МАЙВЭЙ

Уткнувшись лбом прямиком в дверь, ведущую в спальню, Учиха недовольно цокнул языком, толкнув ладонью эту деревянную преграду и входя в комнату, порог которой не переступала ни единая душа, кроме самого хозяина дома. Узумаки простоял еще несколько секунд, а затем, дернув головой, решил последовать за Саске, который уже успел скрыться с голубых глаз. Блондин шел, попутно оглядывая габаритный дом и стараясь не заблудиться. Вот, клочок учиховского халата мелькнул за поворотом, куда быстрым шагом направился парень. Дорогая дверь с глухим стуком закрылась прямо перед его носом, на что Нару хмыкнул, закатив глаза. Узумаки опять оглянулся, стараясь запомнить обстановку, чтобы, если что, знать, как выйти из этого «лабиринта». Юноша, вернувшись взглядом к двери, поддался вперед, открывая ту с тихим скрипом. — Господи, Учиха, да ты прям в замке живешь каком-то. – С явственным удивлением заявил он, потерев подбородок. – Я не удивлюсь, если сейчас мы в каком-нибудь уголке найдем одну из твоих мертвых шлюх. – Юноша пожал плечами, сразу же, чуть ли не прыжком залетая на кровать, утыкаясь щекой в подушку, обняв ее. Он поднял взгляд на стоящего около светлого брюнета, громко кашлянув, обратил его взор на себя и поманил пальцем, призывая к себе. — Надеюсь, я когда-нибудь привыкну к твоей наглости и прекращу удивляться, — с незаметной в темноте улыбкой проговорил Саске, двигаясь следом за гостем, попутно снимая с плеч халат. – Я-то думал, по всем правилам и типичности ты сразу уедешь, а не развалишься здесь. — Хмыкнул брюнет, ложась, к счастью, на своей излюбленной половине кровати, сразу забравшись под темное, как сама ночь, одеяло. — В этом районе я ни разу не был, так что... — шумно выдохнув и пытаясь разглядеть в лице Учихи хоть что-нибудь в этой темноте, Узумаки скрылся под теплым одеялом, — по всем правилам ты вызовешь мне такси, дашь что-нибудь из своей одежды, я тебя поблагодарю и уеду. А уж потом, до встречи на работе, начальник, — усмехнулся Наруто, невольно прижавшись к брюнету. — Ты же в курсе, что на таком темном материале отчетливо видны пятна от спермы? Удачно пропустив все слова Узумаки и, остановившись лишь на последних, Учиха невесомо щелкнул по лбу юноши. – Это не проблема. Заменю. – Откинувшись на кровать, мужчина подставил обе руки себе под голову, а ногу закинул на другу, уставившись в потолок. Подавив приступ зевоты, Нару потер место щелбана, сводя брови к переносице. — Правда? И сколько пододеяльников ты уже заменил? — сделав особый акцент на своих словах, имея совершенно другое в виду, пальцами ноги коснулся чужой, медленно ведя по ней. — Тебе это так интересно? — Саске изогнул тонкую бровь, вновь поднялся на локтях, упираясь ими в подушку, — Если ты хочешь поговорить о моих бабах, то говори прямо, а не метафорами. — Потянувшись рукой, брюнет приобнял Узумаки за талию, опуская ладонь на его ягодицу, некрепко сжимая пальцами. Поёжившись пару раз, блондин прижался всем телом к Учихе, потеревшись пахом о его. — Ну давай, — закатил он голубые глаза, убирая его руку, — кто тебе эта секретарша... или кто она там? Саске опять переложил руку на ягодицу, сжимая ту и не позволяя убрать. — Она-то? – Саске насмешливо пожал плечами, — Я ее знаю по времени в точности, как и тебя. – Ухмыльнулся он, пытаясь разглядеть в темноте лицо напротив, при этом пальцами поглаживая поясницу, — А тебе разве есть до этого какое-то дело? — Да мне как-то все равно. — Соврав и ничего более не сказав, Наруто прикрыл голубые глаза. Юноша уже стал привыкать к наглости брюнета, который вот так вот вторгался в его личное пространство чуть ли не каждые пять минут. Хотя, вообще странно, что Узумаки не оторвал ему руки, ибо мало кому позволял себя трогать, помимо фильмов и прочих сексуальных связей, а тут и тем, и тем не пахнет