Жизнь, зачем ты мне дана?

Россия так и продолжал сидеть на лавочке и курить. Братья отправились спать, видя, что Иван загрустил. Они знали, что сейчас ему нужно побыть одному, наедине с собой. Брагинский умел впадать в меланхолию. В последнее время, правда, было слишком много дел, да и не хотелось. В стране все было мирно и тихо, внешняя политика закрутила так, что некогда порой было отоспаться, так что не было и поводов грустить. Но теперь его втягивали в странные отношения. И если с Германией все было достаточно ясно, то непонятно было, что делать с Америкой? Россия не хотел верить Альфреду после всего, что было между ними. Их отношения - это чистейшая концентрированная ненависть и ничего более. Не было даже малейшей симпатии за последние сто лет. А теперь Джонс неожиданно заявляет, что любит его. Как можно в это поверить? Хотя, с Германией тоже странная ситуация. Ни с того, ни с сего признался в любви. С другой стороны, Иван всю их совместную историю чувствовал странный интерес к себе со стороны немца. Брагинский полагал, что интерес этот продиктован лишь завоевательскими соображениями. Только вот сейчас в этом нет смысла. Не могло же случиться, что Бальшмидт затевает новую войну? Или, может, эти двое в сговоре и просто отвлекают его внимание от более важных вещей? Может, они готовят на него нападение? Русский тряхнул головой. Это глупо. Ладно, Америка, но Германия же не настолько глуп, чтобы снова объявлять ему войну? Память услужливо подкинула воспоминание. Россия сидел под раскидистой березой, зажимая рукой рану на животе. Повсюду, куда только мог упасть его взгляд, можно было увидеть трупы. В основном, это были молодые парни, жизнь которых оборвалась навсегда. А где-то вдалеке можно было услышать стоны умирающих. Они не смогли остановить натиск немецкой армии, их было слишком много. Иван прикрыл глаза. Снова война. Неизвестно какая по счету на его жизни. Позади дерева раздался хруст сухой ветки. Ваня сжал в руке нож, от оружия все равно не было толку, патроны давным-давно кончились. -Не думал, что ты еще здесь. - Усмехнулся Россия. Он знал, кто стоит позади. -Хотел знать, жив ты или нет. - Германия обошел дерево и встал перед ним. Иван с ненавистью глянул на Бальшмидта, презрительно нахмурившись. -Жив, что со мной будет. - Пожал плечами русский. -Сдайся. - Людвиг высокомерно улыбнулся, - тебе не победить. А если добровольно сложишь оружие, я пощажу тебя. -С чего вдруг такое милосердие? - Брагинский дернулся от боли в кровоточащей ране, - Если я еще когда-нибудь тебе поверю, выставлю себя глупцом. -Нет смысла тебя убивать, ты будешь необходим чтобы управлять этой громадной территорией и остатком твоего народа. - Немец впился в него холодными глазами. -Я никогда не сдамся. - Отчеканил Россия, сверкнув глазами, - Это тебе ясно? -Тогда ты продолжишь наблюдать как гибнут твои люди. - Людвиг равнодушно осмотрел поле с павшими солдатами, - Итог все равно будет один. -Я ненавижу тебя. Ненавижу. - Прошипел Иван и резко кинулся с ножом на Германию. Людвиг не ожидал такой прыти от раненого России, поэтому Брагинский с легкостью его завалил и воткнул нож в грудную клетку. Затем сам рухнул рядом, силы окончательно его покинули. Германия выдернул нож и отбросил его. Для немца это ранение не было опасным, раны заживали быстро, в отличие от ран русского, которые требовали лечения из-за тяжелого положения во всей стране. -Идиот. - Усмехнулся Людвиг, - Я хотел с тобой по хорошему договориться. Он поднялся с земли и навис на лежащим Россией. Взгляд того затуманился, но все еще излучал непокорность обстоятельствам. Германия вздохнул, достал пистолет и направил на Брагинского. -Я же тебе живым нужен. - С усмешкой пробормотал Иван. -Это, впрочем, и необязательно. - Немец пожал плечами, - Я просто вырежу твоих людей и все. Следом раздался выстрел. Россия