Плохое начало, хороший конец.

      Проснулся он рано утром в собственном доме, в собственной постели абсолютно голым, рядом была полностью белоснежная кошка с голубыми, как море, глазами, ну, в общем, как и всегда в этом доме. Приподнявшись на локтях, Рид почувствовал сильную боль в пояснице, которая заставила его тихо болезненно зашипеть. С болью пришли и воспоминания. Внутри все сжалось и он трясущимися руками дотронулся до метки, после чего с силой до хруста сжал плечо. Кошка обеспокоенно мяукнула и потерлась о талию хозяина.       — Чертова жестянка..       Погладив кошку и закончив пиздострадать, Рид встал с кровати и поплелся в ванну. Благодаря метке и сексу течка ослабла до минимума. Включил душ и встал под холодные бодрящие капли воды, по внутренней части бедра начало стекать чужое семя, отчего Гэвин зажмурился и оскалился.       — В-внутрь... Ах ты ж тварь...       Хоть внутри все и горело адским пламенем от злости, где-то была маленькая льдинка боли от того, что, проснувшись, он не увидел рядом своего альфу. Может, завести альфу не так уж и плохо? Ему ведь уже под сорок, а он один. Закончив с душем, небрежно вытерев волосы, Гэвин начал собираться на работу. Покормив кошку, насыпав в миску не самый дешевый корм, пошел одеваться. Одевшись, взяв все необходимое: пушку, телефон и деньги — вышел из дома и направился к машине. На улице было холодно, мрачно и моросил маленький дождик.       Придя в офис, Рид спросил, где его жестянка, но никто не знал. Подойдя к своему столу, он никого не увидел. Только папку нераскрытых дел на столе. Как-то неприятно стало тянуть внизу живота. Сев за свой стол, начал разбираться с кучей бумаг. Через минут пятнадцать рядом стоял Ричард с кружкой кофе.       — Доброе утро, детектив. Что Вы здесь делаете?       — Ах, блять!.. — вздрогнув от неожиданности, Гэвин поднял взгляд на андроида. — Работаю, тупая машина. Вали отсюда, — прорычал Рид, оскалившись на него.       Ричард поставил кружку кофе, которую точно не готовил Риду, схватил Гэвина за шиворот и потянул в кладовую. Работники, увидев это, тут же начали шептаться о том, что все, андроид девиантнулся, а Гэвин доигрался по полной. Но всем стало резко похуй на происходящее. Затащив испугавшегося Гэвина в кладовую, не сильно швырнул его в стену, но приложиться и удариться спиной Рид все же умудрился. Ошарашенно смотрит на андроида, медленно вставая по стеночке.       — Что тебе надо, кофеварка?..       — Детектив, отныне вы мой. И попрошу, нет, прикажу, прекратить называть меня бытовой техникой.       Гэвин хотел огрызнуться, сказать колкость, но, посмотрев на смиряющие серые глаза андроида, закрыл рот и медленно отвел глаза на пол, сильнее вжимаясь в стену. Гордо вскинув голову, выпрямив и так широкие плечи, Ричард не спеша подошел к вжимающемуся в стену Гэвину, звонко стуча каблуками по отполированной плитке... Оторвав глаза от пола, Рид посмотрел на андроида, который стоял перед ним во всей своей красе и величине.       — Гэвин. Запомни, раз и навсегда — ты моя омега и навсегда ею останешься.       Не выдержав, Рид начал кричать и покрывать всевозможным матом стоящего перед ним Ричарда. Некоторые работники покосились на дверь в кладовую. Через минуту настала гробовая тишина, все подумали, что конец котенку: Ричард задушил беднягу. Некоторые спорили и даже делали ставки на то, что там происходило. Одни говорили, что он умер, другие, что у них там дикий секс. Через минут двадцать, вышла омежка, мягко говоря, потрепанной. Хэнк отдал Коннору сотню, смотря на Гэвина и Ричарда.       Прошла неделя все знали, чей теперь Гэвин. На работе Ричард сохранял хладнокровие. Но дома он высказывал какую-то нежность к Гэвину. Рид был все еще против этих «отношений». Но живот постоянно болел и тянул, о чем Ричарду он ничего не сказал. Характер из-за чего-то стал мягче и спокойнее, что сказывалось на работе и повышению раскрываемости дел по убийствам и пропавшим андроидам.       Вечером, сидя на диване и попивая сладкий чай, Гэвин смотрел тупую передачу, рядом сидел Ричард, поглаживая Рида по мягким волосам, отчего тот тихо мурчал. Допив чай и зевнув, Гэвин удобнее пристраиваясь на груди андроида. Ричи нежно улыбнулся, продолжая поглаживать мягкие волосы, заставляя Рида медленно проваливаться в сон.       Наконец, начался их законный отпуск. Гэвин мирно спал, а Ричард смотрел на свою спящую омежку, ведь так мило было наблюдать, как этот человек может злиться и хмурится, даже когда спит. Отпуска у Рида не было уже несколько лет, так что долгожданный долгий сон дарил блаженство, а лежащий под боком альфа дарил чувство спокойствия и умиротворения. Проснувшись, он увидел лицо своего андроида, что-то пробубнил себе под нос похожее на «гребаный андроид, каждый день вижу его рожу», но при этом обнимал и прижимался лицом к его груди.       С каждым днем непонятные чувства в животе усиливались, беспокоя Гэвина. Ричард заметил, что с Ридом что-то не так. Он каждое утро смотрит на свой живот и ходит весь день подавленный или просто корячится от боли. Андроид не раз настаивал на походе в больницу, боясь, что его человек болен, но каждый раз Гэвин отнекивался или переубеждал его.       Днем они проводили время как парочка, ходя в магазины, готовя ужин, смотря фильмы с попкорном. А по вечерам наслаждались плотскими утехами и телами друг друга. К слову, Гэвин все еще за два месяца их отношений не привык к тому, что должен ложиться под мужика, тем более под андроида.       Одним дождливым днем (в этом городе всегда был дождь) Рид шел на место преступления пешком. Так как был ремонт дороги, а объехать никак было нельзя. Вдруг из закоулка его схватила рука в черной перчатке и, заткнув ему рот, затащила в темноту. Рид смог ударить пару раз этому козлу, по морде и животу, но особо не помогло, так как его ударили железной трубой по затылку, может, эта была не железная труба, но соприкоснувшись с головой Рида, она издала звон.       Очнулся Гэвин в черном помещении, лежащим на кровати со связанными руками и кляпом во рту. Принюхавшись и почуяв запах лаванды, до него тут же дошло, кто это. Такой запах имел только один человек в мире — Элайджи.       В комнату зашел человек и раздался грубый, низкий голос:       — Давно не виделись, братец.       Рид изо всех сил пытался выбраться, как дикий зверь, чувствующий приближение конца, но все было без толку. Подойдя ближе, Камски снял кляп, залез на кровать и расставил руки по обе стороны его головы, нависая сверху, страстно целуя родного брата, на что получил кровоточащую губу, которую укусила рычащая омега. Слизнув кровь, Элайджи одним резким движением перевернул того на живот       — Блять... Отпусти меня, мудозвон!       — Гэвин, Гэвин. Разве ты не понимаешь? Ты слишком слаб, чтобы противостоять мне. Тебе никто не поможет.       Тем временем на месте преступления. Ричард начал волноваться, что детектива до сих пор не было. Благодаря крепкой связи между омегой и альфой Ричард почувствовал, что что-то не так, его тянуло в сторону здания, похожего на заброшенный склад, возле которого стояла охрана.