близко. — Было б все равно, не стал бы говорить мне об этом всю ночь. — Справедливо заметил Саске, выпустив блондина из цепкой хватки, садясь на кровати. — С каких это пор в тебе очнулась ревность? — склонив голову на бок, мужчина внимательно вгляделся в серьезное лицо напротив. — Это ты придумал какую-то ревность, а ведь ты, — пожал Узумаки плечами, приподнявшись на локтях, — мне даже неинтересен... так, на одну ночь, ттебайо. — Тогда я рад, что ты так считаешь, мне же легче и никаких проблем. Не хотелось бы гробить свою репутацию. — Хмыкнув, Учиха поднялся с кровати, вальяжно шагнув в сторону небольшого красного комода поодаль окна. Завернувшись в одеяло, блондин краем глаза проследил за действиями Учихи. — Не особо-то и хочется портить свою репутацию, якшаясь с тобой, — фыркнул он, обняв подушку, — ты даже не в моем вкусе, неопытный, жестокий, быстрый. Ладно хоть матушка природа тебя членом наградила нормальным — хоть какой-то плюс в тебе. — Ха, — Саске усмехнулся, открыв комод, шаря рукой и ища то, что ему ну очень вдруг понадобилось. — У тебя-то и портить ничего не осталось, не я свечусь по всем экранам, когда меня ебут огромные шкафы-негры или когда лошадиный хер пихают прямо в рот. — Да, здесь блондин явно просчитался, но на счет остального... Не хило так зацепил молодого режиссера, правда тот этого не показал этого даже в тоне своего голоса. Не в его вкусе, ха, быть такого не может. Учиху желает каждый и каждая. Неопытный? Ну, здесь и спорить нечего. С парнем все же первый раз, какой здесь к черту опыт? Это вон, то смуглое тело, опытен уже с пятнадцати лет, ебясь с каждым животным и с каждым уродом ради денег. Жестокий? Хн, это пожалуй, даже было комплиментом, однако мужчина решил, что Узумаки явно напросился, и тот ему покажет еще жестокость. Брюнет-таки нащупал, что нужно. Три вещи, три игрушки, которые немного поизводят это малолетнее чудо на огромной кровати. — Быстрый, тц. Сам-то, видимо, забыл, как из-за тебя запортачили кадры? Слишком быстро кончил только от того, что в тебя запихнули вибратор. — Но, раз ты так не любишь по быстрому, малыш, мы это исправим. — Почти дьявольская ухмылка при свете луны засияла на губах владельца дома, который в свою очередь навис над юношей, тыльной стороной ладони поглаживая его щеку, в то время как другая рука ловко пристегнула наручник на запястье, а следом и к перилам на спинке кровати. Наглость. Неслыханная, мать её, наглость. Чтобы так обращались с Узумаки, да даже те шлюхи такого себе не позволяли, а этот та ещё шлюха, которую только и хотелось получить. — Ты делаешь сейчас большую ошибку, теме, — как-то даже не сопротивляясь, Узумаки позволил приковать себя к кровати, но другие конечности как раз-таки были свободны. Именно ногой, а точнее коленкой, он проехался по паху Учихи, сначала резко пнув, а затем и надавил, чуть ли не в полную силу. — Мы достаточно наигрались, а теперь освободи меня, и мы, наконец, ляжем спать! — с неким страхом в глазах блондин посмотрел на игрушку и сразу же отвернулся от неё, глядя на Саске. — А ты не просто жесток, скорострелен... ты и мерзок. Терпеть таких, как ты, не могу, — прошипел блондин. А он уже было и подумал, что может позволить Учихе заполнить пустоту внутри себя, однако, эту пустоту заполнят, но в более прямом смысле. — Да называй меня, как хочешь, мне не в первый раз слышать это и ты не последний, кто говорит такие слова. — благо Саске был достаточно умен, потому наперед предположил, что может вытворить юноша, посему к паху приложил руку, которой и отразил его «атаку», перехватив коленку, резко отведя ту в сторону и устроившись как можно удобнее для себя. К слову, свободную руку блондина пришлось тоже пристегнуть, уж слишком мешала на данный момент. Позже, может быть, освободит. Но, сейчас...