задрожал. Он словно вновь почувствовал как умирает. Конечно, он потом восстановился, но только спустя полгода. Благо, его нашли Костя и Николай, выходили. -Ваня? - Голос Германии вернул его в реальность. -Чего не спишь? - Спросил Брагинский, потушив сигарету. -Я слышал как ты играешь и поешь. - Людвиг улыбнулся и сел рядом на лавку, - Очень красиво. У тебя великолепный голос. -Спасибо. - Россия чуть покраснел, - Слушай, а можно вопрос? -Конечно. - Людвиг кивнул. -Что ты почувствовал тогда..., - Иван сделал паузу, - когда убил меня? Германия задрожал. Он по мелочам помнил войну с Россией, особенно то, как убил его. Это был приказ, Брагинского нужно было нейтрализовать, без живого воплощения страны, война шла куда легче для противника. Тогда для него это не было трудно, но все же привнесло терзания в его душу. Людвиг все чаще и чаще возвращался к мысли, что Иван ему нужен, несмотря на всю политику и идеологии. -Мне так жаль. - Немец опустил взгляд, -Я... -Не извиняйся. - Резко прервал его Ваня. - Скажи, что ты тогда почувствовал? Силу? Власть? Гордость? -Ничего. - Германия устало на него посмотрел, - Я не почувствовал ничего. Но это было сродни опустошенности. -Я просто не понимаю. - Иван закрыл лицо руками, - Ты сказал, что чувства ко мне возникли давно, но как ты тогда смог меня убить? -Иногда не мы принимаем решения, - Бальшмидт уставился в небо, - ты же должен это понимать. -Нет. Это бред, Людвиг. - Иван мотнул головой, - Я бы в такой ситуации оставил тебя в живых. Да, это могло повлечь разные последствия, но моя совесть была бы чиста, а душа спокойна. За свои действия мы сами отвечаем, правители здесь ни при чем. -Прости меня. - Уже в который раз произнес Германия. -Ладно, - Россия неожиданно притянул его к себе и обнял, - пошли спать? Я, кажется, перебрал. -Да, пойдем. - Согласился Людвиг. В номере они оказались довольно быстро. Россия пошел умыться, пытаясь сбить остатки алкоголя, а Германия разделся и лег в постель. Ваня вышел минут через пять, мокрый и взъерошенный. Сняв одежду, он лег рядом. -Совсем и спать не хочется. - Пробормотал Брагинский. -Но тебе нужно проспаться, иначе как на заседание пойдешь? - Людвиг повернулся к нему и улыбнулся. -Так и пойду, тоже мне, великое событие. - Буркнул русский и тоже повернулся на бок, - А ты красивый. -Спасибо. - Щеки немца заалели. Россия улыбнулся и положил руку ему на талию, притягивая ближе, и вдруг поцеловал немца. Целовался Иван нежно, что как-то не вязалось с его обычным поведением, но Германии это нравилось, он не любил грубость. Прервав поцелуй, Ваня погладил его по щеке. -Спи. - Русский улыбнулся и крепко его обнял, - И прости меня за все эти расспросы сейчас, просто мне так сложно довериться. -Я знаю, Ваня, - Людвиг тоже его обнял, - я тебе докажу, что не вру. Так страны и заснули, крепко обняв друг друга. С утра Германия проснулся в постели один, но по шуму воды он понял, что Россия в ванной. Через пару минут Иван вышел, он был уже одет и выглядел достаточно бодро. -Доброе утро. - Ваня улыбнулся и сел на постель, - Соня. -Доброе. - Германия тоже улыбнулся, - а по тебе и не скажешь, что ты вчера пил. -Волшебство. - Хмыкнул Россия, - Я пойду, скоро уже собрание, пока не нужно, чтобы нас вместе видели. -Да, конечно. - Кивнул Бальшмидт, - Но может, вечером прогуляемся? -Посмотрим. - Россия задумался, - Почему бы и нет. Поцеловав на прощание немца, Россия вышел из номера и направился к лифту, он собирался еще выпить кофе до собрания. Возле лифта он столкнулся с Америкой. Джонс выглядел как-то потрепанно, словно не спал всю ночь, под глазами у него залегли темные круги, а взгляд был какой-то блуждающий. Ивану это, естественно не понравилось. Вопреки здравому смыслу он теперь чувствовал некую ответственность за этого парня. -Привет, Альфред. - Осторожно сказал он. -Привет. - Америка глянул на