобятся двое из вашего отряда. Нужен спец по взрывчатке и медик.        — Понял, — кивнул немец в ответ, после чего тут же подозвал подчинённых; — Райот, идёшь с ними! Аспид, ты тоже. Клиенту может понадобится твоя помощь, и прихвати транквилизатор на всякий случай.        — Jawohl! — отозвался Гарет, который до этого выполнял роль наводчика в «Мако».        — Остальным занять позиции, — продолжил коммандер, — И окопаться. Полковник Краут остаётся за старшего, — Джон взглянул на спецназовца, который в ответ на назначение старшим, кивнул, — расставьте пулемёты, назначьте позиции для дозорных. «Мако» отгоните в укрытие и отремонтируйте. Если мы через двадцать минут не выберемся или не свяжемся…        Шепард кинул короткий взгляд на Арена и, как ни странно, на Шрама. Алексей взглянул в ответ. Командир не выглядел нерешительным, но его плечи точно дрогнули под тяжестью ответственности за своих людей.        — Сами знаете.        — Jawohl, kommandant!        «Что-то не хочется мне думать о таком исходе…» — Невесело подумал Шрам. Однако вместо этого он перехватив БССВ покрепче, еле приметно ухмыльнулся. Присутствующие здесь противники были уничтожимы. Значит шансы на выживание здесь такие же как в Зоне — 50 на 50. Либо да, либо нет. Всяко лучше, чем стопроцентная гибель, не так ли?        — Всё, — покивал головой Шепард. Окинув взглядом отряд, он скомандовал: — Работаем.        Оставив позади часть отряда, штурмовая группа, ведомая коммандером, вошла в тоннель. Штурм подземелий комплекса №64 начался.       Продолжение следует…