Нет. — Это ведь твоя самая огромная слабость, Узумаки? — Учиха пальцами ухватился за втулку, которая лежала возле бедра блондинчика. Преподнеся резиновую вещь к своим губам, мужчина спустил на нее немного слюны, пальцами растирая по всей длине, при этом поглядывая на озлобленное личико напротив себя. — Не бойся, я обещаю быть нежным. Немножко. — Накрыв юношу своим разгоряченным телом, губами скользнул по ключице, выпуская кончик влажного языка, ведя дорожку из слюны, легко покусывая кожу, на коей оставлял за собой ярко выраженные отметины, что, по мнению брюнета, идеально приукрашивали подкаченное молодое тело. Заведя свою руку под согнутую ногу Нару, втулкой прижался к сжавшемуся кольцу мышц. — Не стоит этого делать, расслабься, или ты хочешь ощутить всю гамму боли? Учащенно дыша, блондин начал дергаться всем телом, дабы принять хоть какие-то попытки по освобождению себя. Откинув голову назад, он со всей силы прикусил нижнюю губу, ибо деваться уже было некуда, значит и потерпеть придётся. — Это твоё последнее прикосновение ко мне, запомни этот момент и возьми все, что тебе нужно, — раскрыл Узумаки глаза, сводя брови к переносице, посмотрел на брюнета, — а потом, ты и пальцем ко мне не посмеешь прикоснуться, чертов мудак! — расслабившись, парень приготовился к самому худшему испытанию для себя, чувствуя, как огромный инородный объект вторгается вовнутрь, заставляя Нару истошно простонать, прогнувшись в спине. Как обычно, Саске удачно пропустил всё мимо. Не брал в какое-то важное значение ни единое сказанное слово этим парнем под ним. Побесится и перестанет, разве нет? Да и сейчас Учиха был в каком-то своем мирке, полностью закрывшись от реальности, и всё, чего хотелось - это юное тело. С довольно грубой силой и резким толчком руки, вещь была полностью погруженная в разгоряченное нутро блондина. Застонать во весь дом мужчина ему не дал, закрыв рот блондина настойчивым и грубым поцелуем. Терзая, словно изголодавшийся зверь, эти нежные губы, и ощущая во рту металлический привкус, что лишь заводило брюнета. Содрогнувшись всем телом, Узумаки раскрыл губы, издавая очень громкий стон, который не получилось вот так просто высвободить, ведь губы были полностью заткнуты ЕГО поцелуем. С огромным нежеланием парень сминал губы Учихи, шумно выдыхая каждый раз, впиваясь ногтями в ладони и пригибаясь в спине до самого упора. Блондин был сейчас настолько ослаблен, что даже прокусить язык наглеца не сможет, не то что вытолкнуть эту игрушку из себя, а ведь при таких попытках она только дальше проникнет. В очередной выдохнув в поцелуй, он смог выдавить из себя слово: — Ненавижу. На слова мужчина лишь очередной раз усмехнулся, вновь заткнув рот юноши настойчивым поцелуем, продолжая терзать и без того израненные губы, не желая те выпускать из "плена" своих. — Сладко. — Тихо прошептал темноволосый мужчина, плавно перейдя на шею, оставляя и там память о себе. Следующим пунктом было заставить член юноши стоять колом. Ухватившись за него рукой, Саске быстро надрачивал, опуская тонкую кожу до самого основания, изредка массируя головку и задевая уретру. Опустившись ниже, он позволил себе, языком провести по головке, а позже и вовсе обхватить ту губами и погрузить член до половины в рот. Медленно отстранился и вновь повторил сие действие, языком облизывая каждую вену из которых исходила еле ощутимая пульсация, говоря о том, что ласки действуют в нужном направлении. Нет. Он не покажет ему, что это ему нравится. Возбуждает — да, но точно не нравится. Глупый Узумаки, доверился, поверил в то, что этот мудак может быть нежен. Стиснув зубы, Нару повернулся, ложась щекой на подушку и вцепившись в неё зубами, издавая характерные мычания от действий мужчины над ним. Невольно толкнулся бедрами вперед, но это действие лишь сильнее напомнило о том, что внутри его все еще эта