него, сразу опуская взгляд. -Что с тобой? - Сразу задал вопрос Иван. -Все хорошо. - Нервно улыбнулся американец, - Тебе-то какое дело? Джонс весь как-то странно дрожал. -А ну иди сюда. Россия схватил его за руку и потащил к себе в номер. Америка не особо и сопротивлялся, ему словно было все равно. Хлопнув дверью, русский швырнул Альфреда на кровать. -Что, еще поиздеваться хочешь? - Дрожащим голосом, сокрытым равнодушием, спросил Америка, - Или может изнасилуешь меня? -Не льсти себе, - Язвительно ответил Ваня и сжал его запястье, - просто кое-что проверю. Он поднял рукав куртки выше сгиба локтя и выругался. Альфред рвано выдохнул и зажмурился. -Колешься, значит? - Злость в голосе Брагинского сильно испугала американца, - Какого хера, Америка? -Не твое дело! - Альфред резко отскочил от него. - Тебя это не касается, ясно?! Через секунду тишину комнаты разрезал звук пощечины. Америка всхлипнул и приложил ладонь к саднящей щеке. Рука у России была тяжелая, это он уже понял. -Успокойся. - Ровно произнес Брагинский, - Как давно ты подсел? -Уже год. - Рвано ответил Джонс, - Но не делай вид, что тебе не все равно. -А причина? С чего вдруг ты начал это? -Я устал думать о тебе, устал быть влюбленным в тебя, но при этом терпеть от тебя только насмешки и унижения, ты ведь меня даже всерьез не воспринимаешь. И так на протяжении многих десятилетий. -Ты за это хорошо отыгрался, когда разрушился Советский Союз. - Нахмурился Иван. -Я не хотел отыгрываться. - Америка поднял глаза - из них устремились мокрые дорожки слез, - Я хотел, чтобы ты видел, что я, как и ты, сильный, что я тоже могу решать мировую судьбу, как это раньше делал ты. Все, что я делаю, только для того, чтобы ты меня хотя бы заметил как равного себе. Россия был тронут такими словами. Он буквально чувствовал то, как Джонсу больно, да и на наркотики он бы просто так не подсел. Но это не меняло того факта, что Иван к нему абсолютно ничего не чувствовал. -Успокойся, Америка. - Русский подошел ближе и стер слезы, - Хватит. И с наркотиками завязывай, ты же не идиот, должен понимать, как это опасно. -До меня все равно нет никому дела. - Вновь всхлипнул парень, - Говоришь, ты одинок и тебя ненавидят? Да тебя пол мира обожает, причем искренне, а вот меня ненавидят все. Я же везде войны развязываю, везде влезаю, по вашему мнению. Даже Артур не хочет находиться со мной в одной комнате больше пяти минут. -А он-то почему? -Не знаю, ему просто плевать на меня. А ведь он мой брат! - Америка уже был близок к истерике, - Мне он был очень нужен, но его не было рядом! -Тише-тише. - Россия прижал его к себе. Впервые ему стало жаль Альфреда. Америка уже откровенно рыдал, вцепившись в пиджак Ивана. Брагинский обнимал его и гладил по спине, стараясь успокоить. Через несколько минут Джонс все же успокоился, теперь просто рвано дышал, уткнувшись в плечо России. -Тебе поспать надо. - Заговорил Иван, - Ложись, не нужно ходить в таком виде на собрание. Америка кивнул и лег на кровать, мгновенно вырубаясь. Иван устало опустился на кровать. Иногда он себя ненавидел за чрезмерную жалость, но поделать с этим ничего не мог. Тем более, что Альфред явно не врал. Каждый из них нуждается в родственной душе. Даже если весь мир против тебя, это не страшно, когда есть человек, который в любом случае тебя поймет и поддержит. Кажется Альфред, заигравшись в величие, растерял всех близких. -А как ты хотел, - Тихо произнес Ваня и погладил его по пшеничным волосам, - с большой силой, приходит такая же гордыня, а с ней рука об руку идет и одиночество. Но ты был слишком молод, чтобы это понять, верно? Хуже всего сейчас было то, что теперь Америка снова начнет его преследовать, почувствовав эту мизерную заботу и доброту, что дал ему Иван сегодня. Россия не хотел новых проблем, тем более теперь он вроде как с Людвигом. Нужно было что-то делать, но что?