игрушка, а она... она пропустила по всему телу сильную вибрацию, заставляя блондина извиваться, как только можно по периметру большой кровати. — Не метайся так сильно, не удобно же. — Раздвинув ноги блондина в стороны еще шире, Учиха сам же приподнялся, упираясь коленями в кровать, рукой всё водя по возбужденному члену. — А теперь к самому сладкому. — Но, для начала Саске потянулся вверх и освободил одну его руку, ключик втихаря пропихнул под свою подушку. Вернувшись в прежнее положение и подхватывая пальцами металлический уретральный катетер с заостренным кончиком, провел вокруг влажной головки, весьма аккуратно надавил на небольшое отверстие, проталкивая металл внутрь, тем самым вызывая у юноши еще большую бурю эмоций, а для себя эстетическое удовольствие. А вот это уже действительно что-то новенькое. Втулка и его рот были еще малой бедой, теперь в дело пошло вот это вот... нечто. Сжав свободной рукой простынь, Наруто закатил глаза от сильной боли и уже буквально вскрикнул на весь дом: — Хватит, блядь, отпусти меня, уебок! — чуть ли не со слезами на глазах вскрикивал блондин, пряча свое лицо в ту самую подушку и издавая болевые стоны в неё. Как это вообще было возможно, он переборол дискомфорт внутри себя и заехал пяткой по бедру Учихи, насколько бы то слабым ударом ни было, но пусть хоть что-то будет, так хоть можно показать, что это ему вовсе не нравится. Это уже за гранью его понимания, а голубоглазый прослыл еще тем извращенцем. — Всё получил?! А теперь вытащи всю эту хуйню из меня и...— он на мгновение замолчал, — ... и я поеду домой! Мужчина ведь даже и не думал всё это заканчивать, ухватившись рукой за пятку парня, отводя ее от себя подальше. — Ну, вот. Теперь там будет синяк. — Картинно изобразив грусть на лице, Саске одним движением длинных пальцев, протолкнул катетер во всю длину, тем самым вырывая из груди блондина более мощный стон. Под конец, еще и одарил звучным шлепком по ягодице. Почему под конец? А дальше Учиха не собирался что-либо делать. Ему было интересно пронаблюдать за реакцией, сделать то, что сделал, и просто насладиться этим моментом. Он часто вытворял подобное и просто уходил, получив оргазм эстетичного удовольствия. Этот раз был точно таким же. Хрипло простонав на всю мощность, Узумаки старался ни на что не смотреть, просто лежал с закрытыми глазами, надеясь на то, что это вообще какой-то сон. Восстанавливая свое дыхание, раскрыл голубые очи, со всей злостью посмотрев на брюнета. — И откуда у натурала столько таких игрушек? Чертов латентный уебок. — Дернул он рукой, прикованной к кровати, и в очередной раз убедившись, что вряд ли сбежать получится, да и с таким хуевым грузом точно. Зевая, мужчина ладонью прикрыл рот, обессиленно падая на свою половину кровати, сразу закутавшись в одеяло. — У меня друзья немного помешаны на всякой такой ерунде, потому на день рождение я не оставался без какого-то ебанутого подарка с их стороны. – Саске пожал плечами и повернулся спиной к Наруто, закрыв глаза. – Но, как видишь, их подарки не такие уж бесполезными оказались. — Сделай одолжение — монотонно произнес Наруто, — сдохни завтра. — Стараясь заснуть в одном положении, ведь поворачиваться было страшно, он старался избежать очередного дискомфорта. Честно признаться, подобное поведение Учиха любил больше всего. Ему не нравилась легкая «добыча», которую он использует на раз и выставит за дверь, ему не нравилось, когда каждая шлюха чуть ли не обувь полировала своим язычком. Хотелось сопротивления, хотелось добиваться. Это было неким азартом для Учихи, и эту самую «жертву», а именно Узумаки, хотелось не на раз и даже не на два. В голове мужчины даже проскользнула одна еще не объяснимая мысль, но решив, что перед сном всякий бред не нужен, брюнет отогнал ее, мотнув головой и возвращаясь к реальности.